Эдельвейс

Так и начались их пять лет счастья. Пять лет, наполненных письмами, редкими, но такими яркими встречами, телефонными звонками и надеждой на будущее. Встречи были редкими и оттого ещё более ценными. То Чонгук приезжал к Тэхену на выходные под предлогом «учебного проекта», то Тэхен гостил у Чонгука на каникулах. Каждая такая встреча заканчивалась новой тоской, но и давала новые силы ждать следующей. Они встречались летом чаще, когда Чонгук мог приехать, или Тэхен, окончив школу, сам поехал к нему в гости. Они взрослели, их чувства становились глубже, увереннее. В домике лесника, который стал их постоянным убежищем, их близкость утратила юношескую неловкость и наполнилась глубоким взаимным пониманием и страстью, смешанной с нежностью. Они знали тела друг друга как свои собственные, каждую родинку, каждый шрам. И каждый раз их соединение было не просто физическим актом, а подтверждением их любви, их тайного союза против всего мира.    Поступление в университет — всё это они пережили вместе, хоть и на расстоянии. И самым большим, самым смелым решением в их жизни стало то, что они подали документы в один и тот же университет в большом городе, ровно на полпути между их родными городами.   Тэхен поступил в консерваторию, а Чонгук, следуя своей мечте, стал учиться на геолога. Переезд в общую комнату в студенческом общежитии стал новым этапом. Это была уже не летняя сказка, а быт: совместные покупки, дежурства по уборке, приготовление ужинов на общей кухне. Но именно в этой обыденности их любовь окрепла по-настоящему. Они узнавали друг друга с новых сторон: Чонгук оказался удивительно хозяйственным, а Тэхен — терпеливым и заботливым, когда Чонгук переживал стресс перед сессией.   Они прошли через всё: через первые трудности с поиском работы, через сомнения и страхи молодости, через непонимание со стороны некоторых старых друзей. Но они были вместе. Их союз стал их крепостью.   Прошли годы. Студенческая комната сменилась на маленькую, но свою квартиру. Светлые волосы Чонгука стали чуть темнее, а на веках Тэхена появились лучики морщинок от постоянной улыбки. Однажды летом, спустя много лет после их первой встречи, они вернулись в тот самый лагерь «Эдельвейс», который к тому времени превратился в базу отдыха для взрослых. Они стояли на том самом старом, отремонтированном, но всё том же причале. Вода так же плескалась о сваи, а сосны так же шумели на ветру. Была опять звёздная ночь. Чонгук опустился на одно колено и достал из кармана маленькую коробочку. В ней лежали два простых серебряных кольца.    — Тэш, — сказал он, и голос его дрогнул. — Мы начали всё здесь. И я хочу продолжить всё с тобой. До самого конца. Выходи за меня.   Тэхен не смог сдержать слёз. Он смотрел на этого человека, своего мальчика, который стал его опорой, его лучшим другом и любовью всей его жизни.    — Да, — прошептал он. — Тысячу раз да.   Они обменялись кольцами прямо там, под теми же звёздами, что стали свидетелями их первого робкого прикосновения.   Они не справляли пышную свадьбу. Они просто расписались в загсе в кругу самых близких друзей, которые шли с ними все эти годы. А после устроили пикник на том самом причале.   Их жизнь не была идеальной. В ней были и трудности, и споры, и болезни. Но она была их жизнью — общей, наполненной смыслом и безусловной поддержкой. Они вырастили сад на даче, завели собаку, которую назвали Эдель в память о лагере, объездили полмира.   И каждый вечер, ложась спать, Чонгук целовал Тэхена в щёку и говорил: «Спокойной ночи, мой тихий мальчик». А Тэхен, прижимаясь к его плечу, отвечал: «Спокойной ночи, мое яркое солнце».   Они прожили долго и счастливо. Не потому, что у них не было проблем, а потому, что у них всегда были они друг у друга. И та летняя сказка у озера, которая длилась целую жизнь.     Конец.   Моим прекрасным от Паура.