Контракт для мечтателя

Для начала этой истории перенесёмся в начало самого фильма, где и состоится первая встреча шоколатье с самой Жезефиной Маллиган - девушкой двадцати четырёх лет, обладательницей собственного модного дома, известного на весь Лондон, и, по совместительству, представительницей знатного аристократического рода. Она, просто идя по своим делам, повстречает шоколатье, у которого мгновением назад попросту конфисковали прибыль от проданных конфет - так называемых «шоколётов».

***

Лондон 1930-х жил своим строгим, размеренным ритмом. Стук каблуков по брусчатке сливался с гулом моторов редких автомобилей, а запах угольной пыли смешивался с ароматом дорогих духов. В этом отлаженном механизме Жезефина Маллиган была одной из самых важных шестерёнок. Владелица процветающего Дома мод, она двигалась по городу с холодной, неспешной грацией, её безупречный образ отталкивал суету и назойливость. Её тёмно-коричневые волосы, доходившие до талии, лежали в идеальной и в то же время элегантной укладке, с аккуратными локонами. Одетa же она была в тёмно-синее атласное платье фасона «рыбка», поверх - белоснежная бархатная накидка на плечи. Девушка имела острые, но элегантные черты лица и светлую кожу, от чего утончённые золотистые украшения отлично гармонировали с её образом и внешностью. Именно так, погружённая в мысли о предстоящей встрече с инвесторами, Жезефина Маллиган пересекала площадь. Её путь преградила необычная картина: площадь Галереи Гурмэ напоминала разворошённый муравейник. Вместо изысканной атмосферы гастрономического рая царил хаос - полицейские свистели, разгоняя толпу. Только когда толпа разошлась и всё утихло, Жезефина смогла увидеть, видимо, «виновника» этой небольшой суматохи на площади: молодой парень в причудливом бархатном пальто баклажанового цвета, с коричневой шляпой-цилиндром, из-под которой торчали его собственные кудряшки, стоял один, выглядя поникшим. Жезефина понятия не имела, что за суматоху успел вызвать этот молодой мужчина, но и думать об этом дальше не желала. Её внутренний голос здравого смысла лишь напоминал, что это не её дело и что у неё самой дел полно. Оттого девушка, лишь бесстрастно посмотрев на этого шоколатье, отвела взгляд и продолжила свой, на вид строгий и размеренный, шаг.

Сам Вилли же теперь думал, как же ему хотя бы расплатиться за комнату, где он переночевал прошлой ночью, в прачечной «Миссис Скраббит и Хлоркер». Ему помнилось ещё со вчера, как ему добродушно предложили кров на время всего лишь за один суверен, а у него сейчас вновь ни гроша в кармане… А расплачиваться уже нужно было. Вонка с опущенной головой, без своей привычной улыбки, был сейчас в раздумьях. Когда он сунул руку в карман своего причудливого пальто, то внезапно нащупал «шоколёт» - свой последний. Ведь и прибыль, и оставшийся шоколад полицейские конфисковали, но, по счастливой случайности, хотя бы один у него остался. Подняв голову, Вилли бросилась в глаза неподалёку проходящая девушка - а именно Жезефина, которая была готова дальше идти по своим собственным делам. По роскошной, но в меру сдержанной одежде, идеальной походке и осанке Вилли сразу понял, что это точно не простая девушка. Он перевёл свой взор вновь к своему шоколёту, который вяло крутил в пальцах, то обратно - к девушке, что отдалялась всё дальше. И вдруг он решил: "Была не была".

***

Вонка, сделав глубокий вдох и выдох, целенаправленно направился за этой пока ему незнакомой, но неотразимой на первый взгляд леди. Сравнявшись с ней, он решился заговорить, думая, что уж хуже не будет, а хоть копеечка ему явно нужна: -"Здравствуйте, мисс… Миссис? Не желали бы попробовать кусочек волшебства? Думаю, мой шоколад сможет поднять вам настроение!" - промолвил Виллилт части неловко, пытаясь улыбнуться девушке, но было видно, что он ещё поникший. Вонка приметил, что якобы его шоколад может поднять ей настроение, потому что видел выражение на лице Жезефины: слегка хмурые брови, холодный, на вид строгий взгляд - в общем, серьёзное, сдержанное выражение лица. Для Жезефины это было её повседневной физиономией чаще всего. Аристократка, остановившись в шаге, перевела взгляд на Вонку, приподняв одну из бровей, и в её тёмно-зелёных глазах читался скептицизм: и от его образа, и от его слов. -"Почему вы думаете, что мне нужно поднимать настроение?"- с ноткой привычной для себя холодности и скепсиса произнесла Жезефина, ожидая ответа. Вилли Вонка же, несколько раз моргнув от такого тона, мог лишь пожать плечами, чувствуя себя как-то не в своей тарелке. -"Ну… что значит почему? Просто уверен, что улыбка на лице такой дамы не помешает. Попробуйте мой шоколад - не пожалеете! Всего один суверен за штуку! Такого шоколада вы в жизни не пробовали, я уверен," - произнёс шоколатье, протягивая девушке свой «шоколёт». Вилли надеялся достать уже хотя бы один суверен, чтобы заплатить за комнату. Девушка, выдохнув, лишь сделала шаг назад от него, желая сохранять дистанцию: -"Не знаю, что за переполох вы устроили на площади, что за вами аж прибыла полиция, но от подобного я откажусь, пожалуй. Не люблю сладкого"- продолжила зеленоглазая шатенка со своей холодностью и сдержанностью. "Вы… вы что?!" - Вонка словно все предыдущие слова забыл после того, как услышал, что девушка не любит сладкое. Для него это было мини-потрясение, даже если с этой дамочкой он едва знаком. Промолвил он этот вопрос с ноткой растерянного негодования. -"Не люблю шоколад. И ещё я точно не люблю, когда меня задерживают. Поэтому прошу меня извинить - мне пора идти" - ещё более бесстрастно и холодно ответила в свою очередь аристократка, явно желая поскорее закончить, как ей казалось, бессмысленный разговор. -"Прошу, мисс… один суверен"- Голос Вилли стал уже с ноткой горечи и грусти; теперь он не пытался натянуть перед ней вновь улыбку. Конечно, он понимал, что вряд ли получит уже хоть суверен, но шанс нужно попытать. Жезефина, выдохнув, вновь направила взор на Вилли Вонку, который для неё на данный момент был чудаковатым незнакомцем, пытавшимся «втюхать» свой шоколад. Но, увидев его взгляд… она увидела в нём явную грусть. Такого взгляда она давно не видела.

***

В итоге прошла короткая пауза между ними, и девушка потянулась к своей сумочке, вскоре вытащив кошелёк. Она подумала, что сейчас он не был похож на типичного торговца, который вызывает раздражение. Секунды её некой возни в кошельке, где она пыталась найти мелочь, - и она вытащила купюру. Купюру в тысячу суверен. (В их время это было НЕ МАЛО, если говорить скромно.) Она продолжала держаться бесстрастно и вложила ему купюру в свободную руку - ведь в другой он всё так же держал свой «шоколёт». -"Мелочи не ношу. А теперь уж точно разойдёмся как в море корабли" - вложив купюру, проговорила шатенка и, не дождавшись ответа от Вилли, продолжила ровный шаг. Но, посмотрев на свои наручные часы, начала идти уже более быстрым шагом. Вилли же стоял с округлёнными глазами по пять копеек, не веря в подобное. Тысяча суверен! Такой суммы он давненько не видел, уж точно! Сначала у него был явный немой шок от такой купюры: он смотрел то на купюру в своей руке, то на удаляющуюся фигуру аристократки, которая была всё дальше и дальше. Потом же, опомнившись, он понял, что… она даже не взяла его шоколад! Она просто дала ему деньги. Для него это было уж слишком непонятно и странно, что вызвало новый шквал ступора, ведь он уже привык, что всегда нужно давать что-то взамен. В его же случае: «шоколад = деньги». Для Вилли теперь стало загадкой: кто же эта девушка? Ведь она теперь явно хорошенько отпечаталась в его памяти. Ему теперь точно хотелось хотя бы ещё раз увидеть эту леди. Это была их первая внезапная и... Может не последняя встреча? Кто знает. Надеясь её увидеть ещё когда-нибудь, он направился к выходу из Галереи Гурмэ - к прачечной, расплачиваться. А он ещё не знал, что же его ждёт там, наивно думая, что ему нужно заплатить лишь один суверен за комнату как ему и обещали.