Прикосновения тьмы
2 октября 2025 г., 18:58
Замок спал. Дремали портреты, затихли шаги. Лишь где-то далеко внизу шептало озеро и скрипели ставни. Эмили не могла дышать в тесной спальне: снова кошмары. Родители, смерть, крики, огонь. И тьма, что будто вырывала сердце изнутри.
Она выбежала в коридор, босиком, накинув мантию. Холодный камень под ногами немного остудил панику. Она шла почти наугад и, как всегда, оказалась у окна в длинной галерее.
И он уже был там.
Драко сидел на подоконнике, склонившись вперёд, руки сцеплены в замок. Услышав её шаги, поднял взгляд.
— Ты снова здесь, — сказал он тихо.
— Я всегда здесь, когда не могу спать, — выдохнула Эмили. — А я почти не сплю.
Он кивнул, будто понимал. Она подошла ближе.
— Кошмары? — спросил он.
Она кивнула. — Родители. Смерть. И что-то ещё… что-то, чего я не могу назвать.
Драко протянул руку и коснулся её пальцев. Лёгкое движение, осторожное, но настоящее. Его ладонь была тёплой.
— У всех нас есть тьма, Поттер, — сказал он глухо. — Но иногда она ближе, чем мы думаем.
Она не убрала руку. Напротив, позволила его пальцам переплестись с её. Сердце забилось так сильно, что она едва могла дышать.
— Тебе не нужно бояться, — продолжил он, глядя прямо в глаза. — Не со мной.
Он медленно провёл большим пальцем по её коже. Это движение было невинным — но её тело вспыхнуло, будто он коснулся не руки, а чего-то куда более запретного.
Эмили не могла отвести взгляд. Её дыхание стало прерывистым. В голове вихрем проносились мысли: что он делает? почему я не отстраняюсь? хочу ли я, чтобы он продолжил?
— Драко… — начала она, но голос сорвался.
Он склонился ближе. Его лицо оказалось в опасной близости — всего несколько дюймов. Она ощущала его дыхание на щеке, едва слышала ровный стук его сердца.
— Ты дрожишь, — прошептал он.
— Потому что… — она закрыла глаза на миг. — Потому что я не знаю, чего хочу больше: убежать или остаться.
Он усмехнулся, и его губы почти коснулись её уха.
— А если я скажу, что хочу, чтобы ты осталась?
Эмили резко вдохнула. Внутри всё сжалось, и в тот же миг расплавилось. Его голос, его близость — всё это было опасно, неправильно. И в то же время это было единственное, чего она желала.
Она открыла глаза и встретилась с ним взглядом. Его зрачки были расширены, и на мгновение ей показалось, что он так же потерян, как и она.
— Тогда я останусь, — выдохнула она.
Он улыбнулся — впервые по-настоящему. Медленно убрал руку с её пальцев и, почти невидимо, провёл кончиками по её щеке. Её кожа вспыхнула от прикосновения. Она прикусила губу, чтобы не выдать дрожь.
Они не поцеловались. Но в этот миг это было ближе, чем поцелуй.
Этой ночью, вернувшись в свою спальню, Эмили легла в постель и уткнулась в подушку, сердце всё ещё колотилось. Она закрыла глаза — и вместо кошмаров видела его руку, его взгляд, его губы у своего уха.
Она поняла: теперь её ночи изменились навсегда.
Утро началось с запаха тостов и гулкого шума в Большом зале. Все сидели за завтраком. Фред заметил её отрешённость.
— Поттер, ты сегодня где-то далеко, — сказал он, прищурив глаза. — Что там интереснее, чем я?
Эмили улыбнулась слабо.
— Звёзды, — ответила она.
Фред рассмеялся, не уловив серьёзности. Но Гарри бросил взгляд на сестру внимательнее обычного. Она сразу отвернулась, чтобы не выдерживать его изучающего взгляда.
На уроке Трансфигурации профессор Макгонагалл диктовала конспект. Эмили сидела рядом с Гермионой, которая быстро строчила пером. Но рука Эмили то и дело замирала. Она вспоминала ночные слова Драко.
Ей хотелось прогнать эти воспоминания. Но чем сильнее она старалась, тем настойчивее они возвращались.
После занятий Фред снова подошёл.
— Ты избегала меня весь день, — сказал он, слегка хмурясь. — Если у тебя что-то случилось… ты ведь скажешь, да?
Эмили посмотрела в его глаза и почувствовала боль. Он был честный, прямой, заботливый. И всё же не он занимал её мысли.
— Всё в порядке, — соврала она. — Правда.
Фред недоверчиво нахмурился, но отступил.
Ночь накрыла замок звёздным куполом. Эмили не могла спать. Её тянуло — словно какая-то сила вела её прочь из башни Гриффиндора. Она шла по лестницам всё выше и выше, пока не оказалась у двери в Астрономическую башню.
И там он был.
— Ты следишь за мной? — спросила она тихо, заметив Драко у одной из витрин.
— Может быть, — ответил он. Его голос отозвался эхом. — А может, мы оба просто идём туда, куда нас тянет.
Эмили подошла ближе.
— Почему ты всегда здесь? — спросила она.
— Потому что только ночью я могу быть собой, — ответил он. — Днём я должен быть тем, кого все ждут. Наследником, слизеринцем, Малфоем. Но здесь… — он шагнул ближе, и расстояние между ними сократилось до опасной черты, — здесь я просто Драко.
Эмили почувствовала, как внутри всё сжалось. Он был так близко, что она слышала его дыхание.
— А я… ночью я становлюсь ещё более собой, — прошептала она. — Той, кто не нужна ни друзьям, ни брату.
Он коснулся её руки. На этот раз не осторожно — твёрдо, уверенно. Его пальцы переплелись с её.
— Ты нужна мне, — сказал он.
Эмили вдохнула резко, будто он вырвал воздух из её лёгких. Сердце бешено колотилось.
— Драко… — начала она, но слова растворились.
Он поднял руку и провёл по её щеке, кончиком пальца очертил линию губ. Эмили задрожала.
Если он сейчас наклонится… я не смогу остановить.
И он наклонился. Медленно, будто давая ей время отстраниться. Но она не сделала этого. Наоборот — сама потянулась навстречу.
И их губы встретились.
Сначала осторожно, как проба. Но в тот же миг всё оборвалось: Эмили почувствовала, как жар волной накрыл её тело. Его губы были тёплыми, настойчивыми, а её сердце билось так, что казалось, весь замок слышит.
Она сжала его рубашку на груди, чтобы не потерять равновесие. Он углубил поцелуй, и её дыхание сорвалось. Внутри всё горело — страх, желание, долгожданное ощущение, что её наконец видят.
Когда они оторвались друг от друга, в зале стояла тишина. Только их тяжёлое дыхание наполняло пространство.
— Это… — начала Эмили, дрожа.
— Это было неизбежно, — перебил Драко. В его глазах был огонь, которого она раньше не видела. — И это только начало.
Эмили закрыла глаза, прижимая пальцы к губам, ещё помня вкус его дыхания. Она знала: теперь они перешли черту, и обратно пути нет.
В ту ночь, лёжа в постели, она впервые не боялась кошмаров. Потому что в её голове звучал только его голос.
