Сквозь время/A Través Del Tiempo

​Она немедленно побежал искать Гарри и свою заловку. Как бы ей хотелось бы назвать Сисси, чтобы проверить, что это был за предмет, Белла осталась, наблюдая с любопытством, как будто она была кошкой, смотрящей на лазер. Почти сразу он вернулся, не объясняясь, он нервничал, и слова не очень хорошо складывались, и его сердце колотилось, это была правда, которую никто не знал, но это сильное сердце вторглось в двух Гриффиндорцев, пока Слизеринец с другой стороны смотрел на них озадаченно, не зная, что это было. ​— Миона, можешь объяснить мне, что это может быть? ​У шатенки действительно не получались слова, она чувствовала немного стыда, если скажет что-то не так, не хотела выглядеть идиоткой перед Беллатрикс. ​— Мы не знаем, я знаю только, что Гермиона посмотрела на дно озера, и что-то начало сиять, что бы это ни было, я не могла бы его достать, так как мы не знаем, что это. Видя единственный вариант, который у нас есть, даже если это глупо, это погрузиться и искать это. То, что, честно говоря, я думаю. К удивлению Гарри, он не ожидал, что женщина ответит ему, она была права, говоря, что, возможно, какая-то безделушка или галеон не помогут ни в чем больше, что находилось внутри обоих молодых людей, вот почему они должны были идти за этим, Нарцисса согласилась со своей сестрой и вернулась в хижину, за ней последовала та, что, немного ревнуя, отошла. ​— Какие идеи, Миона? — спросил шатен. — Ты знаешь, что я не умею плавать, а ты... ты была на Турнире Трех Волшебников, и у тебя будет больше ловкости, чем у меня. ​Гарри саркастично посмотрел на нее, он тоже плавал не очень хорошо, и если бы не жабросли, которые дал ему Невилл, он бы не прошел испытание. Но после небольшой мольбы со стороны шатенки он согласился. Было довольно заметно холодно, но один раз, оставшись только в боксерах, он задержал дыхание и вошел. Озеро было не таким уж и глубоким, поэтому было немного сложно добраться до дна, а с другой стороны, его подруга следила за каждым движением на случай, если что-то произойдет. Через минуту с небольшим он вышел на поверхность, никто из двоих не мог поверить, что было в руках Гарри, — меч Годрика Гриффиндора, ни больше, ни меньше. Удивленные и очень сбитые с толку, они смотрели на предмет, как будто он упал с неба, чтобы помочь им в их нуждах. -- ​Это что? ​Как это может быть здесь? Кто-то должен быть поблизости отсюда... ​Это невозможно, Нарцисса сказала, что только она и ее сестра знают об этом месте... ​Гарри быстро оделся, не обращая внимания на то, что он промок, и они побежали в хижину, где обе женщины сидели на диване. Когда он вошел, они посмотрели на него, не придав особого значения тому, что у него был меч, хотя это был не просто меч. Спустя мгновение Сисси поперхнулась небольшим количеством воды, которое пила, она сразу же притворилась, что этого не было, в то время как её сестра смеялась над ней. -- ​Пожалуйста, Сисси, смени выражение лица, это всего лишь ржавый меч, -- сказала Белла, все еще смеясь. Блондинка восстановила самообладание и не осмелилась сказать то, о чем думала. -- ​Белла, это меч Гриффиндора, -- медленно сказала шатенка. В этот момент лицо Слизеринки изменилось, она пожалела, что смеялась над сестрой, она тоже поперхнулась бы таким открытием, но как это было возможно? -- ​Но... как он туда попал? - пробормотала бывшая Пожирательница Смерти. Никто не знал, как ответить на вопрос, согласно Дамблдору, меч являлся настоящим Гриффиндорцам, которым он был нужен именно сейчас? Оригинал был у директора в кабинете, но теперь, когда он мертв, кто мог оставить его там? Даже он не знал расположения этой хижины, никто кроме Андромеды, но о ней давно ничего не было слышно, никто из её сестёр, никто её не знал, никто ничего не знал, только её единственная дочь, Нимфадора, жила со своим мужем Ремусом и маленьким сыном Тедом в доме к северу от Хогс-мида. Идти туда в одиночку означало навлечь на себя ненужную опасность, сейчас они должны были заняться только уничтожением крестража. Только достойные могли это сделать, поэтому между Гриффиндорцами разгорелись дебаты. Гарри вызвался первым, у него было больше опыта, но Гермиона хотела показать, насколько смелой она может быть. Если она хотела мира для женщины, которую любила, и для своих друзей и семьи, ей нужно было доказать себе, чего она стоит. После спора с другом о том, кто это сделает, было решено, что сделает она. Белла была против, её сестра не высказала мнения. -​- Герм... не делай этого, я знаю, что это будет тебе не на пользу, -- тихо сказала брюнетка ей на ухо. ​-- Я это сделаю, я знаю, ты будешь здесь ради меня, - она нежно поцеловала её в губы и снова вышла, пока женщина не схватила её за руку. ​-- Что бы ты ни делала, не верь ничему, что говорит этот предмет, он попытается свести тебя с ума, создавая ложные образы, всё это у тебя в голове... удачи, -- они поцеловались снова, на этот раз с большей силой, и Гарри вышел вместе с ней. Он должен был открыть его, и змеиный язык поможет ему это сделать. ​-- Готова? -- спросил её друг. ​-- Готова... Каштановолосый начал что-то читать на змеином языке, и что-то посреди опавших листьев заскрипело, деревья начали скрипеть. Вскоре алулет открылся , и оттуда пошёл чёрный дым, смешанный с голосами и криками, которые могла слышать только девушка. Среди этих криков были слышны крики её родителей, взывающих о помощи, но было уже слишком поздно. Она увидела образы смерти и бессмысленной пытки, залившие глаза Гермионы. Она увидела своих родителей, зверски оскорблённых, среди них была обезумевшая Беллатрикс, которая пускала проклятия. ​Вскоре сцена изменилась. Вот Гарри и его друзья в Министерстве, а Волан-де-Морт убивает одного за другим, и они не могут пошевелиться. Вид столь грубой смерти прямо перед глазами заставил слёзы выступить, но ей нужно было только ударить по предмету, но что-то ей мешало. Капля, которая пролила стакан, была голосом Волан-де-Морта: «Так вот она, грязная кровь, которую оставила мне моя любимая Беллатрикс», — сказал Риддл, прогуливаясь по лесу и держа Беллу, полностью оцепеневшую, на земле. Он плевал, пинал и сильно бил её, смеясь при этом. Он схватил её за волосы, а его почти раздвоенный язык скользнул по щеке, как у ящерицы. Он повернулся туда, где находилась Гермиона, только чтобы с усмешкой поцеловать женщину. Та ответила на поцелуй, в то время как голоса продолжали мучить девушку: «Беллатрикс тебя не любит и ты ей не нужна», «Она ищет тебя только для того, чтобы переспать с тобой, ты её новый фетиш». «Беллатрикс верна только Лорду..." «Когда придёт время, она убьёт тебя». Все эти голоса сопровождали мучения от вида того, как Волдеморт силой забирает женщину. Брюнетка издала отчаянный крик ярости и пронзила предмет. Образы и голоса тут же прекратились. Она упала на колени, рыдая от бессилия, крича от боли, которую причинил ей медальон. Гарри обнял её. В тот же миг Беллатриса, наблюдавшая за всем с крыльца, подбежала к ней, тоже со слезами на глазах. Теперь пути назад не было. Волан-де-Морт уже ощутил потерю части своей души; теперь всё станет ещё хуже.