Между строк и взглядов

Зимние каникулы тянулись мучительно медленно. Дни казались одинаковыми: снег, холод, редкие встречи с друзьями и долгие вечера в комнате. Но мысли Джисона всё время возвращались к одному человеку. К Минхо. И это раздражало его сильнее всего — он ведь не собирался о нём думать. Он ловил себя на том, что перечитывает переписки, что прокручивает в голове их разговоры о проекте, что вспоминает, как Минхо улыбался. «Слишком часто», — думал Джисон. Слишком часто для простого однокурсника. — Ты скучаешь по учёбе? — спросил как-то Феликс, застукав его за тем, что тот уже десять минут подряд смотрел в одну точку, забыв о книге. — С чего ты взял? — насторожился Джисон. Феликс хмыкнул: — Ты мечтательный. И всё время думаешь. Не обо мне же, правда? Джисон закатил глаза, но потом замолчал, колебался, и всё же решился: — Помнишь Минхо? — Конечно. — Феликс сразу оживился. — Поубивали друг друга или хотя бы перестали ссориться? — Мы работали над проектом… — Джисон запнулся, подбирая слова. — И он оказался не таким, как я думал. — То есть не сноб? — поддел Феликс. — Нет, — Джисон покачал головой. — Сложный. Интересный. Очень умный, но… он не унижает других. Феликс прищурился и пристально посмотрел на друга: — Ты не влюбился в него случайно? — Что?! — Джисон вспыхнул, как от удара током. — Нет! То есть… мы просто… стали друзьями. — Что-то-вроде-друзьями, — протянул Феликс. — И ты скучаешь? — Может, немного, — признался Джисон, уставившись в кружку. Феликс ухмыльнулся, как будто только этого и ждал: — Понятно. Ты определённо влюбился. — Феликс! — возмутился Джисон, но уши уже предательски горели. — Это нормально, — пожал плечами друг. — Он красивый, умный, талантливый. Классическая основа для романа. — Он же не гей, — пробормотал Джисон. — Откуда знаешь? Спрашивал? — Конечно нет! Феликс наклонился ближе, его голос стал серьёзнее: — Тогда сначала разберись в своих чувствах, а потом делай выводы о его ориентации. — А если я влюблён, а он нет? — Тогда будет больно, — честно сказал Феликс. — Но не узнаешь, пока не попробуешь. Первого февраля Джисон вернулся на семинар с бабочками в животе. За время каникул он столько фантазировал об их встрече, что сам себе надоел. Но когда в дверь аудитории вошёл Минхо, усталый, с чуть тёмными кругами под глазами, сердце Джисона подпрыгнуло. Их взгляды встретились. Джисон улыбнулся, чуть неловко махнул рукой. Минхо кивнул в ответ. Но его лицо осталось закрытым, серьёзным, без той теплоты, к которой Джисон успел привыкнуть. Разочарование обожгло сильнее, чем он ожидал. После семинара он поспешил за ним в коридор. — Минхо, подожди! Тот остановился и обернулся. Его взгляд был вежливым, но холодным, будто между ними снова выросла невидимая стена. — Что нужно? — Как каникулы? — выдавил Джисон. — Хорошо отдохнул? — Нормально. А ты? — Тоже нормально… Может, как-нибудь сходим в то кафе? Минхо качнул головой: — Не могу. У меня репетиция. И вообще, я занят. — Понятно. Тогда… в другой раз? — Может быть, — коротко бросил Минхо и ушёл. Следующие недели были пыткой. Минхо держался ровно, вежливо, но словно чужой. Никакой улыбки, никакой лёгкости. Всё, что было между ними раньше, будто исчезло. — Может, он просто устал? — осторожно сказал Чонин, когда Джисон поделился сомнениями. — У танцоров же сейчас подготовка к конкурсу. — Или проблемы дома, — добавил Феликс, пожимая плечами. Сынмин, напротив, был безжалостен: — А может, он понял, что ты влюблён, и теперь специально держит дистанцию. Эти слова вонзились прямо в сердце. — Что мне делать? — тихо спросил Джисон. — Поговорить с ним, — в один голос ответили друзья. Но именно это казалось самым страшным.