Странный порыв

Луна светила на небе ярко, маленькие звёздочки вторили ей. Цикады пели свои песни и, казалось бы, тишь да благодать, но в поместье Шинсенгуми было шумно. Внутри было много людей: начиная с самих Шинсенгуми, заканчивая Ёрозуей. Пьянку решили устроить в честь дня рождения Кондо Исао приятного мужчины лет… ну, это мы опустим. — Не неси пурги, кучерявый! Ты хоть знаешь, как хорошо фехтует мой Сого? — кричал замкомандующего Хиджиката Тоширо. Мужчина был уже порядком пьян, казалось он выпил даже больше своей нормы. — А? Флиртует? Ты со своими подчинёнными флиртуешь? — мужчина с белыми волосами сидел рядом и кричал на всю округу. — Теперь понятно, почему полиция так хреново работает. Да и к тому же, моя Кагура твоего Сого сделает одной левой. Мужчина оглянулся в поисках девушки. Она оказалась напротив стола и ела тортик. Кагура сидела тихо, а возле неё сидел Сого. — Эй, Кагура! Покажи этому полицейскому, как нужно драться! Кагура подняла глаза с любимого лакомстова. Она ждала, когда наконец Гин-чан вырубится, чтобы отнести его домой. Была бы её воля, она бы вообще сюда не пришла. Но теперь она взрослая, — во что упрямо не верил Саката Гинтоки — поэтому Исао Кондо решил позвать её на свой день рождения. Сам он уже валялся в трусах, с красным пятном на щеке, рядом сидела довольная Отаэ, босс, как обычно, вырубила надоедливого поклонника с одного удара. Вот это женщина. Ну, Исао был и не против, вон какую лыбу давит. — Гин-сан, давай не будем устраивать тут драку. Ты же знаешь, какие взаимоотношения у Кагуры-чан и Окиты-сана, — начал успокаивать взбалмошных мужчин Шимура. Единственный здравый человек в этом доме. Он нагнулся к уху Сакаты и прошептал: — Да и к тому же, половина ущерба дома придёт по наш кошелёк. Ты помнишь, какой был в прошлый раз длинный чек? Гинтоки на минуту завис, будто вспоминал что-то ужасное, лицо его помрачнело. Он уже хотел что-то сказать, как его перебил Хиджиката: — Эй, Сого! Ты слышал, что сказал этот белый демон? Покажи китайской девочке, как нужно сражаться. Но Сого не ответил, он вырубился и валялся весь красный на полу возле ног девушки. Кагура пихнула подальше от себя парня. Ноль реакции. Это и к лучшему. Спустя небольшую пьяную перепалку двое мужчин выпили ещё по одной стопке и, так же, как и все, увалились красными на пол. Шимпачи тяжело вздохнул, как и Ямадзаки. Он, на удивление, никогда не хмелел. Парни кивнули друг другу в знак того, что их начальникам пора отдохнуть в своих комнатах. Шимпачи взял Гинтоки, а Ямадзаки Хиджикату, Таэ нехотя взяла виновника всей вечеринки. Она сама хорошо выпила, но ноги её держали, в отличии от именинника. Кагуре же достался Окита. Она не была этому рада от слова совсем. Но любитель булок уж больно просил её отнести капитана первого отряда, он пообещал ей, что купит аж три упаковки суконбы, и Кагура согласилась. Ведь что только не сделаешь ради вкусной еды? Кагура увалила тяжёлую руку себе на плечо и прижала к себе мужское тело рукой. От него ужасно пахло выпивкой, и он что-то болтал про себя. Кагура не могла разобрать. «Все ради суконбы» — повторяла про себя девушка. Она уже чувствовала во рту эту кислинку. Комнату парня она нашла быстро, уже бывала тут, когда возращала ему его пиджак. Он однажды укрыл её от дождя, зонтик она тогда оставила дома. Единственный милый момент в их взаимоотношениях. Кагура долго вдыхала аромат рабочей формы Сого. Он пах мужским одеколоном, немного кровью и потом. Ей нравился это запах. Но ему она конечно же в этом не призналась, как и себе в этом странном порыве. Девушка уложила парня на футон и отпрянула. Свою работу она сделала, так что может уходить. Но вдруг она услышала его хриплый голос. — Кагура… «Чего?» Он произнес её имя таким нежным голосом, что у девушки прошлись мурашки по спине. «Если ему снится непотребщина со мной, я его убью» Думала про себя Кагура, краснея от неловкости. Девушка смотрела на лицо парня, что бы кто не говорил, а Окита Сого был красивым мужчиной. Подтянутое тело, пшеничные волосы, миловидное лицо. Ей почему-то захотелось дотронутся до его щеки, но она вмиг опомнилась. Снова этот странный порыв. Да что такое? Девушка уже хотела убрать руку, как её бледную ручку схватил парень. Он сжал её несильно, но ощутимо, а потом провел себе по щеке. Девушка смотрела на него удивленными глазами. Парень приоткрыл карие глаза и улыбнулся. — Кагура. Придурок. После этого Кагура убежала. Сердце в груди Ято билось так быстро, а щеки горели огнём. Уже дома она долго представляла его лицо и запах, его улыбку и нежный голос. Саката Гинтоки, который был ей как отец и старший брат, не замечая изменений в своей подопечной, спокойной спал у себя на футоне, пока девушка кричала в подушку от неловкости и глупых мыслей.