Забыть не получится

Джин мысленно выругался, ещё раз назвав Тэ полным кретином, но внешне остался спокойным. Он в первую очередь бизнесмен и сейчас подписывает очень важный договор.       — Приношу свои извинения, — ровным тоном произнёс Сокджин, отложив в сторону телефон. — Продолжим. И вновь началось бурное обсуждение условий будущего сотрудничества. За большим овальным столом присутствовали представители трёх компаний. Сокджин со своим заместителем, господин Чон и его сын, адвокаты и непосредственно сам Тэхён, рядом с которым сидел Вик, его заместитель. До Виёна Виком называли только близкие друзья. Тэ и Виён дружили ещё со школьной скамьи. Вместе учились в университете. Теперь вместе работали. Вик был очень умён, но не имел достаточно средств, чтобы открыть собственное дело. Он был благодарен Тэ за то, что тот дал старт его карьере в своей компании. И, по правде говоря, Виёну нравилось работать на Тэхёна. Ему было с чем сравнивать. После университета он пробовал свои силы не в одной компании и почти всегда натыкался на начальников-самодуров, которые не хотели слушать предложения молодого сотрудника, откровенно ему говоря, что у него молоко на губах ещё не обсохло. А с Тэ они сработались и стали одной командой. Конечно, дружба в этом случае сыграла не последнюю роль, так как они доверяли друг другу. Вик скосил глаза на сына господина Чона, который сидел по правую сторону от него. Сделать это он постарался незаметно, так как помнил угрозу Тэхёна. Но этот омега не давал ему сосредоточиться на обсуждении сотрудничества. «Какой же красивый, — пронеслось в голове альфы. — Ну как модель подиума. И очки так ему идут. Шикарный парень. Я должен с ним познакомиться поближе. Должен! Извини, Тэ. Но не могу упустить такую прелесть».       — А сейчас господин До покажет вам графики роста примерной прибыли и концепцию рекламы, — деловым ровным тоном произнёс Тэхён. Все присутствующие уставились на Вика, но тот так увлёкся размышлениями о рядом сидящем омеге, что не услышал слова Тэ.       — Вик, — тихо прошипел Тэхён, незаметно пихнув в бок заместителя.       — Что? — Виён вернулся в реальность.       — Графики, — процедил сквозь зубы Тэ и натянуто улыбнулся всем. — Быстро.       — Конечно. Виён поднялся со своего места, взял пульт и подошёл к большому экрану на стене. Как только на мониторе появились схемы, Вик принялся их подробно объяснять, время от времени бросая взгляды на Чон Хосока, который изо всех сил делал вид, что ему это всё жуть как интересно.

***

      — Я тебе не советую сегодня ехать домой, — сказал Джин, входя в кабинет Тэхёна. Задремавший на диване Намджун сел ровно и посмотрел на братьев сонными глазами, прислушиваясь к разговору.       — Почему? — спросил Тэ, идущий за Сокджином. — Джин, хватит уже. Мы только что заключили выгодную сделку. Всё прекрасно. Тэ прошёл за свой стол и счастливо вздохнул. Он столько к этому шёл. И вот, наконец, всё получилось. Это сотрудничество принесёт ему большие деньги.       — Предлагаю отметить! — воодушевлённо сказал Тэ и хлопнул в ладони. — И заодно приезд Джуна.       — И твои похороны, — вставил Джин, плюхнувшись на диван рядом со старшим братом. — Тэ, ты реально не догоняешь, что тебя Чонгук бросил? Или просто притворяешься шлангом?       — Он меня не бросил, — упрямо возразил Тэхён. — Это просто очередная блажь. Он просто привлекает моё внимание.       — Тэ, позволь спросить, — Джун решил вмешаться. — А от тебя твой парень до этого уже уходил?       — Нет.       — Тогда с чего ты решил, что это очередная блажь? — задал вполне резонный вопрос Намджун. — Я бы понял, если бы это происходило на постоянной основе. Но ведь сегодня он впервые такое сказал тебе?       — Да, — оторопело протянул Тэхён. — Впервые. Сегодня.       — Тэ, мне звонил охранник, — серьёзно проговорил Джин. — Лапушка требует пистолет, чтобы тебя пристрелить. Это означает одно: Чонгук действительно съехал из особняка. Теперь, когда работа отошла на второй план, Тэ постепенно начал осознавать, что на самом деле произошло. В голове назойливо зазвучали слова Гука: «Мы расстаёмся». Сердце болезненно заныло и стало трудно дышать. Он не мог уйти. Только не Гук.       — Ну вот мы и начали понимать, что случилось, — саркастично сказал Джин Намджуну, указав на вытянувшееся лицо Тэхёна. — Джун, поехали домой. Нужно спрятать все колюще-режущие предметы до появления Тэ и попытаться утихомирить Лапушку. Вся надежда на тебя, Намджун. А ты… Джин строго посмотрел на застывшего младшего брата.       — Домой вернёшься только после моего звонка и войдёшь через чёрный вход. Я не хочу, чтобы у моего супруга случился выкидыш. Тэхён, теперь ты всё понимаешь? Тэ молча сел за стол, взяв в руку деревянный карандаш. Он вновь сделал безразличное лицо. Но по его глазам братья поняли, что на самом деле начало твориться в душе Тэхёна.       — Понимаю, — бесцветным голосом произнёс Тэ. — Меня бросили. Он с силой сжал карандаш, от чего тот с треском сломался пополам.       — Снова. Парни, поезжайте домой. Мне необходимо побыть одному. Намджун с Джином тихо вышли из кабинета, оставив Тэ наедине с его мыслями. Он откинулся на спинку кресла и обречённо закрыл глаза.       — Довыёживался, — тихо сам себе сказал Тэхён. — И что ты будешь делать, Ким Тэхён, если он действительно ушёл навсегда? Я точно баран. Радость от заключения договора исчезла, как будто её и не было никогда. Всё вдруг стало таким неважным. Компания, деньги, его положение в обществе. Зачем это всё, если не будет рядом того, кого он любит? Хотя о своей любви он так и не сказал Чонгуку. Не смог. И вот итог. Джин прав. Он безэмоциональный калека, не умеющий показывать свои чувства. Вернее, когда-то умел, но эту привычку у него быстро отбили.       — Нужно с ним поговорить, — пробормотал Тэ, открывая глаза. — Я всё ему расскажу. Всё объясню. Он поймёт. Гук не может просто так уйти. Альфа схватил телефон и набрал номер Чона, но услышал, что абонент вне зоны действия сети. Тэ набрал снова и получил тот же результат. В течение десяти минут он пытался дозвониться до Чонгука, но потерпел неудачу.       — Блять! — выругался Тэхён и швырнул телефон через весь кабинет. Мобильник ударился о стену и с глухим звуком упал на пол, разлетевшись на две части. В кабинет осторожно заглянул секретарь Тэхёна, встревоженный шумом.       — Господин Ким, у вас всё в порядке?       — Хенсу, купи мне новый телефон, — приказал Тэхён, поднимаясь. — В течение получаса должен быть у меня.       — Да, господин Ким. Что-то ещё?       — Вызови До Виёна. Срочно.

***

Чимин разлёгся на диване в большой гостиной с влажным полотенцем на лбу. Со страдающим видом омега запихивал в рот крупные ягоды клубники из тарелки, стоящей у него на животе, и горестно вздыхал. Охранники, застывшие у двери, с облегчением перевели дух. Хотя прекрасно знали, что пройдёт немного времени и ураган по имени Ким Чимин снова наберёт силу. Просто омега вымотался орать и гонять охрану по этажу, пытаясь забрать пистолеты.       — Вот скажите мне, — Чимин посмотрел на альф, — вы такого парня, как Гук, отпустили бы?       — Нет, конечно, господин Ким, — пробормотал охранник по имени Юнхо.       — И я бы не отпустил, — омега сморщил хорошенький нос и снова запихнул ягоду в рот. — А корейский баран, живущий этажом выше, умудрился это сделать. Хотя с его отношением к Чонгуку этого следовало ожидать. Бедный Гуки и так долго терпел. Скажите, что Тэхён — тупорылый олень?       — Господин Ким, мы не можем так говорить о господине Тэхёне, — ответил Юнхо.       — Не понял! — Чимин, кряхтя, сел и отставил тарелку с клубникой. — Вы чьи охранники?! Мои или Тэхёна?!       — Ваши, господин Ким! — хором ответили альфы.       — Тогда громко и чётко! — приказал Чимин. — Тэхён — тупорылый олень!       — Господин Ким, нам не положено… — начал было возражать Юнхо. Но был остановлен вторым охранником, который тихо ему прошептал на ухо:       — Ты хочешь снова его успокаивать? Давай скажем, кроме нас здесь никого нет.       — Но есть камеры, — резонно заметил Юнхо.       — Сотрём потом запись.       — Я не слышу! — прищурился Чимин, начиная вставать с дивана.       — Господин Ким, не вставайте. Вы устали, — залебезил Юнхо. — Вам что-нибудь принести? Может, ананасового сока? Или ваших любимых пирожков?       — Не хочу!       — Мы всё скажем, только прилягте назад, — вмешался второй охранник.       — Вперёд! — Чим сел и выжидательно уставился на альф.       — Тэхён — тупорылый олень! — синхронно проскандировали охранники.       — Ой! Как мне нравится! — расплылся в счастливой улыбке омега. — Давайте ещё раз, ребята!       — Тэхён — тупорылый олень! — повторили альфы, от души проклиная тот день, когда устроились на эту работу. Чимин довольно захлопал в ладони, болтая в воздухе ногами. Его глаза превратились в очаровательные полумесяцы, сделав бывшего Пака очень милым. Но оба охранника знали, что эта милота такая обманчивая, и через несколько секунд омега мог превратиться в исчадье ада, которому только маленьких рожек на голове не хватает.       — А давайте мы это все вместе споём! — вошёл в раж Чимин. Обоим охранникам захотелось удавиться прямо на месте. Но как отказать беременному мужу их господина, при этом не разозлив эту фурию?       — Чимини, и не стыдно тебе мучить подневольных людей? — раздался низкий голос Намджуна. Через мгновение в гостиной появились Намджун и Сокджин. Джин сразу же метнулся к беременному мужу, оставив брата позади себя.       — Джуни! — радостно воскликнул омега, увидев старшего Кима. — Ты приехал!       — Лапушка, как ты? — обеспокоенно спросил Джин, присаживаясь рядом с супругом. — Ничего не болит? Джин заботливо положил руку на живот омеги и легонько погладил.       — Как себя чувствует наш малыш?       — Хорошо себя чувствует наш малыш, — ответил Чимин мужу и обратился к Намджуну. — Обними меня, несносный альфа! Я так скучал! Надеюсь, ты надолго.       — Я навсегда, Чимини, — улыбнулся Джун, подходя к паре. — Я рад тебя видеть. После объятий и причитаний Чимина о том, каким красивым стал Джун, все расселись вокруг невысокого столика и омега приказал подать чай.       — Джини, — глаза Чимина сузились.       — Да, мой свет, — ответил Сокджин, понимая, что сейчас последует. Этот взгляд супруга он хорошо знал. Его драгоценный муженёк готовился начать свой драматический спектакль со слезами и патетическими заявлениями о том, что умрёт без друга.       — Ты специально вызвал домой Намджуна, чтобы я не укокошил вашего младшего брата-дегенерата?       — Нет, — рассмеялся Джун. — Я сам приехал и попал на эту драму.       — Лапушка, может, ты не будешь вмешиваться в отношения Тэ и Гука? Они сами разберутся, — осторожно предложил Джин, мысленно приготовившись к неминуемой буре.       — С чем разбираться? Гук ушёл, и неизвестно куда. Он даже адреса не оставил и телефон отключил, — на удивление спокойно произнёс омега, наливая Джуну имбирный чай из изящного фарфорового чайника. — А я так хотел, чтобы мы с ним породнились, стали одной семьёй. Но Тэхён всё испортил. Козлина вислоухая. Эх… Хотя… Чимин внимательно посмотрел на Джуна, который мило улыбался, ещё не подозревая, что сейчас предложит ему Чимин.       — У меня есть план! — восторженно выдал омега. — Идеальный план!       — Лапушка, не пугай меня, — пробормотал Джин, взяв маленькую ладонь мужа. — Я не хочу, чтобы ты сел в тюрягу. И брат как бы мне ещё нужен.       — Я передумал убивать Тэхёна, — отмахнулся Чимин от супруга. — Можешь по этому поводу больше не волноваться. Намджун, у тебя омега имеется?       — Нет, — честно ответил Джун.       — Отлично. Ты найдёшь Чонгука и женишься на нём! Джун от такого заявления икнул и захлопал глазами. Вот это поворот! Не успел приехать, а его уже хотят женить на незнакомом омеге, который ещё в придачу бывший парень Тэхёна.       — Лапушка, мне кажется, это очень хреновый план, — проворчал Джин. — Как Джун может жениться на Гуке? Чонгук же любит Тэхёна.       — Разлюбит! — категорично сказал Чимин. — Джун в сто тысяч раз лучше этого барана. Ну, Намджун, ты согласен?!       — Эммм… Как бы тебе сказать… — промямлил Джун. — Не совсем.       — Почему? — начал допытываться омега. — Гук красивый, добрый, замечательный, с чистой душой. Мечта, а не омега. Идеальный муж получится. И тебе хватит ходить в холостяках. А тот, кто его просрал, будет всю жизнь на вас, счастливых, смотреть и кусать себе локти. Давай, соглашайся.       — Чимини, притормози, пожалуйста, — попросил Намджун. — Я понимаю, что ты хочешь таким способом отомстить Тэ за друга. Но это очень жестоко. Тебе не кажется?       — Ни капельки. Так ему и надо! Бесчувственный чурбан!       — Лапушка, Тэ не всегда был таким, — мягко заметил Джин.       — Я тысячу раз это слышал! — парировал Чимин, возмущённо зыркнув на мужа. — Но это его не оправдывает. Так! Я меняю план. Вы оба найдёте Чонгука. Может быть, Джун и Гук влюбятся друг в друга. Ведь такое может случиться? Может. Там до свадьбы рукой подать. И всё будет в ажуре. А Тэ пусть сидит в своей любименькой фирме и обнимает свой письменный стол вместо прекрасного Чон Чонгука. Не про его честь теперь этот омега.       — Лапушка, у меня нет времени разыскивать Гука, — взмолился Сокджин. — Я же компанией управляю.       — Джини, — голос омеги стал похож на сладкий сироп, — либо ты разыщешь Гука, либо я звоню твоему папе. Я ему всё расскажу, в том числе, как твой братик относился к Чонгуку. Он обязательно сюда приедет меня поддержать. Твой папуля меня очень любит. А если я ещё добавлю, что малыш себя беспокойно ведёт, потому что у меня стресс, знаешь, что вам троим тогда будет?!       — Господи! — простонал Сокджин, воздев руки к небу. — За что мне это?! Я же хороший человек! Почему ты мне дал в мужья такого мелкого шантажиста?!       — Ой, — закатил прекрасные очи Чимин. — Прекрати ёрничать. Ты же меня любишь.       — Люблю, — вынужден был согласиться Джин под смех старшего брата. — Лапушка, давай обойдёмся без папы.       — Условие ты знаешь, — как ни в чём не бывало ответил омега и продолжил пить чай, закусывая его свежей клубникой. Сокджин тяжело вздохнул и поклялся Тэхёна чуть-чуть придушить. Теперь поиск Чонгука — его проблема, а не младшего брата. Хотя по-другому и не могло быть. Чимин знал, куда бить. Джин исполнит любой каприз своего обожаемого супруга, только бы тот не звонил свёкру с жалобами и стенаниями о своей незавидной судьбинушке. Иначе в противном случае настанет очередь Сокджина жаловаться и стенать. Любовь Ким Мину к зятю, вынашивающему его первого внука, не имела ни границ, ни преград, ни тормоза.

***

      — Ты меня вызывал? — с недовольным видом произнёс Вик, входя в кабинет Тэ. — Что за срочность? Я думал, мне нужно заниматься новым договором с компанией Чона.       — А ты занимался именно им? — хмуро произнёс Тэхён, нервно барабаня по столу пальцами. Он уже позвонил домой и узнал у мажордома, что Гук действительно уехал утром и больше не возвращался. Тэ приказал осмотреть их спальню на наличие вещей Чонгука. Но дворецкий ответил, что вещи омеги на месте, что дало Тэхёну слабую надежду на то, что Чонгук всё же вернётся домой. Хотя, судя по рассказу Сокджина и по поведению Чимина, надеяться особо не стоит.       — Да, — нагло соврал Вик, подняв бесстыжие тёмно-карие очи к потолку. Он действительно был очень занят, но не договором. Вик безуспешно пытался подкатить к сыну господина Чона, использовав все свои уловки, на которые омеги велись с ходу. Но Чон Хосок, поправив стильные очки на переносице, смерил его безразличным взглядом и заявил, что офисный планктон не в его вкусе. Это заявление ввело Вика в ступор. Ведь сам Хосок явно был из этого офисного планктона, о чём красноречиво говорили классический строгий костюм и галстук на шее. Единственное, что выделялось в образе Хосока, — это довольно странная серьга в правом ухе в виде булавки с блестящим камешком. Вик хотел было сказать омеге, что он вроде как бы ничем от него не отличается, но альфе позвонил секретарь Тэхёна и приказал срочно явиться к боссу. Виёну ничего не оставалось делать, как подчиниться и попрощаться с прекрасным Хосоком до следующей встречи.       — Свежо предание, но верится с трудом, — пробормотал Тэхён.       — Ты чего такой понурый? — Вик уселся в кресло напротив друга. — Всё же хорошо. Мы заключили контракт на миллиард вон. Чего морда кислая такая?       — Похоже, меня бросил Чонгук, — оповестил Тэ, сжав кулак. — Сегодня.       — Похоже? — приподнял бровь До. — Тэ, ты меня, конечно, прости, но тут либо бросил, либо нет.       — Бросил, — сдавленно прошептал Тэхён. — Вик, он ушёл. А я даже не понял это сразу.       — То есть утром он приходил, чтобы расстаться с тобой? — уточнил Виён.       — Да. Я подумал, что он просто привлекал моё внимание. Но Чимин вне себя от ярости, а это означает одно: Чонгук ушёл из дома и бросил меня.       — Тэ, ты мой лучший друг. Я не буду тебя сейчас лечить по поводу, что ты был действительно невнимателен и довольно холоден к своему парню.       — Ты лучше всех знаешь, что я его люблю, — парировал Тэхён.       — Я-то знаю, — горько усмехнулся Виён. — А Чонгук об этом ни сном ни духом. Как и все окружающие. Тэ, твоя маска безразличия намертво приросла к лицу. И видишь, к чему это привело?       — Да, — обречённо ответил Тэхён, прикрыв рукой глаза. — Я не знаю, что мне делать, Виён.       — Поговорить с ним, — дал весьма разумный совет Вик. — Объяснить Чонгуку, что с тобой произошло и почему ты себя так вёл. Он тебя любит, Тэ. Он всё сможет понять.       — У него телефон недоступен. Его друзей я не знаю. Звонить родителям в Пусан? А если его там нет? Я только потревожу их, и они начнут волноваться.       — Мятный парень! — вдруг завопил Вик. — Я же тебе о нём говорил! Чонгук с ним ушёл!       — Нужно посмотреть записи, — оживился Тэ. — Возможно, я его узнаю. Мало ли, видел когда-нибудь. Хотя никого не припомню с таким цветом волос. Пока Вик отдавал указания начальнику охраны компании, Тэ вновь погрузился в свои мысли. Так уж получилось, что только Виён мог видеть Тэхёна настоящим. Никто, даже братья, за последние восемь лет не знали, что творится на душе у Тэ. Он закрылся в себе после предательства Хёнджу. Все чувства и эмоции альфы были под тотальным самоконтролем. Лишь иногда он выражал при посторонних недовольство или подобие злости. Но никогда проявления нежности или ласки к кому бы то ни было. Тэхён столько раз порывался сказать о своих чувствах Чонгуку, но его всегда что-то останавливало. Какая-то непреодолимая преграда не давала сказать три самых важных слова в жизни каждого человека. Гук даже не догадывался, сколько ночей Тэ провёл без сна, рассматривая спящего омегу. Как нежно убирал тёмные прядки, упавшие на лицо. Как легонько гладил пальцем глубокую складочку, залёгшую между бровей, как заботливо укрывал одеялом и с трепетом в душе целовал чистый лоб Чонгука. Гук не знал этого. Да и откуда ему было знать? Как только глаза омеги открывались, Тэ надевал вновь маску, становясь холодным и отстранённым. Он ничего не мог с собой поделать. Хёнджу его сломал, поселил в нём страх быть отвергнутым и униженным. И только при Виёне Тэ мог показать истинное лицо. Потому что именно Вик оказался тем человеком, который не дал Тэхёну погрязнуть окончательно в боли от предательства. Братья были заняты собой и своей карьерой. Родители тоже особо не влезали в личную жизнь сыновей. Да и сам Тэ не хотел, чтобы кто-то знал, что случилось на самом деле. Вик оказался настоящим другом и подставил своё плечо. Но Тэ внутри до сих пор был сломанной игрушкой, с которой поиграли и выбросили за ненадобностью. Чувства к Чонгуку начали потихоньку залечивать кровоточащие раны, нанесённые Хёнджу. Тэ всегда видел в глазах Гука только любовь и искренне надеялся, что всё однажды сможет ему рассказать, но не успел. Человеческое терпение не безгранично. Тэхён об этом почему-то забыл. Через пятнадцать минут принесли записи с камер наблюдения. Не мешкая, Тэ и Виён всё начали просматривать.       — Вот, смотри! — Вик ткнул в монитор пальцем. — Они сидят и обнимаются на ступеньках.       — Я вижу, — пробормотал Тэ, нахмурившись. — Нет. Он мне незнаком. У этого омеги очень запоминающаяся внешность. Вик что-то неразборчиво промычал в ответ, перематывая запись назад.       — Тэ, а это не Намджун с ним разговаривает? — Виён остановил кадр. — Да, это Джун. Он знает мятного парня?       — Стоп! — воскликнул Тэхён, вскакивая с кресла. Ким начал метаться по кабинету, натыкаясь на мебель. Его раздражали эти дорогие стулья, шикарные кресла и диван. Хотелось выбросить всё к чертям собачьим или сломать, чтобы хоть дать выход своим чувствам, которые он так старательно прятал от братьев. Но вот только Тэ прекрасно понимал, что мебель здесь ни при чём. Тэхён взял себя в руки и продолжил:       — Так это про него Джун у меня спрашивал?! Интересно. Но Джун его не знает. Он сам хотел его найти. Вик уселся на место Тэхёна и начал смотреть дальше. Чутьё подсказывало ему, что в записи именно в это время они могут найти ответ или хотя бы подсказку, где искать мятного омегу, который, вполне возможно, в курсе, куда запропастилась любовь Тэ. А Чонгука нужно искать, и чем быстрее, тем лучше. Иначе он снова будет откачивать друга. Во второй раз вид мертвенно-бледного лица Тэ он точно не переживёт и крякнет вместе с ним, чего совсем бы не хотелось. До Виён только-только почти влюбился.       — Тэ, — протянул Вик, — иди сюда. Тэхён вернулся к другу и уставился на монитор.       — Этот парнишка привёз документы Чон Хосоку. Следовательно, сын господина Чона знает его. Тэхён, у нас есть тот, кто может сказать, как зовут этого парня! — сделал вывод Виён. — Отлично! Надо позвонить Хосоку!       — Если этот паренёк не обычный курьер, — задумчиво пробормотал Тэхён. — В таких случаях имя не спрашивают.       — Давай узнаем! — воодушевлённо заявил Вик, обрадованный тем, что у него появился отличнейший повод позвонить омеге так быстро. — За спрос не бьют в нос!       — У тебя номер его есть? — поинтересовался Тэ. — И встань с моего места! Это кресло президента.       — Обижаешь, — беззаботно улыбнулся Вик, вставая. — Ты думал, я тебя послушаю и не буду подкатывать к такому очаровашке?       — Ну ты и кобель, — вздохнул Тэхён. — Тебя могила исправит. Как он тебе дал номер?       — Но это в данном случае тебе оказалось на руку, — парировал Виён, набирая номер Хосока, добытый всеми правдами и неправдами у омеги. — Я сказал Хосоку, что нам нужно будет созваниваться по поводу сотрудничества.       — Ещё скажи, что ты его на свидание пригласил, — буркнул Тэхён, перематывая запись на Чонгука.       — Пытался, но мне сказали, что я офисный планктон, — проворчал Вик, слушая длинные гудки в трубке. — Но меня это навряд ли остановит. Тэхён уже не слушал друга. Он смотрел, как на записи Чонгук, сгорбившись, сидит на ступеньках перед зданием его компании. Тэ не видел лица Гука, но подрагивавшие плечи омеги ему сказали, что Чонгук плакал. Боль тупым ножом резанула по сердцу альфы. Его мальчик плакал и плакал из-за него. «Какой же я кретин. Чимин, я согласен со всеми твоими словами, сказанными в мой адрес, и со всеми теми, что ты ещё скажешь, — подумал Тэхён, глядя, как парень с мятными волосами обнял за плечи Чонгука. — Гуки, малыш, где же тебя искать?»

***

Намджун поднялся на свой этаж. Здесь не было охранников. Не нужны они были Джуну. Всё, как обычно, было в идеальном порядке. Картины, висевшие на стенах, без единой пылинки. Ковры, застилавшие длинный коридор, однозначно подвергались чистке каждую неделю, несмотря на то, что его не было дома столько времени. Альфа вошёл в свою спальню, залитую солнечным светом, и обессиленно рухнул на постель.       — Вещи завтра разберу, — пробормотал Джун, закрывая глаза. — Хорошо быть дома. Намджун глубоко вдохнул воздух и счастливо улыбнулся. Этот запах ни с чем не спутаешь. Запах родного дома. На втором этаже сейчас происходит дурдом, который устроил Чимин Сокджину. А здесь тишина и спокойствие, только часы тихо тикают. Джун занимал четвёртый этаж особняка. Тэхён располагался на третьем. Намджуну нравилось, что он как бы совсем отдельно от остальных. У него был свой выход на крышу, и альфа мог выходить туда, когда ему заблагорассудится.       — Нужно сходить в душ, — продолжал разглагольствовать сам с собой Джун. — И поспать до ужина. Я вымотался. Но благие намерения обломал телефон альфы, громко затрезвонив в тишине спальни.       — Да, — сказал Джун, приняв звонок.       — Джун, ах ты старый лис! — раздалось в трубке. — Приехал в Сеул и мне ничего не сказал!       — Джону! — воскликнул Джун и сел на постели. — Ты ли это, милашка?!       — Конечно, я, — раздался ворчливый голос омеги. — Ким Намджун, почему я узнаю от левых людей, что ты вернулся на родину?       — А от кого ты узнал? — усмехнулся Джун.       — От Виёна, — буркнул Джону.       — Ты родного брата называешь левым человеком? — рассмеялся Джун. — Джону, тебе не стыдно?       — Этот засранец показывается у меня только по большим праздникам, — вздохнул омега. — Но созваниваемся мы стабильно.       — Рад тебя слышать, Джону, — искренне произнёс альфа и завалился назад на постель. — Как твои дела?       — Бар свой открыл, — похвастался Джону. — И приглашаю тебя сегодня вечером туда. Возражения не принимаются. Тебе понравится, Джун. Живая музыка, красивые омеги, вкусная еда и отличное спиртное. Всё, как ты любишь.       — Ммм, заинтриговал. Я приду обязательно. Ты же там будешь?       — Я владелец! — громко фыркнул Джону. — Конечно, я там буду! Джун, ты, шатаясь по джунглям, растерял весь мозг?       — И как твоё заведение называется? — поинтересовался альфа, проигнорировав слова друга.       — «Красная Магнолия». Ладно, Джуни. Мне пора бежать. Адрес я тебе скину.       — До встречи, милый Джону, — проворковал Джун в трубку. Намджун сбросил вызов, подскочив с кровати. Поспать не получится. Необходимо себя привести в порядок. Джону прицепится к любому изъяну во внешности Джуна и всенепременно об этом ему скажет прямо в лоб. Этот весьма эксцентричный омега с юности был таким. До Джону был старшим братом Вика и являлся другом Намджуна. Все когда-то думали, что между ними были романтические отношения, но это было не так. Джону имел маленький секретик, а Джун этот секрет помогал омеге скрывать. Вот и всё. Джун посмотрел на свою кровать королевских размеров и подумал, что она для одного слишком велика. Впервые за тридцать три года Намджуна посетила такая мысль. Возможно, Лапушка прав, и ему пришла пора остепениться, завести семью, стать кому-то мужем, а затем отцом. Кого-то называть ласковым прозвищем и выполнять капризы, как это делает сейчас Джин. Его средний брат очень счастлив, по нему это видно, когда он говорит о своём супруге или когда смотрит на него. Даже в ворчании Сокджина чувствовалась любовь и забота о Чимине. И, по правде говоря, Джун хотел такого же обычного счастья. Плевать, если его муж окажется таким же своенравным и взбалмошным, как Лапушка. Так даже интереснее. Продолжение следует...