соперники

— Геля, а Геля, — Максим, сзади колдовки стоящий, за плечо ее трогает. Она нервно оборачивается: — Ну чего тебе? — раздраженно, потому что активно обсуждали с Сашей этот фокус с яйцами. — Ты почему вторую неделю такая красивая? — Колдовка знает, что у Левина напрочь отсутствует чувство сохранения собственной жопы. — Че сказал? — она одним ухом еще дослушивала Шепса, поэтому не сразу поняла чего хочет от нее колдун. — Я говорю, чего ты такая красивая, — Левин повторяет, — мужика что ли нашла для цвета глаз? — Ты дебил совсем? — Ангелина все же разворачивается к нему всем телом, сильнее запахивая тонкое пальто от сильного ветра. — Совсем видимо мозги тебе алкоголь растопил. — Не-не, — он руки перед собой выставляет, не хочется получить раньше времени да еще и незаслуженно, — я про то что ты вторую неделю с этими кудрями. Химию что ли сделала? — Да какая химия, сам же знаешь наших визажистов. Конфетку сделают из чего угодно. — отмахивается лениво, но определенно льстит такое внимание Левина. — Гель, а Гель, — через минуту опять над ухом раздается. Как назло, перерыв почему-то не заканчивается, видимо, вся съемочная группа дружно уснула над кадрами. — Макс, отвянь, — не оборачивается даже. Сашка конечно не супер собеседник, но на морозе скучно просто так стоять. -Ангелина Юрьевна, ну е-мае! — Максим уже нервничает, ему скучно одному стоять, а тут еще и променяли на какого-то Шепса. — Ну поговори со мной. — А что мне за это будет? — от Николаича, кажется, так просто не отвяжешься. — Да что угодно! С полминуты она раздумывает, пока Сашку отвлекает Олег, и в итоге кивает. — Договорились. — И ладонь протягивает, из-за пазухи теплой выуживая. — И на что мы договорились? — Левин подозревает, что не на какую-то ерунду. — Потом расскажу! Давай, я болтаю с тобой, развлекаю вот! — она смеется, слегка пританцовывая. Хоть и не зима еще, но уже минус бывает чаще, чем плюс. — Поехали на следующее испытание вместе? — не то чтобы Максим это решал в одно лицо, но иногда редакторы прислушиваются к пожеланиям самих экстрасенсов. — А кого третьим возьмем? — Ангелина всегда за, особенно с этим Левиным. — Да вон Сашку и возьмем! Он на себя всю славу заберет, яйцами накормит всех и все будет прекрасно! — Нее, давай лучше младшего тогда. — Колдовка находит взглядом Олега, что уже с Викой что-то обсуждает, руками размахивая. — Ага, чтобы он тебя лапал всю дорогу? Херушки! — злится, ревнует. — Тогда может Романову? — Чтобы она тебе морду набила в первые полчаса? — Ангелина смеется, ярко представив эту картину. — Я не против, мне хоть будет с кем спать в одном номере. — Можно подумать, Шепс когда-то спал в другом! — Максим плечом толкает напарницу, смеясь. — Да иди ты! — Изосимова тоже смеется, ведь чего стыдиться правды! — Или может Юлика возьмем? — Нельзя, он уже был, — вздыхает, — но я бы повторила. — Череватого? — Слишком громко храпит и слишком качественно лапшу вешает на уши. — Она морщится. — Если только с тобой его спать уложить. Глядишь, может и храпеть переучишь. — Не-не, я не готов к такому соседу. — Тоже ржет, понимая, что почти согрелся, да и время хорошо летит. — Остается Тимофей? Он хоть и зануда, но нормальный. И ты не будешь к нему приставать, и я. — Ангелина вообще больше всех уважает Руденко за порядочность. — Его можно, да. Ну и девчонок тоже. С вами всегда веселее проходить! — заключает Максим, подмигивая. — Не-не, они спят со мной, а не с тобой. Ты берега-то не путай! — и Максим получает шуточный подзатыльник, смеясь. — Готовность две минуты! — отвлекает их редактор, радуя, что скоро они зайдут внутрь и согреются.

***

А потом, поздно вечером Ангелина заваливается в квартиру, уставшая и голодная, раздевается практически на ходу, падая на кровать и стонет. — Ма-а-акс, иди сюда, ну где ты там застрял? Левин же, нигде и не застрявший, просто тормозивший, через долгую минуту появляется в дверях: — Чего тебе? — Я придумала желание. — Она на спину переворачивается, являя миру свой кружевной лиф, и улыбается довольно. — Не томи, говори давай, — мысли Макса немного разбегаются от такого вида. — Сделай мне массаж спины пожалуйста, — она выдыхает, мечтая о его умелых руках, не раз уже выручавших. — Вот же засранка! — он смеется, но немного и огорчен, ведь внутри души надеялся на что-то более интересное. Но приходится делать массаж любимой женщине, иначе реально проклянет.