Цена любви

После разговора с Королевой-матерью прошло несколько дней, наполненных тягучим напряжением. Лю Бэй пытался смириться со своим прошлым, Пушок рьяно тренировался, а Сяо Яо ломала голову над тем, как вернуть того, кого она так безрассудно потеряла. Сян Лю разрывался между забытыми чувствами и холодным рассудком. Он понимал, что Сяо Яо, даже будучи свободной, по-прежнему принадлежит другому — если не по закону, то в мыслях ее бывшего мужа, Тушань Цзина. Решение было твердым: как только Пушок обретёт человеческий облик, они покинут гору, оставив прошлое позади. Он не будет мешать ей жить. Спустя месяц после возвращения памяти Сян Лю старательно избегал Сяо Яо, проводя все время с орлом. И в один из дней усердие Пушка было вознаграждено: во время тренировки его озарило ослепительное сияние. Сяо Яо и А Би, привлеченные вспышкой, увидели, как белокрылый орел превратился в юную девушку с волосами белее снега, изумрудными глазами и в белом платье с алой окантовкой. Все замерли в изумлении, но Лю Бэй, недолго думая, взлетел в воздух, чтобы мягко спустить ее на землю. Сяо Яо пронзила острая ревность. «У нас появился новый друг, но у нее нет имени», — заметил А Би. Лю Бэй,подумав, предложил: «Раз она была белым орлом, назовем ее Белая Хризантема — Юйхуа». «Старший брат,мне нравится это имя!» — просияв, отозвалась девушка. Все радовались новому пополнению, кроме Сяо Яо. Она чувствовала, как почва уходит у нее из-под ног. А Юйхуа смотрела на Сян Лю с обожанием, которое копилось долгие годы. Теперь, обретя женский облик, она могла оставаться с ним всегда. «Юйхуа, раз ты девушка, давай жить вместе», — предложила Сяо Яо, пытаясь взять ситуацию под контроль. «Сестрица,я хочу жить с братиком Лю Бэем», — без колебаний ответила Юйхуа. Взгляды всех устремились на Лю Бэя. Он не хотел усложнять ситуацию, зная, что его время здесь истекает. «Хорошо,— согласился он. — Юйхуа будет жить со мной. Я все равно большую часть дня провожу на тренировках». Лю Бэй и Юйхуа проводили много времени на поле для тренировок. Лю Бэй учил ее всему, что знал сам. Во время занятий с мечами они казались неразлучной парой. Сяо Яо наблюдала со стороны; каждое его прикосновение, замечание, обращение к другой приносило в ее душу жгучую ревность. Она наконец поняла, как чувствовал себя Сян Лю, когда раз за разом отдавал ее другому. Однажды вечером, уложив Юйхуа спать, Лю Бэй с кувшином вина отправился к озеру. Усевшись на камень, он пил и смотрел на луну. Он редко ночевал в доме, избегая пересудов. Опустошив кувшин, он ступил на воду. Как только его ноги коснулись поверхности, рыжие волосы начали сменяться серебристыми. Недалеко от него стояла Сяо Яо. Услышав плеск, она обернулась и замерла: по воде шел мужчина с рыжими волосами, которые на ее глазах становились серебряными. Сердце ее ёкнуло. Даже со спины она узнавала его. Не помня себя, она бросилась к нему и обхватила его сзади, прижавшись щекой к спине. Запах персиков, что всегда витал вокруг нее, ударил Сян Лю в голову. Они простояли так мгновение, пока он не опомнился. Резко высвободившись из ее объятий, он силой мысли увлек ее на дно озера, подальше от посторонних глаз. Двое бывших возлюбленных смотрели друг на друга в подводной тишине. Она не видела его настоящим почти сто лет. «Госпожа Ту Шань,не стоит обнимать незнакомых мужчин на виду у всех, — голос его был ледяным, хотя внутри все горело. — Ваш бывший муж и брат могут понять это превратно». «Я в разводе!Меня ничего не связывает ни с кланом Ту Шань, ни с императором!» «Когда ваш"бывший" обещал убить меня, если я посмею приблизиться к вам, он был весьма убедителен. Даже оставил на память пару синяков». «Сян Лю,почему ты так холоден? Я была слепа и глупа, но теперь я знаю, что все, что ты делал, было ради меня!» «Госпожа,когда-то у меня было девять жизней. Теперь — лишь одна, и я хочу прожить ее налегке, как беззаботный юноша Лю Бэй». «Я люблю тебя!Всегда любила!» — вырвалось у нее, и слезы покатились из глаз, смешиваясь с озерной водой. — Прости, что осознала это так поздно». «Однажды вы сказали,что боитесь, что такой, как я, войдет в ваши сны. Я сделал все, чтобы вы были счастливы и ничего не боялись. Большего мне нечего вам предложить». Сяо Яо вспомнила все: и его предательство, и свою ненависть, и выстрел в его грудь, и весть о его гибели. Горе перехватило у нее дыхание. «Прости меня…Тот, кто был по-настоящему дорог мне, — это всегда был ты». «Прошлое умерло.Я не хочу, чтобы оно снова причиняло боль. Пока моя память была закрыта, я и подумать не мог, что из-за вас можно так страдать». «Я понимаю…Я не могу заставить тебя полюбить меня снова. Но позволь нам хотя бы остаться друзьями». «Друзьями?— он горько усмехнулся. — Я скоро уйду и, вероятно, больше не вернусь. Если у меня родятся дети, я, может быть, привезу их сюда, к королеве-матери в ученики». «Даже так…я прошу тебя», — упрямо прошептала она. Его слова о будущей семье жгли ее изнутри, но она не имела права его удерживать. Он заслужил счастье, даже с кем-то другим. «Хорошо,госпожа Сяо Яо. Мы останемся друзьями. А теперь прошу вас, уйдите. Мне нужно отдохнуть». Она кивнула с горькой улыбкой и поплыла прочь. Как только она скрылась из виду, Сян Лю с силой выдохнул, и сгусток крови окрасил воду. Он снова ранил ее, думая, что это к лучшему. Но его собственное сердце разрывалось на части. Он избегал ее, потому что знал: если уступит сейчас, то не отпустит никогда. А Сяо Яо, выбравшись на берег, приняла решение. Лучше хранить любовь в сердце и знать, что он счастлив, чем быть обузой. Ее душу тяготили воспоминания о том, сколько жертв принес Сян Лю, а в ответ она выстрелила ему в грудь, не зная, что он в последний раз пытался защитить ее от невыносимой боли. Она вспомнила маленькую куклу, с которой не расставалась, и тот миг, когда узнала, что это был его прощальный подарок. Жгучие слезы скатывались по щекам, а в голове царил хаос. В эту ночь она приняла решение, которое должно было искупить ее эгоизм и подарить свободу любимому человеку. На следующее утро она пришла к королеве-матери. «Наставница,ваше предложение стать вашей преемницей… оно еще в силе?» «Ты хочешь занять мое место?— удивилась та. — Ты понимаешь, что должна будешь отречься от всех чувств и провести жизнь в уединении?» «Я понимаю.Но мне некуда идти. За этими горами меня ждут лишь горькие воспоминания». «А твоя любовь?» «Он меня не любит.А с другим я быть не хочу. Лучше уж вечное одиночество, чем смотреть, как страдает он». Королева-мать взглянула на нее с сожалением: «Решение это судьбоносное. У тебя есть десять лет, чтобы учиться здесь и проверить свою твердость. Если не передумаешь — проведем обряд». Сяо Яо поклонилась. Через два месяца Сян Лю и Юйхуа собрались в путь. На прощальный пир собрались все. Королева-мать пожелала Лю Бэю не опозорить ее учение. А Би и Ли Ян назвали его братом и дружно пошутили о будущей свадьбе. От этих слов сердце Сяо Яо сжалось. Когда очередь дошла до нее, она подняла чашу: «Лю Бэй,ты стал для нас семьей. Трудно тебя отпускать, но я желаю тебе счастья». Она осушила чашу одним глотком и потянулась за второй,но его рука мягко, но властно остановила ее. Их взгляды встретились. «Старшей сестре достаточно»,— тихо сказал он. Со стороны это выглядело как забота, но лишь они двое знали истинную причину — он не хотел видеть ее слез. Под вечер Лю Бэй предложил проводить Сяо Яо до дома. Шли молча. У порога она внезапно обернулась и, поднявшись на цыпочки, поцеловала его. «К чему это?»— спросил он, не отстраняясь. «На прощание.Будь счастлив с Юйхуа». «Ты права,я должен быть счастлив. Я отдал тебе всю свою любовь в прошлом, но ты сделала другой выбор». На его губах играла грустная улыбка. Он помнил каждую ее эмоцию после «смерти» Тушань Цзина, когда жук Гу был в ее теле. «Прощай,Сяо Яо. Мы больше ничего не должны друг другу». «Хорошо,Сян Лю. Я принимаю твой выбор». Он развернулся и ушел. А она, заперев дверь, разрыдалась. Утром Сяо Яо не пришла прощаться. А Би решил, что она еще спит. Сян Лю и Юйхуа оседлали летающих скакунов и направились в деревню «Серебряный Ветер». А на горной тропе, скрытая деревьями, стояла девушка в белом и смотрела им вслед, шепча прощальное пожелание счастья. Через десять лет она станет Королевой-матерью, и все обретёт покой. Жизнь без чувств была лучше, чем жизнь с нелюбимым.