Вкус обмана

                  ~10 лет назад~ Каждый ребёнок узнаёт свой вторичный пол в одиннадцать лет. Это считалось чем-то вроде рубежа, перехода во взрослую жизнь. В один день всё менялось: семья шла с ребёнком на обследование, и после нескольких анализов врачи выносили заключение. Большинство людей оказывались бетами — таких было около семидесяти восьми процентов. Это была «норма»: они жили, учились, работали, не выделяясь ничем особенным. Альфы и омеги рождались куда реже. Альфы составляли примерно пятнадцать процентов населения, и именно они считались вершиной иерархии. Омег было ещё меньше — всего семь процентов. Их жизнь была непростой: на них давили общество и стереотипы. У Суо Вэй был обычным мальчиком. Он рос в семье, где не было альф и омег, и был уверен, что и сам окажется бетой. Он не сомневался в этом ни секунды — как можно сомневаться в том, что, казалось, решено заранее? Он держал маму за руку, когда они шли в клинику. Мальчику было страшно — всё же это важный день. Но ещё страшнее стало, когда врач вернулся с результатами. — Омега. Это слово словно ударило его. Вэй почувствовал, как внутри всё похолодело. Он не сразу понял смысл, но по лицу матери догадался: это плохо. Он был шокирован. Омега? Это же значит — слабый, подчинённый, зависимый. Это значит — всю жизнь придётся бороться за место под солнцем. Мать попыталась улыбнуться, но улыбка вышла горькой. Уже дома они сели за кухонный стол и долго молчали. Наконец, она сказала: — Мы никому не расскажем. Ты будешь бетой. Только так мы сможем тебя защитить. С тех пор Вэй начал принимать подавители, которые выписывали врачи. Таблетки скрывали запах и сглаживали проявления его вторичного пола. Для всех он был обычным бетой.                         ~Наши дни~ Двадцать один год. Четвёртый курс университета. На первый взгляд — обычный парень, немного резкий, но дружелюбный. Много друзей, хорошая учёба. Никто и не догадывался, что он скрывает правду. Суо Вэй сидел на крыше заброшенного здания. Он часто приходил сюда, когда хотел побыть один. Сверху открывался вид на улицы, полные людей. Он смотрел на них с завистью, с раздражением, с какой-то глухой ненавистью. На самом деле он ненавидел себя. Себя и природу, которая «наградила» его омегой. Притворяться бетой становилось всё труднее. Подавители скрывали запах, но тело выдавали очертания: тонкая талия, широкие бёдра, мягкая грудь. Он отчаянно боролся с этим, часами занимаясь в тренажёрном зале. Для омеги мышцы росли медленнее, чем у альфы или беты, но упорство творило чудеса. В итоге он добился своего — его фигура стала спортивной, подтянутой. Через неделю начинался новый учебный год. Вэй переходил на последний, четвёртый курс факультета дизайна. Он был талантливым студентом и мечтал после выпуска поработать в крупных компаниях, набраться опыта, связей, а затем открыть собственную фирму. Мысли о будущем немного согревали. Но каждый раз, когда он вспоминал, кем является на самом деле, на сердце становилось тяжело. Солнце клонилось к закату, и он не заметил, как стемнело. Осторожно спустившись вниз, Вэй вышел на оживлённую улицу и направился домой. — Опять допоздна где-то гулял? — встретила его мама, когда он переступил порог. В её голосе прозвучал упрёк, но глаза светились заботой. — Ты же знаешь, милый, я просто хочу обезопасить тебя. — Она вздохнула. — После смерти отца и сестры нам пришлось тяжело… Но запомни: я всегда рядом, я всегда поддержу тебя. Эти слова больно резанули. Вэй помнил всё. Отец умер вскоре после того, как мальчик узнал свой вторичный пол. Болезнь была сильнее. Потом они втроём держались как могли, сводили концы с концами. Когда Вэй поступил в университет, сестра умерла — её болезнь тоже оказалась безжалостной. С тех пор он жил только с матерью. — Мам, не волнуйся, мы справимся! — он подошёл и крепко её обнял. — Я открою свою компанию, и ты встретишь старость в безбедности. Она мягко улыбнулась и подтолкнула его к раковине. — Иди мой руки, садись за стол. Я приготовила твоё любимое. Ужин, как всегда, был вкусным. Мама расспрашивала про университет, осторожно спрашивала, не появился ли у него кто-то особенный. Вэй только смеялся и отнекивался. После они вместе убрали со стола, и он ушёл к себе. Лёг на кровать, погрузился в мысли и незаметно уснул.                   ~Неделю спустя~ Эта неделя пролетела незаметно. Днём Вэй работал на подработках, вечером проводил время с матерью. Он чувствовал, как сильно скучал по ней, пока учился вдали от дома. И вот настал день. Первый день нового учебного года. Суо Вэй стоял перед главным входом в университет и никак не решался зайти. Слишком много воспоминаний, слишком много ожиданий. — У Суо Вэй! — раздался знакомый голос. Он сразу узнал его. Цзян Сяо Шуай. Его лучший друг. Сяо Шуай учился на третьем курсе медицинского факультета. Они познакомились ещё в школе и с тех пор были неразлучны. Шуай был омегой, но не скрывал этого так тщательно, как Вэй. Его семья поддерживала его: отец тоже был омегой, и он рос с ощущением, что в этом нет ничего страшного. — Привет, Шуай! — Вэй обнял друга. — Как ты? Как лето прошло? — Отлично! — оживился тот. — Я был у родителей, а потом мы поехали на море. Это было потрясающе! — Он мечтательно улыбнулся и тут же нахмурился: — А ты как? Ты же почти не отвечал на сообщения. — Моё лето? Подработки, подработки и ещё раз подработки, — с усмешкой сказал Вэй. — Хотел помочь маме. Да и подавители стоят дорого… Прости, что пропадал. — Ну ты и трудоголик, — проворчал Шуай. — В школе ты был другим. Они вместе прошли на территорию университета, и тут Сяо Шуай понизил голос: — Слышал новость? Вернулись они. — Кто? — Чи Чэнг и Чэн Юй. Вэй удивлённо посмотрел на друга. — Ты не знаешь их? — Шуай рассмеялся. — Учишься дольше меня, а не слышал? Это местные знаменитости. И он начал рассказывать. Чи Чэнг учился на факультете экономики и управления. Родился в богатой семье — «с золотой ложкой во рту». Несколько лет назад уехал в Америку, а теперь вернулся, поступил на второй курс магистратуры и уже открыл собственную компанию. Го Чэн Юй — его друг детства. Родился в обеспеченной семье, «с серебряной ложкой во рту». Он тоже учился за границей, а теперь поступил на первый курс магистратуры, на международные отношения. — И да, — добавил Шуай, — они оба альфы. Вэй расширил глаза. В их университете альф было совсем немного, в основном среди преподавателей. — Альфы?! — слишком громко воскликнул он. Несколько студентов обернулись, и Вэй поспешил извиниться. Тише он повторил: — Но их же совсем мало… — Вот поэтому о них и говорят, — усмехнулся Шуай. — Если бы они были обычными бетами, никому бы не было дела. Они зашли внутрь и сразу заметили толпу. В центре стояли двое — без сомнений, те самые. Но Вэй не стал вглядываться: он и Шуай пошли в разные корпуса. Они не заметили, что Чи Чэнг и Чэн Юй одновременно насторожились. Их носы уловили лёгкий аромат, свежий и терпкий. Они вышли из толпы и пошли на запах, который сводил с ума. Чи Чэнг ощущал терпкую свежесть лайма — чистую, звонкую, как утренний воздух после дождя. Его сердце сжалось: именно так должен был пахнуть его истинный омега. Чэн Юй замер рядом. Для него этот день тоже перевернулся в одно мгновение. Его ноздри уловили другой аромат — лёгкий, тёплый, ненавязчивый. Тонкий шлейф жасмина. Он будто обвил его, едва ощутимый, но манящий, обещающий покой и тепло. Альфы переглянулись. Никто из них не сказал ни слова, но они оба знали: судьба сделала первый ход.