Контракт для мечтателя

***

Вилли же теперь, которому не угрожал никакой шоколадный картель, имел теперь свою ещё одну мечту - его собственная шоколадная фабрика.

Прекрасно понимая, что один он с осуществлением этой мечты не справится, он решил перебирать варианты, кто же может ему с этим помочь.

Конечно, он думал насчёт своих друзей, но понимал, что у них теперь своя работа, возможно семья и, в общем, своя жизнь, поэтому он перебирал дальше...

Пока он размышлял над этим, он вновь восстановил свой собственный магазин сластей, который ранее был уничтожен разгневанными покупателями от того, что его шоколад был отравлен шоколадным картелем через миссис Скраббит, но это уже в прошлом.

***

Прошло ещё несколько дней, и вдруг внезапно он вспомнил ту самую девушку-аристократку.

Ту, которая буквально спасла его и его подругу Нудл от настоящей смерти в шоколаде.

Он подумал, что эта аристократка явно неплохой вариант? Ведь выглядела эта девушка безупречно, по её виду можно сказать, что она может смыслить в бизнесе и всё, что с ним связано! Её вид прямо и кричал, что она какая-нибудь серьёзная бизнес-леди!

Вилли нужен был такой бизнес-партнёр, на которого можно будет положиться и который будет держать слово.

А также, который, понятное дело, будет смыслить в бизнесе. В плане коммерческой, аналитической и финансовой части.

Ведь честно, в этих частях бизнеса он практически не бум-бум... О чём тут говорить!? Он недавно научился читать, и чтению его научила Нудл. В общем, разбираться с бухгалтерией, бумагами и цифрами он подавно не сможет.

По итогу он посчитал, что Жезефина вроде как отличный вариант для его бизнес-партнёра, если эта девушка обладает подобными качествами!

Плюс, так бы он смог отблагодарить её за своё спасение.

Но было одно НО - он не знал её имени.

Да, он понимал, может, она и публичная личность и, возможно, может найти её в газетах, но зацепок мало.

***

Прошла ещё неделя, как его магазин продолжал расцветать по-новому.

А этот вопрос насчёт того, как же ему найти ту аристократку, не давал ему покоя.

И в конце концов...

Когда за неделю работы его магазина сладостей у него появились некоторые деньги...

Вилли скупил кучу светских журналов и газет Лондона за последний месяц. Он не искал её лицо - он искал её стиль. Он пролистывал страницы, пока его взгляд не упал на репортаж о благотворительном балу. И он нашёл её. На чёрно-белой фотографии она была воплощением холодной элегантности в платье, чей фасон он не мог описать, но чья безупречность была узнаваема с первого взгляда. Подпись гласила: «Жезефина Маллиган, владелица одноимённого Дома Мод, на открытии сезона».

Теперь у него было имя.

Спросить у случайных прохожих, где находится Дом Мод Маллиган, было делом пяти минут. Это оказалось роскошное здание в самом сердце Мэйфэр.

Теперь главное - как подойти. Он мог бы просто прийти и попросить. Но это было бы неправильно. Слишком обыденно для того, чью жизнь она спасла. Его мозг, рождавший рецепты, начал работать над новой задачей: "Рецепт идеального делового предложения для леди, которая спасла тебя от смерти в шоколаде".

***

Стеклянные двери модного Дома «Маллиган» были для Вилли Вонки более пугающими, чем любая ловушка Шоколадного Картеля. Здесь пахло не сахаром и фантазией, а деньгами, строгими правилами и дорогим парфюмом. Его помятый бархатный костюм чувствовал себя здесь чужаком.

"У вас есть назначенная встреча, сэр?" - голос дворецкого, Хиггинса, был отполирован до блеска, как паркет под его ногами.

"Н-нет," - прошептал Вилли, сжимая в руке не папку с бизнес-планом, а небольшую, изящно завёрнутую коробку. - "Но передайте ей, пожалуйста. Скажите, что это... от человека с площади. От того, кого она спасла от смерти в шоколаде."

Фраза прозвучала настолько абсурдно в этой строгой обстановке, что Хиггинс на мгновение остолбенел, но профессиональная выучка взяла верх. С коробкой в руке он удалился.

Минуты ожидания показались Вилли вечностью. Наконец, дворецкий вернулся и жестом пригласил его пройти в кабинет.

Жезефина сидела за своим рабочим столом, как королева на троне. Теперь же перед ней сейчас лежала распечатанная коробка. Внутри не было чертежей фабрики. Там лежали три конфеты, каждая из которых была крошечным произведением искусства.

"Объясните," - произнесла она, не предлагая сесть. Её взгляд был тяжёлым и испытующим. - "Что это значит?"

Вилли сделал шаг вперёд, забыв о нервах. Говорило его главное - сердце.

"Это... благодарность. Не деньгами, а тем, что я умею делать лучше всего. Это три разных вкуса. 'Вкус спасения' - тёмный шоколад с горьким апельсином, как тот вечер. 'Вкус второго шанса' - с мёдом и орехами. И... 'Вкус смелости' - с имбирём и перцем. Потому что только по-настоящему смелый человек мог бы помочь тогда совершенно незнакомому чудаку."

Он замолчал, переводя дух.

"Я нашёл ваше имя, потому что не мог просто сказать 'спасибо'. И я пришёл сюда, мисс Маллиган, не только чтобы отдать долг. Я пришёл предложить вам партнёрство."

Он наконец посмотрел ей прямо в глаза.

"Вы спросите 'почему я'? Потому что вы уже однажды вложили в меня больше, чем деньги. Вы вложили веру той самой тысячью суверен, так ещё мне жизнь спасли. И вы увидели в том хаосе на площади что-то... стоящее. И вы были правы! Я победил Картель! Но один я не смогу построить то, о чём мечтаю. Мне нужен кто-то, кто уже однажды спас мою мечту, даже не зная об этом... Потому что однажды спасли мне жизнь, если бы не вы, ни меня, ни моей мечты бы уже не было."

Произносил он эти слова с таким воодушевлением и благодарностью... Которой Жезефина давно не слышала в свой адрес, кроме частой лести в свою сторону.

Он вытащил из кармана не чертёж, а один-единственный какао-боб, идеально гладкий и блестящий.

"Вот всё, что у меня есть сейчас. Одна идея. Одно семя. Но из него может вырасти нечто невероятное. И я хочу, чтобы вы помогли ему прорасти. Не как благотворительность. А как... союз."

Жезефина молча смотрела то на какао-боб в его ладони, то на его лицо, озарённое странной, почти святой верой в невозможное. Она привыкла к расчёту, к цифрам, к выгоде. А этот человек предлагал ей партнёрство на основе метафор и конфет с перцем.

И в этом был свой, сумасшедший шарм.

Она медленно подняла руку и взяла ту самую конфету "Вкус смелости". Поднесла ко рту и отломила кусочек для пробы, хоть так же не любила сладкое.

"Ваш шоколад, мистер Вонка," - произнесла она, и в её глазах на мгновение вспыхнул огонёк, не скепсиса, а интереса, - "действительно обладает странным свойством заставлять соглашаться на самые безрассудные поступки." - Она положила конфету обратно в коробку и откинулась на спинку кресла.

"Хорошо. Я согласна."

Она откинулась на спинку кресла, и на её лице на мгновение промелькнула тень сомнения, будто она сама не могла поверить в свои слова. Но уже через секунду она снова резко выпрямилась, её поза вновь стала безупречно прямой, а взгляд - острым и деловым.

"Но прежде чем мы начнём разбрасываться метафорами о прорастающих семенах, давайте перейдём к сухим фактам, мистер Вонка. Начальный капитал. У вас он есть?" - её голос был ровным, без намёка на упрёк, просто констатация факта.

Вилли, только что паривший от счастья, мягко приземлился. Он потупил взгляд, нервно теребя в пальцах тот самый какао-боб.

"Э-э... Нет. Если не считать запаса какао-бобов и нескольких мешков сахара." "Как я и предполагала," - произнесла Жезефина, и в её тоне не было разочарования, лишь привычная констатация неизбежного. - "Что ж. В таком случае, я предоставлю начальные инвестиции из своего бюджета."

Она увидела, как он попытался что-то сказать, вероятно, начать благодарить, и резко подняла руку, останавливая его.

Пока Вилли ещё не поверить что она так ... Легко согласилась?

"Не благодарите. Это не подарок. Для моего состояния эта сумма... неощутима. Но я не привыкла бросать деньги на ветер. Я вижу в вашей идее коммерческий потенциал, и это - единственная причина."

Она открыла ящик стола и достала блокнот из тончайшей кожи, открыв его на чистой странице. "Условие у меня только одно, и оно не обсуждается. Я составлю юридически безупречный договор о партнёрстве. В нём будут чётко прописаны все роли, обязанности и, что важнее всего, доли в будущей прибыли.

И прежде чем я составлю договор, нам нужно определить зоны ответственности. Давайте установим, на что вы способны, кроме творческой части," - она устремила на него пронзительный взгляд. - "Составление бизнес-плана? Ведение бухгалтерского учёта? Налоговое планирование? Логистика и управление цепочками поставок? Что из этого вы можете взять на себя?"

С каждым новым понятием лицо Вилли становилось всё более потерянным. Он моргал, словно пытался поймать мысль, которая постоянно ускользала.

"Бухгалтерский учёт?" - наконец выдавил он, искренне недоумевая. - "Я... я умею высчитывать идеальные пропорции какао-масла и сахарной пудры. И знаю, как добиться, чтобы клубничный крем был одновременно и воздушным, и упругим."

Жезефина медленно, очень медленно закрыла глаза, сделав глубокий вдох, будто пытаясь найти терпение где-то на дне своей безупречной сумочки. Когда она вновь открыла их, в её тёмно-зелёных глазах читалась смесь шока и странного облегчения. Шока - от того, насколько он беспомощен в реальном мире. Облегчения - потому что теперь всё было кристально ясно.

"Понятно," - произнесла она, и это слово прозвучало как приговор. - "То есть, вы не умеете... вообще ничего из того, что делает бизнес бизнесом."

"Я умею делать людей счастливыми!" - возразил Вилли с такой искренней верой, что это прозвучало как самый весомый аргумент. Жезефина снова заморгала, на этот раз быстрее, словно её мозг обрабатывал эту абсурдную информацию.

"Счастье..." - повторила она безразличным тоном, - "...к сожалению, не является валютой для оплаты аренды или закупки тонн какао-бобов." - Она провела рукой по переносице. - "Итак, давайте подведём итог. Фактически, разделение обязанностей выглядит следующим образом: вы - творец, изобретатель и... источник идей. Всё остальное - а именно: финансы, юриспруденция, переговоры, логистика, маркетинг и, не дай Бог, общение с налоговыми инспекторами - ложится на меня."

Она посмотрела на него, ожидая возражений. Но Вилли лишь пожал плечами и засиял.

"Звучит идеально!" - воскликнул он. - "Так мы договорились?" - произнёс сам шоколатье уже со своей улыбкой на лице, не веря, что смог вот так договориться с аристократкой.

Взгляд Жезефины стал отстранённым, будто она мысленно перекладывала на свои плечи гигантскую, невидимую гору будущих проблем с его именем. "Да," - тихо и с некоторой обречённостью согласилась она. - "Так мы и 'договорились'." - Она снова открыла свой блокнот и с силой вывела на чистой странице заголовок: "ДОГОВОР О ПАРТНЁРСТВЕ. ВОНКА & МАЛЛИГАН".

"Я подготовлю документы," - произнесла она, и в её голосе впервые за весь разговор прозвучала лёгкая, едва уловимая усталость. - "Вам останется только... поставить красивую подпись. Я надеюсь, с этим у вас хотя бы нет проблем?"

"О, нет!" - обрадовался Вилли. - "Я могу поставить подпись фиолетовыми чернилами с блёстками!"

Жезефина снова зажмурилась.

"Будем придерживаться классического чёрного. Без блёсток. Это пункт первый в нашем договоре." На минуту Жезефина могла подумать, что, может, зря она пошла на такую авантюру...

Но потом подумала, что раз уже решила, то пути обратно нет.

Не каждый день она встречала таких людей.