Наследие

…Тишина нависла над залом, когда палочка Тонкс с грохотом упала на пол. Ученики взорвались аплодисментами, кто-то даже присвистнул, но Амелия осталась спокойной. Она лишь вернула напарнице её палочку, холодным голосом указав на ошибки. Где-то в глубине зала Слизеринцы шептались, сверкая глазами: — Смотри… её движения, словно у старых Блэков… — Может, она и есть их родственница? Только скрывает… Амелия сделала вид, что не слышит. Но взгляд Снейпа был прикован к ней. Он стоял чуть в стороне, руки скрещены, лицо привычно бесстрастное — но внутри бурлило нечто иное. Регулус… Сходство бросалось в глаза. Взмах палочки, холодная собранность, стальной характер, черты лица — как будто он снова видел своего бывшего однокурсника. Только теперь — в женском облике. Северус прищурился. Не может быть… И всё же сердце подсказывало: в этой девушке текла кровь Блэков. И не просто далёкая кровь — слишком близкая. Когда аплодисменты стихли, Снейп сделал шаг вперёд, позволив своей тени упасть на каменный пол. — Недурно, — сказал он ровно, но глаза его оставались прикованными к Амелии. — Более чем недурно. Амелия чуть наклонила голову, принимая похвалу, но почувствовала этот взгляд — пронзающий, изучающий, словно он видел её насквозь. И в груди её что-то болезненно сжалось. Северус сидел в своём кабинете, позволив тишине заполнить пространство. Единственный свет исходил от свечи, отбрасывая пляшущие тени на стены. Перед глазами всё ещё стояла фигура молодой аврорши — холодная, собранная, с тёмными кудрями и этими проклятыми белыми прядями. Амелия Розье. Розье… Фамилия ударила по памяти, как хлыст. Слишком многое он помнил об этом доме. Эван Розье — его однокурсник, фанатичный последователm Тёмного Лорда, погибший в глупой и жестокой схватке. Но у Эвана была сестра. Тихая, красивая, сдержанная. Эмма. Северус закрыл глаза. Эмма Розье… и Регулус Блэк. Он вспомнил того юношу — гордый, умный, но вечно стоящий в тени брата. Сириус смеялся громче всех, Регулус же шёл своей дорогой — холодной и одинокой. Они были на одном курсе, и Северус видел, как в глазах Регулуса отражалась тоска, которую никто не замечал. И теперь — эта девушка. Её дуэль. В каждом взмахе палочки, в точности движений, в холодной логике тактики он видел Регулуса. Северус медленно поднялся, подошёл к шкафу и достал старый альбом — воспоминание о Хогвартсе. Листая страницы, он наткнулся на фотографию: юные лица, зелёные мантии. Регулус, Эван, он сам. И Эмма, немного в стороне, с тихой улыбкой. Он зажал фото пальцами. — Так вот откуда, — прошептал Северус. В груди поднялась горечь. Он понял: Амелия не могла появиться случайно. Ребёнок Регулуса и Эммы. Скрытый от мира, выросший в тени. Северус откинулся на спинку кресла, закрыв глаза. Она — кровь Блэков. Кровь той семьи, что разрушила и его жизнь тоже. Но тут же в нём вспыхнуло и другое чувство — уважение. Она была сильна. Она владела магией так, как владеют немногие. И теперь она в Хогвартсе. Среди учеников. Среди шёпотов. И слишком близко к истине. Северус нахмурился. Он должен решить: хранить ли её тайну — или использовать её против тех, кого ненавидел. Коридоры Хогвартса после отбоя тонули в полумраке. Факелы мерцали неровным светом, длинные тени скользили по камню. Амелия несла дежурство, когда услышала за спиной размеренные шаги. — Аврор Розье, — голос, в котором сталь и яд звучали одинаково естественно. Амелия обернулась. Снейп стоял в нескольких шагах, руки за спиной, глаза — холодные чёрные бездны. — Профессор, — сухо ответила она, не выказывая ни удивления, ни почтения. Северус сделал шаг ближе. — Сегодняшняя демонстрация дуэли… напомнила мне кое-кого. Амелия вскинула бровь. — Приятно слышать. Значит, ученики увидели достойный пример. — Не об учениках речь, — тихо произнёс Снейп. Его взгляд пронзал её, будто он искал ответ прямо в её душе. — У вас жесты, техника, манера боя… слишком узнаваемые. — Не понимаю, о чём вы, — ровно ответила Амелия. Она смотрела прямо ему в глаза, удерживая маску. Мгновение тянулось бесконечно. Наконец Снейп чуть прищурился, уголок рта едва заметно дрогнул. — Разумеется. Вы не понимаете. Он развернулся, его мантия взметнулась тёмной волной, и шаги стихли в глубине коридора. Амелия выдохнула, только когда осталась одна. Сердце колотилось, будто она только что отбила заклятие. Она знала: он что-то понял. А Северус, возвращаясь в свои подземелья, мрачно думал: Она — дочь Регулуса. Но пусть эта тайна пока останется при мне.