Наследие

Ночь над Хогвартсом вспыхнула зелёным светом — Знак Лорда поднялся в небо. Замок вздрогнул от первого удара. Снаружи гремели взрывы, вспыхивали всполохи заклятий. — По местам! — выкрикнула Минерва, и стены ожили защитными чарами. Амелия выскочила во двор вместе с Орденом. Воздух был полон дыма и криков. Вражеская армия надвигалась, словно тень. Гарри рядом поднял палочку. Гермиона стиснула зубы. Драко нервно провёл рукой по волосам, но остался плечом к плечу. И битва началась. Заклинания рвались в воздухе, камни летели с башен. Вопли боли смешивались с боевыми криками. Амелия двигалась быстро, точно, стараясь не думать о криках вокруг. Она знала только одно: каждый поверженный Пожиратель — шаг к её мести. Но вскоре раздался отчаянный крик: — Ремус! Амелия обернулась — и увидела, как Люпин рухнул, пронзённый вспышкой зелёного света. Его глаза расширились, дыхание оборвалось. Рядом с ним Нимфадора, охваченная ужасом, рванулась к нему. — Нет! — её крик прорезал гул боя, но через мгновение новый луч заклятия обрушился на неё. Тонкс упала рядом с мужем. На миг весь мир замер. Амелия почувствовала, как у неё внутри что-то оборвалось. Сириус, увидев это издалека, сорвался с места, но его удержали Кингсли и Минерва. В его глазах было безумие боли. А бой продолжался. Школьники падали рядом со взрослыми. Несколько тел осталось без движения у лестниц, их друзья в отчаянии тянули руки, но не могли остановить сражение. Крики детей, разрывающие воздух, впечатывались в память. Амелия стиснула зубы, слёзы обжигали глаза, но она подняла палочку ещё выше. — За них… за всех… — прошептала она. И снова пошла в бой. Пол под ногами был усеян телами. Воздух гудел от заклятий, стены Хогвартса сыпались каменной крошкой. Амелия обернулась — и увидела её. Беллатриса Лестрейндж стояла посреди боевого поля, с растрёпанными волосами, горящими безумием глазами и смехом, перекрывающим даже крики умирающих. Их взгляды встретились. — Ах, вот и моя маленькая… — протянула Белла, в её голосе сквозило что-то странное: не только жажда убийства, но и болезненное, щемящее узнавание. — Ты слишком похожа на него. На Регулуса… Амелия шагнула вперёд, сжимая палочку так, что побелели костяшки. — Ты! — голос дрожал не от страха, а от ярости. — Это ты привела его к Лорду. Это ты виновата, что он погиб. Белла захохотала, но в глазах мелькнула тень. — Регулус был слаб. Он сам сделал свой выбор. — Нет, — холодно ответила Амелия. — Он был храбрее всех нас. А ты — позор рода Блэков. — Позор?.. — лицо Беллы исказилось, смех сменился рыком. — Я — истинная кровь! Я — наследие Блэков! — Нет, — Амелия подняла палочку. — Я — наследие. И схватка началась. Заклятия взрывались одно за другим. Белла двигалась безумно быстро, её заклятья были смертельны, но Амелия отвечала точнее, холоднее. В каждом её движении была память об отце, боль матери, крики умирающих друзей. — Crucio! — крикнула Белла. Амелия отразила удар, и земля под ними разорвалась. Она шагнула ближе, ловко уходя от проклятий. И в решающий миг Амелия опустила палочку и произнесла ровным, твёрдым голосом: — Avada Kedavra. Зелёный свет вырвался вперёд. Беллатриса не успела рассмеяться, не успела даже вдохнуть. Её тело рухнуло на камни, глаза остались открытыми — удивлёнными и пустыми. Мир замер. Амелия стояла, тяжело дыша, сердце билось так, будто хотело вырваться наружу. Она смотрела на поверженную Беллу и шептала: — За Регулуса. За маму. За всех. И снова шагнула в бой. Сердце Хогвартса било тревогу. Пол дрожал, стены рушились, окна лопались под напором магии. И тогда он появился. Среди хаоса боя воздух вдруг сгустился, будто сам замок затаил дыхание. Слышался только тяжёлый звук шагов. Из тени выступил он — Волдеморт. Высокий, бледный, глаза — змеиные щели, холодные и бездонные. За его спиной сползали по стенам чёрные клубы дыма, тянулись за ним, как живые. — Так вот где прячутся мои враги… — голос Волдеморта резал слух, словно нож. — Хогвартс… место их последней надежды. Ученики и защитники инстинктивно отступили. Даже самые стойкие из Авроров замерли. Воздух будто стал тяжелее, дыхание перехватило. Вперед выступил Гарри, дрожа, но держа палочку крепко. За его спиной Сириус и Амелия. — Конец близок, Поттер, — холодно сказал Волдеморт, его губы изогнулись в насмешливую улыбку. — И на этот раз никто не сможет тебя защитить. Но тогда Амелия сделала шаг вперёд. В её глазах пылало не безумие, не страх — решимость. — Ошибаешься, — её голос прозвучал твёрдо. — Пока я жива, никто из них не падёт. Волдеморт вскинул голову, его змеиные глаза сузились. Он смотрел на девушку долго, пристально, словно что-то в её облике мучительно напоминало ему о прошлом. — Кто ты? — произнёс он тихо, почти шипением. — Я — Амелия Блэк. Дочь того, кого ты предал. Шум прокатился по залу, но Волдеморт только змеиной улыбкой приподнял уголки рта. — Регулус… — шепнул он, словно имя жгло его. — Значит, кровь предателя всё ещё течёт. Как забавно. Амелия подняла палочку, и её голос прозвучал как клятва: — Сегодня здесь закончится твоя тьма. И бой вспыхнул с новой силой