Часть 1
23 октября 2025 г., 10:00
🦟
Арсений просыпается с ощущением вселенской несправедливости и жуткого похмелья. Нет, он, конечно, помнит вчерашний корпоратив Ассоциации Работников Сосущих; помнит, как они пищали комариные песни на разные тона; помнит, как приставал к водителю такси и пьяно пристраивался к его шее в желании укусить, но вот как он умудрился вырубиться прямо на кровати, да еще и в комарином обличии — это остаётся загадкой. Арсений умеет себя контролировать, не кидаться на первых встречных, не кусать их и уж тем более не пить кровушку — она действует на него хуже алкоголя. Вот и сейчас: голова гудит, крылья предательски подрагивают, ноги онемели будто он вчера чечётку отбивал всеми тремя парами. Арсений настраивает фокус и расплывчатое изображение приобретает чёткую картинку: сквозь щели в шторах пробивается луч света, рисуя на стене яркие пятна; секундная стрелка часов бежит наперегонки с солнечным зайчиком, а её когда-то плавный ход отбивает куранты в его голове. Только он успевает клятвенно пообещать себе никогда на свете не пищать песни, тем более в пьяном виде, и впредь контролировать форму, в которой засыпает, как усики улавливают вибрацию и Арсений подпрыгивает на кровати, чуть не переломав крылышки — домработница Люсенька, гремя ключами и громко хлопнув дверью, врывается в квартиру. Бля, не успел! Он взлетает, лихорадочно взмахивая крылышками, ноги запинаются друг о дружку, и содержимое желудка вырывается наружу прямо в полёте. Его всего штормит и Арсений практически падает на комод, приземляясь на пузо и изрыгивая внутреннее содержимое. Лёжа в противной жиже, Арсений, за трудолюбие удостоенный ордена «Неуловимый кровопийца», думает, что над его нелепой смертью будут смеяться все коллеги. Уж лучше умереть от руки домработницы, чем захлебнуться в собственной блевотине. Н-да, пьянство точно не для Арсения. Склизкие усики улавливают вибрацию от пипидастра, которым Люсенька смахивает пыль, и Арсений, чтобы не попасть под раздачу, вытягивает крылышки из лужицы — они даже не встряхиваются, слиплись и он волочит их за собой. Присев на край комода, пытается счистить с них слизь — ему срочно нужно взлететь, на гладкой поверхности комода он не выживет: убегая от Люсиного пипидастра, сиганёт вниз и разобьётся о паркетный пол. Инстинкт самосохранения заставляет работать подушечками ног быстрее, в голове проясняется — всё же Арсений не готов так нелепо умереть и ему срочно нужно вылететь из комнаты, которую уже оккупировала Люся с ведром и шваброй. Никогда, Арсений клянётся, никогда больше он не уснёт в комарином обличии, никогда! — Ах, ты ж, кровопийца! — мокрая тряпка опускается рядом. Звонкий Люсин голос ударной волной сметает Арсения и он падает вниз. — Божечки, божечки! Спаси! Комариный бог сжаливается над тонким арсеньевским писком и в паре сантиметров от пола разлепляет его крылышки, и Арсений плавно лавирует на паркет. Несколько секунд передышки и чтобы не попасть под подошвы Люсиных кроксов, Арсений с трудом взлетает к потолку и по стеночке вылетает из комнаты. Ему бы умыться, и он кружит над кухонным столом: остатки кофе на донышке в чашке, варенье в вазочке — ничего пригодного, в самом деле, хоть кошку заводи, чтобы в её миске купаться. Арсений летит к раковине, аккуратно моет ноги и хоботок в каплях воды и, честное пионерское, обещает себе, что если выживет, никогда так не опростоволосится. Стараясь не попасть под Люсину бурную деятельность, ползёт обсыхать на полотенце, а потом залетает в щелку шкафа, дожидаться ухода домработницы. И клятвенно себе обещает, что никогда-никогда, он не будет больше пить!🦟
Ассоциация Работников Сосущих, в просторечии окрестившая себя АРС, никогда не отличалась стабильностью кадров. Работа нервная, ответственная, да и клиенты попадаются разные. Особенно тяжело по началу приходится новичкам, комарам-оборотням, только-только сдавшим вступительные экзамены по азам профессии. Рабочие будни бьют ключом, точнее, хоботком, и для послужного списка необходима сноровка и трудолюбие. Каждый комар-оборотень знает алгоритм действий: отсидеться в тени, дождаться темноты и, главное, не попасть под тапок разъярённого клиента. Работа, конечно, не сахар, зато никакой рутины, экшен каждую минуту! Трансформация, ночные полёты, свежая кровь… и всё это за неплохие премиальные. Как Арсений попал в эту карусель, уже и сам не помнит. Кажется, вампирская романтика ему надоела и друг Серёжка укусил его, обратив в комара. Сам Серёжа давно взлетел по карьерной лестнице вверх, бросив Арсения среди коллег комаров. В реальной жизни Арсений с сотрудниками практически не пересекается и набить морду они Арсению не могут, хотя зуб точат — зависть застилает глаза, уж больно у Арсения хорошо получается нащупывать и попадать тоненьким хоботком точно в венку. Одного они не знают, что в генах Арсения затесалась вампирская ДНК и запах крови Арсений чувствует с точностью до определения мелких сосудиков под бледной кожей, и притупляет чувствительность клиентов, прыская капелькой яда. При поступлении на работу в АРС всем присваивается порядковый номер, чтобы не путаться в кровососущих кадрах: АРС-765, АРС-08, АРС-666 — этот, кстати, вечно жалуется на цифру. Среди сотрудников выделяется один уникум — Арсений. У него и имя, и кодовое название совпадают. В АРС ходят слухи, что Арсений — это какой-то древний дух, которому просто прикольно подрабатывать по ночам кровососом. Или просто повезло с именем. На самом деле, Арсений талантлив если не во всём, то во многом, и будучи подростком, ещё до получения аттестата зрелости, подправил в свидетельстве о рождении имя, просто стерев бритвочкой последние буквы. Он там ещё цветными карандашиками немного теней наложил и тётенька в паспортном столе на свеженарисованных художествах отличительных линий не заметила. Получив документы, удостоверяющие не только личность, но и умственные способности, не на какого-то Арсения или Сеню, а на АРСа, он гордо тыкал бумажками в морды вопрошающих о его настоящем имени. Ну, а аббревиатура Ассоциации Работников Сосущих (АРС) — это чистое совпадение, но Арсению нравятся легенды вокруг своей особы и он невзначай привирает несуществующие факты к своей биографии. — Привет! — заходя в кабинет, салютирует Арсений и останавливается в недоумении: рабочие столы опенспейса пусты; кресла растерянно смотрят голыми сиденьями, словно их второпях оттолкнули назад мягкими попами. Арсений проходит кругом, выцепляя взглядом разбросанную канцелярию на столах; компьютеры, зияющие пустыми экранами — апокалипсис метлой смёл коллег с рабочих мест. — Арсений! — в кабинет влетает Стас, начальник их отдела, — Арсений, как хорошо, что ты здесь! — А где все? — Арсений крутит головой. — Ты сводку погоды видел? Все на заданиях! Тепло и влажно — самое то для работы! Арсений всё пропустил, пока отмакал в душе после ухода Люсеньки и приходил в себя, попивая огуречный рассольчик. — Арсений, вся надежда на тебя, АРС-246 попал в беду… — Стас секундой молчания почитает память сотрудника и вводит Арсения в курс дела. — Двести сорок шестой, наверное, погиб в бою за кровушку, нужна замена. — Укусить успел? Арсению АРСа-246 совсем не жаль, парень молодой, горячий, но… бестолковый. Видать, всю теорию прогулял. Нужно же как? Осмотреться сначала, покружить над клиентом, наметить место и зайти сзади. Вырубить звук собственного писка на минимум и аккуратненько приземлиться на голую кожу. Дотронуться задними ножками, чуть цапнуть и тут же отлететь в сторону. Клиент ладонью похлопает, прижгёт кожу, открывая путь, и вот тут-то можно спокойно возвращаться — горящая плоть не почувствует тоненькой иглы хоботка. — На связь не выходит, — Стас разводит руками, — наши покружили рядом и по своим квартирам разлетелись — жирный куш сорвали: в соседнем доме канализацию прорвало, болото образовалось, красота! В рабочую обойму Арсений с ходу входить не собирался, думал отсидеться в уголке, пялясь в комп. Он тяжело вздыхает и принимает адрес неудачника АРСа-246. Состояние до сих пор не очень, внутри желудок семафорит гастритными импульсами и Арсений нарушает правила, отправляясь на задание, поймав тачку и свистнув в «Пятёрочке» пакетик. Квартира, где погиб АРС-246, оказывается на пятом этаже старенькой панельки. Арсений, как профессионал, сразу оценивает обстановку: окна открыты, москитных сеток нет — рай для комара! Будучи в человеческом обличии, он скидывает с себя пиджачок — Арсений ещё тот модник, и аккуратно складывает вещи в пакетик, привязывает его к трубе на чердаке. Тщательно отполировав свои хитиновые доспехи и наточив хоботок, вылетает в направлении указанной квартиры. Превращение в комара для Арсения всегда как глоток свежего воздуха, ну или, скорее, как глоток свежей крови, но без неприятных последствий для жертвы. Вот ты только что загонялся, обременённый человеческим телом, ипотекой, кредитами и прочими радостями взрослой жизни, а в следующее мгновение — бац! — и ты уже невесомое чудо с крылышками и хоботком. Особенно Арсению нравится ощущение лёгкости. В человеческом обличии он, конечно, тоже ничего — высокий, стройный, подтянутый, но всё равно, каждый килограмм ощущается, как неподъёмная гиря. А тут — порхаешь пушинкой, гравитация — это что-то из параллельной вселенной. В человеческом теле достичь такой лёгкости можно, только сиганув с высотки вниз, но перспектива эффектно размазаться по асфальту в виде мокрого и бесформенного пятна как-то не вдохновляет. Да и потом, кому нужны эти экстремальные виды спорта, когда можно просто превратиться в комара и почувствовать себя свободным, как птица? Хотя, птицы, наверное, тоже завидуют комарам. Ведь комары умеют летать, пить кровь и раздражать людей, а птицы только чирикают и гадят на памятники. Арсений расправляет крылья и взмывает в воздух. Какая красота! Ветер ласково трепет его хитиновые доспехи, а мир кажется огромным и интересным. Можно лететь куда угодно, делать что угодно, замёрзнешь — залетай в любую квартиру сквозь дырки на москитной сетке или в открытую форточку, и никто не может тебе помешать. Разве что тапок. Но Арсений профессионал и знает, как уклоняться от опасностей. В этом, собственно, и заключается его талант и секрет долголетия. Он, в отличие от АРСа-246 теорию не прогуливал, ну, и опыт, куда же без него. Подлетев к окну обозначенной квартиры, Арсений заглядывает внутрь и чуть не теряет ориентацию. В комнате, на письменном столе из-под школьной тетрадки виднеются распластанные комаринные ножки. Бедный, бедный АРС-246… Его маленькое тельце приплюснуто страничками в клетку, а в кресле, по-видимому сидит причина его смерти. Арсений машет крылышками и всматривается в убивца: а ничё такой, высокий, широкоплечий, с копной непослушных кудрявых волос и взглядом с проволокой зеленоватых глаз. Арсений, как существо утончённое, сразу оценивает красоту цели, но не как потенциальной жертвы, а как… объекта желания. Такого бы он поимел, точнее, отдался бы в руки этому симпатичному молодому человеку. Секса у Арсения давно не было и вид сидящего в майке парня будит в нём животные инстинкты. А парень-то, батюшки-светы, глаза закатывает и откидывает голову на спинку кресла, рот его приоткрыт и он языком по пересохшим губам водит. И рукой, рукой под столом шерудит. Арсений забывает, как махать крылышками — у самого от такой картинки комариный членик привстаёт. Посмотреть, что там находится под столом хочется до звенящих яиц, и Арсений теряет чувство страха и ныряет в открытую форточку. Полетав над Антоном — краем глаза Арсений видит имя обладателя на обложке тетрадки — и впечататлившись подрагивающими ресницами и покрытыми румянцем щеками, Арсений присаживается на краешек органайзера прямо на письменный стол. Комариный убивец занят своим делом и Арсений расслабляет крылышки, свешивает ножки, и в такт движениям надрачивающей член Антоновой руки качает головой, запоминая ритм: вверх-вниз, вверх-вниз, чуть притормозить, затем медленно по стволу вверх, с оттяжечкой, накрывая головку собравшейся шкуркой, потом резко вниз, оголив чувствительную плоть. Арсений, как только прилетит домой, обязательно подрочит. Спасибо, АРС-246, за такой шикарный подгон! Так вот за что поплатился смертью неопытный коллега — нечего жужжать под руку, когда человек в состоянии возбуждения. Арсений чувствует себя вуайеристом, подглядывая за получающим удовольствие Антоном. Сам член Арсений не видит, нижняя часть тела Антона спрятана столешницей, но ему достаточно вида вздымающейся грудной клетки — очень, очень возбуждающе очерчены тонкой тканью футболки бусинки сосков. Рука Антона тем временем убыстряется и надрачивает сильнее, с его губ срывается стон, тело дёргается и в следующую секунду расслабляется. Вот сейчас самый момент, чтобы присосаться к этому извергу и испить наполненную удовлетворением кровушку — Антон после оргазма уксус не почувствует, но Арсений смотрит на него в свои две пары глаз и не может отвести взгляд от венки, бьющейся на шее — ну как же невероятно красив этот обладатель крепкого члена. Застыв в одной позе, Арсений восседает на верхушке органайзера как маленький хитиновый король на картонном троне. Органайзер завален ручками и прочим хламом, но Арсений считает это вполне подходящим антуражем для своей особы. Сверху, с высоты своего положения, он наблюдает за Антоном. Внезапно Антон открывает глаза и встречается взглядом с Арсением. Арсений замирает статуей, сердце бешено колотится то ли от опасности рядом в виде руки, в возможности которой за секунду сделать из Арсения сухоцвет, то ли от пронзительного взгляда. В глазах Антона мелькает удивление, потом интерес, и Антон вытягивает руку из-под стола, обтирает её о футболку, не отводя взгляд. — Подглядываешь? Арсений вертит головой по сторонам. Это Антон ему говорит? — Ах, ты, маленький засранец! — Антон обращается к Арсению, а сам прячет член в трусы, — тебя не учили, что подглядывать нехорошо, а? Это он Арсения стыдит? В секунду Арсений взмывает в воздух и летит к окну — щёки его полыхают, в ложбинке между крылышек выступил липкий пот, вот бы щас развернуться и со всего маха воткнуться хоботком в родинку на кончике носа! Но Арсений не дурак и не горит желанием, чтобы его постигла участь АРСа-246 — кровью этого убивца он насытится ночью, прокусит ему пятку острым жалом, чтобы и впредь не насмехался над насекомым. — Прилетай завтра! — слышит Арсений смех Антона, — на сегодня я закончил с дрочкой! Подгоняемый эмоциями, Арсений забывает про припрятанный пиджачок в пакетике на чердаке и летит под дождём домой. Прилетает мокрый, уставший, тычется в москитные сетки на собственных окнах — второпях не подумал об оставленных ключах в кармане пиджака, но вход в квартиру недоступен. На свой страх и риск столкнуться с летучими мышами или вляпаться в паутину, Арсений летит в вентиляционную трубу и спустя хуеву тучу лабиринтов и страха попадает в ванную своей квартиры. Оборачивается человеком и встаёт под горячий душ. Смесь из азарта, страха и адреналина поднимает в нём бурю эмоций, но сила желания опускает ладонь на собственный член и, закусив губу, Арсений в точности воспроизводит увиденные ранее движения: вверх-вниз по стволу, вверх-вниз, чуть притормаживает, затем медленно ведёт выше, с оттяжечкой, накрывая головку собравшейся шкуркой, потом резко вниз, оголяет чувствительную плоть. А перед глазами он — широкоплечий зеленоглазый парень с трёхдневной щетиной на лице. — Ан…тон… — выскуливает Арсений и кончает на влажный кафель. Обессиленный, словно вымотанный многочасовой работой, Арсений доползает до кровати и бухается на подушку. «Прилетай завтра!» — в голове звучит голос Антона и его насмешливый тон. Арсений обязательно прилетит. Прилетит и вопьётся острым жалом ему прямо в член!🦟
Утро выдалось хлопотным. Сначала Арсений врёт Стасу, что отомстил за погибшего смертью храбрых АРСа-246 и ночью высосал из убивца Антона пол-литра крови. Стас, конечно, верит, и даёт Арсению законный выходной. Арсению не стыдно ни за приукрашивание своих достижений, ни за проведённую ночь в спермотоксикозных снах. Так и не увиденное мужское достоинство Антона преследовало его всю ночь во всех подробностях. Сидя на табурете, Арсений пьёт кофе в замешательстве: до вечера ещё дохулион времени, а полететь к Антону ему хочется прямо сейчас и вовсе не для того, чтобы впиться хоботком тому в загривок. Впиться Арсению, безусловно, хочется, но только в… запретный плод между ног. Сладость во рту ощущается вовсе не от кофе, а от богатого воображения, в котором Арсений явственно чувствует вкус восхитительного нектара, стекающего с головки члена Антона. Арсений представляет, как стоит на коленях под письменным столом между ног Антона, наклоняется и ведёт кончиком языка по щелочке, играется и раздвигает края, обводит головку снизу, облизывает и обхватывает её губами. Антон при этом отклоняется на спинку кресла, но кладёт руку Арсению на макушку и двигает в такт, пока тот заглатывает член глубоко в горло. Арсений так вживается в роль в эфимерных мечтаниях, что глоток кофе идёт у него носом, а собственный член топорщит трусы палаткой. Батюшки, Арсений завёлся как никогда прежде. Отталкивая табурет ногой, он подпрыгивает и летит в комнату — желание поскорее увидеть Антона не даёт усидеть на месте. Стоя перед зеркалом, он тщательно вылизывает хоботок. Арсений — профессионал и в любой ситуации должен выглядеть идеально, даже если эта ситуация в мечтах Арсения является почти что свиданием. Начистив до блеска крылья и заточив хоботок, — и что с того, что он хочет быть обворожительным? — Арсений вылетает в сторону Антона. В его комариной голове роится столько мыслей, что он чуть не врезается в фонарный столб. Да, любовь — штука сложная даже для комаров-оборотней. Особенно для тех, кто влюбляется в человека. И особенно для тех, кто врёт своему начальству и летит к жертве совсем с другими целями. В общем, Арсению волнительно. Подлетев, Арсений, как бабочка перед лампочкой, кружит перед окном квартиры Антона, нарезает круги, достойные высшего пилотажа, если бы, конечно, пилоты летали на комарином топливе. Страх, конечно, присутствует. Вдруг Антон увидит его и достанет тапок? Или, что еще хуже, внезапно воспылает любовью к дихлофосу или прихлопнет Арсения той же тетрадкой, которой убил АРСа-246? Мысли толкутся в голове как комары в банке с закрытой крышкой. Арсений останавливается на лету и заглядывает в стёкла. Пусто. Ни намека на Антона. «На свидании или на работе» — думает Арсений. Второй вариант ему нравится больше. Сама мысль о том, что Антон может отправиться на свидание, портит Арсению настроение. Обиженно пища, он приземляется на подоконник. Улетать совсем не хочется — а вдруг Антон вернётся именно сейчас и увидит, что его ждёт прекрасный, хоть и немного кровососущий, принц? Идея, что Арсений сосёт голубую кровь, делает его в своих глазах тоже почти что избранным и в мечтаниях он теряет осторожность, не замечая подкрадывающегося по карнизу голубя, — здоровенного, с наглым взглядом и клювом, готового превратить Арсения в комариный паштет. Арсений, забыв про всю свою крутость, пищит от ужаса и сломя голову влетает в открытую форточку окна. Залетая, чуть не убивается о люстру, но, слава комариному богу, обходится ссадиной и ушибом. В квартире темно и тихо. Арсений, чувствуя, как предательски дрожат лапки, юркает на своё вчерашнее место — на верхушку органайзера. Пережитый страх бьёт под дых выплеском гормонов и его клонит в сон. Он складывает крылышки и поджимает под себя ножки — и засыпает за секунду, совсем как в детстве. Просыпается Арсений от яркого света, бьющего прямо в глаза. Вздрагивает, медленно поворачивает голову и понимает, что он влип. В кресле, во вчерашней позе, сидит Антон и пристально смотрит на него. Смотрит и дрочит. Арсений не паникёр, но начинает сомневаться не только в собственной адекватности, но и в Антоновой, в частности. Один полоумный, превратившись в комара, забил на работу и прилетел посмотреть, как другой ублажает себя; второй дрочит, глядя не порнушку, а засматриваясь на спящего комара. Мало того, что Арсений сам пришёл в логово врага, так ещё и пропустил его возвращение. — Ну, ты и соня-засоня, — слышит Арсений. Нет, Антон точно ебанутый — дрочить и разговаривать с комаром — определенно признак ненормальности. Арсений скашивает глаза вниз — Антон оглаживает спортивки на причинном месте. — Присоединяйся, — Антон вываливает красноватый член из штанов. — Хера се, большой, — не удержавшись, пищит Арсений. Головка скрывается в кольце ладони, плотно обхватившей ствол. Антон при этом мило улыбается, не отводя взгляд от Арсения. Свет от настольной лампы падает на лицо Антона, делая его еще более привлекательным. — Присоединяйся, — Арсений отчётливо слышит голос Антона, — не стесняйся. Что ж. От расслабленного и довольного вида Антона Арсений отбрасывает смущение — сейчас он точно уверен, что ему не прилетит тетрадкой по голове, и зеркально позе Антона он откидывается на ластик позади себя, не отрывая взгляда от блестящих лукавством глаз. — Ну же, подрочи для меня, — лицо Антона расплывается в мягкой, почти детской улыбке; в уголках глаз собираются лучики смешинок, выдавая игривое настроение. Подбородок его чуть приподнят, губы слегка приоткрыты, движения плавные и уверенные. Голос с лёгкой хрипотцой, выдающий удовлетворение. Ситуация становится всё интереснее. Арсений потирает лапки, от возбуждения они бьют импульсами, разжигая огонёк внутри. Сейчас Арсений рад аномалии своего организма — не у каждого комара имеются яйца с членом. В обычной комариной жизни они ему частенько мешают — уж слишком звенят при полёте, но, сидя напротив Антона под ярким светом лампы, Арсений рад новому фетишу — возбуждение от внимательного взгляда Антона подпрыгивает вверх, покрывая испариной ложбинку между крылышек. Антон медленно водит подушечкой пальца по раскрывшейся, словно грибной шапочке, головке члена и Арсений тянется к своему, пусть маленькому, но уже крепко стоящему членику. Он выглядывает из хитиновых волосков сочащейся головкой и Арсений потирает его в две пары ног. — О-оо-о, — тянет Антон, наблюдая это безобразие, — ну-ка, зажми ствол у основания, и ласкай головку. Сам Антон подключает вторую руку и действует согласно своим же словам, но от того, что рук у него в три раза меньше, чем у Арсения ног, то и удовольствие он, в отличие от Арсения, получает с меньшей скоростью. Для Арсения дрочка в комарином теле не впервой, по началу он издрачивался до мозолей на лапках, члене и яйцах — не мог остановиться от тройного удовольствия. Но со временем позабыл об этой увлечённости, и сейчас, благодаря Антону и пикантной ситуации, былые умения возобновляются с новой силой. Первой парой ног Арсений ласкает головку, второй нежно водит по членику, а третью направляет в аккурат под яйца, они плавно ложатся в мягкие стопы и Арсений удовлетворяет себя под внимательным взглядом Антона. — Быстрее, — командует Антон и Арсений подчиняется. Трёт лапками, цепляясь коготками и шипиками за гладкую плоть, но не смеет снизить темп, Антон смотрит и повторяет, — давай, мой хороший, кончай. «Мой хороший», «Кончай» — да Арсений в человеческой жизни от партнёров не слышал столько нежности в голосе, а в купе с большими пухлыми губами перед арсеньевскими фасеточными глазами, приглушённый голос Антона действует на Арсения как спусковой крючок. Яйца каменеют, горячая волна пульсирует в брюшке, членик дёргается и выстреливает спермой, марая лапки. Арсений встряхивает прозрачными крылышками — в момент оргазма они особенно чувствительные. В электрическом свете волоски на тельце переливаются радугой от пота и капелек спермы, и голова Арсения отъезжает от удовольствия. — Умница, — шепчет Антон и переключает внимание на своё удовлетворение. Член его под скользкой ладонью блестит не хуже арсеньевского тельца и Арсений не может отвести глаз, до чего же он красивый. Налитая головка то появляется, то исчезает под пальцами — слюна стекает с усиков Арсения, такую бы головку прямиком в рот. Арсений готов кончить второй раз от одного только вида крупного, испещрённого узором вздувшихся вен, члена. Арсений подаётся вперёд — Антон уже на грани, хлюпающие звуки заполнили комнату, и ответственный момент приближается — во сне Арсений уже сидел на головке члена Антона и сейчас готов кружить вокруг неё, такая она привлекательная. Спустя пару движений Антон глухо ойкает и сперма тоненькой струйкой вытекает из щёлки. — Хочешь? — Антон смачивает слюной пересохший рот, — лети ко мне. Ничего лучшего с Арсением уже не произойдёт. Он либо полный идиот и коллеги всё же посмеются с причины его смерти — это если Антон прихлопнет его вымазанной в сперме ладошкой, но влюблённый Арсений уверен, что слова Антон произнёс из похожего чувства, а потому Арсений, лучший сотрудник Ассоциации Работников Сосущих, расправляет крылышки и летит как мотылёк на свет прекрасного члена. — Не бойся, маленький, садись на него. О, боги! Молитвы Арсения услышаны и он опускается лапками в сперму. Если бы не опасность утонуть, он бы вымазался в ней с головы до ног, выпил бы её вместо кровушки. А… почему бы и нет. Арсений опускает хоботок в стекающую по головке каплю спермы и всасывает её в себя. Боги, как вкусно! Он словно сделал Антону минет и наслаждается результатом своих трудов. — Нравится? — Антон не отрывает взгляд от комарика, утопающего лапками в сперме на головке своего члена. — Тебя как зовут, маленький да удаленький? Арсений слышит, но Арсению так сложно оторваться от поистине вкусного нектара. Всё! Решено! Арсений срочно меняет работу — он по гроб жизни хочет сосать не кровь, а сперму! Но Антон повторяет вопрос, и Арсений отрывается и с полным ртом спермы тонко пищит: — АРС! — АРС? — слыша писк, переспрашивает Антон. — Активный Раб Секса? Активатор Райского Состояния? Азартно Разжигающий Страсть? Но Арсений не отвечает, он снова утопает хоботком в лужице спермы — не мешай, Антон! Антон и не мешает — любуется стараниями маленького комарика. Арсений пьёт сперму и брюшко его раздувается. — Ну-ну, хватит, а то лопнешь, — Антон останавливает жадного комарика. Ноги Арсения увязли в сперме, он подняться в воздух не может от надувшегося брюшка. Антон протягивает к нему палец: — Переползай, чудо, мне в душ надо. Арсений вскорабкивается на подушечку пальца и Антон ссаживает его на органайзер. Лететь Арсений совсем не может и от Антона после их совместного секса опасности он не ждёт, а потому плюхается на ластик с раздвинутыми по сторонам всеми парами ног и обессиленно вырубается. — Жду тебя вечером, не опаздывай, — где-то под утро слышит Арсений голос Антона, но сон не отпускает из своих объятий и Арсений открывает глаза лишь к обеду. В квартире пусто и он на всех парах мчит на работу отчитаться, как самоотверженно он мстил и сколько литров🦟
Арсений стоит перед дверью Антона, сердце его колотится, как крылья колибри, пытающиеся взлететь в ураган. Решиться показаться в человеческом обличии для Арсения всё равно, что раздеться догола перед самым строгим критиком. А вдруг Антон разочаруется? Вдруг ему достаточно совместной дрочки и с Арсением в человеческом обличии он завязывать отношения не намерен? Глубокий вдох. Выдох. Арсений стучит в дверь. Антон открывает почти мгновенно, будто ждал его на низком старте. На лице — довольная улыбка, в глазах — что-то тёплое и… узнающее? — Я знал, что увижу тебя снова, АРС, — произносит Антон. Арсений, пытаясь скрыть волнение, хрипло спрашивает: — Ты… ты узнал меня? — Конечно, узнал. Так и думал, что за маленьким кровопийцем скрывается что-то большее. — Антон кивает, окидывая его взглядом с головы до ног. — Именно таким я себе тебя и представлял. Арсений смущается словно школьница и, опустив ресницы, шепчет: — Каким? Антон придвигается ближе, так, что Арсений чувствует его тёплое дыхание на своей щеке. — Таким… красивым. И тем, с кем мы будем не только дрочить на па́ру, ведь так? Арсений улыбается с его слов — уж, действительно, ему есть чем заняться с Антоном посущественнее дрочки, но сначала на все окна в квартире Антона он нацепит москитные сетки, чтобы никакой комар из Ассоциации Работников Сосущих не смог претендовать на его сокровище. Знает Арсений всех АРСовцев — им бы только присосаться и выпить всю
Примечания:
Приятной дрочки! 🦟
