Минджэ

Утро начиналось одинаково. Будильник звенел в семь, и Хонджун, не открывая глаз, тянулся к телефону, выключал его и лежал ещё пару минут, глядя в потолок. Комнату в общежитии он делил с парнем, который появлялся здесь редко. Сосед жил у своей девушки почти постоянно, так что кровать рядом оставалась пустой, а тумбочка не тронута неделями. Иногда тот забегал, чтобы переодеться или закинуть стирку, и снова исчезал. Фактически, Хонджун жил один. И ему этого хватало. Парень с трудом поднимается с кровати. И всё-таки сидеть и просматривать ленты в соцсетях до поздней ночи — не самая лучшая идея. Он потирает глаза, стараясь хоть как-то проснуться, и медленно бредёт в ванную комнату, чуть ли не врезаясь в стену рядом с дверью. Тихо выругавшись, Ким заходит в ванную и тяжело опирается руками на раковину. Недосып явно даёт о себе знать. — Да уж, — Хонджун поднимает взгляд на своё отражение и скептически осматривает залегшие под глазами мешки. Он тяжело вздыхает и открывает кран с холодной водой. Усталость это вряд ли уберёт, но хотя бы приведёт парня в плюс-минус нормальное состояние. Закончив с водными процедурами, Ким на автомате подходит к столу и включает чайник, покрытый налётом старости. Кажется, он уже не одно поколение студентов повидал на своём веку, но до сих пор исправно работает. Парень возвращается к кровати и берёт свой телефон, чтобы включить на фон видео — без разницы какое, главное, чтобы был шум на заднем фоне. Не сказать, что тишина напрягала парня — ему было достаточно комфортно, особенно если вспоминать его взбалмошного соседа, который на первом курсе приводил в их комнату компанию своих шумных друзей каждый день. Ким не против людей, но и не любит, когда они очень шумные. Да, возможно, таких, как он, считают странными, ведь студенчество — это время устраивать гулянки, заводить интрижки, дурачиться с друзьями. Это время, когда ты наконец начинаешь чувствовать себя взрослым, и тебе открыты все двери. И Хонджун был бы не против, если бы его позвали на одну из таких гулянок, но его никто не зовёт, и его это не смущает. Наверное. Он нажал на первое рекомендуемое видео на Ютубе, сделал громкость выше и под аккомпанемент закипающего чайника и лепетания какой-то блогерши с яркими волосами начал собираться в университет. Найдя в шкафу однотонную черную футболку и такие же джинсы, парень быстро переоделся. На улице уже наступила осень, но тёплые дни ещё не закончились. Солнце настойчиво пробивалось сквозь тёмные плотные шторы, и складывалось ощущение, что лето никак не хочет отступать и передавать бразды правления в чужие руки. «Оно и к лучшему, — подумал Хонджун, — хоть не надо надевать тысячи слоёв одежды, чтобы не замёрзнуть.» Чайник с щелчком выключился, тем самым оповещая, что вода закипела. Ким вытащил из тумбы свою чашку, где разноцветными буквами было написано «улыбайся чаще». Кажется, эту чашку ему подарила девочка на выпускном из старшей школы, которой он нравился. «Интересно, как она там? — пронеслась мысль, и Хонджун усмехнулся.» Он достал пакетик растворимого кофе и высыпал всё содержимое в чашку, тут же заливая на половину кипятком. До пар оставалось ещё добрых сорок минут, поэтому можно было особо не спешить. Он сел обратно на кровать, откидываясь назад на спину и закрыв глаза. — … а ещё он всегда рядом, — в уши вдруг врезался голос девушки на видео. Глаза блогерши неестественно светились, она активно жестикулировала и что-то рассказывала взахлеб, то и дело уводя взгляд куда-то за камеру, — Даже когда я в полном одиночестве. Я называю его своим лучшим другом. Хонджун поднял телефон, концентрируя на нём своё внимание. — Это называется тульпа. Я сама создала его и ни разу не пожалела, — девушка счастливо улыбнулась, — даже сейчас он за кадром. Рэон, зайди поздороваться, — она отодвинулась в сторону, уступая место какому-то Рэону. Пару минут она сидела молча, переводя взгляд с пустоты обратно на камеру. — Вы его не слышите, но он только что поздоровался и сказал, что его зовут Рэон. — Что за бред, — Ким издал лёгкий смешок и откинул телефон в сторону. Он сел обратно на кровать и взял в руки немного остывший кофе, сделав глоток. Напиток обжёг рот и горло, от чего парень поморщился и отставил кружку обратно на тумбу. Хонджун поднялся, выключил видео девушки и, схватив рюкзак, который стоял, подпирая кровать, направился к выходу из комнаты. Пора на учебу. Кампус жил своей жизнью. Группы студентов, громкие голоса, кто-то с кофе навынос, кто-то с гитарой, кто-то со смехом, который невозможно игнорировать. Все куда-то шли, о чём-то говорили. Хонджун шёл в стороне. Он всегда выбирал путь, где меньше людей, чтобы не сталкиваться плечами. Зайдя в аудиторию, он занял своё привычное место — у окна, в последнем ряду. Преподаватель уже был в аудитории и, сидя за столом, перебирал какие-то бумаги, готовясь к лекции. Оставалось ещё десять минут, и люди потихоньку начали стягиваться, занимая свободные места. Те, кто пришёл ради знаний, медленно плелись к передним партам, остальные же разбрелись по всей аудитории, садясь небольшими группками. Хонджун достал ноутбук из рюкзака и принялся просто листать ленту новостей. Не сказать, что Хонджуну всё равно на учёбу, но и интересом он особо не пылал. Просто приходил на пары, делал домашнее задание, сдавал проекты, но ничего больше. Он не рвался за первыми местами в рейтинге учащихся, но и оказываться на последних тоже не хотел. Преподаватель встал из-за стола и неспешно направился к доске, что означало начало лекции. Ким не отрывался от экрана ноутбука, но в то же время успевал слушать, что говорит мужчина. Его негромкий, спокойный и размеренный голос разносился по аудитории, иногда заглушаясь чужим смехом и шепотом. Хонджун невольно реагировал на этот раздражитель и то и дело поворачивался в сторону небольшой компашки, что сидела чуть ниже него. Одногруппники что-то обсуждали, явно забыв, где находятся, но негромкий кашель и суровый взгляд лектора смогли их утихомирить. Преподаватель Чхве был мужчиной средних лет. Он уже больше двадцати лет преподавал в этом университете историю искусств. Со стороны он казался нелюдимым, тихим человеком, как Хонджун. Но все студенты уважали и беспрекословно слушались его, стоило ему направить взгляд в их сторону. И Ким завидовал, сам не зная почему.Он привык быть один, и одиночество его никак не смущало, даже наоборот, можно было сказать, что он наслаждается этим. Вот только что-то уже давно сдавливало внутри, наблюдая за тем, как его одногруппники ходят компаниями и весело проводят время. Лекция закончилась, и компашка неподалёку тут же подлетела и вихрем унеслась за двери аудитории. Оставшиеся студенты со смешками провели их взглядами, а профессор лишь усмехнулся и тихо сказал что-то в духе: «Ох и молодежь.» Хонджун лишь тихо вздохнул и сложил ноутбук в рюкзак. В расписании было три пары. Все они прошли одинаково, если не учитывать то, что возбужденное настроение передалось на всю группу. Они как будто были готовы сорваться в любой момент и пробежать марафон. — Ну всё, поехали! — крикнул кто-то, как только закончилась последняя пара. — Там уже стол накрыли! — Я беру машину и заберу вас по дороге! — откликнулся другой. Смех, хлопки по плечам, радостные возгласы. Группа словно расправила крылья, и аудитория в один миг наполнилась энергией. Хонджун спокойно складывал вещи в сумку. Медленно, размеренно, как всегда. Он не спрашивал, куда все идут, и никто не удосужился объяснить. — Быстрее, опоздаем! — донеслось от двери, и почти вся группа гурьбой ринулась в коридор. Через минуту аудитория опустела. Остался только легкий след чужих парфюмов и смятый листок на полу. Ким перекинул сумку через плечо и вышел в коридор. Там по лестнице вниз уже гремела толпа — смех, радостные крики, звонкие голоса. Их шаги эхом отдавались по всему зданию, а затем стихли. Хонджун же пошел в другую сторону. Комната встретила его привычной тишиной. Он поставил рюкзак у стола, переодел футболку на домашнюю и достал ноутбук, тут же его включая. Экран мигнул, ожил. Хонджун открыл соцсеть, листая новости почти машинально. Сначала — фотографии еды, кто-то хвастался новой футболкой, дальше — мемы, картинки. Но вскоре лента запестрела однотипными снимками: улыбающиеся лица его одногруппников, вспышки света, бокалы, стол, уставленный блюдами. Подписи повторялись: «Поздравляем лучшего старосту!» «С днём рождения, бро!» «Вот это вечеринка!» Хонджун остановился, уставившись на экран. День рождения? Он пролистал дальше. На фотографиях мелькали почти все — шумные ребята, тихие девчонки, даже парочка «ботаников», которые обычно всегда держались в стороне. Все были там. Все смеялись, обнимались, поднимали бокалы. Кроме него. Он откинулся на спинку стула, чувствуя, как в груди медленно нарастает тяжесть. Не сказать, что он был поражён или раздавлен — он давно привык быть вне компании. Но почему-то сейчас пустота стала слишком ощутимой. Словно его существование было настолько незначительным, что его забыли позвать даже ради приличия. Он закрыл ноутбук, и в тишине, которая теперь давила особенно сильно, вдруг вспомнил утреннее видео. Странная девушка с неестественно светящимися глазами на экране говорила о воображаемом друге. О том, кого можно создать в голове, чтобы он был всегда рядом. О «тульпе». Тогда он усмехнулся и выключил вилео, решив, что это бред сумасшедшей. Но сейчас, сидя в пустой комнате, он неожиданно ясно услышал в голове её голос: «… а ещё он всегда рядом. Даже когда я в полном одиночестве». Хонджун сжал губы и невольно усмехнулся: — Чушь… Но уснуть этой ночью мешала навязчивая фраза, крутившаяся в голове. «Всегда рядом».