Анютины глазки

За окном царил уже густой мрак. Бобби показал циферблат своих часов: близилось к двум. Все свечи Кэнди перетащила ближе к ветхому комоду с вертикальным узким зеркалом, огонь послушно освещал их с Сарой лица. Бобби показывал фотки с последнего отпуска, экран его телефона неуместно, даже как-то агрессивно пытался отвлечь Дерека от созерцания.  Но безуспешно, потому что Дерек, черт возьми, был этой свечой. Той, которую Сара брала и то подносила чуть ближе к лицу, сосредоточенно подкрашивая черные ресницы, то отставляла дальше, рассматривая себя полностью. Ее бедра подрагивали от стояния в неудобной позе, колени по очереди подгибались, усиливая прогиб в пояснице и давая Дереку возможность по достоинству оценить богатство, которое он намеревался получить. Теперь смотреть на нее было труднее, помня, какой жизнь была без нее. Без этой тяги внутри, растущей от каждого невинного ее жеста. Как холодно, когда в груди лишь гулкая пустота, вместо горячего, налитого кровью и страстью сердца. Теперь ощущение присутствия кого-то, чьего-то внимательного взгляда там, в ночи, вызывало ужас, первобытный и неумолимый. Кэнди скакала вокруг Сары, то с карандашом, который скорее оказался бы у брюнетки в глазу, то с аляповатой заколкой-бабочкой. О’Нил смеялась и успешно уворачивалась. Волосы на ее висках натянулись, придавая глазам совсем уж демонический вид. Вытянутые, словно кошачьи, с пьяным от веселья и танцующих свечей блеском, они будут сниться Дереку до конца отведенных дней. Дерек, беззастенчиво пялясь, не сразу заметил, что девушка его внимание видит. Она тоже долгим, недоверчивым взглядом смотрела на него через зеркало, на скулы тоненькой пленкой налетел румянец, рот приоткрылся. Дерек улыбнулся и отвел взгляд.   Дерек это запомнил.  

***

  Ноги Кэнди лежали на ногах Дерека, она вся скрючилась забавно, как в детсве, и теребила аккуратными пальчиками воротник его футболки. Бобби нашел в ящике комода старый журнал для подростков-гиков вроде него и перечитывал напечатанный там комикс, ностальгически комментируя события, иногда неловко ругаясь, если приходилось разлеплять склеившиеся страницы (Дерек, видя на обложке мультяшную девчонку в, прости Господи, доспехах, больше похожих на купальник, предпочитал не  думать, от чего страницы склеились).  Юность из воспоминаний Дерека ожила и расцвела, снова их четверка против, кажется, всего мира, снова домик старого охотника - крепость, защищающая на время от проблем с родителями, глупых школьных тестов и непосильной для подростков угрозы.   Сара стояла и смотрела через окно на лес, окутанный тьмой. Она нервно покусывала губы и не замечала ничего вокруг, просто смотрела с непонятной Дереку надеждой, будто искала кого-то во тьме. Никсон вдруг подумал, может, и она мучилась от осознания, что Человек еще бродит где-то рядом, может, так же жаждала расправиться с ним?  Хотя теперь Дереку мечталось, чтобы инстинкт его сбоил, и не было никого в той темноте. Ведь не могли же остальные не чувствовать Его присутствия? Бобби был спокоен, листал свой журнальчик, дружелюбно жмурился. Кэнди кокетливо накручивала светлый локон ухоженных волос на палец и, довольная, рассказывала про своего симпатичного парня: он из Майами и хорошо к ней относится. А предыдущий мудак. Начальник тоже строит глазки, он странный, но у него милый кот. — А ты, Дерек, как у тебя на личном? — Ой, Кэнди, не дури, — Никсон фыркнул недовольно. — и прекрати так пялиться, Пэтти Стенджер ты недоделанная!   Кэнди подняла глаза и хотела, видимо, возмутиться неразговорчивости друга, но вместо этого вскрикнула, все остальные вздрогнули и посмотрели в угол: тумба там вдруг начала подергиваться и скрипеть. Дерек вскочил и подошел к ней, прихватив с собой швабру. Перед тем как проверить тумбу, он мельком взглянул на Сару. Лицо ее выражало… восторг? Дерек выдвинул верхний ящик. Из него выскочила жирная серая крыса.   — Черт! — выругался сквозь зубы полицейский. — Крыса. Не тряситесь, ребята! — Дерек бахвалисто подмигнул Бобби.    — Погоди, Дерек, не может быть! — Сара была по непонятной причине раздосадована. Она бросилась к тумбе и, ахнув, достала страшную куклу с черными патлами и жутковатой, кривой улыбкой на деревянном лице.  — Я помню ее…— Кэнди сжалась и тихонько всхлипнула.  — Она будто хотела, чтоб мы ее увидели. — Удивленно и испуганно выдавил Бобби.   — Не нагнетай!  На несколько долгих секунд воцарилось молчание. Сара сжимала куклу.  — Я пойду подышу, — Кэнди предусмотрительно прихватила с кресла пальто. — Никуда ты не пойдешь! Там чертова ночь! — Дерек, я не ребенок давно и не твоя глупая сестра!  — Пускай идет, — вмешалась Сара.  — Да что ты такое говоришь?! Неужели не понимаешь, что Он только этого и ждет?! — Заткнитесь! — Кэнди взвизгнула, закрыла ладонями уши и кинулась на улицу. Бобби, неловко покрутившись, видимо, в поисках своей куртки, так и не найдя ее, бросился вслед за блондинкой. Сара смерила Дерека взглядом и присела на диван. Дерек примостился рядом.  Угроза, витавшая над ним, все-таки была реальной, Никсон не идиот, чтобы поверить в простое совпадение. Но на секунду эта роскошь была ему дарована. Теперь он снова ясно видел: стены. С них попадали веселые гирлянды и плакатики, они приближались к Дереку, силясь поймать в свою ловушку. — Нам нужно уходить. Тут может быть опасно. — Дождемся ребят. Дай Кэнди успокоится, — Сара облокотилась на спинку дивана и запрокинула назад голову, прикрывая глаза. Молчание на Дерека давило. Сара же была расслаблена. Никсону вдруг захотелось разбить между ними преграду, вернуть ее доверие и дать ей право заслужить его.  — А ты изменяла Майклу? — Дереку тут же захотелось исчезнуть. Он даже успел приготовиться к хлесткой, заслуженной пощечине. Но вместо этого Сара уставилась на него и засмеялась. — Почему ты спрашиваешь? — Она придвинулась чуть ближе, подавляя настойчивые смешки. — Да интересно просто. Извини. — Идиот внутри Дерека явно захватил над ним контроль.  — Не думаю, — Губы растянулись в снисходительной ухмылке: — Но я отвечу. Нет. Я предала его, но это была не какая-то измена или пакость вроде нее.  Дыхание перехватило, искренность Сары показалась робким чудом, которое спугнуть нельзя, аккуратно, словно пытаясь погладить дикую белку, Дерек спросил: — А что ты сделала? — Я не скажу тебе, — Чудо ускользнуло. — Не потому что не доверяю или боюсь твоего осуждения. Если расскажу, а ты, неважно, искренне или из желания залезть ко мне в трусы… — Я не хочу залезать к тебе в трусы! — Выпалил Дерек. — Ага. В любом случае, если ты скажешь, что понимаешь меня, то снимешь с меня хотя бы часть ответственности. А Майкл этого не заслуживает. Мне нельзя забывать, что он был лучше меня и нельзя даже пытаться себя оправдывать, понимаешь? — Она мягко улыбнулась. — Дерек, позволь мне сказать кое-что еще. Клянусь, я не хочу тебя задеть, — Сара замолчала на мгновение, давая возможность остановить ее. — Ты очень груб. Я знаю, что тебе пришлось пережить, нам всем было нелегко, и мне ужасно жаль, что твоя судьба сложилась именно так. Но ты делаешь больно мне и ребятам, — Дерек поморщился, и Сара поспешно продолжила: — Я понимаю, ты не со зла. Но мы не виноваты в твоей беде и не заслуживаем такого… — Она прикусила пухлую губу, и полицейскому снова захотелось ее поцеловать. — О, боже, прости, опять говорю только о себе… В общем, я всегда буду на связи для тебя, если ты захочешь поговорить или попросить помощи.  Дерек задумчиво кивнул. Снова повисло молчание. Никсон держал рот на замке, душа глупые и неуместные вопросы, не хотел задеть своей грубостью нежную Сару. Она же сидела и периодически поглядывала на наручные часы. Наверное, именно так она выглядела в ночь побега, стоя на вокзале в одиночестве, гадая, кто придет быстрее, Майкл или последний поезд. Пришли оба. Дерек думал, что там, на платформе, мог бы оказаться он сам, поверь Саре раньше, признайся в своих чувствах, прими смерть отца, не побойся показаться самому себе слюнтяем… Он упустил шанс, который потом, методично, вытягивали себе по очереди все остальные из четверки. У них была жизнь. И все, в чем Дерек мог их упрекнуть - в трусости. Хотя трусом был сам. Ступеньки крыльца приглушенно заскрипели,  дверь открылась, потянуло холодным, мокрым ветром. Бобби вошел один. Кэнди из темноты улицы постучала в окошко, улыбнулась, когда все на нее посмотрели, махнула рукой и скрылась. — Куда она? — Вскочил Дерек. Бобби моментально, вскинул руки в примирительном жесте, но преградил собой путь: — Мы поедем уже, четвертый час, да и Кэнди слишком распереживалась, не хочет заходить… — Губы Бобби поджались. — Пока, ребята, рад был вас повидать, — он развернулся и собирался покинуть домик, как Сара набросилась на уходящую спину с объятиями: — Эй, ты чего?.. — Бобби тоже обнял ее: — Не переживай, мы увидимся еще! Но Сара не отпускала: — Ты правда в это веришь? Бобби, я ведь… только хотела сказать… — Голос сбивался. — Спасибо тебе, что приехал проститься с Майклом, — лицо Бобби озарилось светлой, заботливой улыбкой: — Сара, ну как же я мог не приехать? — Он ласково чмокнул ее в лоб. Дерека перекосило: — Мы обязательно увидимся еще и поболтаем, приезжай в Вашингтон, когда захочешь! — Сердечно продолжал Бобби: — Но сейчас мне нужно идти, прости, Кэнди по-настоящему расстроилась из-за этой куклы. Он сжал Сару своими лапами и снова развернулся. Пусть проваливает уже, подумал в тот момент Дерек. Но брюнетка ухватилась за его ладонь: — Пожалуйста, Бобби! Еще секунду… Дерек отвел взгляд от омерзительной сцены, попытался найти глазами сквозь оконное стекло печальный силуэт Кэнди, такой же брошенный, но уперся лишь в пустоту. Взгляд, мигом пробежав все видимое из окна пространство, померк. — Кэнди нигде нет…— Слова из горла приходилось выталкивать. Никто Дерека не услышал. — Где Кэнди? — Напрягая ослабшую глотку, крикнул Никсон. Сара обернулась, задышала быстро и прерывисто, Бобби замер, округлив от испуга глаза. Дернулся к двери и распахнул ее. На крыльце никого не было. Он посмотрел на Дерека, открывая и закрывая рот. Дерек махнул им рукой, схватил с вешалки куртку и рванул на улицу, пихнув Бобби плечом:  — Хватит телиться! Бегом!