Тьма в конце туннеля

После инцидента в лесу, едва проводив Чипа до дома, Эбби почти бессознательно направился к доктору Тому. В нем шевелилась слабая надежда выпросить у того совет — как усмирить демона, что теперь был частью его самого. По пути Эребий бушевал, и его голос звенел в костях, будто лом, проведенный по решетке. Эребий: Куда ты прешь, мешок с костями? Я же растолковал тебе, как черным по белому! Жри, что дают, и не рыпайся! Но Эбби упрямо гнал его голос прочь, глухой, непрошибаемый баран, отвергающий подсказки существа, чье знание было древнее пирамид. У входа в больницу он замер, пытаясь собрать в голове хоть какие-то слова. Эбби (мысли): Как это выложить... «Здрасьте, Том, я тут пару человек закусил, подсобите»? Хрен, он же мигом ментам меня сдаст... А может, изобразить припадок? Голод, мол, замучил нестерпимый... Я ведь и правда помню, каково это. Но его размышления, словно наживку, вновь клюнул Эребий. Эребий: Чего ты влип, как муха в патоку? Шевелись, болван, просто войди и попроси помощи! Эбби: Ты что, блять, шутишь? Эребий: Эх... Ладно, вали своим путём, страдалец. Смотрю на тебя и рыдаю. Эбби: Ну, спасибо, мистер Помощь. Эребий: Всегда пожалуйста, кусок мяса с проблемами. Закончив их негромкую перепалку, Эбби рванул в больницу, подошел к стойке регистратуры и, запинаясь, попросил вызвать доктора Тома. Девушка за стойкой с неохотой кивнула, не отрываясь от монитора. Спустя несколько минут Эбби уже стоял перед знакомой дверью, сердце колотилось где-то в горле. Он постучал, костяшками пальцев, сухими и легкими. Из-за двери донеслось усталое: «Да-да, заходите». Эбби вошел. И Том, лишь мельком глянув на него, тут же напрягся. Он не видел крови, но чувствовал — от Эбби тянуло сладковатым, тошнотворным духом свежей человечины, едва приглушенным парковым ветерком. Не дав Эбби и слова вымолвить, Том перебил его, его голос был плоским и тяжелым, как надгробная плита. Том: Эбби. Скажи мне сейчас честно. Голод победил? Ты набросился на человека? Эбби лишь молча кивнул, не в силах оторвать взгляд от пронзительных глаз доктора. Том: Эх... Ладно. Что сделано, то сделано. Убил так убил. Эбби: А с чего вы взяли, что я убил? Том: Потому что от тебя несет, как из-за дверей морга в жаркий день. Эбби: Хех... Понятно. Том: Ничего тут смешного. Но ты молодец, что пришел ко мне, а не начал скрываться. С этими словами Том поднялся из-за стола и начал рыться в одной из многочисленных коробок, загромождавших кабинет. Том: Эбби, я тебе так скажу — не бойся и не волнуйся. В нашем мире такое... случается. Но так делать — нехорошо. На, лови. Он повернулся и бросил Эбби небольшую темную стеклянную банку, набитую таблетками неопределенного цвета. Эбби: Э-э... а это что? Доктор Том лишь хмуро посмотрел на его вопрос и ответил с сухим, язвительным сарказмом. Том: Таблетки, блять. От голода. Сильнодействующие. Глотай, когда прижмет. Но не увлекайся. Эбби был безмерно благодарен и уже развернулся, чтобы уйти, но Том остановил его ледяным тоном. Том: Эбби. Я, конечно, добрый и могу дать тебе эти таблетки бесплатно. Но за следующие... имей в виду, придется платить. И не смей добывать деньги, убивая. И если купюры, которые ты принесешь, будут пахнуть мертвечиной... ты о себе сильно пожалеешь. В тот миг, пока Том произносил эти слова, комната изменилась. Не то чтобы свет погас — он будто был вытеснен, поглощен густой, физически осязаемой тьмой, которая выползла из всех углов. Она обволокла Эбби, давя на грудь, сковывая мускулы, не давая ему пошевелить ни пальцем. Он мог только дышать, завороженно глядя на фигуру Тома, чьи глаза слабо светились в наступившей мгле, как у кошки. Том (голос прозвучал прямо в его сознании): ...Свободен. Тьма исчезла так же мгновенно, как и появилась. Эбби смог пошевелиться и, резко обернувшись, ожидал увидеть на месте доктора нечто чудовищное. Но перед ним стоял все тот же усталый Том в своем белом халате. Том: И чего ты встал как вкопанный? Иди уже. Эбби (торопливо, почти тараторя): Хех, да... я не знаю. Просто слушал вас. Хорошо, все будет нормально. И да, я буду к вам приходить. Том: Ну тогда ступай. Эбби не заставил себя ждать и почти выбежал из больницы, чувствуя, как на его спине горит незримая метка.