Шисуи и его игра с огнём

Шисуи был не просто грабителем — отчасти он был местным Робин Гудом, который отбирал у богатых и щедро делился с бедняками, даря им надежду и облегчение в тяжёлые времена. Но его сердце не было чистым — в душе он носил тень греха и жестокости. Его банда не раз переступала черту закона и морали, погружаясь в тёмные дела ради выживания и власти. Сегодняшний день не стал исключением. Ночь обещала быть долгой и бурной — впереди были новые кражи, новые опасные игры с судьбой и законом. Шисуи знал, что за каждым его шагом следят глаза стражи, а за спиной шепчутся слухи. Но он не боялся — ведь в этом мире выживает сильнейший, а он был одним из них. ——————————————————————— Таверна «Подмокрый дракон» была уродлива, вонюча и прекрасна. Именно здесь, в клубах густого дыма и запахе прокисшего эля, рождались самые дерзкие планы. И именно здесь, в дальнем углу, за большим дубовым столом, восседал Шисуи Учиха. Он не пил, а медленно вращал в руках почти пустой кубок, наблюдая за игрой света на потёртом дереве. Его поза была расслабленной, почти небрежной, но глаза — тёмные, пронзительные — постоянно сканировали помещение, отмечая каждый вход, каждую новую фигуру в дверном проёме. Они метались, эти глаза, будто две отдельные сущности, но разум за ними был единым и острым, как отточенный клинок. К нему подошёл коренастый трактирщик, вытирая жирные руки о фартук. «Шисуи,— начал он, понизив голос до хриплого шёпота. — Опять эти крысы из замка… У старика забрали последнюю козу за «неуплату налогов». Детям нечего есть». Шисуи не сразу поднял взгляд. Парень поморщился и поставил кубок на стол. «Козу,говоришь? — его голос был тихим, мелодичным, но в нём слышалась сталь. — Слишком просто. Слишком… мелко». Он внезапно улыбнулся. Улыбка была резкой, почти волчьей, но в уголках глаз заплелись искорки безудержного веселья. «Заберём не просто козу. Заберём целый обоз. Тот, что с винами и сладостями для празднества нашего "любимого" лорда. Я слышал, он как раз выехал из порта». Трактирщик ахнул: «Но… но это безумие! Его охраняет десяток стражников!» «Именно поэтому это интересно, — парировал Шисуи, его игривость теперь была направлена на саму невозможность задачи. — Стража сыта, ленива и думает только о том, как бы поскорее добраться до замка. Они не ожидают нас. Не ожидают меня». Он встал, и его тень, отброшенная тусклым светом очага, на мгновение поглотила всю стену, приняв форму грозного исполина. «Разделим вино между семьями. А козу… — он снова усмехнулся, — козу старику вернём. Но приложим к ней записку. От лорда Алдера. С извинениями и… скажем, с признанием, что налоги были подсчитаны неверно». Его люди, сидевшие за соседними столами, тихо захихикали. Это был чистый, дерзкий троллинг, фирменный почерк их предводителя — не просто украсть, но и высмеять, унизить жадного барона, оставив его в бессильной ярости. «Ты играешь с огнём, Шисуи, — прошептал один из старших разбойников, Борен. — Однажды они соберут всё войско, какое есть, и накроют нас». Шисуи повернулся к нему. Игривость в его глазах угасла, сменившись холодной, бездонной серьезностью. «Мы все играем с огнём, старый друг. Одни — чтобы согреться. Другие — чтобы сжечь этот прогнивший мир дотла. Я же… — он надел перчатки, медленно затягивая ремни, — я просто проверяю, насколько жирными и глупыми стали те, кто у этого огня греется.» Он вышел из таверны, и его банда беззвучно растворилась в лесу неподалёку. Шисуи медленно шёл навстречу деревьям, и тень от него уже не была просто игрой света. Она была обещанием. Обещанием хаоса, милосердия и безжалостной мести — всего того, что таилось в глубине его умного, грешного сердца. ——————————————————————— Итачи только прибыл с другого государства, дорога была долгой и тяжёлой. По приезде его не встречала ни стража, ни гонец, только он и его мысли. Черноволосый забрёл в лес, где мягкий свет заката играл на листьях, а лёгкий ветерок шептал древние тайны деревьев. Всё вокруг казалось умиротворённым и безмятежным — ничто не предвещало беды. Но, увлечённый своим путём, парень зашёл слишком далеко, переступив невидимую грань чужой территории, о которой даже не знал.