Человек, который боится дождя

Восток Норвегии.

Сторожка в морозных сосновых лесах Осло.

Вечер 12 октября, 19:44

      Ясный, солнечный и чертовски однако холодный день. Тим аккуратно вышел во двор, опасаясь очередного шума.       Снова он… Очередной бред? — недоумевал про себя Тим, затем чертыхнулся, — чёртов звук!       Тот звук — как и, собственно говоря, всегда — был схож со звуками капель в моросящий дождик, падающих на металлическую черепицу. Загвоздка правда была в том, что дождя-то и не было. Происходит этот каламбур уже третий раз за день. И только на этот раз Тим решился проверить, что это за чертовщина там происходит. На первый взгляд, это может показаться глупо, но не для него. Точно не для него.       Скрючившись Тим пристально осматривал крышу. Найти источник звука не представлялось возможным. Так или иначе всякий раз, когда он это делал, его до самых костей пробирала… дрожь.       Кап. Кап. Кап.       — Даже отсюда ничего не рассмотреть, хмм…       Обдумав все варианты решений он отправился в задний дворик сторожки в поисках сарая или чего-то подобного.       Сама сторожка, где он пребывал в последнее время, была небольшим добротным бревенчатым строением, построенным на скорую руку. Сторожки служат неким временным убежищем для потерявшихся в лесу, чтобы те пережили день-другой и отправились в дальнейший путь в поисках спасения — или, как в случае с Тимом, другой сторожки.       Тим не потерялся. Он сознательно их искал и терпел все следующие за этим трудности. Крайне необычное... хобби, не так ли?       Не хобби. Нужда...       Пропитания и бытовых вещей, оставленными тут прошлыми путниками было на удивление много. Этого вполне хватало даже на то, чтобы прожить тут целую зиму. Возможно даже несколько месяцев весны при условии того, что нужно будет ходить за чем-то съестным в лес или даже охотиться — если же он, конечно, откопает где-то тут или даже сделает само оружие.       Однако вопрос с отоплением все же оставался открытым, слишком уж холодно в здешних лесах. В голову Тиму самовольно начали заползать мечты о ярком палящем солнце, мягком песке, теплой морской воде и собственном шезлонге на Гавайском островке.       Несмотря на все минусы, всё же было огромной удачей встретить такое сокровище в одиночных лесных массивах Осло. Ведь все прошлые сторожки, осмотренные Тимом, были, мягко говоря, абсолютно непригодными для проживания.       Инстинкт самосохранения Тима, едва замечая внешний вид особенно измученных временем старых изб, уже верещал ему: «БЕГИ!»…       …       В пыльной, необычайно душной кладовке Тим откопал старинную лестницу. Но похоже... она была сколочена в то же время, что и сторожка — если не раньше.       Несколько гнилых перекладин просто лежали на лестнице, ржавые гвозди не способны были держать это деревянное месиво. В некоторых местах заметен глубоко проросший мох. Даже несколько, проделанных усердным трудом древоточцев, зияющих дыр.       Несмотря на столь плачевный вид этой «конструкции», Тим, вздохнув, остановился на ней для осмотра крыши. В общем-то на данный момент других вариантов не оставалось…       …       Он — как неожиданно — сумев несколько раз упасть, вскарабкался на крышу через уже рассыпающиеся в вековой прах останки лестницы.       Вечером сожгу тебя к черту! — рявкнул Тим через плечо.       Он, перевёв дыхание, успокоился и начал осматривать черепичную кровлю. Ничего интересного, старая крыша... обычная крыша. Упорно и должно защищала и ещё будет защищать сторожку от ливней. Выглядывала пара некритичных трещин. Тим подметил довольно целый, не обвалившийся от всеразрушительной силы времени дымоход. Тот явно гордо ждал возможности снова проявить себя в действии.       Забавно, что звук прекратился ещё на этапе поиска лестницы. Несмотря на это Тим, не желая отступать от своего намерения, все равно упрямо полез наверх. Ну и осёл.       - Иии, ничего, — вздохнул Тим, — Прекрасно, а на что я надеялся? Всё-ё-ё как и раньше — видения. Пора прекратить пить "Синупрет". Забить бы на эту дрянь. Рано или поздно эти аномалии меня с ума сведут… — Тим взглянул на вечернюю зарю.       Досада. Досада!       Он и сам до конца понять не мог, что именно было в том, что он искал. Когнитивный диссонанс — именно такой феномен сообщила ему доктор Мэйдис. Славная женщина, всегда бесплатно и качественно помогала с его недугами из-за крепких связей с семьей Филлернов.       Впрочем, он и не парился по поводу лексических медицинских значений, по типу заумного «Когнитивный диссонанс». Он уже полностью положился на нее и доверился ей в медицинских делах в той же степени, что и родной матери в детстве…       Он, засмотревшись на медленно затухающий закат, наступил на слабую точку кровли, которая тотчас провалилась, затащив с собой ногу Тима.       Звук разрывающейся ткани — второе, что он услышал после своего вскрика. Старому отцовскому пальто, походу, пришел преждевременный конец. С другой стороны, он сам остался в целости и сохранности.       Хотя Тим и сам не мог толком решить, что для него лучше: порвать какое-то там пальто или разодрать руки с лицом об острые камни.       Нет... нет-нет-нет. Второй вариант был бы лучше, подумал Тим. Пальто было подарком Питера Филлерна - его родного отца. Досада.       Дэн часто издевался по этому поводу. Он смеялся, что отец просто поглумился над своим сыном, передавая такое старое шмотье. Время тяжело было, очень. Тим ценил сам... акт подарка?       Питер по-настоящему любил и хотел отдать все лучшее своим детям. Для этого он делал все, что было в его силах. К сожалению, Дэн абсолютно несерьезно относился ко всему этому.       ...       — Выступ несущей стены, - оценивает Тим своё положение.       Повисев ещё некоторое время в этом глупом положении, тот начал попытку освобождения. Некоторое количество времени он потратил на попытки вырвать отцовскую реликвию из крепкого хвата проклятой сторожки.       Тщетно. Тщетно!       Тим спрыгнул, неудачно приземлившись на твердую каменистую землю. Левая лодыжка неприятно хрустнула. Тим, с опаской глядя на неё, привстал. Перелома нет, боже какое счастье. Холод молниеносно окутал его тело. Только Тим собрался обернуться, как дырявое пальто уже, словно парашют, летело прямо ему на голову. Зияющая дыра выглядела болезненно.       Твою мать.       Слёзы прильнули к глазам.       Он, в попыхах перехватив все еще летящее на него пальто, похрамывая поспешил в избу. Решил лишний раз не давать морозным ветрам доводить себя до посинения и разобраться с проблемой внутри сторожки, куда более тёплом месте.       — Славненько, — ругнулся Тим, захлопнув за собой дверь, — теперь ещё и возиться и зашивать это старьё! — Смешанные чуства. Тим, шмыгнув, взглянул на него.       Где-то неподалёку завыл ветер.       С оконной трещины в прихожей веяло январским холодом. Гнилая половица у ног Тима по виду была давно обвалена и создавала здоровенную прямоугольную дыру в полу. Вот туда он и скорее всего рано или поздно провалится, отправившись отлить ночью.       Потолок при небольшой вибрации радушно осыпал его штукатуркой, попадая под кофту. Как с раздражением предположил Тим, то было неудачной версией ловушки какого-нибудь серийного маньяка. Так и жаждала поскорее обвалиться на заблудшего путника-неудачника. Хоть бы не стать таким.       Сама сторожка была в слишком ветхом состоянии для жизни, но на поиск лучших вариантов у Тима не оставалось ни сил, ни нервов, ни возможностей.       К тому же она была лучшей из лучших на данный момент: есть неплохая кровать, что гораздо лучше дрянного матраса на полу — а иногда и без него вовсе. Плюсом большое количество провизии прекрасно давали о себе знать.       Через мелкую щёлку в окне продолжал завывать ветер.       Тим отправился на поиск теплой сменной одежды или хотя бы иглы с нитками. Практически все в избе было покрыто тонким слоем пыли: стены, огромный шкаф занимающий по ощущениям практически четверть площади избы, два жалких на вид окошка, старая кирпичная печь, пару табуреток, у одной из которых отсутствует ножка, и подвешенная керосиновая лампа в качестве люстры — как назло без топлива. Пыльный пол украшала дюжина его свежих следов.       Тим покопался в ящиках шкафа и не нашел ничего полезного. Темнеет, холоднеет — вечер подркадывается все ближе и ближе.       Лучи заката светом старинной, затхлой лампады начали мягко заходить в комнатку. Золотой ковёр лениво подкрадывался к Тиму.       АПЧХИ - прогремело на всю избу. Надо бы когда-нибудь тут прибраться.       Кап.       Время топить печь, желания проснуться с чуть ли не отмершим от холода носом не оставалось ни капли после последней ночи.       Кап. Кап.       Благо для топки Тим уже все приготовил: бревна и хворост лежали у крыльца. Вопрос однако был в том, как бы все это заже-       Внезапно пошел дождь. Причём — как точно был уверен Тим — вечер был ясный, ни единой дождевой тучки не было на небосклоне. Похоже, что сам бог дождя Тлалок по всем самым «удачным» стечениям обстоятельств был на посту и проклял Тима его основной фобией.       Снова он, но на этот раз уже вполне реальный. Несколько волн мурашек прошлось по его телу. Тим и сам не мог объяснить причину такого трепещущего страха и все время сносил на таблетки. Больно не хотел вспоминать о прошлом, отрицая его причастность ко всему этому.       Планы чуть не сорвались. Внезапный дождь мог намочить — уже мочит — ещё сильнее и без того еле горящую свежую древесину. Тим, осознав это, отмахнулся от мыслей и поспешил перетаскивать всё свое добро внутрь…       И вправду... ни единого облачка...       Удалось спасти лишь несколько десятков небольших бревен и малую часть охапки хвороста. Все остальное, словно губка, впитало в себя литров будто бы под десять воды, для розжига в ближайшее время они точно не подойдут. Тим засел за сортировку топлива.       Большую часть ночи возможна снова придется спать в холоде, либо просыпаться несколько раз за ночь, чтобы подкидывать в топку подсохшую древесину, размышлял в процессе Тим. Затем он с досадой подметил. Средняя температура в здешних лесах составляла около пяти градусов — по крайней мере именно это он и запомнил с прогноза той старой тётки со своим писклявым голосочком, с канала "МетеоТренд". Она не менялась уже около месяца.       Как же давно я не смотрел телевизор, подумал Тим и затем поднялся, растянувшись во весь рост.       ...       Тим впихнул всё вглубь по самое не хочу. Осталось бы понять чем все это разжечь.       Средство для розжига и спички быстро нашлись в нижнем отделе шкафа. Весь процесс прошел на удивление отлично и не составил особых усилий. Везёт.       Растущее пламя начинало понемногу развеивать вечерний мрак скромного пространства избы и согревать ледяной воздух. Хворост приятно трещал от жары, вызывая детские воспоминания о пикниках и ночных историях сидя у костра. Тим, давно не испытывавший ностальгию, погрузился в нее с головой.       Долгое время он наблюдал за танцем языков пламени и был погружен в свои мысли настолько, что отвлекся от своей фобии. Капли больше не могли потревожить его. Как минимум на некоторое время точно.       ...       Прошло около часа. Тим отправил в топку следующую подсохшую партию бревен и останки лестницы. Звук треска быстро заполонил пространство сторожки. Тим с нескрываемым злорадством взглянул на своего медленно сгорающего дотла «друга», изрядно подпортившего сегодняшний день. Выполнив дневной долг и отряхнув руки от пыли — и праха лестницы — Тим отправился готовиться на боковую.       В шкафу он откопал целых три толстых одеяла. Хоть они и были старые, — как и всё в этой избе — тепло держали неплохо. Тим спешно приготовил кровать и удобно улегся. Едва он укрылся одеялом, как ветхий запашок тут же вонзился в его ноздри. Господи ну и вонь.       Воздух в избе, достаточно согревшись за прошедший час, стал гораздо приятнее. Норвежские ветра тихо дремали на улице, дождь прекратился ещё давно, запах озона после дождя, мягко заходящий в избу, успокаивающе действовал на нервную систему, тихий треск печи убаюкивал сознание Тима. Он всегда высоко ценил такие моменты в жизни, где бы он не находился, как, например, сейчас…       Тим мягко провалился в сон. Он был... прекрасен, о котором он последнее время только мог и мечтать.       Этот сон — ничего. «Черный экран», если можно так выразиться. Ничего не видно. Ничего не чувствуешь. Ни запаха, ни вкуса, ни эмоций, ни тепла, и самое главное — …       …ничего не слышишь… ничего не ощущаешь… ни-че-го…       В последнее время его начал мучить один и тот же ночной кошмар — бесконечные звуки капель по всевозможным поверхностям: металлу, камням, песку, коже, костям. Самое отвратительное — по его черепу. Удар капли — и весь мир будто мгновенно взрывается. Капля уничтожает его нервную систему, пожирает его изнутри, переворачивая все его нутро наизнанку!       Будто бы капля являлась метафорой его смерти. Жизнь полностью взаимосвязана и основана на воде. Человек состоит примерно на шестьдесят процентов из воды. Нам нужно пить ее, чтобы выжить. Наши клетки не способны размножаться без источника этой жизненно необходимой жидкости. Всю историю эволюции и развития ВСЕГО живого на земле вода и жизнь постоянно гармонировали друг с другом. Без воды невозможна жизнь.

Жизнь = Вода.

      Но, в таком случае, что не так с самим Тимом? Неужели тот был проклят некой силой и был обречен на вечные страдания до имени на собственной могиле? И что о нем будут говорить его дети своим друзьям после его смерти? «Наш отец боялся воды, вот и отбросил кони»?       Нет, это невозможно. Тим... болен и это обязано лечится. Мэйдис точно поможет ему.       От кошмаров он просыпался в холодном поту и с невероятной головной болью. Тим всегда винил себя за такой странный и безобидный страх, но тот и не собирался отпускать его, а только все больше и больше нарастал со временем. После такого Тим, конечно же, не мог уснуть.       Капли мерещились повсюду.       Лекарства которые он пил были от насморка. И как это вообще можно было отнести к галлюцинациям? Тим и сам понятия не имел, но всегда делал это ради собственного ментального благосостояния, иначе — либо он сошел с ума, либо на страх есть некая подсознательная причина, в которой ещё придётся покопаться…