Магия любви

Арселион просыпается от назойливого, но очень приятного запаха, ощущая, как живот настойчиво требует еды. Он приоткрывает глаза, сквозь ресницы наблюдая за Брантом, суетящимся у плиты, и еле заметно улыбается. По крыльям разливается приятное тепло, они кажутся совсем тяжёлыми, из-за чего Арселион не двигается, позволяя себе вольность понежиться в постели (кстати, как он тут оказался?). Он переводит подозрительный взгляд на мага: тот нацепил на себя бороду и надел мантию, явно собравшись по делам в соседнюю деревушку (демон вспоминает, что ему тоже туда надо, но… что-то совсем лень). Сониан, словно почувствовав на себе взгляд, поднимает глаза на демона с лёгкой ухмылкой и незаметно кивает, возвращаясь к своим делам. Арселион снова смотрит на Бранта. Тот закончил с готовкой и стягивает с себя рубаху, на которую, кажется, попало масло, и парень собирается её замочить, пока пятно не въелось. Демон распахивает глаза, с нескрываемым негодованием рассматривая подтянутое загорелое тело, мышцы которого напрягаются в некоторых местах от движений. Самолюбие демона задето. Как смеет этот мальчишка быть таким красивым? Мало того, что Магерия одарила его светлыми волосами и глазами цвета свежей листвы, и ростом под два метра, так ещё и телом он весьма и весьма неплох. А ведь демон всегда считал, что в Магерии только он из мужчин краше всех! Взгляд скользит по ягодицам парня, скрытым грубой тканью штанов, и проскальзывает мимолетная мысль о том, не накачан ли у него зад. Сверху раздается тихий смешок, заставляя Арселиона приподнять голову и взглянуть на устроившегося на спинке кровати ворона; демон вспоминает, что фамильяры умеют читать мысли тех, с кем связаны. Демон не смущается, нагло растягивая губы в улыбке и посылая ворону ментальное проклятие. Эглер снова смеется и, взмахнув крыльями, перелетает к Сониану, заводя с ним разговор. Арселиону он не интересен. Он снова возвращает взгляд к Бранту, с разочарованием замечая, что тот уже в новой рубахе, с красным узором на воротнике и рукавах. — Если проснулся, то вставай, есть будем, — грубовато произносит Брант, расставляя по столу тарелки. Арселион усмехается, поднимаясь с постели. Крылья сразу опадают, словно раненые, волочась по полу. Демон даже не пытается их поднять, притворяясь, что они его мантия. На столе уже стоит котел с какой-то овощной жижей, с большими кусками мяса, вызывая обильное слюноотделение, заставляя демона сглотнуть и сесть за стол. — И что это? — интересуется Арселион, с жадностью уставившись в котелок. — Рагу, — бурчит Брант, накладывая себе в тарелку. Сониан тут же выхватывает её из рук ученика, подсовывая пустую. — Ммм, неплохо, — мычит Арселион, ощущая, как челюсти будто бы слипаются. Блюдо действительно вкусное, но поощрять парня не хочется, а то ещё зазнается. Эглер садится на плечо Арселиона, дожидаясь своего куска мяса. — Но я думал, что мясо для рагу меньше должно быть, а не размером с шашлык. — Ешь и не жалуйся, — ворчит смущённый Брант, продолжая есть рагу. Арселион с усмешкой подмечает про себя мило покрасневшие щеки парня. Дальше они едят молча. Арселион не отрывает смеющегося взгляда от Бранта, который старательно прячет глаза в тарелке. Арселиону хочется скаламбурить, но он сдерживается, предлагая ворону сочный кусок мяса и продолжает есть. Сониан заканчивает трапезу первым, принимаясь осматривать походный мешок на случай, если он что-то забыл положить. Брант торопливо доедает последние пару ложек и вскакивает с места прежде, чем Сониан успевает что-то ему сказать. Арселион провожает обоих взглядом, пока те не скрываются за дверью и переводит взгляд на ворона. — Куда они? — спрашивает он у фамильяра, наблюдая, как тот терзает кусок мяса. — Чер-р-р-ррная магия, — коротко произносит ворон, продолжая трапезу. — Чёрная магия? — Арселион заинтересованно встрепенулся, отчего перья на крыльях распушились. — Что за чёрная магия? — Губительная, — Эглер заканчивает есть, начав прихорашиваться. — Сониан говорил что-то пр-р-ро др-р-р-ревнее зло и одер-р-ржимость. Похоже, в дер-р-р-ревне совсем весело. — Интересно… — Задумчиво тянет демон, сощурив голубые глаза. — И что это за древнее зло? Эглер пожимает плечами, давая понять, что сам понятия не имеет. Демон задумчиво смотрит на дверь, размышляя, стоит ли пойти следом или предоставить магу и его ученику разбираться самим? Он переводит взгляд на оставленную на столе грязную посуду и котел с остатками рагу. Демон морщится от мысли, что придется это все убирать, но все равно встаёт, чтобы привести дом в порядок, хотя бы в каком-то подобии благодарности за то, что Сониан когда-то помог ему в детстве, скрыв заклинанием белоснежные крылья. Арселион бросает взгляд на крылья и украдкой улыбается, вспомнив приятные прикосновения Бранта к ним, и ему до ужаса хочется снова испытать это наслаждение. — Эглер! — Решительно зовёт он ворона, резко останавливаясь посреди дома, бросая на фамильяра сияющий решимостью взгляд. — Мы идём в деревню. Ворон издает какой-то неразборчивый звук, но ничего не отвечает против, вспорхнув на плечо демону. Тот закрывает свои крылья потрёпанной мантией, придавая облику демона вид сгорбленного путника, и выходит из дома, хлопнув дверью так, чтобы она плотно закрылась на случай, если кто-то захочет влезть в дом. Фамильяр щурится на дневном солнце и, что-то проворчав, взмахивает крыльями, поднимаясь к небесам. Дорога в деревню лежит через лес, и идти по ней приходится минут сорок-пятьдесят. Арселион всю дорогу размышляет, что за древнее зло обнаружил Сониан, как собирается с ним бороться и что за одержимость. Допустим, одержимость может быть каким-нибудь мелким бесом, тогда Сониан с ним справится легко, но вот древнее зло… Демон так глубоко задумывается, что не замечает, как его накрывает какая-то тень. И спохватывается только тогда, когда он врезается… — Ты что тут забыл? — Ворчит демон, глядя на Колвера, стоящего перед ним грозной скалой, сложив руки на груди. За его спиной маячит Готас, огромный, священный дракон. — Ты куда опять направился? — Недоверчиво спрашивает Колвер, игнорируя вопрос. — В деревню, дурень, — бросает Арселион, пытаясь обойти нежеланного собеседника. — Зачем? Чтобы съесть невинные души? — Делать мне больше нечего… Арселион испепеляющим взглядом смиряет собеседника. И прежде чем он успевает ответить, издали, куда направляется демон, доносится сладковатый и в тоже время кислый запах, вызывая в душе Арселиона смятение. Колвер, видимо, чувствует тоже самое, так как оборачивается в сторону зловония, удивлённо переглянувшись с драконом. Арселион больше не тратит время на разговоры, рванув в сторону деревни. Что-то подсказывает ему, что там творится что-то ужасное и сейчас Сониан с Брантом в опасности. В другое время он бы даже не подумал помогать кому-то, но сейчас он не думает ни о чем, а просто бежит. Крылья пульсируют под мантией, чувствуя настроение своего владельца и рвутся раскрыться, но демон сдерживает их, продолжая бежать. Рядом слышится тяжёлое дыхание, и демон краем глаза видит, как покрасневший от бега Колвер бежит рядом, а Готас летит следом. — Оседлай своего дракона, — на ходу бросает Арселион, пихнув попутчика, чтобы тот остановился. И Колвер, кряхтя, слушается, запрыгивая на спину Готаса. Пара взмывает в воздух, несясь к деревне быстрее ветра. Арселион прибавляет шаг, ощущая, как ветер заполняет его лёгкие, так что, кажется, еще немного и демон взлетит, как воздушный шарик. Сверху раздается крик ворона, означающий, что деревня совсем рядом. Демон притормаживает, чтобы перевести дух, и замечает, что запах стал ещё более невыносимым. И когда же он заходит в деревню, то видит творящийся там хаос. Дома полыхают ярким огнем, пожирая все, до чего дотянутся; жители в панике разбегаются в разные стороны, не разбирая дороги, давя друг друга; где-то раздается плач ребенка, резко обрывающийся; из какого-то дома выбегает горящая фигура, которую кто-то в панике обливает водой; кто-то пытается вывести из хлева скот и кур, но те все равно возвращаются назад, испуганные горящей стихией… Арселион замирает, с любопытством оглядывая хаос вокруг, судорожно выискивая знакомые лица. Громогласный рык разносится сверху, заглушая треск пожирающего все вокруг огня, и Арселион вскидывает голову. Священный дракон кружит в небе, словно обезумев, и Арселион, кивнув, бросается в направлении битвы, махнув рукой ворону. Эглер без слов взмывает ввысь на разведку и тут же возвращается, тяжело дыша. Он не произносит ни звука, садясь на горб из крыльев демона, но и без слов все понятно. Сониан не справляется с проснувшимся древним злом и сейчас борется не на жизнь, а на смерть. — Брант… Выдыхает Арселион, подбегая к эпицентру и обозревая огромный, пульсирующий портал, из которого извергаются омерзительные щупальца. Сониан из последних сил сдерживает расползающуюся брешь в ткани реальности, в то время как Брант, израненный и бледный, корчится на земле. Юноша словно не слышит зова демона, изгибаясь в приступах боли, и демон впервые ощущает чувство, доселе ему неведомое. Страх. Арселион застывает, чувствуя, как леденящий ужас проникает в каждую клеточку его тела, усиливаясь с каждым новым приступом Бранта. — Арс! Чего встал, помогай давай! — хрипит Сониан, и демон бросается на помощь, призывая всю мощь своей демонической ауры, пытаясь сдержать разрастающийся портал. — Что здесь произошло? — кричит Арселион, чувствуя, как его силы утекают в бездонную пропасть. — Что-то пошло не так… — отвечает маг, и в его голосе слышится отчаяние и ужас. — Мы слышали, что в этой деревне когда-то было побеждено древнее зло, и мы шли сюда, чтобы возобновить барьер, так как… — маг замолкает, судорожно хватая ртом воздух. Дальше его речь становится сбивчивой и отрывистой, свидетельствуя об иссякающих силах. — Многие жители уже были одержимы… Мы пытались… Ничего не вышло… Оно пробудилось, поглотило их… Брант… — Что с ним? — Арселион переводит взгляд на юношу. Тот по-прежнему корчится на земле, обхватив голову руками, воя так, что душу выворачивает. — Одержим… — выдыхая, отвечает Сониан и словно в подтверждение этих слов, Брант в последний раз выгибается в нечеловеческой дуге, издавая истошный, полный боли и отчаяния крик, и затихает, рухнув на землю. — Колвер! — кричит демон, не отрываясь от портала. — Помоги Бранту! Колвер, завидев произошедшее тут же спрыгивает с дракона и подбегает к юноше. Арселион видит, как погонщик пытается что-то сказать, что-то сделать, но юноша словно не слышит, продолжая неподвижно лежать. Демон отвлекается лишь на долю секунды, но и этого оказывается достаточно, чтобы портал начал стремительно расширяться. Сониан мычит от напряжения. — Я больше не могу! — кричит маг. — Бегите! Арселион не слушает. Он не может просто так взять и сбежать, оставив Бранта на растерзание тварям, вырывающимся из портала. Он должен что-то сделать, придумать хоть какой-то план, но в голове – лишь пугающая пустота. — Брант! — кричит Арселион, пытаясь достучаться до сознания юноши. — Брант, очнись! Внезапно, Брант начинает шевелиться, медленно поднимаясь с земли. Его глаза, некогда цвета свежей листвы, теперь черны, как сама кромешная тьма. Он смотрит в лица присутствующих и растягивает губы в жуткой, нечеловеческой улыбке.