Шестая Хокаге.

Побережье Страны Воды было похоже на чужой мир. Туман здесь не просто стелился — он дышал. Он заполнял каждый проём между скалами, проникал в щели старых пирсов, медленно обволакивал здания, словно выбирая себе жертву. Когда ветер поднимался, дымка дрожала, но не рассеивалась, только сгущалась, становясь ещё гуще, ещё тяжелее — словно невидимая рука медленно опускала крышку над землёй. Трое АНБУ стояли на краю утёса. Один из них присел, проводя ладонью по влажной земле: — Никакого следа чакры… даже остаточного фона. Это ненормально. Другой тихо произнёс: — Словно их никогда не было. Никто не ответил. Слова висели в воздухе тяжёлым камнем. Когда поисковая группа вернулась во дворец Мизукаге, в коридорах стояла такая тишина, что казалось — сама вода задержала дыхание. Стражник ударил в дверь: — Госпожа, экстренное донесение! Мэй подняла глаза от стола. Каскад рыжих волос лежал на плечах, взгляд был острым, приученным к кризисам — но когда в руках оказалась новая печать, пальцы едва заметно дрогнули. Она вскрыла свиток, и туман будто стал плотнее. Строчки были короткими, без лишних слов — отчёт написан людьми, которые знали вкус страха: «На месте пусто. Чакра — ноль. Материя — стабильна. Боевых следов нет. Сигнатуры обнулены». — Чёрт… — выдохнула она. Свиток продолжался: «Патруль класса S исчез полностью. Нет даже следов сопротивления. Просим срочного Саммита пяти лидеров». А ниже, спешно выведенной строкой: «Страна Земли согласилась предоставить территорию. Нейтралитет гарантирован». Мэй медленно опустила свиток, и в её глазах появилось то, что не видели даже приближённые: не страх — опасение неизвестного. Она ударила ладонью по столу: — Немедленно созвать командующих! Подготовить делегацию — полный состав! Передайте в Коноху, что мы начинаем без промедления. Стражники поклонились и бросились выполнять приказы. Один лишь спросил, не поднимая головы: — Госпожа, угрозу классифицируем как…? Она подняла взгляд, чувствуя, как холодный туман продувает стены дворца. — Как ту, у которой ещё нет ранга, — произнесла она. — Но скоро появится. Ибо всё, что забирает лучших — заберёт и остальных.

***

Рассвет над Конохой начинался тихо. Туман мягко стлался между крышами, будто деревня всё ещё спала, не подозревая, что мир опять меняет лицо. Первые лучи солнца окрашивали башню Хокаге в тёплый янтарный цвет. Но внутри спокойствия не было. В коридорах башни царила непривычная суета: шёпот АНБУ, посланники, бегающие вверх-вниз по лестницам, звук печатей, ударяющих по документам. Кто-то из старших шиноби уже успел сказать вслух: «Слишком тихо было в последние недели». Шестая стояла у большого окна. Кофейная чашка остывала в руках, не пригубленная. Под глазами — тени. Взгляд — стальной, не моргающий. Когда в кабинет ворвался гонец Тумана, маска АНБУ за его спиной чуть дрогнула — настолько явна была тревога. — Гонец от Мизукаге! — выдохнул шиноби. Хокаге даже не повернула голову — только протянула руку. Свиток лёг на ладонь. Печать была влажной от тумана. Она разорвала её стремительным движением. Несколько секунд читала молча. Плечи едва заметно дёрнулись. Шикамару, который уже был в кабинете, замер, глядя на выражение лица. — Что там? — тихо спросил стратег. Ответ прозвучал низким, глухим голосом: — Ещё один отряд… и снова полное исчезновение. Он сжал кулаки. — Какого уровня? Она подняла взгляд, и в нём было то, что выдаёт самые тяжёлые новости: — S. Стратег загнул пальцы, будто пересчитывая варианты: — Это уже третья пропажа за месяц. Два капитана АНБУ, стоявшие по обе стороны от двери, обменялись напряжённым взглядом. Один из них заговорил: — По вашему приказу деревня полностью перекрыта патрулями. Каждая линия обороны усилена. Посты дежурят даже в тех местах, где обычно не бывает людей. Но… Он запнулся. — Говори, — тихо приказала хозяйка кабинета. — Если описание, которое дала Карин, верно… и эта тварь действительно существует… остановить её некому. Тишина стала плотной, почти ощутимой. Хокаге медленно опустила свиток и ответила: — Некому… или нечем? Капитан склонил голову: — И тем, и другим. Если существо обнуляет чакру… мы не почувствуем его даже за секунду до удара. И не поймём, что рядом, пока не исчезнет очередной отряд. Шикамару тихо фыркнул: — Вот так всегда… только война закончилась — уже новая дрянь лезет. Копия свитка упала на стол. Хокаге выпрямилась. — Мизукаге вызывает всех Пятерых Каге. Саммит в Стране Земли. Мы выезжаем сегодня. — Ты уверена, что… — Я не знаю, уверена ли, — перебила она. — Но я обязана. Стратег привычно провёл рукой по волосам, на секунду прикрывая глаза: — Ладно, ясно… Я подготовлю документы. А ты хотя бы ела? Она посмотрела на него так, что вопрос отпал сам собой. — Конечно нет, — вздохнул он. — Ну может хоть по дороге заставлю. АНБУ уже готовили канал связи для уведомления союзников. Шестая Хокаге направилась к выходу, остановившись на секунду. — Состав делегации — минимальный, — распорядилась она. — Я не хочу лишних потерь. Капитаны синхронно кивнули. И только когда она скрылась в коридоре, стратег тихо выдохнул: — Надо бы, чтоб на Саммите нас хотя бы не прибили… АНБУ хмыкнул: — Скорее наоборот. Кто-то попытается прибить вас. Хокаге они бояться будут. — Да ну? — усмехнулся Шикамару. — Это ты с новым Советом не работал.

***

Зал старейшин никогда не отличался дружелюбием. Сегодня он казался особенно холодным — словно стены впитывали напряжение, а воздух стал вязким и густым. Представители древних кланов сидели на своих местах ровно, без движения, как статуи, застывшие в ожидании приговора. На возвышении — Пятая, чья осанка говорила: она всё видит, она всё контролирует. Когда двери распахнулись, и Хокаге вошла внутрь, по залу прокатилась еле слышная волна шёпотов. Не страха — сомнения. Того самого, от которого в деревне не спрячешься, даже если носишь шиноби-маску. Свиток с печатью Тумана легонько стукнул по столу. — Пропал элитный отряд. Полностью, — голос не дрожал, но в нём слышалась усталость руководителя, который слишком много похоронил за последние месяцы. — Мизукаге требует срочного Саммита Пяти Каге. Хомура поднял седую голову, затем осторожно произнёс: — Возможно… вам стоит остаться в деревне. После ритуала ваше состояние... Пятая резко повернула взгляд на старейшину — и тот замолк. Но слово сказала не она. Белый плащ дрогнул, когда Шестая сделала шаг вперёд: — Моё состояние — моя проблема. Я выезжаю. Угроза растёт слишком быстро. Другой старейшина, не столь предусмотрительный, попытался возразить: — Но если вы потеряете контроль или столкнётесь с эмоциональными… последствиями... — Я контролирую всё, что должна, — прозвучало так тихо, что от этого стало ещё страшнее. — То, что потеряла, не мешает мне защищать деревню. А то, что не нашла еще — верну сама. Пятая поднялась, опершись ладонями о стол: — Заседание окончено. Шестая выезжает. Возражения не принимаются. В зале стояла такая тишина, будто кто-то наложил звуковой барьер. Сакура развернулась и вышла, не оглядываясь.

***

В коридоре Шикамару догнал её почти бегом — настолько быстро, что это само по себе было тревожным признаком. — Подожди, — выдохнул он, перехватывая её за локоть. Она остановилась. Не потому что хотела — потому что привыкла реагировать на зов тактического ума. — Что-то ещё? Он убедился, что вокруг нет лишних ушей, и понизил голос: — Ты не поедешь одна. — У меня есть охрана. — Я не о них, — он скривил губы. — Делегация будет расширена. Она сузила глаза: — Кто? Ответ прозвучал почти буднично: — Седьмая команда. Пауза. Тяжёлая, долгая. — Зачем? Шикамару, наконец, собрался и сказал то, что не решался произнести вслух со дня ритуала: — Им нужно быть рядом. И тебе это нужно тоже. Она медленно отвела взгляд — не резко, не нервно. Просто… без реакции. — Зачем это им? — Потому что они не готовы потерять тебя второй раз. В её глазах не вспыхнуло ни вспоминания, ни боли. Просто тишина. Но стратег продолжил — упрямо, как отец, который знает, что ребёнку нужно лекарство, даже если оно горькое: — Ты потеряла чувство нитей. Но сами нити остались. И если кто-то может их вернуть — то только те, кто были связаны с тобой всем, что у них было. Тренировки, спарринги, разговоры, старые маршруты… Всё, что создаёт память, воспоминания. Тебе это нужно, хочешь ты того или нет. — Это не обязательная миссия, — холодно ответила она. — Но они идут. Сами. Она хотела возразить, но увидела его взгляд — спокойный, уверенный. И поняла: решение уже принято. — Знала, что будешь использовать стратегию, — устало произнесла она. — И ты знала, что я буду прав, — отчётливо отрезал он. И ушёл вглубь коридора, оставляя её осмысливать сказанное.

***

Когда она вышла из зала, шаги отдавались эхом по коридору — глухо, почти механически. Пятая нагнала её через несколько секунд. — Шикамару был здесь? — спросила Саннин без предисловий. — Да. — И он что-то задумал? — Судя по тому, как он говорил… да. — Тогда пусть делает, — сухо бросила Пятая. — Его планы редко бывают плохими. Но затем она слегка смягчила голос: — Я знаю, что ты чувствуешь себя иначе. Что потеряла важные нити. Но запомни: ты не одна. И никто не позволит тебе сломаться. Хокаге тихо кивнула, не глядя. И Пятая поняла, что слова услышаны… но не прочувствованы.

***

У тренировочной площадки уже стояли трое. Блондин нервно перебирал ремешок сумки. Наследница Хьюга спокойно записывала что-то на полях блокнота. Тёмная фигура прислонилась к стволу дерева, будто тень уже давно знала, что всё произойдёт именно так. Когда стратег подошёл, все трое повернули головы. — Она согласилась? — спросил блондин. — Она ещё не знала на что соглашается, — хмыкнул наследник Нара. — Но да. Выдвигаемся. — Трое? — уточнил блондин. Саске поднял глаза. Стратег кивнул. — Трое. Вы — «активная опора». Её опора. Блондин улыбнулся: — Ага. Мы справимся. Вместе. Тот, кто стоял у дерева, не улыбнулся, но уголок рта всё же едва заметно дёрнулся: — Я не из-за неё еду. — А из-за кого? — спросил художник. Тёмные глаза приоткрылись чуть шире: — За мир. Стратег усмехнулся: — Ты удивишься, насколько это одно и то же.

***

У ворот Листа царило необычное оживление. Рабочие перекрикивались, поднимая ворота, стражники проверяли печати, а прохожие останавливались, чувствуя редкое напряжение в воздухе. Слишком ранний сбор, слишком много охраны, слишком знакомая фигура в белом плаще… Шестая появилась не сразу — сперва вышли АНБУ, затем лошади, затем капитаны. Когда же Хокаге шагнула к воротам, все разговоры мгновенно стихли. И именно в эту секунду она увидела тех, кого не ожидала увидеть в этот час, в этом месте. Стояли четверо. Они не выстроились в линию — каждый занял своё место, будто давно привык держать позицию в бою. Стратег стоял чуть позади — как человек, который не собирался ехать, но уже всё спланировал. Он скрестил руки, лениво наблюдая, как развивается сцена, но взгляд выдавал другое: он ждал момента. Блондин — первый шагнул вперёд. — Мы едем с тобой, — сказал он так, будто решение давно принято. Она остановилась напротив него, взгляд спокойный: — Это не командная миссия. Наруто улыбнулся шире, чем позволяла ситуация: — Разве я сказал, что это миссия? Это… поддержка. Рядом — девушка с белыми глазами, тихая, но твёрдая. Она поклонилась чуть ниже, чем требовал этикет: — Дорога будет непростой. А ты долго была одна. Мы… не хотим оставлять тебя одну в таком пути. Это не давление — тонкая, тёплая нить, которую она даже сейчас не могла почувствовать, но могла увидеть. Чёрные чернила на кисти художника потребовавшего ехать с ними блеснули в солнечном луче. Он поднял руку в неуловимо точном движении приветствия: — Это наш выбор. Не приказ. И только после всех — тёмная фигура, прислонившаяся к дереву. Секунду он стоял абсолютно неподвижно, будто думал, стоит ли говорить. Но всё же поднял голову. Глаза — глубокие, не читающиеся, но полные решимости. — Мы едем вместе. Три слова — простые, но в них было всё: и долг, и память, и что-то такое, что когда-то связывало их куда сильнее любых печатей. Шестая медленно провела взглядом по всем четырём. Никакого резкого толчка в груди, никакого внезапного тепла — внутри было всё та же пустота. Но в пустоте… что-то дрогнуло. Едва заметный сдвиг, как первый звук в давно молчавшей комнате. Она вдохнула. — Хорошо, — прозвучало наконец. — Идём вместе. И лишь один человек позволил себе улыбнуться по-настоящему — тот, что стоял позади, скрестив руки. Стратег наклонился к ТенТен, стоявшей неподалёку: — Всё идёт ровно так, как я и рассчитывал. — Ты правда думаешь, что это поможет? — прошептала она. Шикамару усмехнулся: — Связи не возвращаются по приказу. Но если поместить правильных людей рядом… воспоминания начинают формировать себя сами. Отряд тронулся в путь — сначала стражники, потом АНБУ, затем Хокаге. Команда, которая когда-то была легендой, выехала следом. Кони выбивали копытами ритм по камням. Ворота медленно закрывались за их спинами. Деревня смотрела им вслед. В эту дорогу отправились не просто люди — отправились остатки того, что когда-то называлось семьёй.