Искушение

В КОМНАТЕ ДЛЯ НАБЛЮДЕНИЯ СТАЛО ПУСТО. На экранах все еще мелькают последствия игры - последняя женщина пытается понять, как ей выжить, но гнетущая тяжесть присутствия Главного витает в воздухе. Его холодный взгляд по-прежнему прикован ко мне, хотя теперь он стоит в дверях, наблюдая издалека, как будто пытается оценить меня, как будто ему интересно, что будет дальше. Я чувствую на себе его взгляд, прежде чем замечаю едва заметную перемену в его позе. Он не двигается, не произносит ни слова, но каким-то образом его внимание душит меня. "Ты снова превзошла саму себя, - звучит его голос, низкий и ровный, как гул двигателя, который никогда не останавливается, - игры прошли точно по плану". Я не отрываю взгляда от мониторов, мои пальцы слегка барабанят по консоли. "Как и было задумано", - отвечаю я ровным, лишенным эмоций голосом. Фронтмен переступает с ноги на ногу, пересекая комнату медленными, уверенными шагами. Я слышу, как он приближается, чувствую, как меняется атмосфера, когда он приближается, но не двигаюсь с места. Я как будто чувствую, как между нами туго натягиваются невидимые нити, как мы годами знаем каждое движение друг друга. Но что-то не так. Молчание между нами затягивается немного дольше, чем следовало бы. Он останавливается рядом со мной, всего в нескольких дюймах, и его пристальный взгляд давит на меня, как груз, который я не могу сбросить. Я не смотрю на него. Так безопаснее. Но я чувствую на себе его взгляд, он наблюдает за мной, всегда наблюдает. "Скажи мне, - говорит он почти тихим голосом, - что ты думаешь о результате?" Мои руки замирают над консолью. Вопрос достаточно прост, но в нем есть какой-то подтекст, который я не могу определить. Это похоже на едва уловимое движение в воздухе, изменение атмосферы, от которого волосы у меня на затылке встают дыбом. "Это просто игра, - отвечаю я ровным голосом, несмотря на тревожное чувство, ползущее по спине, - ничего больше". Его взгляд задерживается на мне еще на мгновение, но я не отвечаю на него. Мои глаза не отрываются от мониторов, хотя цифры на экране, кажется, сливаются в одно целое, море лиц, которые сейчас ничего для меня не значат. Для них игра окончена. Но я не могу оторваться от просмотра. "Ты молодец", - повторяет он, но на этот раз в его тоне слышится что-то странное, что-то скрытое за словами, - лучше, чем я ожидал". Тишина, которая следует за этим, кажется гнетущей. Я лихорадочно соображаю, пытаясь понять смысл разговора, но что-то не дает мне покоя, что-то в том, как он стоит - слишком неподвижно, слишком расчетливо. Я ерзаю на стуле, но мои мысли блуждают где-то далеко. Его внимание слишком сильно давит на меня. Это удушает, но я не могу пошевелиться. "Ты делаешь именно то, о чем я тебя просил, - наконец произносит он, и его голос становится холоднее, - но тебе следует быть осторожной, стратег. Твою работу заметили". Слова повисают в воздухе, как угроза, резкая и невысказанная. Я не отвечаю, но чувствую, как холодок пробегает у меня по спине. Молчание между нами становится все тяжелее, и я, наконец, позволяю себе взглянуть на него, всего на секунду. Его глаза скрыты за маской, но, клянусь, я чувствую, что он смотрит прямо сквозь меня. "Я тоже это заметил", - тихо добавляет он, и что-то в его голосе заставляет мою кровь застыть в жилах. Он не говорит этого прямо, но я чувствую - он наблюдает за мной. Не только за игроками, не только за играми, но и за мной. И в этот момент я понимаю, без сомнения, что он наблюдал за мной все это время. Он прислал фотографию, значит, он как-то связан с покушением на мою жизнь. Но если он хотел моей смерти, то почему, черт возьми, я все еще дышу? Я сглатываю, заставляя себя снова сосредоточиться на экране, погрузиться в реальность игр. Но мысль остается, как тень. Когда Ведущий наконец уходит, дверь за ним с тихим шипением закрывается, я выдыхаю, хотя дыхание кажется поверхностным, как будто я слишком долго его задерживала. Я встаю, не раздумывая, и направляюсь в свою ванную. Мне нужно проветрить голову. Мне нужно что-то знакомое, чтобы восстановить контроль, успокоиться. Вода поможет. Она всегда помогает. Душ горячий, пар густыми удушливыми волнами заполняет комнату. Я встаю под струи, вода обжигает кожу, но это успокаивает. Я позволяю чувству захлестнуть меня, мои пальцы пробегают по моему телу, напряженные мышцы под кожей напоминают мне, что я все еще здесь. Я все еще контролирую себя. Я ощущаю каждый дюйм своего тела - каждый изгиб, каждую острую грань, места, которые слишком напряжены. Мои руки машинально двигаются по мне, словно в поисках чего-то, что подтвердило бы, что я по-прежнему главная. Что ничего не изменилось. Что я по-прежнему та, кто дергает за ниточки. Но тут мои пальцы натыкаются на что-то. Что-то не так. Я замираю, мое сердце пропускает удар. Я снова чувствую это, на этот раз более отчетливо - маленький мягкий комочек прямо под кожей моего уха. Мои пальцы нажимают на него, и это ощущается как что-то чужеродное. Что-то... неправильное. Я с трудом сглатываю, мои мысли путаются. Трекер. Мое дыхание сбивается, меня охватывает паника. Я отдергиваю руку, сердце бешено колотится в груди. Мир, кажется, качается вокруг меня, пар становится давящим и тяжелым. По коже бегут мурашки, а пальцы дрожат, отказываясь снова прикасаться к этому месту. Но это осознание, тошнотворное осознание - давит на меня, как тяжесть в животе. Они здесь. Они следили за мной. Наблюдали за мной. Контролируя меня. Мой разум мечется, мои мысли бессвязны и безумны. Это невозможно. Никто не может контролировать меня. Я слишком долго возводила свои стены, слишком долго совершенствовала игру, свой план, свой контроль. Я с трудом сглатываю, паника угрожает поглотить меня, но я подавляю ее. Мне нужен контроль. Я не могу потерять контроль. Я не потеряю его. Мои пальцы снова касаются бугорка, они дрожат, но я не боюсь боли. Я боюсь потерять все, ради чего я работала - точность, порядок, совершенство. Все на своих местах. Все должно оставаться на своих местах. Я глубоко дышу, заставляя свою руку не дрожать, сосредотачиваюсь на текущей задаче. Я достаю маленькое бритвенное лезвие, которое храню в шкафу. Я не колеблюсь. Холодный металл кажется знакомым в моих руках, как старый друг. Я режу осторожно, аккуратно, не позволяя себе спешить, паниковать. Кожа легко рассекается, по уху стекает тонкая струйка крови. Датчик маленький, он вживлен в ткань, но его безошибочно можно распознать. Я теряю контроль. Это неправильно. Но я не остановлюсь. Я не могу. Это не просто трекер - это нарушение. Это часть моей личности, моей свободы, отнятая без разрешения. Трекер легко выходит, без крови. Я смотрю на него мгновение, затаив дыхание, прежде чем выбросить в раковину, как ненужный мусор. Я дрожу, мое сердце колотится от смеси страха и облегчения. Я сделала это. Я вынула его оттуда. Но это еще не конец. Страх остается, эхом отдаваясь в глубине моего сознания. Я чувствую, что за мной наблюдают. Я все еще чувствую, что за мной следят, хотя устройства больше нет. Мои пальцы впиваются в раковину, острые края фарфора впиваются мне в кожу, пока я борюсь с желанием упасть в обморок. Я мысленно прокручиваю произошедшее, размышляя, все ли у меня получилось идеально, не осталось ли еще чего-то, что я упустила. Я испускаю долгий, прерывистый вздох. Все готово. Я все исправила. Но когда я смотрю в зеркало, мое кажется, что мое отражение уже не совсем похоже не меня. Совсем чуть-чуть. И я не могу избавиться от ощущения, что, как бы сильно я ни контролировала ситуацию, я никогда не буду по-настоящему свободна.