Основательно зациклился на тебе

      Сначала мне хотелось уничтожить его и забрать своё сердце. Хотелось, чтобы он испытал всю ту боль, которую чувствовал я, пока меня разрывало на части. Хотелось точно так же заточить его сердце в камень, а потом разбить о пол на тысячу мелких осколков. Но потом… Потом, когда я увидел, как он каждый раз бесстрашно сражается со мной, защищает своих друзей и этот чёртов Нод-Край, мне захотелось… Поиграть с ним…       Хочется заставить его страдать от вечных боёв с Бездной, чтобы он был абсолютно без сил и без секунды на передышку. Чтобы он страдал от того, что убивает одних монстров, а потом сразу же появляются другие. Чтобы у него не было возможности позвать кого-то на помощь… Но это так глупо и бессмысленно… Ведь, если я буду мучить его Бездной, у бедного Кирилла совершенно не останется сил на меня. А разве будет интересно играть с ним в таком состоянии? — Кирилл, Кирилл… — медленно произношу его имя, неспеша спускаясь по ступеням в подвал на кладбище, — Кирилл…       Светоносец заметно вздрагивает, когда слышит своё имя, после чего медленно поворачивается. Наши взгляды пересекаются, отчего на моём лице невольно появляется улыбка. Кирилл… — Что ты здесь делаешь? — Пришёл… — подхожу чуть ли не вплотную к нему, слегка толкая назад так, что Кирилл прижимается к каменной колонне, — Выполнить то, что обещал тебе во время нашей последней встречи. И чтобы никто не смог помешать нам… — поворачиваю голову в сторону прохода в подвал и рукой блокирую проход силами Бездны, — Так будет лучше.       Тяну руку и провожу ею по щеке Кирилла, отчего он напрягается и сглатывает слюну. Ой, а что случилось? Как остались наедине, так не чувствуешь себя уже таким сильным? — А я могу… — Кирилл отворачивает голову в сторону и отлипает от моей руки, — Узнать, о каком конкретно обещании ты говоришь? — Можешь. Если будешь умолять меня напомнить тебе.       Внимательно наблюдаю на выражением лица Светоносца: сначала он будто бы ничего не расслышал, а потом его глаза раскрылись сильнее, а на щеках появился лёгкий розоватый окрас. Наклоняюсь к нему ближе и шепчу на ухо лишь: «Умоляй меня», после чего возвращаюсь в прежнюю позицию и получаю немыслимое удовольствие от его смущения. — Как? — Словами, Кирилл… Губами и ртом будешь потом.       С каждой моей фразой щёки Кирилла становятся всё розовее и розовее, а взгляд всё меньше задерживается на мне. Печально, но от смущения он совершенно перестал смотреть в глаза. — Неужели я так страшен, что даже не хочешь смотреть на меня? — хватаю его за подбородок и поворачиваю его лицо к себе, — Ну же, Кирилл, куда пропала твоя смелость и сила?       Чувствую как его дыхание становится быстрее, пока он сам кусает себя за губу. Что такое, малыш? Неужели так страшно быть наедине с грешником, будучи прижатым к каменой колонне? Но… Странно то, что он не предпринимает ни попытки вырваться… Он ведь с лёгкостью может уйти от стены и начать драку со мной. Или так переживает за все свои драгоценные записи? — Умо… Кхм… — притягиваю лицо Кирилла ближе к своему, отчего он сразу же замолкает. Но зато после этого он смотрит мне в глаза. — Что? Ты что-то хотел сказать, лучик света? — Умоляю… — почти беззвучно произносит, а я назло ему склоняю голову в сторону и делаю выражение лица, будто бы не расслышал его, — Я умоляю тебя, Рери… — О чём? — Умоляю, расскажи, про какое обещание ты говорил… — Кирилл закрывает глаза и делает глубокий вздох, после которого встаёт на носочки и приближается к моему уху, — Рери…       Чёрт… И кто с кем решил поиграть? Твою мать… Но почему-то мне нравится это. Правда после того, как он чуть ли не стонет моё имя, хочется завладеть им и всем его телом прямо на этом столе, сбросив все архивные записи на пол. Хочу разгромить здесь абсолютно всё. Хочу заставить его стонать моё имя чаще… Сука…       Касаюсь своего лица и срываю бинты, после чего сильнее прижимаю Кирилла к колонне и впиваюсь в его губы поцелуем. Смешно… Кирилл ни капли не сопротивляется, а наоборот отвечает на поцелуй, если это действие можно так назвать. Кладу руку ему на шею и сжимаю, отчего слышу стон то ли боли, то ли удовольствия. — Как смешно… — сжимаю пальцы сильнее, а Кирилл закрывает глаза и приоткрывает рот, пытаясь вдохнуть, — Раньше ты держал в своей руке моё сердце, а теперь я держу тебя за горло и наслаждаюсь твоими стонами.       Надавливаю двумя пальцами в необходимых местах шеи, перекрывая ему доступ к кислороду полностью и жду. Когда чувствую, что его тело начинает ослабевать, то отпускаю и отхожу на два шага назад, смотря на то, как Светоносец падает на колени и жадно пытается вдохнуть как можно больше воздуха. — Я обещал тебе, что ты не успеешь встать на колени передо мной, прежде чем я напитаюсь энергией… Но я ошибся… Мне пришлось долго ждать, чтобы ты стоял на коленях передо мной, мой лучик света… — он поднимает на меня взгляд, а я всеми силами стараюсь сдерживать себя, чтобы не начать душить его снова. — Тебе… Хотелось просто поставить меня на колени? — с усмешкой произносит Кирилл, подползая ко мне ближе, — Или… — его руки касаются края моих брюк, — Или ты хотел это сделать с конкретной целью?       Кирилл облизывает губы, смотря мне в глаза. Сука… Это я пришёл играть с ним, а не он! Или на него так действуют силы Бездны в закрытом помещении? Так ещё и после поцелуя со мной? Вдруг это всё опьяняет его и заставляет так вести? — Изначально этой цели не было… Но раз мы с тобой здесь одни и никто нам не помешает…       На его губах появляется улыбка, после чего он собирается стянуть с меня брюки. Но я хватаю его за волосы и останавливаю. Неужели он действительно думал, что всё будет так легко? — Ты забыл кое-что… — сжимаю кулак и сильнее оттягиваю его, — Кирилл. Умоляй. Умоляй так, чтобы мне это понравилось и чтобы я разрешил тебе прикоснуться к моему телу. — Рери… — он шепчет, пытаясь приблизиться ко мне, — Умоляю, разреши мне… — чуть ослабляю хватку, а он сразу же начинает целовать мои бёдра и член через ткань, — Я умоляю тебя, Рери… Прошу тебя…       Скриплю зубами от удовольствия из-за всего происходящего. Хороший лучик света… Прекрасный и послушный лучик света… Отпускаю его волосы, а он, не теряя ни мгновения, стаскивает брюки и целует уже само тело. — Не останавливайся… — Рери… — Кирилл проводит языком по длине всего члена, после чего останавливается у головки, целует её и поднимает взгляд на меня, — Умоляю тебя, Рери… Разреши мне…       Дышать становится всё труднее, будто бы я преградил доступ кислорода в подвал, когда устанавливал защиту Бездны на вход. Кусаю себя за губу и молча киваю Кириллу. Он сразу же приоткрывает рот и берёт головку, лаская ее языком. Возвращаю руку на его голову, вновь наматывая волосы на кулак. Я хочу контролировать его… Хочу управлять им… Хочу владеть и его телом, и самим Кириллом… Хочу подчинить его себе полностью… — Рери… — вновь стонет моё имя и берет половину члена в рот, нежно лаская каждую выступающую вену языком. С небольшой силой, но так, чтобы Кириллу не было больно, оттаскиваю его за волосы и заставляю посмотреть мне в глаза. — Хороший лучик света… — он легко улыбается и краснеет, — Хороший и послушный… — Рери… А ты не боишься, что я могу сжать челюсть и откусить? — радужка его глаз меняется на фиолетово-синий и начинает слегка светиться, — Я не буду хорошим и послушным, если ты продолжишь наполнять помещение энергией Бездны.       Поворачиваю голову в сторону выхода, отчего шея вновь хрустит, и слегка ослабеваю завесу. Она тихо начинает трескаться, но не ломается до конца. Зато глаза Кирилла перестают светиться, когда в помещение поступает свежий кислород. — Ты думал, что я не почувствую, как ты хочешь, чтобы Бездна опьянила меня и затуманила рассудок? — усмехаюсь с этого. — И в мыслях не было, лучик… Ты сам себе всё придумал и поверил в свою ложь.       Отпускаю его волосы, кладу руку на щеку и нежно поглаживаю. То ли шепчу, то ли рычу ему, чтобы продолжал. Дважды повторять не пришлось. Кирилл вновь проводит языком по всему члену, после чего обхватывает головку губами и нежно посасывает её. С трудом сдерживаю стон, после чего возвращаю руку на затылок и надавливаю, чтобы он взял глубже. Лучик света послушно выполняет все мои желания, доставляя мне нереальное удовольствие.       Каждый раз, когда головка касается его горла, мне всё труднее и труднее сдерживать себя и контролировать свою силу над ним. В один момент я просто не выдерживаю, сжимаю его волосы в кулаке и одним рывком заставляю его взять до конца. Твою мать, как же узко и горячо в его горле… Забавно, что только после этого действия Кирилл начинает сопротивляться и пытаться вырваться. — Тсс… Потерпи, мой хороший лучик… Иначе ты сделаешь себе очень и очень больно…       Опускаю голову и наслаждаюсь прекрасным видом, как его голова почти что полностью прижата к моему животу. Крепко держу его волосы в кулаке одной руки, а второй аккуратно придерживаю за щёку, поглаживая и немного царапая кожу когтями перчатки. — Вот так, малыш… — медленно двигаю своими бедрами, выходя на половину и аккуратно входя обратно во всю длину, — Умничка… Хороший лучик света…       С каждым движением бёдер желание быть с ним грубым и жестоким повышается, однако хотя бы это желание получается прекрасно контролировать. Кирилл порой поднимает на меня глаза, полные слёз, что возбуждает меня ещё сильнее.       Двигаюсь в его горле ещё несколько мгновений, после чего выхожу и отпускаю Кирилла. С его губ стекает слюна, а из глаз продолжают течь слёзы. Приоткрытый рот жадно хватает воздух. Шикарный лучик света… И только мой… — Раздевайся.       Несколько секунд Кирилл не двигается и никак не реагирует, что я аж собирался повторить свой приказ. Но потом он медленно поднялся, стянул свое пальто и бросил его на пол. Я же в свою очередь медленно подошел к Кириллу после этого и нежно погладил по щеке.       Он поднял голову и смотрел мне в глаза несколько секунд, после чего первый потянулся ко мне за поцелуем. Кое-как мы смогли сделать несколько шагов в сторону стола, на который вскоре я посадил Светоносца и начал целовать и кусать его шею. Черт знает зачем, но одну руку я опустил на штаны и медленно подглаживал член через ткань узких джинс. — Стонешь как жалкая шлюха… — шепчу Кириллу на ухо, отчего он вновь стонет и слегка вздрагивает. — Рери… — Я тебя слушаю, — шепчу в секунды отдыха от укусов. Мне кажется, что ещё немного, и я прокушу его кожу и буду пить кровь, как какой-то вампир. — Умоляю, войди в меня… — Прям умоляешь, лучик света? — Молю… Пожалуйста. Я прошу тебя, Рери… — Хороший и послушный малыш… — он прикрывает глаза и тихо стонет от удовольствия после того, как я его так называю, — Вставай…       Даю немного место Кириллу, чтобы он мог слезть со стола, а сам достаю кинжал из набедренного ремня. Заметив его, Светоносец немного напрягается и поднимает взгляд на меня. Но после слов «Не для тебя» он как-то расслабляется. Но чтобы он окончательно успокоился, кладу кинжал на край стола.       Быстро развернув парня и стащив с него джинсы примерно до колен, я заставляю его лечь грудью на стол. Несколько секунд разглядываю этот прекрасный вид, после чего с громким звуком, который эхом раздается по подвалу, шлепаю его по ягодице. Кирилл немного шипит после этого, а я наслаждаюсь тем, что на коже появляется красный отпечаток.       Снимаю с рук обе перчатки, кидая их куда-то в сторону к пальто Кирилла. Я хочу его… Хочу, чтобы он умолял меня не останавливаться, чтобы он стонал и кричал моё имя, чтобы он… Чтобы он был только моим.       Снова хватаю его за волосы и тяну на себя, заставляя приподняться на локтях. Мой член оказывается между его ягодиц, а я специально прижимаюсь к его телу ещё ближе. Кирилл стонет от каждого моего движения, а я вновь прилипаю с укусами к его шее. Свободной рукой тянусь к рубашке, пытаясь расстегнуть пуговицы, но, после нескольких неудачных попыток, я разрываю ткань. Пока пуговицы с шумом падают и разлетаются по всему помещению, я кусаю его плечо. До крови. И жадно сосу каждую выступившую капельку. — Рери, умоляю… Перестань меня мучать…       Но я не даю ему то, что он хочет. Вместо этого я тяну руку вниз и касаюсь его члена. Подушечками пальцев я размазываю всю выступившую смазку по головке, после чего обхватываю и начинаю двигать рукой. Кирилл начинает громче стонать и чаще произносит моё имя. Он все ещё хочет, чтобы я перестал его мучать? Или же сейчас ему хочется, чтобы я продолжал? — Рери… — Если хочешь, то я могу прекратить это. — Нет! Умоляю, нет… Молю тебя, Рери, продолжай…       С его волос моя рука перемещается ему на грудь, сильнее прижимая к себе. Я активно двигаю рукой по его члену, то чуть сильнее сжимая у основания, то расслабляя ближе к головке. С каждым движением, Кирилл начинает сильнее дрожать и ему труднее сдерживать стоны, а я лишь усмехаюсь и наслаждаюсь всем этим. — Стони… — шепчу ему на ухо, слабо прикусывая мочку уха, — Стони и умоляй меня продолжать. Докажи мне, что ты моя хорошая и послушная шлюха, которую мне стоит продолжать ублажать. — Рери… Я умоляю тебя… Не останавливайся… Я прошу тебя… Рери…       Дыхание Кирилла становится все более сбивчивым, а каждое слово он произносит с трудом. Он дрожит в моих руках сильнее, продолжая стонать моё имя и умолять. Он играет по моим правилам и называет себя моей жалкой шлюхой, а я с каждым разом усмехаюсь все больше и больше. Мой хороший и послушный лучик света…       От одного лишь осознания, что Светоносец, мой главный противник, сейчас стонет моё имя и дрожит в моих руках, я готов кончить. Это настолько возбуждает и сводит с ума. Он сейчас всего лишь жалкая игрушка в моих руках. Моя кукла, который я управляю и владею целиком и полностью. Он моя собственность… — Рери…       Не сбавляю темпа и наслаждаюсь тем, как он все чаще и чаще стонет моё имя. Как бы я хотел сейчас остановиться и поиздеваться над ним, но не могу себе этого позволить. Все же он послушно выполнял все мои приказы и умолял меня. А значит что я обязан наградить свой лучик света… — Ре… — Кирилл замолкает на половине и со стоном кончает в мою руку, — Ри… Рери…       Кирилл пытается дрожащими руками удержать себя, опираясь за стол, а я возвращаю руку на его волосы и тяну к себе, поворачивая его голову. Сначала грубо целую его, чуть ли не прокусывая губу, после чего оттягиваю его. Когда его взгляд становится более четким, я подношу свою руку ко рту и языком слизываю его сперму, продолжая смотреть ему в глаза. Кирилл моментально краснеет и пытается отвернуться, но я не позволяю ему сделать это. — Возбуждает подобное зрелище? — он едва заметно кивает и отводит взгляд в сторону, — А мой член у тебя между ягодиц возбуждает? Нравится чувствовать то, насколько он твёрдый благодаря тебе? — Рери… — продолжай, лучик света, мне нравится, как ты произносишь моё имя, — Мне больше понравится, когда он будет во мне… — Хочешь… — тянусь рукой к кинжалу, после чего подношу к шее Кирилла и аккуратно касаюсь кончиком лезвия его шеи, — Немного поиграем? — Не стоит… — Почему же, Кирилл? — аккуратно провожу лезвием по его кадыку и поднимаюсь к подбородку, — Ты мне не доверяешь? — Рери… Не надо… — Открой рот и высуни язык. — Нет… — Кирилл… — сжимаю рукоять кинжала сильнее в своей руке, переводя взгляд с лезвия в глаза Светоносцу, — Слушайся и подчиняйся мне… И тогда ты останешься жив…       Замечаю как он сглатывает слюну, приоткрывает рот и слегка высовывает язык, как я ему и приказал. Кончик лезвия касается его языка. Стараюсь аккуратно надавить кинжалом, чтобы Кирилл чувствовал, что я здесь главный, а он всего лишь моя собственность, но в то же время необходимо сделать это так, чтобы не порезать его. Хватит. И так уже достаточно крови из него вытекло, а мы до сих пор так и не перешли к самому вкусному в нашей игре. — Нравится? Правда это возбуждает? Когда не только твоё удовольствие, но ещё и вся твоя жизнь зависит от другого… — Кирилл смотрит мне в глаза и абсолютно никак не двигается и не реагирует, — Кирилл… Я что-то не так спросил? — надавливаю остриём чуть сильнее, отчего он морщится. — А… Ага… — кое-как произносит он. Ну конечно «ага». Сказать «нет» тебе сейчас не позволяет кинжал… — Умничка. Хороший лучик света… Я знал, что тебе понравятся такие игры, — целую его в висок и убираю кинжал от его лица, поднося его к члену, — Думаю, что так тебе будет легче разговаривать.       Меняю кинжал другой стороной лезвия и провожу по всей длине. Кирилл вздрагивает то ли от холодного материала, то от страха, что я сейчас порежу его. Аккуратно перемещаю не заточенную сторону лезвия в головке и касаюсь уретры острием также, как и касался его языка несколько мгновений назад. — Рери, умоляю тебя, убери кинжал…       Надавливаю чуть сильнее, что остриё лезвия касается его нежной кожи, а кончик кинжала пропадает в уретре. Кирилл задерживает дыхание и старается абсолютно не двигаться. Вот только его член реагирует иначе, слегка подрагивая от возбуждения из-за холода. Так что одно неловкое движение и… И Кирилл будет ещё с одним окровавленным и травмированным местом на теле. — Рери… — Тише, мой послушный лучик света… Мы просто играемся так… — тянусь к его шее и провожу по ней языком, — Расслабься… — Рери, часть твоего кинжала уже в моём члене, я никак не смогу расслабиться! — Доверься мне, Кирилл… И поцелуй меня… Иначе часть кинжала, которая в тебе, увеличится в несколько раз…       Он старается как можно аккуратнее повернуть свою голову чуть больше в мою сторону и нежно касается моих губ. Неужели мой лучик света действительно боится, что я смогу настолько ему навредить? Смешно…       Убираю кинжал в сторону от его члена, после чего толкаю рукой в спину, вновь заставляя лечь его грудью на стол. Подношу лезвие к своей руке и со всей силы разрезаю небольшой участок кожи на предплечье, из которого моментально начинает литься кровь, смешанная с энергией Бездны.       Кирилл вздрагивает и поворачивает голову в мою сторону, когда чувствует что что-то капает на кожу его ягодиц. А я же… Я в свою очередь подношу руку и оставляю её над своим членом. Хоть многие и говорят, что кровь — это плохая смазка, это всё же будет лучше, чем её полное отсутствие. К тому же, энергия Бездны чуть более густая, чем кровь, что облегчит проникновение. — Тебе будет больно, но я потом обязательно залечу все твои раны, Кирилл… — Что ты имеешь в виду?       Когда на моём члене достаточно крови и энергии Бездны, я аккуратно подношу ко входу. Несколько капель сразу же стекают и касаются мышц его ануса. Кирилл начинает умолять меня остановиться и не делать этого, что он может сейчас найти какой-то лубрикант или что-то ещё, что мы можем использовать. Но я его не слышу. Точнее я не хочу слышать то, что он говорит.       Жду, пока из моей руки вытечет ещё немного жидкости, после чего кладу кинжал обратно на стол и одним резким движением вхожу в тело Кирилла наполовину. Мх… Не подумал я о том, что доставлю боль не только ему, но и себе. — Блять! Рери! — он моментально приподнимается на локтях и стонет от боли.       Пользуюсь моментом и вхожу до конца, прижимаясь к его спине. Кое-как опираясь одной рукой, я подношу окровавленую руку к его лицу и говорю, чтобы он пил. Кирилл сопротивляется, шипит и пытается отвернуться. Вскоре моё терпение кончается, я отлипаю его спины и вновь притягиваю к себе за волосы, насильно заставляя выпить моей крови.       Я чувствую, как Бездна проникает в его тело, моментально залечивая все разрывы в анальном проходе. Я чувствую, как вместе с этим Бездна касается и моего члена. Я чувствую, как Кирилл начинает пьянеть от моей крови и энергии Бездны, хоть и старается сохранять трезвость сознания. — Хороший лучик света… — приближаюсь к его уху и шепчу, — Тебе же теперь не больно? Ты же теперь чувствуешь лишь удовольствие от энергии Бездны и моего члена внутри тебя, неправда ли?       В ответ Кирилл стонет в знак согласия, пытается кивнуть головой и сильнее прилипает к моему порезу, жадно глотая как можно больше жидкости. Нежно целую его в висок и продолжаю шептать ему на ухо. — Умничка… Продолжай, Кирилл…       Когда я чувствую, что он напился достаточно, то я просто забираю её и провожу своим языком по ране. От моей слюны она моментально затягивается, будто бы никакого пореза и не было. Хватаю бывшей травмированной рукой Кирилла за шею, вновь слегка сжимая пальцы, притягиваю к себе и целую его, медленно начиная двигаться.       Я не знаю, действительно ли ему приятно или это энергия Бездны так действует на него, но я получаю нереальное удовольствие от всех стонов, что сейчас слышатся сквозь поцелуй. Отпускаю его, отчего он сразу же падает на стол, и двумя руками сжимаю кожу на его ягодицах. Я хочу оставить как можно больше новых отметин на нём, всё равно старые были излечены. Хочу сделать его только своим…       Хватаю его за бёдра и грубее притягиваю его к себе. Вскоре пошлые шлепки наших тел наполняют подвал кладбища вперемешку с нашими стонами. Кирилл продолжает стонать моё имя, а я и сам не замечаю, как делаю точно также с его. Я продолжаю активно хватать его за волосы, притягивая к себе, целуя и кусая всю шею и плечи, а он прогибается в спине, меняя угол проникновения и доставляя нам обоим нереальное удовольствие.       Пару раз я выходил из Кирилла полностью, а потом грубо и резко входил в него до конца, звонко ударяясь своими бёдрами о него каждый раз. Это было настолько приятно, что я был готов начать рычать от удовольствия. Хотя готов поспорить, что пару раз с моих губ уже вырывался рык.       Кирилл же заставлял меня двигаться ещё грубее, ёрзая подо мной, чтобы каждый толчок попадал на его простату. Он стонал и умолял меня не останавливаться. И каждый раз улыбался, когда слышал, как я называл его умничкой или хорошим и послушным лучиком света. Никогда бы не подумал, что у такого, как он, может быть любовь к нежным и ласковым прозвищам.       Мне не хотелось останавливаться, я старался всячески оттянуть оргазм, чтобы продолжать находиться в теле Кирилла и дальше, продолжать заставлять его стонать моё имя, продолжать доставлять ему удовольствие. Я даже пытался заставить энергию Бездны стать более материальной и обвиться вокруг основания моего члена, чтобы удлинить наше удовольствие.       И первое время это даже удавалось, пока я не начал чувствовать сильное головокружение. Забавно, что и Кирилл начал слабеть подо мной, будто бы задыхался от нехватки кислорода. Распустив абсолютно всю энергию Бездны и убрав её из подвала, я собрал все свои силы и принялся активнее и быстрее двигаться в его теле. — Кирилл… — приближаюсь к его телу и вновь прижимаюсь грудью к его спине, целуя плечо. Ещё через несколько толчков я кончаю, вновь прокусывая его нежную кожу до крови, жадно глотая каждый миллилитр, — Мой прекрасный Кирилл…       Ещё некоторое время никто из нас не двигается. Мы обессилено лежим и оба пытаемся найти хоть какие-то остатки сил. Нормально отдышавшись, я встаю и выхожу из тела Кирилла, наслаждаясь тем, как из него начинает вытекать смесь из моей спермы, крови и энергии Бездны.       Светоносец продолжает лежать на столе ещё какое-то время, после чего приподнимается сначала на локтях, а потом и полностью встаёт поворачиваясь ко мне. — И что это было вообще? — Кажется, что… — задумываюсь на секунду, в очередной раз разглядывая его тело, — Я основательно зациклился на тебе.       Отворачиваюсь от него и иду к своим перчаткам. Трачу последние силы Бездны на то, чтобы поднять их, а после спокойно натягиваю их на руки. Закончив с руками, я поправляю бинты на лице и подхожу вплотную к Кириллу, беря со стола кинжал. — Но запомни… — сжимаю его в руке, преподношу к подбородку Светоносца, чтобы с помощью лезвия немного поднять его лицо и заставить смотреть мне в глаза, — Это было в первый и последний раз. Когда мы встретимся с тобой в следующий раз на поле боя, я убью тебя и поглощу все твои силы и твоё тело в себя. Ты меня понял, Кирилл?       В ответ он молча кивает, после чего немного отодвигается от кинжала. А уже в следующую секунду он высовывает язык и слизывает с лезвия остатки моей крови. — Или же… всё же я убью тебя, Рери… Мы ещё посмотрим, кто из нас сильнее.       Усмехаюсь с этого, убирая кинжал от его лица и возвращая его на место. Отхожу на пару шагов, после чего вновь поворачиваюсь к Кириллу и разглядываю его тело в последний раз. Усмехнувшись ещё раз, я поднимаюсь по ступеням и исчезаю с острова.