Gallery of Secrets

Карета ехала по ночному Лондону медленно. Фонари отражались в мокрой мостовой, копыта лошадей глухо стучали, а внутри экипажа стояла тяжёлая тишина. Одетта сидела напротив своей крестной — Агаты Данбери. Она всё ещё была в маске. Но держала её в руках, не замечая. Перед глазами снова и снова всплывала одна и та же сцена. Терраса. Звёздное небо. И Бенедикт Бриджертон, танцующий с той неловкой девушкой в серебристом. Смех. Танец. Перчатка. Одетта сжала ткань платья. Она едва удерживалась. Её грудь тяжело поднималась, будто воздуха в карете стало слишком мало. — Дыши, — спокойно сказала леди Данбери, не глядя на неё. Одетта резко отвернулась к окну. Она не собиралась плакать. Не здесь. Не сейчас. Карета наконец остановилась у дома. Служанка открыла дверцу. — Миледи. Одетта быстро вышла, почти не дожидаясь помощи. Дом встретил их привычной тишиной. Коридоры освещали свечи, слуги уже расходились на ночь. Одетта собиралась просто подняться в свою комнату. Спрятаться. Исчезнуть. Но голос леди Данбери остановил её. — Одетта. Она повернулась. Крестная стояла у камина, снимая перчатки. И почему-то выглядела… задумчивой. — Мне нужно сказать тебе кое-что. Одетта устало вздохнула. — Сейчас? — Сейчас. Леди Данбери помолчала секунду. А затем произнесла спокойно, будто речь шла о погоде: — Я получила разрешение уехать. Одетта нахмурилась. — Уехать? — Да. — леди Данбери медленно подошла ближе. — В свой родной дом. Тот, который я покинула ещё в детстве. Несколько секунд Одетта просто смотрела на неё. Она не сразу поняла смысл слов. — Вы… уезжаете? — На время. И тогда Одетта не выдержала. — А как же я? В её голосе прозвучало столько боли, что даже леди Данбери слегка смягчилась. Она подошла и взяла Одетту за руки. — Ты не останешься одна. — Это не одно и то же. — Послушай меня. Леди Данбери говорила спокойно и твёрдо. — Ты останешься жить здесь. В этом доме. Со слугами. Она слегка приподняла подбородок Одетты. — И за тобой будет присматривать Вайолет Бриджертон. Одетта тихо фыркнула. — После всего? — Именно поэтому. Леди Данбери продолжила: — Кроме того, тебе пора заняться своим собственным домом. — Моим домом? — Особняком Фэйрфаксов. Одетта моргнула. Она почти забыла о нём. Старый дом её семьи, стоящий пустым. — Его нужно привести в порядок, — сказала леди Данбери. — Когда-нибудь он станет твоим. Она мягко добавила: — Я не исчезаю из твоей жизни. — Вы уезжаете. — Я буду писать письма. — Это не то же самое. — Мы будем навещать друг друга. Одетта смотрела на неё долго. И наконец медленно кивнула. Она знала. Леди Данбери права. Она всегда была права. — Хорошо, — тихо сказала она. — Вот и умница. Леди Данбери поцеловала её в лоб. — А теперь иди спать. Но когда дверь её комнаты закрылась… Одетта сломалась. Она даже не дошла до кровати. Слёзы хлынули так резко, что у неё перехватило дыхание. Она села на пол. — Всё… всё… Она не могла закончить мысль. Бенедикт. Бал. Девушка в серебристом. Теперь ещё и отъезд крестной. Комната вдруг показалась слишком тесной. Слишком тихой. Слишком пустой. Одетта вскочила. Её взгляд упал на зеркало. На собственное отражение. Длинные тёмные локоны спадали на плечи. Та же девушка. Та же жизнь. Та же боль. Она резко открыла ящик туалетного столика. И достала ножницы. Секунда. Две. А потом — щёлк. Первая прядь упала на пол. Затем вторая. Третья. Она стригла волосы резко, почти яростно. Локоны падали на ковёр. Через несколько минут её волосы стали короче. Чуть ниже плеч. Одетта тяжело дышала. Но облегчения не было. Тогда она схватила свой блокнот для рисунков. Тот самый. Она открыла его. На одной из страниц был портрет Бенедикта. Её руки задрожали. — Ненавижу… Она разорвала страницу. Потом ещё одну. И ещё. Блокнот разлетелся на куски. Она бросила его через комнату. Он ударился о зеркало. Зеркало качнулось. И… упало. Раздался громкий треск стекла. Осколки рассыпались по полу. Одетта стояла посреди комнаты. Тяжело дыша. А дальше… Она почти ничего не помнила. Кажется, вбежали служанки. Кто-то взял её за руки. — Миледи! — Осторожно! Свечи. Свет. Чьи-то испуганные голоса. Потом голос леди Данбери. Взволнованный. — Одетта! Её осторожно уложили на кровать. Кто-то дал ей что-то выпить. Горькое. Тепло разлилось по телу. Мир начал расплываться. Последнее, что она помнила — как леди Данбери сидела рядом. А потом наступила темнота. --- Утро пришло тихо. Солнечный свет мягко пробился через шторы. Одетта открыла глаза медленно. Голова была тяжёлой. Но… спокойно. Она села. И сразу коснулась волос. Они всё ещё были короткими. Но аккуратными. Очевидно, ночью кто-то привёл их в порядок. — Миледи? В комнату осторожно вошла служанка. И сразу оживилась. — Вы проснулись! Через несколько минут вокруг Одетты уже суетились слуги. Кто-то принёс чай. Кто-то платье. Кто-то расчёску. Когда она спустилась вниз, в гостиной её ждала леди Данбери. Всё та же спокойная улыбка. Она подошла и поцеловала Одетту в обе щеки. — Доброе утро. Она внимательно посмотрела на её волосы. И одобрительно кивнула. — Тебе очень идёт. Одетта поняла. Они решили не говорить о вчерашнем. Иногда так было проще. — Спасибо, — тихо сказала она. Прошло минут десять. И вдруг в гостиную вошёл лакей. Он поклонился. — Миледи. — Да? — Сообщение из дворца. Он сделал паузу. — Королева Шарлотта желает видеть леди Одетту. Комната на секунду стала абсолютно тихой. — Сегодня? — спросила Одетта. — Немедленно, миледи. Леди Данбери медленно подняла бровь. А Одетта почувствовала, как сердце снова начинает биться быстрее. Потому что когда королева вызывает кого-то к себе… Это никогда не бывает просто так. --- Утро во дворце было наполнено особой тишиной. Не той уютной тишиной дома, а строгой, выверенной, где каждый шаг лакея, каждый шелест платья звучал почти как часть тщательно продуманного спектакля. Одетта шла по длинному коридору, сопровождаемая придворным слугой. Свет из высоких окон падал на мраморный пол, отражаясь холодным блеском. Её ладони слегка вспотели. Она не боялась. Но визит к Королева Шарлотта редко бывал простым. Двери зала распахнулись. — Леди Одетта. Она вошла. Комната была залита мягким утренним светом. В центре, на изящном кресле, словно на троне, сидела королева. И, как всегда… Взгляд Одетты почти сразу потянуло к парику. Сегодня он был… Огромный. Ярко-синий. Усыпанный искусственными цветами, будто маленький сад вырос прямо на голове её величества. Одетта невольно подумала, что это, по крайней мере, лучше той люстры с короной, которую королева носила на балу. Она сделала глубокий реверанс. — Ваше величество. Королева медленно посмотрела на неё. Её взгляд скользнул по платью Одетты, по рукам… и остановился на волосах. Коротких. Чуть ниже плеч. — Интересно, — сказала королева. Одетта почувствовала лёгкое напряжение в спине. — Новый образ, леди Одетта? — Иногда перемены полезны, ваше величество. Королева хмыкнула. — Иногда. Она махнула рукой, позволяя Одетте сесть на кресло напротив. Некоторое время они молчали. Затем королева заговорила: — Новый сезон обещает быть… занимательным. Одетта слегка кивнула. — Особенно если учитывать, что Леди Уислдаун уже начала свою обычную шарманку. Королева закатила глаза. — Эта женщина никогда не отдыхает. — Кажется, она уже пишет о новых возможных браках. Одетта произнесла это спокойно. Но затем наклонила голову. — Однако мне любопытно, ваше величество… чья это была идея? Королева самодовольно фыркнула. — Моя. Одетта едва заметно улыбнулась. Она и не сомневалась. Королева чуть подалась вперёд. — Я возлагаю большие надежды на этот сезон. Её взгляд стал внимательным. — Особенно на вас. Одетта удивлённо моргнула. — На меня? — Вам уже двадцать один год. Она произнесла это так, будто это было почти преступление. — И вы всё ещё не замужем. Одетта сложила руки на коленях. Королева продолжила: — Точно так же, как и Бенедикт Бриджертон. Имя ударило по её сердцу. Но она не подала виду. — Ему двадцать восемь, — продолжила королева. — И он тоже не женат. Она слегка прищурилась. — Пора бы это исправить. Одетта тихо кивнула. — Разумеется, ваше величество. Но королева вдруг раздражённо махнула рукой. — Впрочем, это не единственная вещь, которая меня сегодня беспокоит. Она нахмурилась. — Моя служанка. — Служанка? — Леди Бёрт. Королева произнесла это имя почти обиженно. — Эта девушка имела наглость покинуть службу. — Покинуть? — Представьте себе! — возмущённо сказала королева. — Без всякого стыда и совести. Она драматично вздохнула. — Из-за беременности. Одетта нахмурилась. Она не успела подумать, прежде чем слова сорвались с губ: — Но… разве как мать она не имеет на это права? Тишина в комнате стала ледяной. Королева медленно повернула голову. И посмотрела на неё. Одетта сразу поняла. Ошибка. Она быстро опустила взгляд. — Прошу прощения, ваше величество. Королева молчала ещё секунду. А затем неожиданно улыбнулась. — Вы слишком прямолинейны, леди Одетта. — Я стараюсь быть честной. — Это иногда опасно. Она снова откинулась на спинку кресла. — Но именно поэтому я на вас и надеюсь. Одетта подняла глаза. — Надеетесь? Королева сложила руки. — Я надеюсь, что к концу сезона вы найдёте себе мужа. Она сказала это спокойно. Но в её голосе не было ни малейшего сомнения. — Потому что если этого не произойдёт… Она наклонилась ближе. — Тогда вашим браком займусь я. Одетта едва удержала лицо. Внутри неё вспыхнуло мгновенное желание закатить бунт. Сказать, что её жизнь — не шахматная партия. Что она не фигура. Но годы воспитания оказались сильнее. Она медленно встала. Сделала идеальный реверанс. — Я не разочарую ваше величество. Королева довольно кивнула. — Я на это рассчитываю. Одетта выпрямилась. — Благодарю за честь аудиенции. Она повернулась и вышла из зала. Двери закрылись. Только тогда она позволила себе выдохнуть. Её сердце всё ещё билось быстро. Но неожиданно… Мысль пришла сама собой. Может быть… это даже к лучшему. Если королева ожидает брака… Если весь сезон будет посвящён этому… Тогда у неё есть повод. Повод поговорить с Бенедиктом. Повод признаться. Повод всё исправить. Одетта медленно спускалась по дворцовой лестнице. И впервые за последние сутки в её душе появилась крошечная искра надежды. Возможно… всё ещё можно исправить. --- После разговора с королевой мысли в голове Одетты кружились быстрее, чем кареты на утренних улицах Лондона. Она не могла сидеть дома. Не могла просто ждать. Если и существовал человек, который всегда знал, что делать, то это была её дорогая подруга — Пенелопа Фезерингтон, а точнее Пенелопа Бриджертон. Именно поэтому карета Одетты остановилась у дома семьи Фезерингтон уже через час. Но едва она вышла из экипажа, как замерла. Перед входом выстроилась целая очередь. Дамы стояли на ступенях и вдоль дорожки, словно ожидали аудиенции у самой королевы. Каждая держала что-то в руках. Коробки с туфлями. Ленты. Бонеты. Букеты цветов. Корзины с угощениями. Некоторые даже выглядели так, будто принесли полумагазин модистки. Одетта моргнула. — Что здесь происходит…? Она услышала, как одна леди шепнула другой: — Говорят, если подружиться с миссис Бриджертон-Фезерингтон, она может упомянуть вас в следующем выпуске. Одетта едва не рассмеялась. Да, конечно. Подарки для Леди Уислдаун. И тут её взгляд упал на одну из корзинок. Внутри сидел маленький пушистый котёнок, а на его шее был завязан аккуратный бантик. Он моргнул огромными глазами. Одетта растаяла. — О боже… Она наклонилась чуть ближе. Котёнок тихо мяукнул, лизнув ее в нос. Одетта сразу сделала мысленную заметку: Нужно будет обязательно попросить эту милую крошку у Пенелопы позже. К счастью, долго стоять ей не пришлось. Лакей заметил её почти сразу. — Леди Одетта. Он открыл дверь. — Проходите, миледи. Несколько дам в очереди посмотрели на неё с лёгкой завистью. Но никто не осмелился возразить. --- Внутри дом был полон тихого гомона. Одетту провели в гостиную. И через секунду в комнату почти вбежала Пенелопа. — Одетта! Она уже раскрыла руки для объятий… Но вдруг замерла. Её глаза расширились. — Твои волосы. Одетта невольно коснулась коротких локонов. — Ах… это. Она попыталась сказать это как можно беззаботнее. — Мне просто стало лень каждый раз мыть и укладывать длинные волосы. Пенелопа прищурилась. Она знала подругу слишком хорошо. Но ничего не сказала. Вместо этого решительно взяла её за руку. — Садись. — Что? — Садись. Одетта послушно опустилась на стул у туалетного столика. Пенелопа взяла расчёску. — Если уж ты решила стричь волосы, — пробормотала она, — то хотя бы нужно уложить их достойно. Её пальцы двигались быстро и ловко. Через несколько минут она собрала волосы Одетты в аккуратный пучок. — Вот. Она слегка повернула голову подруги. — Теперь ты выглядишь как женщина, которая знает, что делает. — Очень надеюсь, что однажды это будет правдой. Одетта глубоко вдохнула. — Мне нужно тебе всё рассказать. — Я слушаю. И Одетта начала. Она рассказала всё. Про визит к Королева Шарлотта. Про разговор о новом сезоне. Про надежду королевы. Про то, что ей уже двадцать один, и пора бы наконец выйти замуж. Про Бенедикт Бриджертон и его двадцать восемь лет. Про жалобы королевы на беременность Леди Бёрт. И, наконец, про ультиматум. — Если к концу сезона у меня не будет мужа… — закончила Одетта. — Тогда она займётся этим сама. Пенелопа молчала. А потом её губы медленно растянулись в хитрой улыбке. — Это… идеально. Одетта моргнула. — Что? Пенелопа потянула её на диван. — Это просто идеальный шанс. Она наклонилась ближе. — Мы можем всё исправить. — Мы? — Конечно. Она подняла бровь. — Стоит только Леди Уислдаун написать пару строк… Она слегка усмехнулась. — И отбоя от поклонников у тебя не будет. Одетта тихо рассмеялась. — И ты думаешь, это поможет? — О, поверь мне. Пенелопа хитро посмотрела на неё. — Бенедикту это совершенно не понравится. Одетта улыбнулась. Тепло разлилось внутри. — Ты хороший друг, Пен. Пенелопа слегка удивлённо посмотрела на неё. — Ты делаешь для меня так много… — продолжила Одетта тихо. — Хотя мы даже не сёстры. Пенелопа нахмурилась. — Подожди. Она повернулась к ней. — Кто в первый день нашего знакомства в первом сезоне сказал, что моя полнота красивая? Одетта моргнула. — Я… — Кто поправил моё платье и волосы перед балом? — Ну… я. — Кто запустил сливки в лицо Крессиды Коупер, когда она специально пролила на меня лимонад? Одетта тихо пробормотала: — Я. — Кто купил мне зелёное платье и привёл меня в порядок перед тем самым балом? — Я… — Кто поддерживал мою влюблённость в Колина до самого конца? — Я… Пенелопа посмотрела на неё мягче. — Кто после того, как узнал правду о Леди Уислдаун, просто обнял меня? Одетта опустила глаза. — Я. — Кто заступился за меня перед моей матерью? — Я… Пенелопа вздохнула. — Ну вот видишь. Она просто обняла её. И положила голову на плечо Одетты. Несколько секунд они сидели молча. Одетта медленно улыбнулась. И осторожно опустила голову на рыжую макушку подруги. — Хорошо, — прошептала она. — Возможно, мы всё-таки немного сёстры. Именно в этот момент в комнату вошёл лакей. Он поклонился. — Миледи. Пенелопа подняла голову. — Да? — Прибыли гости. — Какие? — Мистер Бенедикт Бриджертон и мисс Элоиза Бриджертон. Одетта резко выпрямилась. Она слегка поёрзала на месте. Сердце вдруг начало биться быстрее. Пенелопа заметила это. И тихо сжала её руку. Без слов. Но смысл был очевиден. Хватит бегать. И она была права. Дверь гостиной открылась почти одновременно с лёгким сквозняком из коридора. В комнату вошли Элоиза Бриджертон и Бенедикт Бриджертон. Их лица были совершенно разными. Элоиза выглядела так, будто только что обнаружила новое философское открытие и собиралась немедленно обсудить его со всем миром. Бенедикт же, напротив, выглядел серьёзным. Даже немного напряжённым. Но всё это исчезло в ту секунду, когда Элоиза заметила Одетту. — Одетта! Она буквально просияла и почти подпрыгнула на месте, быстро проходя через комнату. Но, приблизившись, она резко остановилась. — Подожди. Её глаза расширились. — Твои волосы! Элоиза рассмеялась и тут же плюхнулась рядом на диван. — Великолепно! Теперь у нас парные причёски! Она показательно тряхнула своим коротким париком. Одетта невольно улыбнулась. — Значит, я в моде. Бенедикт тем временем остановился чуть поодаль. Его взгляд медленно прошёлся по её лицу… по волосам… по плечам. Он нахмурился. Но сказал только: — У тебя новая причёска. Это прозвучало почти нейтрально. Почти. Одетта слегка склонила голову. — Надеюсь, она не нарушает общественный порядок. Он ничего не ответил. Элоиза тем временем уже закатила глаза. — Вы не представляете, что творится в этом доме! Она махнула рукой в сторону окна. — Там целая армия дам! Пенелопа вздохнула. — Они приносят подарки. — Подарки? — Для Леди Уислдаун. Элоиза скрестила руки. — И что они получают взамен? Пенелопа невинно пожала плечами. — Иногда… сплетню. Одетта тихо усмехнулась. — Кстати о подарках. Она повернулась к Пенелопе. — Там у одной леди в корзинке маленький котёнок… с бантиком на шее. Пенелопа моргнула. — Котёнок? — Очень милый. Одетта наклонилась ближе. — Можно я заберу его с собой? Пенелопа сразу махнула рукой. — Конечно. Она улыбнулась. — В твоём тихом поместье ему будет гораздо лучше, чем в моём шумном проходном дворе. Элоиза радостно хлопнула ладонями. — О, я хочу посмотреть на котёнка! В этот момент Бенедикт прочистил горло. Не громко. Но достаточно, чтобы напомнить о себе. Пенелопа повернулась к нему. — Если ты ищешь Колина, то он ушёл с джентльменами примерно час назад. — Я знаю. Бенедикт покачал головой. — Я пришёл не к Колину. — А к кому? Он сделал паузу. — К тебе. Пенелопа слегка приподняла брови. Но ответить не успела. Элоиза уже вмешалась. — О, это всё из-за той самой леди! Она хитро улыбнулась. — Таинственной. — Элоиза… — тихо предупредил Бенедикт. Но она не остановилась. — Она уронила перчатку! — продолжила Элоиза. — И теперь мой брат одержим идеей найти её. Она театрально развела руками. — Поэтому ему нужна помощь Леди Уислдаун. Пенелопа задумчиво наклонила голову. — Я видела вас на балу. Она спокойно посмотрела на Бенедикта. — Когда вы выходили на террасу. Одетта почувствовала, как внутри всё сжалось. — Но я не узнала её. Пенелопа слегка прищурилась. — Кто она? И тут… Одетта сама себя выдала. — Это была какая-то мисс романтизация вселенной. Тишина в комнате стала мгновенной. Все трое повернулись к ней. Одетта уже поняла, что сказала лишнее. Но было поздно. Она пожала плечами. — Она родилась в Лондоне. — Ты… знаешь её? — спросил Бенедикт. — Не особенно. Одетта продолжила, будто размышляя вслух: — Немногословная. — Не любит внимание. — И не умеет танцевать. Она слегка скривилась. — Что довольно странно для леди. Лицо Бенедикта похолодело. — Ты… следила за нами? В его голосе прозвучала резкость. Одетта спокойно встретила его взгляд. — Я переживала за честь и репутацию девушки. Она слегка пожала плечами. — И за вашу тоже. — Мою? — Вдруг вы оба были пьяны. Элоиза тихо хихикнула. — И разошлись бы в крайне неприличном виде. Бенедикт открыл рот. Но Одетта не дала ему заговорить. — Кстати. Она резко сменила тему. — Я сегодня была у Королева Шарлотты. Теперь внимание переключилось на неё. — И? Одетта спокойно сказала: — У её величества большие планы на этот сезон. Пенелопа, словно только этого и ждала, тут же добавила: — Королева считает, что Одетте пора искать мужа. Она улыбнулась. — И как заботливая подруга я собираюсь ей помочь. Элоиза оживилась. — О, это будет весело! Она посмотрела на Одетту. — С новой причёской у тебя отбоя от мужчин не будет. Одетта перевела взгляд на Бенедикта. Его лицо стало каменным. И она… Улыбнулась. Медленно поднялась с дивана. Подошла к Пенелопе. Поцеловала её в щёку. — Спасибо за помощь. Затем к Элоизе. — И за поддержку. Она выпрямилась. — Но тогда мне нельзя терять время. Она надела перчатки. — Иначе королева сама выберет мне мужа. И вышла из комнаты. --- В холле всё ещё стояли дамы. Подарки. Корзины. Ленты. И… Та самая корзинка. С котёнком. Одетта подошла к леди, державшей её. — Леди Уислдаун сказала, что котёнка я могу забрать. И прежде чем женщина успела что-либо понять… Одетта взяла корзинку из её рук. Котёнок тихо мяукнул. — Простите?! Леди выглядела ошеломлённой. — Я… Она хотела возразить. Но Одетта наклонилась ближе. И тихо прошептала: — Кстати. Она улыбнулась. — Я видела, как лорд Рочестер вчера заходил в свой дом… с любовницей. Она сделала паузу. — Пока его жены нет в городе. Глаза леди загорелись. — Правда?! — Абсолютно. — Боже… Через секунду она уже спешила прочь, явно собираясь поделиться новостью со всем Лондоном. Одетта спокойно вышла из дома. Котёнок тихо шевелился в корзине. Она улыбнулась. Но вдруг… Она услышала шаги. Быстрые. Злые. Позади. И не нужно было оборачиваться, чтобы понять. Пенелопа оказалась права. Бенедикту это явно не понравилось. --- Лондон жил своим обычным шумным ритмом. Кареты грохотали по мостовой, торговцы выкрикивали цены на свежие фрукты, а леди в светлых платьях прогуливались по улицам, будто каждая из них была частью тщательно поставленного спектакля. Одетта шла по тротуару под руку с Элоизой, которая жаловалась на всех джентельменов, которые там были и нет. Чуть позади них шагал угрюмый как туча Бенедикт. А ещё дальше — под руку — неспешно двигались, тетушка Агата и леди Вайолет. Солнце мягко освещало улицу. В руках Одетты была корзинка. А в корзинке, свернувшись пушистым клубком, сидел маленький котёнок с бантиком. Он иногда тихо мяукал, будто возмущаясь количеством людей вокруг. Элоиза заметила выражение лица брата и не выдержала. Она тихо рассмеялась. — Я видела это лицо раньше. Одетта повернула голову. — Какое? — Его. Элоиза кивнула назад. — Он выглядит так, будто только что проглотил лимон. Одетта вздохнула. — Если он забудет свою леди в серебристом, всё будет прекрасно. Котёнок тихо мяукнул. Одетта улыбнулась и осторожно погладила мягкую шерстку. — Видишь, — прошептала она. — Даже он со мной согласен. Но вдруг… Кто-то оказался рядом. — Какое интересное обсуждение. Это был Бенедикт. Он шёл рядом, будто так и должно было быть. Он повернулся к сестре и с привычной лёгкой улыбкой сказал: — Элоиза, тебе стоит начать знакомиться с джентльменами. Она резко остановилась. — Что?! — Иначе, — продолжил он спокойно, — наша матушка очень скоро вмешается. Элоиза фыркнула. Но прежде чем она успела ответить… Бенедикт махнул рукой. — Джентльмены! Одетта не сразу поняла, что происходит. Но через секунду их окружили несколько молодых мужчин, которые явно были рады представиться. Элоиза посмотрела на брата. Её лицо сморщилось от чистого отвращения. Но она быстро натянула кривую вежливую улыбку. Одетта уже собиралась рассмеяться… Но не успела. Потому что Бенедикт взял её за локоть. И увёл. — Простите нас. Они отошли чуть дальше по улице. Теперь он взял её под руку. Позади послышался восторженный вздох Вайолет Бриджертон. Одетта даже не обернулась. Между ней и Бенедиктом воцарилась тишина. Наконец он заговорил. — Ты не имеешь права следить за мной. Его голос был тихим. Но холодным. Одетта сжала пальцы корзинки. — Я не следила. — Ты только что описала наш разговор. Она повернулась к нему. — Я пыталась тебя защитить. Он резко посмотрел на неё. — Защитить? — Да. Она остановилась. — Если бы что-то пошло не так… если бы тебя увидели… если бы появились слухи… Она выдохнула. — Я не хотела, чтобы ты попал под удар. Бенедикт усмехнулся. — Благородно. Одетта почувствовала, как внутри поднимается раздражение. — А ты поступаешь крайне неблагодарно. Он нахмурился. — Прости? — Ты просто бросил меня. Она посмотрела прямо ему в глаза. — И строите из себя обиженного. — Потому что ты лгала. — А ты не дал мне объяснить! Её голос стал громче. — Даже на балу! Он шагнул ближе. — Ложь этим не скроешь. Он почти прошептал: — Я доверял тебе. Одетта замерла. Он вдохнул. И тихо сказал: — И только я хотел сказать, что… я полю— Но договорить он не успел. Потому что их окружили дебютантки. Несколько молодых леди буквально налетели на Бенедикта. — Мистер Бриджертон! — Какой прекрасный день! — Вы придёте на вечерний приём? Они ворковали вокруг него, словно голубки. Котёнок в корзинке испуганно юркнул вглубь, прячась от шумной толпы. Одетта стояла чуть в стороне. И вдруг почувствовала… Что на неё смотрят. Очень внимательно. Она подняла глаза. Чуть дальше стояла леди. Рядом с ней были две молодые девушки. Но сама леди смотрела только на Одетту. Долго. Пристально. Будто пыталась вспомнить её. Одетта нахмурилась. Но в этот момент дебютантки наконец разошлись. И Бенедикт снова оказался перед ней. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. А потом Одетта тихо сказала: — Я люблю тебя Бенедикт. И я...я не хочу тебя терять. Я сожалею о лжи и что создала впечатление что недоверяю тебе. Но поверь мне, это не так. Я и в правду безумно полюбила тебя, за твое исскуство, за твой юмор, за твою доброту, за твое большое сердце. Тишина. Долгая. Тяжёлая. Бенедикт смотрел на неё так, будто мир вокруг исчез. Но он ничего не сказал. Ни слова. --- Несколько дней спустя. Одетта сидела у окна в своём доме. На её коленях лежал котёнок, лениво играя с лентой. В руках у неё была газета. Свежий выпуск Леди Уислдаун. Она пробежала глазами строки. И вдруг замерла. Бенедикт. Уехал за город. Она опустила газету. В груди что-то болезненно сжалось. — Нет… Она тихо покачала головой. — Нет. Котёнок поднял голову. Одетта встала. — Я не могу его так отпустить. Она вспомнила тот момент на улице. Свои слова. Его молчание. — Если он боится сделать первый шаг… Она решительно надела перчатки. — Тогда я сделаю его сама. К вечеру карета уже неслась по дороге за город. Лошади мчались быстро. Колёса гремели по камням. Одетта смотрела в окно. И сердце билось всё быстрее. Потому что впереди её ждал ответ. Который она должна была получить.