Хранитель сакуры

      Утро наступило как-то слишком резко и при этом максимально отвратительно. Чонгук проснулся не потому что выспался, а потому что организм решил активно мстить ему за всё вчера выпитое. Голова гудела так, словно внутри кто-то методично стучал по железному ведру молотком, и при каждом движении этот кто-то только радостно ускорялся. Во рту пересохло, язык неприятно прилипал к нёбу, а тело ощущалось тяжёлым, словно он всю ночь не спал, а таскал мебель по этажам. Он медленно приоткрыл глаза, уставился в потолок, пару секунд просто лежал, собирая себя по кускам, с тихим стоном перевернулся на бок и сел, запустив пальцы в волосы.       Он какое-то время просто сидел на кровати, морщась и пытаясь заставить себя окончательно проснуться, а потом тяжело выдохнул и всё-таки поднялся. Пол под ногами показался неприятно холодным, и от этого он окончательно скривился, но всё же поплёлся к двери, по пути лениво потягиваясь. В доме было тихо. Слишком тихо. Чонгук нахмурился, провёл ладонью по лицу и пошёл дальше. Его целью была кухня и холодильник со спасительной холодной водой и не менее спасительной таблеткой обезболивающего.       Основательно утолив жажду и заглянув в ванную по утренним делам, решил-таки найти причину такой тишине. Раньше она была привычной и не вызывала никаких эмоций, но с переездом к нему Тэхёна всё изменилось. Он прошелся по первому этажу, заглянув и в гостиную, и даже в туалет на всякий случай. Потом поднялся на второй, проверил все комнаты. Нигде никого. Ни намёка на присутствие в доме ещё хоть кого-нибудь. Он остановился посреди коридора, почесал затылок.        — Ну и где его носит… — пробормотал он хрипло, чувствуя, как раздражение начинает медленно расти.       Он прошёлся по дому ещё раз, уже чуть быстрее, будто надеялся, что сейчас Тэхён, чисто из вредности, внезапно материализуется где-нибудь в углу, но результат был тем же. Пусто. Окончательно убедившись, что он действительно один, Чонгук тяжело вздохнул и развернулся в сторону кухни.       — Отлично, — буркнул он себе под нос. — Просто взял и исчез. А предупреждать меня нафиг никому не впёрлось.       Он вернулся на кухню, поставил чайник, достал продукты, двигаясь сначала медленно и неохотно, но постепенно втягиваясь в процесс. Голова всё ещё неприятно пульсировала, но хотя бы тело начало слушаться. В какой-то момент он бросил взгляд на часы и замер, прищурившись.       — В смысле… Как это уже почти час дня?       Он выпрямился и тяжело выдохнул, покачав головой.       — Офигенное «утро», Чон. Просто лучше не бывает.       С тарелкой и кружкой он плюхнулся за стол, откинулся на спинку стула и какое-то время просто сидел, глядя в одну точку, прежде чем начать есть. Жевал медленно, без особого удовольствия, чувствуя, как организм понемногу приходит в себя. В этот момент на другом конце стола зазвонил телефон — громко, навязчиво. Только успокоившаяся было голова взорвалась новым приступом острой боли.       Чонгук поднял на него взгляд. Телефон лежал далеко. Слишком далеко, чтобы дотянуться рукой, не вставая. Он медленно откинул голову назад и тяжело вздохнул.       — Нет… — протянул он тихо. — Я не встану. Пошло всё к чёрту.       Телефон продолжал звонить, а Чонгук пытался силой мысли заставить его подползти ближе. Он лениво вытянул руку, не дотягиваясь даже до середины стола, и пробормотал:       — Давай… ну же… Сам как-нибудь.       Сбоку раздалось тихое шуршание. Чонгук медленно повернул голову. На край стола плавно забралась Мён, её чёрное тело тихо скользнуло по поверхности. Спина у него автоматически напряглась, плечи поднялись, а рука так и зависла в воздухе.       — Только… не ко мне… — выдохнул он сквозь зубы, не сводя с неё глаз.       Мён спокойно подползла к телефону, наклонила голову и аккуратно ткнулась мордой в корпус. Телефон сдвинулся. Чонгук моргнул. Она подтолкнула ещё раз — чуть сильнее. Ещё сантиметр. Ещё.       Он сидел, не двигаясь, неотрывно глядя на этот процесс.       Когда телефон оказался прямо перед ним, Мён на секунду замерла, проверяя, всё ли сделала правильно, а потом так же спокойно отползла назад и, не делая резких движений, соскользнула со стола. Через мгновение он услышал, как она тихо скользнула по полу в сторону коридора.       Чонгук ещё пару секунд сидел, как вкопанный, потом медленно перевёл взгляд на телефон, затем туда, куда уползла змея.       — Это сейчас… что вообще было?.. — тихо спросил он, сам не зная, у кого именно.       Телефон, молчавший во время всего процесса транспортировки себя к хозяину, разразился новой трелью. Чонгук дёрнулся, схватил его, всё ещё слегка ошарашенный. На экране высветился номер Тэхёна, вчера сразу же после оформления забитый в его телефон под внимательным и контролирующим взглядом духа.       — Да? — голос вышел хриплым. — Ты где вообще?       — А ты уже соскучился, Гук-и?       С той стороны раздался спокойный, явно довольный голос Тэхёна, и Чонгук невольно скривился. Слишком уж бодро тот звучал. Его взгляд скользил, ни на чем не задерживаясь, пока не дошёл до пространства перед входной дверью. Брови сами собой медленно приподнялись.       — Слушай, — не давая ему особо развернуть тему, продолжил Чонгук, проводя ладонью по лицу и откидываясь на спинку стула, — помнишь, я сравнил твою змею с кошкой? Так вот, мне сейчас кажется, что я ошибался. Это вообще ни фига не кошка.       Он покосился в сторону коридора и хмыкнул, в голосе всё ещё читалось искреннее недоумение:       — Это, блин, самая настоящая собака. Потому что она для начала притащила мне мой телефон, а теперь сидит у входной двери и явно ждёт тебя.       Он услышал тихий смех Тэхёна и сразу закатил глаза, упираясь лбом в ладонь.       — Очень смешно, ага, — буркнул он, хотя уголок губ всё равно дёрнулся. — Ты мне лучше скажи, ты где шляешься с утра пораньше?       — Гуляю. Развлекаюсь. Представляю, что ты сидишь и ждёшь меня. Можно даже не рядом с Мён.       Голос Тэхёна звучал с неприкрытой иронией, но кроме неё Чонгук различил ещё что-то. Какой-то оттенок эмоции. И если бы голова болела хоть немного меньше, даже наверняка сумел бы понять, что именно там было. Но голова ещё не прошла, и понять не получилось. Он постучал пальцами по столу, поморщился от новой волны боли в висках и фыркнул:       — Ну да, конечно, — протянул он. — Взял, молча свалил, оставил меня с похмельем и… с ней, — он кивнул в сторону коридора, хотя Тэхён этого видеть не мог. — Отличный план, одобряю.       — Тебе что-нибудь купить? Может мне заглянуть в аптеку? Я тут ещё немножко «подзаработал»… жадина ты мой.       Чонгук, решив сегодня никак и ни на что не реагировать, ибо не в состоянии просто на яркие эмоции, на секунду задумался и ответил:       — Да ничего не надо… — начал он, но тут же перебил сам себя, выпрямившись. — Хотя нет. Надо. Тебя.       Он сжал телефон в руке и уже без всякой попытки смягчить тон добавил:       — Давай-ка ты сейчас разворачиваешься и едешь домой. Немедленно. Потому что я не подписывался оставаться с твоей змеей наедине! — он недовольно щёлкнул языком. — Жду. И попробуй только задержаться.

***

      Звонок в дверь раздался неожиданно громко, будто специально, чтобы добить его и без того страдающую голову. Чонгук вздрогнул, резко поднял голову от стола, на котором лежал, прижимаясь к нему щеками попеременно и наслаждаясь прохладой столешницы уже какое-то время. Он выдохнул сквозь зубы, провёл ладонью по лицу и нехотя поднялся со стула, чувствуя, как тело всё ещё сопротивляется любым резким движениям.       Он сделал пару шагов в сторону коридора — и сразу остановился.       Прямо у двери всё ещё дежурила Мён.       Она лежала, свернувшись в почему-то показавшийся уютным клубок, положив голову на одно из колец, барабаня кончиком хвоста по полу и неотрывно глядя на закрытую дверь. Словно и правда в нетерпеливом ожидании.       Чонгук замер, уставившись на неё, и невольно сглотнул.       — О нет… — пробормотал он тихо, уже заранее понимая, что сейчас придётся вступать в переговоры.       Мён чуть приподняла голову, повернула её в его сторону, и на секунду их взгляды пересеклись. Чонгук тут же отвёл глаза.       — Слушай, — начал он, медленно подходя, но держась на безопасном расстоянии, — давай договоримся сразу. Ты сейчас красиво… аккуратно… сваливаешь от двери.       Он указал рукой куда-то в сторону.       — Потому что если ты будешь тут лежать, я не открою эту дверь и твой Тэхён не сможет зайти. Вообще. Никогда. Поняла?       Хвост перестал стучать. Мён какое-то мгновение просто смотрела на него, и Чонгук напрягся ещё сильнее, уже готовый к тому, что она проигнорирует его, как обычно. Но вместо этого она медленно развернулась и плавно отползла в сторону, оставляя перед дверью свободное пространство.       Правда, отползла она недалеко.       Чонгук прищурился, следя за тем, как она устраивается чуть в стороне, буквально в паре метров, и снова укладывается, свернувшись так, чтобы при этом отлично видеть и дверь, и его.       — Ну, разумеется… — пробормотал он.       Он ещё пару секунд постоял, наблюдая за ней, проверяя, не передумает ли она в последний момент и не подползет ближе, потом осторожно подошёл к двери. Рука легла на ручку, но он всё равно замер на секунду, бросив быстрый взгляд через плечо. Мён лежала спокойно, не двигаясь, только голову чуть приподняла.       — Если ты рванёшь в мою сторону я сбегу из этого дома и не вернусь больше. И сиди тут одна, — предупредил он, сам понимая, как глупо это звучит.       Ответа, естественно, не последовало. Он глубоко вдохнул и открыл дверь. И замер.       На пороге стоял Тэхён.       Чонгук видел его разным — в ханбоке, в своей собственной домашней одежде, в футболке и джинсах. Но сейчас… сейчас это было вообще не то. Перед ним стоял Тэхён в рубашке, аккуратно заправленной в классические брюки, с жилетом поверх, подчёркивающим фигуру так, что взгляд сам цеплялся за линии плеч и талии. Одна рука была небрежно засунута в карман брюк, другой он сжимал несколько брендовых пакетов.       Чонгук не сразу понял, что завис.       Волосы Тэхёна были собраны в хвост и перекинуты на одно плечо, открывая шею. Огромные карие глаза светились лукавством, левая бровь прямо на его глазах медленно ползла вверх, на губах постепенно расцветала улыбка.       И вот это вот всё выглядело… слишком. Просто слишком. У Чонгука внутри что-то неприятно сжалось, он машинально задержал дыхание и на секунду вообще забыл, зачем открывал дверь.       Он стоял, наверное, с минуту, уставившись во все глаза. Тэхён негромко кашлянул, и только тогда до него дошло, что пауза затянулась. Кончики ушей начали гореть, когда он понял, что его реакцию явно и увидели, и поняли, к сожалению, совершенно правильно. Чонгук моргнул, стряхивая с себя наваждение, выдохнул и попытался вернуть себе хоть какое-то подобие контроля над собственными эмоциями.       — Ты… — начал он, но тут же запнулся, потому что голос предательски сел. Он кашлянул и продолжил уже чуть ровнее: — Ты чего это так вырядился?       Сказал — и тут же понял, что звучит это как-то не так. Слишком… заинтересованно.       — В смысле… — пробормотал он, уже тише, — ты же не на деловую встречу ехал.       Он снова посмотрел на Тэхёна, который, кажется, даже не собирался отвечать, — и зря. Тот стоял, внимательно и слишком уж понимающе его разглядывая. А еще выглядел довольным. Просто неприлично довольным.       — Да блин… — выдохнул Чонгук тихо, проводя рукой по волосам. Он резко отступил назад, освобождая проход, но при этом старательно отводя глаза от Тэхёна. — Заходи уже, — буркнул он, делая вид, что его вообще ничего не волнует. — Чего встал.       И, не дожидаясь ответа, развернулся и почти сразу направился вглубь дома.       Шёл быстро, даже чуть быстрее, чем обычно, будто пытался от чего-то сбежать. В груди неприятно тянуло, а в голове крутилась одна и та же мысль: ну и что это сейчас со мной было вообще?       Он залетел в свою комнату, захлопнул за собой дверь и прислонился к ней спиной.       — Да ну нафиг… — выдохнул он тихо, проводя ладонью по лицу.       Сердце билось быстрее, чем хотелось бы, и это его откровенно бесило.

***

      Чонгук маялся. После выпитого лекарства стало, разумеется, лучше, но состояние было еще крайне далеким от отметки «жизнь прекрасна и удивительна». Скорее, он ощущал, что его переехал как минимум мотоцикл. Но возможно, это был и грузовик. Он еще не определился.       После инцидента у входной двери видеть Тэхёна не хотелось, как и шевелиться в принципе, поэтому он просто свалился на свою кровать и даже не заметил как провалился в какой-то тяжелый, липкий сон, после которого проснулся в том же состоянии, только с добавившейся тяжестью в голове.       Он перевернулся на спину, уставился в потолок, полежал так минут десять, потом взял телефон и начал лениво листать ленту, не особо вникая. Пальцы двигались сами, взгляд цеплялся за что-то на секунду и тут же это отпускал. В какой-то момент он снова задремал, не выпуская телефон из руки, потом проснулся от того, что тот выскользнул и упал ему прямо на лицо.       — Просто идеальный день, — пробормотал он.       Так и прошло время до самого вечера: сон, телефон, быстрый набег на кухонный шкафчик за накупленными закусками и снова сон. Он даже не сразу понял, сколько уже времени, пока не услышал, как где-то в доме раздался голос Тэхёна.       — Гук-и, — позвал тот спокойно, но так, что слышно было отлично. — Иди ужинать.       Чонгук поморщился, перевернулся на бок и пару секунд просто лежал, собираясь с силами. Живот негромко забурчал, намекая поторапливаться, и что ему придется встать.       — Сейчас… — пробормотал он в пустоту, хотя прекрасно понимал, что его никто не услышит.       Он всё-таки поднялся, медленно сел, провёл ладонями по лицу, пытаясь хоть как-то привести себя в порядок, и, тяжело выдохнув, встал. В голове всё ещё неприятно тянуло, но уже терпимо. Он вышел из комнаты и направился на кухню, чувствуя, как с каждым шагом тело постепенно возвращается в нормальное состояние.       Тэхён стоял у стола, раскладывая контейнеры с едой, и даже не обернулся сразу, будто заранее знал, что Чонгук пришёл.       — Я заказал доставку, — спокойно сказал он, закрывая один из пакетов. — Ты же запретил мне готовить.       Чонгук остановился в дверях, скрестив руки на груди.       — Я не «запретил», — буркнул он, проходя внутрь. — Я просто… высказал тогда своё мнение.       Он сел за стол, бросил быстрый взгляд на еду, потом на Тэхёна и снова отвёл глаза, чувствуя, как где-то внутри неприятно кольнуло.       — И вообще, — добавил он чуть тише, ковыряя край упаковки, — там не только ты виноват был.       Сказал — и сам же поморщился, потому что звучало это так, будто он сейчас оправдывается. Он быстро попытался спрятать это за привычным резким тоном, фыркнув:       — Мог бы и приготовить, если тебе так хочется. Я не против.       — Учту, — спокойно ответил Тэхён, и в его голосе проскользнуло что-то довольное.       Чонгук только тихо хмыкнул и потянулся к еде.       Ужин прошёл неожиданно спокойно. Без подколов, без попыток вывести его из с таким трудом обретенного равновесия, без этого странного напряжения, которое обычно висело между ними. Они разговаривали не особо много, просто поболтали о всяком разном вроде погоды и качества дорог, очередях и пробках, и Чонгук поймал себя на том, что ему… нормально. Просто нормально сидеть за столом и есть, не ожидая подвоха каждую секунду.       Где-то сбоку, на полу, лежала Мён.       Он пару раз машинально бросал на неё взгляды, каждый раз внутренне напрягаясь, но… ничего не происходило. Она просто лежала, свернувшись, лениво наблюдая за ними, и даже не шевелилась. В какой-то момент он заметил, что перестал дергаться при каждом её движении.       «Это что, я так быстро привык?.. — мелькнула у него мысль, и он сам же на неё скривился. — Да ну, бред какой-то.»       После ужина он уже собирался встать и уйти к себе, но Тэхён его остановил:       — Подожди, Гук-и.       Чонгук недовольно вздохнул, но всё-таки обернулся.       — Что ещё? — спросил он, уже заранее ожидая чего-нибудь странного.       Тэхён протянул руку и поставил на стол перед ним небольшой предмет. Чонгук нахмурился и опустил взгляд.       Это была стеклянная статуэтка. Цветная, аккуратная, тонкой работы — сакура в цвету, почти точная копия той, что сейчас стояла у него во дворе. Лепестки переливались мягкими оттенками, ствол был чуть темнее, и всё это выглядело слишком… живым для обычной безделушки.       Он какое-то время просто смотрел на неё, потом медленно поднял взгляд на Тэхёна.       — Это ещё что? — спросил, нахмурившись.       Тэхён пожал плечами, будто ничего особенного не произошло.       — Увидел и купил, — спокойно ответил он. — Не смог пройти мимо.       Чонгук прищурился, всё ещё не отводя взгляда.       — Зачем?       На секунду повисла пауза.       — На память.       Чонгук отвёл взгляд, скривился и вскочил со стула, не в состоянии больше спокойно сидеть на месте.       — Мне ничего не надо, — отрезал он, стараясь, чтобы голос звучал как обычно.       Он сделал шаг назад, потом ещё один, не глядя ни на статуэтку, ни на Тэхёна.       — Оставь себе, если она так тебе нравится, — бросил он и развернулся.       Уже привычный побег в свою комнату, и он не менее привычно встал, прижимаясь спиной к двери. Осознав это, тихо выругался.       — Да что за… — выдохнул он тихо, сжимая пальцами переносицу.       Сердце снова билось быстрее, чем ему бы хотелось.

***

      А на кухне остался стоять Тэхён, глядя на оставленную на столе стеклянную сакуру, а потом перевёл взгляд в сторону коридора, куда только что ушёл Чонгук. В его лице почти ничего не изменилось, но в глазах промелькнула тихая, сдержанная грусть.