Забыть не получится

Чонгук вздрогнул, когда услышал звук открываемой двери. Недолго думая, он метнулся в коридор, чтобы убедиться, что это Мин, а не вернувшийся Хосок, у которого почему-то были ключи от их квартиры. По правде говоря, Чон себя здорово накрутил, ожидая возвращения Юнги домой. Хосок уехал ещё днём, после того как дозвонился до Юнги. Вернее, не совсем до Юнги. Трубку омеги поднял их новый знакомый. Он заверил Хоби, что с Мином всё в порядке и Пастилка просто отсыпается после ночного фестиваля алкоголя у Джуна дома. Когда Гуку об этом сообщил Хосок, то у него сердце в пятки ушло. Чонгук прекрасно знал, где этот дом и кто в нём живёт. Единственное, на что он надеялся: Юнги никаким образом не пересечётся с Тэхёном. В огромном особняке семейства Ким при большом желании других людей можно было не видеть днями. Но весь остаток дня и вечер Чон не находил себе места, нервно расхаживая по квартире. Он даже себя не смог заставить поесть. Тот факт, что Намджун оказался родным старшим братом Тэ, его не просто нервировал. Он только собрался начать новую жизнь, категорично вычеркнув Тэхёна из неё, но судьба решила иначе. И получилось, что без Тэ Гук прожил всего одни сутки. Рано или поздно Джун всё равно расскажет брату о нём, если уже не рассказал. Как ни крути, они семья. И хорошая семья. Ещё Гука поражало то, что он никогда не видел фото Намджуна и почему-то даже никогда не интересовался, как выглядит альфа. Нет, он о нём слышал, конечно. Чимин рассказывал ему о Джуне, да и папа Тэ всегда с какой-то особой любовью вспоминал о старшем отпрыске. Но Чонгук в тот момент был полностью в своих отношениях и попытках изменить их в лучшую сторону, так что ему было не до этого.       — Юнги, — облегчённо выдохнул Чонгук, увидев насупленного Мина у двери, который снимал свои кеды. — Я так из-за тебя переволновался. С тобой всё хорошо?       — Нормально, Гуки, — шмыгнул носом Юнги и посмотрел на свои ноги в одном носке. — Впервые в жизни я потерял носок. Гук, ты терял когда-нибудь носки?       — Нет, — оторопело протянул Чонгук. — Юн, ты действительно в порядке? Ты какой-то странный.       — Эту мою сторону ты видишь впервые, — вздохнул Мин. — Но она всегда была. Не обращай внимания. Юнги было совестно перед Чонгуком за свой необдуманный спор с Намджуном. Когда его сюда вёз большой чёрный мерседес, Мин всё время размышлял над этим и над словами Джуна. Говорить правду Чонгуку или не стоит? Что означают слова Намджуна о том, что он желает взять его в мужья? Это на самом деле так? Или просто Джун шутит, и в итоге окажется, что альфа просто развлекался. Почему именно Юнги должен выйти за него? И вообще, на фига они затеяли это пари, которое, по сути, касалось не их самих? К концу поездки у Юнги разболелась голова, несмотря на то, что Джун перед этим ему дал выпить напиток от похмелья. Все вопросы остались без ответов. Но эти ответы необходимо было найти, или Юнги сам себя этим замучит.       — Ладно, — протянул Гук. — Ты ужинать будешь? Я приготовил.       — Буду. Спасибо, — Юнги всё ещё пялился на свои ступни. — А ты ел?       — Нет, — признался Чон. — Я тебя ждал. Ты же был у Джуна?       — Мгг, — промычал Мин, пошевелив пальцами ноги, на которой не было носка. — Знаешь, что странно? Мы обыскали всю спальню. Я его даже заставил под кровать залезть, а носок так и не нашёлся. Эх, мои любимые носочки. Хорошо хоть трусы не потерялись. Их исчезновение я бы не пережил. Прямо в его королевской кровати кони двинул. И лежал бы там голенький и дохленький.       — Юн, у тебя с Намджуном что-то было? — осторожно поинтересовался Чонгук. — Я понимаю, это не моё дело. Но…       — Было, — тяжко вздохнул Юнги, почесав мятную голову. — Обоюдный забег по неприлично большому дому, разговор о музыке, спор о тебе и уговор не откручивать твоему бывшему яйца.       — Чего?! — вытаращился Чонгук. — Ты сейчас о чём?       — Пойдём на кухню, и я тебе всё расскажу.       — Пойдём, — кивнул Гук. — Только сразу ответь на один вопрос. Ты видел его?       — Муфлона? — Юнги потянул застывшего Гука на кухню. — Видел. Но мельком. Он меня хотел догнать и поговорить. Твой бывший мужик откуда-то в курсе, что мы знакомы. Кто ему сказал и как он это выяснил, я без понятия.       — Намджун? — нахмурившись, предположил Чонгук. — Но ведь Хоби сказал, что он обещал не говорить, где я.       — Нет, — покачал лохматой головой Юнги. — Когда Джун меня тащил к себе в спальню, муфлон только домой вернулся. Не думаю, что это Намджун растрепал. Да именно он остановил Тэхёна, не дав меня догнать. Полено сам откуда-то об этом узнал. И отсюда вывод: он тебя искал.       — А что ты там про спор говорил? — прищурился Чон, остановившись. — Какой ещё спор?       — Гук, я тебе скажу всю правду, — тяжело вздохнул Мин и потащил Гука дальше. — Я не могу обманывать своего лучшего друга, каким ты для меня стал.       — Я уже им стал? — опешил Гук. — Вот так прям сразу?       — Да. Я так решил. Омеги вошли на кухоньку, и Мин счастливо зажмурил глаза. Он наконец дома. Запах приготовленного Чонгуком ужина приятно защекотал ноздри своими аппетитными ароматами. Только сейчас Юнги понял, насколько голоден.       — Садись за стол, — приказал Гук, направляясь к плите. — Рассказывай, пока буду накладывать еду.       — Хорошо, — буркнул Мин, плюхаясь на стул. — Короче, признаюсь и сразу же приношу свои извинения. Но по синей лавке я и Намджун поспорили на тебя и Тэхёна.       — В чём заключался спор? — тихо спросил Гук. Чонгука внутри неприятно кольнуло то, что он стал предметом чьего-то пари. Но нужно отдать должное Юнги. Ведь Мин мог просто промолчать и скрыть от него всё. То, что Юн сейчас прямо ему об этом рассказывает, говорило о том, что Мин на самом деле считает Чонгука своим другом.       — Джун сказал, что ты выйдешь замуж за его брата, — оповестил Юнги. — А я, что нет. Если проиграю, то и я выйду замуж.       — За Тэхёна? — у Гука чуть тарелка из рук не выпала. — А разве так можно?       — Чонгук, ты за день ещё не протрезвел? — возмущённо фыркнул Мин. — На хера мне твой муфлон? У меня свой есть.       — Кто?! — Чон вообще перестал понимать Юнги. — Какой у тебя муфлон есть? Вчера же никого вроде не было!       — Вчера не было, — пожал плечами Мин. — Сегодня уже есть. Жениться за каким-то хреном на мне хочет. До сих пор не могу понять, на фига.       — Ты вообще о ком говоришь?       — Как о ком?! Джуне, конечно! Других альф рядом со мной целые сутки не наблюдалось. Правда, там ещё были здоровые охранники, которые зажали пистолет беззащитному омеге. Мудачьё привокзальное. И очень красивый альфа в столовой. Но я так понял, что он женат. Рядом с ним был беременный омега с глазами полумесяцами. Хорошенький и кругленький весь. Ты их знаешь?       — Знаю, — в шоке кивнул Чонгук, медленно переваривая информацию, которую на него вываливал друг. — Ты видел и Чимина с Сокджином?       — Ну, наверное, их. По правде говоря, я мало что видел, когда носился по дому, как из дурки сбежавший.       — А зачем ты это делал? — Гук поставил перед Юнги тарелку с дакжимом и подал палочки. — Тебя там кто-то обижал?       — Нет. Просто когда я проснулся рядом с Джуном, то дико запаниковал. Я попал в такую ситуацию впервые. Вот и задал стрекача от него, чтобы не разговаривать. Ведь я ничего не помнил. Как мы уезжали из «Магнолии», как он меня нёс на руках, как укладывал в постель — всё осталось тёмным пятном в моей памяти.       — У тебя же были альфы, — Гук сел напротив Мина и принялся за еду. — Почему такая реакция?       — Не знаю. Я вообще с ним рядом себя странно веду. Честно, он меня может заставить смущаться, а раньше я за собой такого не замечал.       — Возможно, он тебе нравится, — улыбнулся Чонгук и засунул в рот кусочек курицы. — Ты об этом не думал?       — Хрен его знает. Я ещё не разобрался, но замуж за него не хочу.       — Так и не выйдешь. Ты выиграешь спор, Юн, — глаза Чонгука стали серьёзными. — Я не собираюсь замуж за бывшего. Не в этой жизни. Мне нужно сначала построить карьеру. Я зря, что ли, универ заканчивал? Потом, может быть, я и рискну связать свою жизнь с кем-то, но это будет не Тэхён. Так что не волнуйся.       — Это то, что ты чувствуешь, или просто делаешь вид сильного и независимого? — Юнги подозрительно сузил кошачьи глаза. — Я не верю, что ты разлюбил муфлона так быстро. Так не бывает.       — Я его не разлюбил, — невозмутимо ответил Чон, уставившись на Юнги тёмным взглядом влажных оленьих глаз. — Я его люблю. Но это пройдёт. И я его забуду.       — Я б на твоём месте нервы ему помотал, — выдал Юнги и тут же прикусил язычок, вспомнив о главном условии спора: не зудеть Гуку на ухо, какой козёл Тэхён. — Но ты прав: с глаз долой, из сердца вон. Всё верно.       — Нет, это ты прав, — Чон перестал есть. — Он меня ни во что не ставил всё это время. Я порвал из-за него все свои связи с друзьями из университета. Я не пошел работать, как планировал до встречи с ним. Я плакал ночами, когда он безразлично отворачивался от меня и засыпал. Он считал меня приложением, которое способно только удовлетворять его в постели. Я хочу отомстить за это всё.       — И как? — насторожился Юнги.       — Не знаю. Хочу добиться успеха и доказать, что я чего-то стою и без него. Только официантом в «Магнолии» этого не сделать. Нужно подать своё резюме в разные компании. Я окончил университет на отлично. Думаю, каким-нибудь помощником могу стать. А там, чем чёрт не шутит? Всякое бывает. Я работать не боюсь.       — Подай в его компанию заявку и стань помощником муфлона, — заржал Юнги. — Прикинь, вот это будет номер!       — Он меня никогда в жизни не сделает своим секретарём, — отмахнулся Гук. — Он же во мне не видел профессионала. Тэ из той категории альф, которые считают, что омеги не должны работать, особенно те, кто принадлежит ему.       — Так ты ему больше и не принадлежишь, — возразил Мин, успокаиваясь. — Да я пошутил. Не нужно этого делать. Только свою самооценку уронишь. Муфлон тысячу способов найдёт, как красиво тебя опустить. Не думаю, что он просто принял тот факт, что это именно ты его бросил, а не наоборот. Эго альфы не даст ему этого сделать.       — Да я и не собирался.       — Кстати, послезавтра мы с Хоби выступаем в «Красной Магнолии», — вспомнил Юнги. — Пойдёшь с нами?       — Да, — кинул Гук. — Я же с Джону договорился, что приду посмотреть, как и что делают официанты. Несмотря на мои амбициозные планы, подработка мне всё равно нужна.       — Круто! А ты петь умеешь? — вдруг спросил Мин. — У тебя голос есть?       — Немного, — засмущался Чонгук, покраснев щеками.       — Сегодня уже поздно, — Мин принялся запихивать в себя жаркое и продолжал бубнить с набитым ртом: — Завтра я тебя послушаю. Сейчас доедим, в душ и спать. Я без сил. Очень вкусно. Ты отличный повар.       — Спасибо, Юн. Чонгук на мгновение представил, что бы было, если б он действительно подал заявку в «Light of Seoul». Никто бы, конечно, его не сделал помощником Тэхёна сразу. У него нет опыта работы. Его бы даже на эту должность не рассматривали. Но в финансовый отдел каким-нибудь экономистом — вполне возможно. Его диплом это позволял. Но опять-таки всё упиралось в опыт. Поэтому Гук отмёл эту сумасшедшую идею, решив, что ни к чему ему пока появляться в компании бывшего. Он это сделает позже, когда достигнет приличных результатов. Вот тогда он утрёт нос Тэхёну, доказав, что и Чонгук не пальцем деланный.

***

Хосок ещё раз взглянул на себя в зеркало и остался доволен. Омега собирался в «Красную Магнолию», и его образ соответствовал сегодняшнему мероприятию, которое должно было начаться только через несколько часов. Но они с Юнги должны были ещё раз прогнать вечернюю программу. Стройные ноги Хоби были спрятаны в довольно широкие джинсы. Ну как сказать, спрятаны. Огромное количество порезов на ткани штанов и сзади, и спереди почти ничего не прятало. Кроп-топ открывал вид на загорелый плоский живот с проколотым пупком. На лице, как всегда, броский макияж, который делал его красоту более яркой и запоминающейся. В ушах висели серьги разной длины, в брови и на нижней губе неизменные колечки из белого золота. Повертевшись у зеркала, Хоби нанёс на губы полупрозрачный вишнёвый блеск и был готов к выходу. Осталось незаметно прошмыгнуть мимо отца, чтобы не выслушивать очередные нотации по поводу внешнего вида и о том, что он недавно не ночевал дома. Накинув джинсовую куртку в тон штанам, омега вышел из своей комнаты и прислушался к звукам в доме. Как назло, внизу раздавались чьи-то голоса.       — Чёрт! — выругался Хосок. — Придётся слушать нудёж. И кого там припёрло? Слышу голос отца, а второй? Какой-то знакомый. Чон начал спускаться по лестнице. Чем громче становился разговор на первом этаже, тем отчётливее он понимал, кому принадлежал этот второй голос.       — Вы очень любезны, господин До, — распинался Чон Мингю. — Я вам так благодарен. Но я бы мог отправить к вам водителя, чтобы он забрал документы. Не стоило срываться и ехать сюда.       — Это очень важные документы, господин Чон, — возразил Виён. — Я всё равно уже возвращался домой. Это такой пустяк, что не стоит благодарности.       — Пообедаете с нами? — предложил Мингю. — Вы просто обязаны с нами пообедать. Именно это предложение ждал хитрый Вик. Он специально подгадал время и приехал с пакетом документации во время предполагаемого обеда в семье Чон.       — Я есть не буду, — раздался голос Хосока. — Мне уже пора. Омега с грацией модели спустился к альфам. По вытянувшемуся лицу Виёна Хоби понял, что До его не узнал.       — Хосок, — взмолился Мингю, — ну куда ты так вырядился? На панель?       — Отец, не начинай, — закатил густо накрашенные глаза Хоби. — Ты ни хрена не разбираешься в моде. Вот и не влезай туда, в чём ты полный профан.       — Хосок? — ошалело протянул Вик. — Отец? Это…? Он забыл правила приличия и указательным пальцем показал на омегу андеграундного вида.       — Челюсть подбери, — усмехнулся Хоби, тоже забив на формальность. — Удивлён?       — А у вас один только сын? — ляпнул Вик, не в силах поверить, что тот изящный омега с утончённой красотой и этот, также очень привлекательный, но весьма эпатажный парень — одно и то же лицо.       — Эх, да, — тяжело вздохнул Мингю. — Хосок, ты напугал своим видом господина До.       — Правильно, — фыркнул Хоби. — Пусть боится. Он решил ещё поиздеваться над Виёном. Хосок вплотную подошёл к Вику и, заглянув в глаза, игриво подмигнул.       — Ну что, красавчик, всё ещё хочешь со мной на свидание? — омега вытянул губы трубочкой и громко чмокнул. — Или тебе подходят только офисные крысы? Вик от неожиданности икнул. Да, конечно, хочет! Желательно прямо сейчас. Какая разница, как оделся этот невероятный парень? Сути-то это не поменяло. Наоборот, ещё больше заводить начало. В этом омеге, оказывается, скрывалось много граней, которые Виёну ещё только предстояло узнать. Но он ничего не успел сказать в ответ. Так как Хоби ткнул альфу в кончик носа пальцем с черным лаком на ногте и был таков. После него в прихожей остался только головокружительный аромат каких-то духов.       — Вот куда он снова поехал? — проворчал Мингю. — Простите, господин До. Хосок бывает иногда своенравным.       — У господина Чона сегодня выступление в «Красной Магнолии», — послышался голос Джона, выходящего из-за угла. — Он направился туда.       — «Красной Магнолии»? — Вик почувствовал, как его сердце начало биться быстрее. — Точно?       — Да, господин До, — Джон поклонился гостю.       — Эх, снова обедать одному, — притворно вздохнул Мингю, скосив глаза на Вика, который почему-то расплылся в улыбке.       — Я вам составлю компанию, господин Чон, — лыбясь, заявил Виён. — Только сделаю один звонок. Мне необходимо позвонить брату. Я так по нему соскучился.       — Похвально, когда братья поддерживают друг друга, — одобрил старший Чон. — Джон, прикажи накрывать на стол. Это хорошо, что Хосок уехал. У меня к вам дело, Виён. Вы же не против, что я вас так называть буду? У Чон Мингю моментально в голове родился план, как устроить жизнь строптивого сына. И что-то ему подсказывало, что эта жизнь будет счастливой. Вызывающее поведение сынули и придурковатая улыбка Виёна наводили на определённые догадки. А Чон Мингю никогда не был глупым.

***

Намджун сел в большое кожаное кресло и покрутился на нём.       — Мне нравится, — объявил он Тэхёну, который застыл у окна, уставившись на пейзаж за ним. Раскалённый и пыльный Сеул с этой высоты выглядел потрясающе. Заходящее солнце играло своими прощальными золотистыми лучами на зеркальных окнах высотных зданий и постепенно окрашивало в розово-фиолетовые оттенки чистое небо. «Ни облачка, — размышлял Тэ, не услышав слова брата. — Когда уже, наконец, пойдёт дождь? Совершенно не хочется выходить из зданий в это пекло. Аномальная жара для августа. Как тогда». Альфа вернулся мыслями в далёкий знойный август, когда его предал тот, кого он любил больше жизни. В то время Тэхён оказался в аду не только из-за погодных условий. Сейчас он хорошо понимал, что это была вовсе не любовь, а больная зависимость. Та, когда полностью растворился в человеке и забыл о себе, о своих желаниях. Когда настолько погрузился в его жизнь, что не заметил, как постепенно потерял свою. Тэ был зависим от Хёнджу, а тот этим воспользовался в своих корыстных интересах. Тэхён был настолько одержим Хёнджу, что даже был готов простить все измены, которыми, как оказалось, омега грешил весьма часто и качественно. Ким, забив на гордость, был готов в ногах валяться, только бы Сон не уходил от него. Готов был стать его рабом, пожизненно стоящим на коленях перед этим омегой. Хотя, по сути, он и был им. Но, как говорят: «Где вы видели, что рабов любят?» Хёнджу не нужен был ни сам Тэхён, ни его слепое обожание. Даже то, что Тэ — сын одного из самых влиятельных людей в Корее, не остановило Сона. Он получил всё, что хотел от альфы, и ушёл, оставив его задыхаться в агонии. Потому что в тот момент Тэ считал этого холодного и расчётливого омегу своим воздухом, который в самом начале их отношений был таким милым и клялся в вечной любви к Тэхёну. Последним ударом в спину альфы было то, что Сон Хёнджу оказался не просто проблядью, которая решила временно потусить с богатым наследником. Он был нанят одним из основных конкурентов Ким Дохёна с целью украсть очень важные документы, хранящиеся в сейфе в спальне родителей Тэ. Поэтому Хёнджу довольно долго находился рядом с ослеплённым его красотой Тэхёном и вешал виртуозно ему лапшу на уши. Когда обнаружилась пропажа и камеры показали, кто именно их украл, у Тэхёна окончательно ушла из-под ног земля. Чего стоило после этого Дохёну удержаться на плаву и не пойти по миру с мужем и сыновьями, одному богу известно. И Тэ обвинял в этом только себя. Отец за тот период резко поседел и попал в больницу с сердечным приступом. Всепоглощающее чувство вины перед семьёй и дикая, невыносимая боль от предательства и потери любимого человека заставили сделать Тэхёна то, чего не стоило делать. Ведь если бы не Вик, то его семья в довесок ко всему ещё бы оплакивала уход сына на тот свет. «Чем я думал? — Тэ коснулся запястья с кожаным браслетом, скрывающим уродливые белые шрамы. — Явно не головой. Спасибо Виёну. Меня до сих пор гложет чувство непроходящей вины перед отцом. Да и перед папой с братьями. Но какое странное совпадение, Чонгук тоже от меня ушёл, когда корейская погода решила, что она вдруг стала африканской. И сейчас, также как тогда, я начинаю видеть всё в сером цвете. Тусклое всё. Даже это солнце. Без Гука я хочу, чтобы оно погасло для меня. Блять! Тэхён, ну что за мысли?! Возьми яйца в кулак! Хорош уже думать о том, какой ты весь несчастный. Ты его вернёшь, и точка! Ты смог создать компанию с нуля. Ты смог продолжить жить дальше, несмотря на всю боль и вину! Правда, накосячил с Гуки нехило из-за своей одержимой боязни быть вновь преданным. Но ведь можно всё исправить! Выхода нет только тогда, когда на крышку твоего гроба сыплется земля! Ты же это уже осознал! Хватит ныть и жалеть себя, тряпка!»       — Тэ! — повысил голос Джун. — Ты меня слышишь?!       — Да, — солгал Тэхён, вернувшись в реальность. — Ну как тебе твой новый кабинет?       — Я же сказал тебе, что мне нравится, — Намджун с подозрением уставился на брата. — Ты где витаешь? О Гуке, небось, думал?       — Да, — признался Тэ, повернувшись к Джуну. — О нём и о Хёнджу.       — Ты всё ещё вспоминаешь об этом… — Джун замялся, попытавшись подобрать более-менее приличное слово, — очень нехорошем омеге.       — О моральном уроде ты хотел сказать, — горько усмехнулся Тэ. — Иногда. Но в последнее время чаще, чем хотелось бы.       — Тэ, да забудь ты уже о нём, — серьёзно проговорил Намджун. — Он в прошлом. И он не Чонгук.       — Я это знаю, — тяжело вздохнул Тэхён. — Гук и эта тварь как небо и земля. Но я не смог разрушить барьер, который установил. И вот результат.       — Кстати, давно хотел спросить. Джун решил задать вопрос Тэхёну, который его все эти годы интересовал. Но из-за разъездов по всему миру как-то не было подходящего случая. Теперь же Намджуну нужно было знать правду, ведь он искренне хотел помочь Тэ. Тэхён подошёл к письменному столу из чёрного граба и провёл рукой по матовой поверхности.       — Роскошный стол. Джун, я его от сердца оторвал. Вообще-то, себе в кабинет заказывал.       — Ты с темы не соскакивай, — прищурился Намджун.       — Ладно, задавай, — нехотя согласился Тэ.       — Почему ты постоянно носишь эти браслеты? — Джун кивнул на руки Тэхёна. — Они как-то не сочетаются с классическим костюмом. Так что не нужно мне сейчас заливать, что это твой стиль.       — Они мне просто нравятся, — Тэ посмотрел на свои запястья, на которых из-под манжет белоснежной рубашки выглядывали потёртые полоски чёрной кожи. — Вот такой у меня дерьмовый вкус.       — Мггг, — промычал Джун. — Вкус... Он ничуть не удивился, что Тэхён ему не сказал правду. Какая-то непонятная уверенность, что это не обычные украшения, в Намджуне крепла с каждой минутой, которую он об этом размышлял. Он ни разу не видел Тэ без этих браслетов с тех пор, как Хёнджу исчез из его жизни. Поначалу Намджун списывал эти куски кожи на дань моде и молодость брата. Но со временем они не исчезли. Выводы Джуна были неутешительные и повергали в ужас его душу. В то нелёгкое время Тэхён никому не показывал, что у него на самом деле творилось внутри. Да, он был внешне расстроен, но не более. Всем говорил, что он в порядке и всё рано или поздно забудет, как страшный сон. Видимо, очень хорошо притворялся, постепенно отгораживаясь ото всех непробиваемой стеной. И не забыл. Тэхён ни с кем не хотел разговаривать на эту тему, а ведь они пытались и не один раз. «Эта сука преподала ему весьма доходчивый урок, — со злостью подумал Намджун. — Наглядно показал, урод, что не стоит проявлять свои чувства и эмоции по отношению к кому бы то ни было и заодно доверять. Найти бы этого гада и закопать где-нибудь в лесу. Я вообще-то не кровожадный. Но в этом случае руки чешутся придушить Сона. И ведь до сих пор никто не знает, куда он подевался. Возможно, душить уже некого. Тот мужик, который его нанял, был отъявленным негодяем, и ему руки замарать — раз плюнуть. Но если Тэ столько времени молчал, то что сейчас должно измениться? Тэхён не хочет об этом говорить и не станет. Я, конечно, не психолог, но в это состояние загнал моего братишку из ряда вон выходящий случай. И чтобы его оттуда вытащить окончательно, нужно снова устроить ему встряску. Переживания за свой бизнес для него не в новинку. Он к этому стрессу привык. Поэтому извини, Тэ, будет тебе потрясение в любовном плане. Я бы сказал — миниармагедец. То, что ты сейчас весь в страдашках по своему мальчику, понятное дело. Но ты сам в этом виноват. И чтобы не было новых кожаных браслетов, вернее того, что под ними, надо разбудить в тебе то, что уснуло крепким сном. И времени на такие мысли не останется совсем. Как там Пастилка говорил? Гук не такой, каким кажется? Что это Тэхёни его загнал в эти рамки? Ну что же, Ким Тэхён, наверное, пора тебе познакомиться с новым Чон Чонгуком, который теперь тебя не боится потерять».       — Это всё, что ты хотел спросить? Если да, то я пойду поработаю, — Тэ направился к выходу из кабинета. — Все данные тебе передадут в понедельник.       — Постой, — остановил его Намджун. — Тэхён, ну сегодня же суббота, и она уже заканчивается. Тебе всего лишь двадцать девять лет. Пошёл бы куда-нибудь, развлёкся, что ли?       — Я не хочу, — небрежно отмахнулся Тэ. — Я отвык развлекаться. Это не для меня.       — Ладно. Напоминаю, что я помощника сам себе выбираю, — Намджун побарабанил по столу пальцами. — И ты не можешь его уволить.       — Помню, — буркнул Тэхён. — Только не понимаю это твоё условие. В компании есть компетентные люди на эту должность, но ты даже рассмотреть их кандидатуры не захотел. У тебя какой-то знакомый на примете?       — Можно и так сказать, — уклонился от ответа Намджун.       — Джун, блат — это хреново, — со знанием дела заметил Тэ. — Как бы ты сам потом не пожалел. «Ой, малыш, что-то мне подсказывает, жалеть будешь ты, — мысленно рассмеялся Намджун. — Хотя, может быть, и я за компанию. Всё зависит от настроения Пастилки. Он весь непредсказуемый на всю свою мятную голову. Интересно, что он сейчас делает? Так хочу увидеть его улыбку и очаровательный нос. Ведь сегодня Юнги выступает в «Магнолии». Точно! Мне же Джону об этом говорил! А там, где Пастилка, там и Чонгук. Ну я надеюсь на это. Если нет, то наведаюсь к ним в гости завтра. Адрес-то есть».       — Возможно, — вслух ответил Джун.       — А ты чем сейчас собираешься заниматься? — спросил Тэхён. Он задал этот вопрос из вежливости. Его не особо волновало то, что планирует делать старший брат. Единственное, чего хотел Тэ, — побыть в одиночестве и хорошенько подумать о возвращении Чонгука. Как он это будет воплощать в жизнь, какие слова скажет, когда увидит его. В том, что он Гука рано или поздно найдёт, Тэхён не сомневался. Хотя бы потому, что Джун знает, где находится мятный парень.       — Отправлюсь домой, поем, переоденусь и поеду к Джону в «Красную Магнолию», — просветил о своих ближайших планах Намджун. — Не хочешь со мной? Тэхён отрицательно покачал головой. В этот момент у него зазвонил телефон.       — Да, — сказал в трубку Тэ, приняв вызов.       — Тэхёни, мы с тобой едем в «Красную Магнолию»! — поставил перед фактом друга Вик. — Если ты ещё на работе, то вали скорее домой и переоденься.       — Чего? — не понял Тэ. — Ты о чём?       — О том, что я очень сильно скучаю по брату и мне жизненно необходимо его увидеть, — на полном серьёзе выдал Виён. — Так что жопу в руки и погнал снимать с себя прикид строгого бизнесмена.       — Вик, а на самом деле? — недоверчиво хмыкнул Тэхён, обернувшись на Намджуна, который делал вид, что не слушает его разговор. — Что будет в «Магнолии»?       — Мой брат! — пафосно заявил Виён. — Это недостаточная причина?       — Ты же сам говорил, что несносный Джону тебя постоянно достаёт, — парировал Тэхён. — Говори правду, кобелина. Там какие-то омеги будут зависать, и тебе нужен второй пилот? Если это так, то иди на хер. Ты же знаешь, что я в подобном не участвую.       — Там будет Чон Хосок, — сдался Вик. — У него выступление в баре моего брата. Я тебе больше скажу, Джону, как оказалось, очень хорошо знает Хоби.       — Кого? — не понял Тэхён, едва сдерживая улыбку от мины Намджуна. Джун сидел с таким выражением лица, как будто он был один в этом кабинете и вовсе не подслушивал. У Тэ сложилось впечатление, что ещё немного, и старший братишка начнёт насвистывать.       — Хосока. Это его сценический псевдоним, — объяснил Виён. — Ещё мой братик отлично знаком с мятным парнем. Прикинь.       — Мой тоже, Вик, — хмыкнул Тэ. — Но я тебе уже об этом говорил. Получается, сегодня в «Магнолии» живой концерт?       — Да. И если твой Гук — друг мятного, то он наверняка там будет. Улавливаешь, к чему я веду?       — Я не дебил, Вик! — раздражённо рявкнул Тэхён. — Конечно, всё уже понял!       — А я бы поспорил. Кстати, у меня состоялся весьма занимательный разговор с отцом Хосока, — поведал Виён. — Ты будешь в шоке от того, что он мне предложил. Но об этом поговорим в баре моего брата. Так что чеши домой и напяль на себя что-нибудь соответствующее. Что-нибудь стильное и крутое.       — Вик, а рожу мне не накрасить? — пробурчал Тэхён, отчётливо поняв, что все его планы пошли к чертям.       — Можешь накрасить, — милостиво разрешил Виён. — Если хочешь поразить Чонгука, то валяй. Вот он удивится, когда увидит на твоей морде стрелки с блёстками. И поймёт, что правильно сделал, свалив от тебя такого страшно красивого.       — Вик, иди в жопу! — вышел из себя Тэхён. Джун довольно усмехнулся от этого проявления раздражения. Похоже, Виён умеет выводить Тэ на эмоции, и этот факт не ускользнул от умного Намджуна.       — Я с некоторых пор могу только в одну пойти, — как ни в чём не бывало заявил Вик, ничуть не обидевшись на друга. — И она в роскошных штанах сегодня будет петь в «Магнолии». Ну или танцевать. Я не в курсе. Хотя эти штанишки сложно назвать штанами. Вот как омеги иногда умудряются одеваться так, что кажется, будто они голые? Тэ, ты знаешь, как у них это получается? Это врожденная способность такая? Или что?       — Господи! — взмолился Тэхён. — Да кто тебя родил такого на мою голову?! Ты когда-нибудь станешь нормальным человеком?!       — Папочка меня родил, — проворчал Виён. — И я нормальный.       — Вот с этим уже я бы поспорил, — вздохнул Тэ и снова взял себя в руки, вспомнив, что за ним наблюдает Джун. — Хорошо. Поедем в «Магнолию». Во сколько начало концерта?       — В девять вечера. Я за тобой заеду! — быстренько выпалил Вик и отключился. Намджун, широко улыбаясь, поднялся с кресла. Он понял, что планы брата резко изменились, и вечер обещает быть весьма весёлым. Только вот нужно как-то Тэ убедить не наломать ещё больше дров, когда он встретит Чонгука. И держать Пастилку в «Магнолии» подальше от Тэхёна. А то, не ровен час, и братишка получит роскошный «подарочек» в виде удара по причинному месту от его будущего мужа.       — И чего ты лыбишься? — пробурчал Тэхён, спрятав телефон в карман.       — Просто настроение хорошее, — пожал плечами Джун. — Тэ, у меня к тебе одна большая просьба.       — Какая?       — Ты профессионально умеешь держать себя в руках. Так вот, что бы ни случилось в «Магнолии», придерживайся этого качества.       — Ты о чём? — подозрительно прищурился Тэ. — Что ты знаешь, Джун? Кто будет в баре твоего лучшего друга? Ответь честно. Там будет Чонгук?       — Я не знаю, Тэ, — пожал плечами Намджун. — Возможно. Мне Юнги ничего по этому поводу не говорил. О том, что Пастилка сегодня выступает, мне сказал Джону.       — Джун, ведь ты в курсе, что я пусть в отношениях полный кретин, но когда дело касается аналитики фактов, то мне нет равных, — Тэхён уставился прямо в глаза брата. — Почти нет.       — В курсе, — кивнул Джун.       — Ты мне сказал, что не помнишь название бара, где встретил Гука, — продолжил младший Ким, вплотную подходя к Намджуну. — Но, как оказалось, твоя Пастилка даёт в «Магнолии» живые концерты, и Джону его хорошо знает. И на хрена ты мне соврал? Ты ведь встретил Гука в «Красной Магнолии»? Это так?       — Ну да, — спокойно ответил Джун. — Но я обещал твоему парню не говорить, где именно мы познакомились. И своё слово сдержал. Ты же знаешь, я всегда выполняю обещания. В этом случае ты сам догадался. Это первое. Второе: если бы тебе сказал, ты бы понёсся в «Магнолию» и вывел бы из себя Джону своими расспросами. Я До знаю, как никто другой. И он бы из своей вредности тебе дал неверную информацию. Ещё и Гука предупредил бы, так как уверен, что у него серьёзные отношения с кем-то. Твой мальчик испугался бы и зашился где-нибудь, не показывая носа наружу. Тебе это нужно было?       — Нет, — Тэ признал правоту брата. — Именно так бы я и поступил.       — Тэхён, если ты хочешь вернуть своего парня, то пересмотри отношение к жизни в целом, — Джун руку положил на плечо Тэ и очень серьёзно продолжил: — Подумай, что ты ещё делал не так в отношениях с Чонгуком. Я сейчас имею в виду не твоё молчание о своих чувствах. Это, конечно, самое главное. Но, Тэхён, ты не только несказанными словами его от себя оттолкнул.       — Ну… — замялся Тэ, который искренне считал, всё произошло только из-за того, что он Гуку вовремя не сказал «я тебя люблю». — Я…       — Да, ты, — Джун похлопал по плечу брата. — Хорошо подумай и проанализируй свои поступки. Все, Тэ. Ведь ты сам сказал, что тебе в этом нет равных. Поверь мне, ты сильно удивишься, сколько было причин у Чонгука от тебя уйти. А теперь погнали домой. Нам нужно привести себя в порядок. Не забыл, каким бывает критичным Джону в плане внешнего вида? И если мы не хотим целый вечер выслушивать нудные нотации, что выглядим как бомжары с помойки, нужно постараться выглядеть более чем прилично. Тэхён согласно кивнул, и альфы вышли из кабинета, в котором, начиная с понедельника, начнутся такие страсти, каких компания Тэ ещё не видела со дня своего основания. Молодые мужчины двинули в сторону лифтов по длинному коридору с красивыми растениями в деревянных кадках, стоящими вдоль стен. Совсем скоро в этом коридоре сотрудники «Light of Seoul» будут стоять, открыв рты, наблюдать, как их всегда уравновешенный президент сходит с ума от ревности, наплевав на присутствующих вокруг людей. Но пока «Light of Seoul» дышал относительным спокойствием и деловой атмосферой. Кое-кто ещё был в офисах и доделывал работу. Охранники молча стояли на своих постах и сканировали профессиональными взглядами периметр помещений. Уборщики с тележками уже вышли на смену, чтобы привести всё в порядок к следующей рабочей неделе. Никто из них даже и не подозревал, что компания, в которой они работают, станет полем любовного боя. Жаркой битвы, в которой оба либо триумфально победят, либо позорно проиграют. А всё потому, что хитрый Ким Намджун собирался сделать своим личным помощником никого иного, как самого Чон Чонгука, тем самым обеспечив постоянное нахождение омеги рядом с Тэхёном. Джун справедливо решил, что нужно столкнуть их носами, а там любовь всё сделает сама. На то она и любовь, особенно если взаимная. Продолжение следует...