В звенящей тишине палатки

Ребята из одного блока сидели у костра поздним вечером, слушая истории друг друга. В основном говорил Брэндон, иногда к нему присоединялись Чед с Карлом. Лололошке же нечего было рассказать — он попросту не помнил большую часть своей жизни, а потому просто слушал. Дилан, в принципе, не был в восторге от ситуации и мечтал поскорее ретироваться в палатку, но не мог этого сделать из-за шатена, сидевшего рядом и намертво вцепившегося в рукав его толстовки, пригвоздив его к себе. Тому было ещё интересно послушать совсем неоднотипные байки Брэндона о девушках. Дилан уже был готов начать кусаться, лишь бы его отпустили. Он щипал Ло за бок свободной рукой, пытаясь привлечь внимание, но тому было совершенно всё равно. Брюнет толкнул его локтем, и только после этого на него наконец обратили взгляд. — Дилан, блять, ну что опять? — шикнул на программиста шатен, наконец переводя на него взгляд. — Тебе самому не надоело эту муть слушать? — проигнорировав вопрос, брюнет задал свой, на что получил лишь демонстративный вздох и, вероятно, закатывание глаз. — Ребят, мы с Диланом, наверное, пойдём, вымотались после насыщенного дня как-никак, — Ло мягко улыбнулся соседям, развернулся, пожелал спокойной ночи и направился к своей палатке, подталкивая Дилана в ту же сторону. — Дилан, твоя палатка в другой сторо-… — начал Карл, но его перебили. — Заткнись, и без тебя знаю. — Эй, Дилан! Ну можно же было помягче! — донёсся сзади голос Чеда, когда парни уже скрылись в палатке Ло. — Ну и чего конючит принцесса? — Как ты меня назвал? — злобно буркнул программист, готовый плеваться ядом. Эколог, приняв позу полулёжа, похлопал по месту рядом, приглашая синеглазого прилечь. Дождавшись, пока тот устроится, Ло невесомо чмокнул Дилана в лоб, потом в нос и в щёки. — Принцесса. Самая настоящая, — усмехнулся шатен, наблюдая, как парень отмахивается от него рукой, словно от назойливой мошкары. Мироходец, перехватив его кисть, принялся снова осыпать того поцелуями — нормальной возможности уединиться у них не было, но, судя по всему, смущало это только темноглазого. Дилан, поняв, что сопротивление бессмысленно, просто сдался, позволил себя целовать и, нахмурившись, прикрыл глаза. Губы шатена легко коснулись уголка его рта, затем снова — дразнящее прикосновение, за которым последовало второе. Ло ненадолго отстранился, чтобы снять очки, наблюдая за реакцией собеседника. Тот приоткрыл глаза, не сразу осознав, что происходит. Следующий поцелуй задержался на секунду дольше, и в эту крошечную паузу просочилось нечто новое — внезапная тишина. Игру сменило напряжённое, звенящее безмолвие. Вместо того чтобы отдалиться, Ло медленно, почти вопрошающе, провёл губами по его нижней губе. Это был уже не быстрый, птичий поцелуй, а тягучий, исследующий. Игривость растворилась, уступив место тяжёлому, осознанному желанию. Рука шатена, до этого небрежно лежавшая на талии архитектора, юрко скользнула под тёмную толстовку, сжимая бока. Вновь прильнув к губам Дилана и почувствовав ответ, Лололошка принялся сминать их, ловя ртом его вздохи. Волна мурашек пробежала по спине программиста в том месте, где пальцы другого оставили едва уловимый след. Эколог сместился, приняв более удобное положение и нависая над покрасневшим Диланом. Он спустился поцелуями к линии челюсти, ближе к мочке уха, принялся облюбовывать её, чувствуя, как всё тело собеседника содрогается от его горячего дыхания, опаляющего чувствительную кожу. Оставив последний поцелуй на ухе, шатен провёл губами вниз по шее к плечу и, невесомо коснувшись кожи, оставил яркий укус, с удовлетворением ловя судорожный вдох Дилана. Проведя языком по свежему следу, он оставил новый поцелуй рядом с ключицей, затем снова и снова, множа отметины. Ощупав руками талию под толстовкой, впалый живот, вздымающуюся грудную клетку, он подцепил худи и стащил её с синеглазого. Ло опустился ниже, оставляя влажную дорожку по коже, и легко коснулся языком чувствительной области вокруг сосков, нарочито задевая зубами набухшие бугорки, чувствуя, как Дилан выгибается навстречу, вцепляясь руками в его волосы и спину. Оторвавшись от одного покрасневшего соска, он приник к другому, сначала нежно облизывая, почти посасывая, а затем вновь укусил, успев ладонью заткнуть рот Дилану, который чуть не завыл от неожиданности. Шатен почувствовал, как у корней сжались его волосы, а в спину впились ногти, оставляя царапины. Отстранившись, он поднялся к уху программиста и прошептал пониженным голосом: — Нас не должны услышать. Для Дилана мир сузился до этой крошечной палатки. Воздух стал густым и тяжёлым, каждый вздох давался с усилием. Тишина звенела, режа уши. Были слышны лишь приглушённые вздохи Ло и его собственные подавленные хрипы — дышать через плотно прижатую ладонь становилось невыносимо. Брюнету казалось, что сам бог послал ему демона-искусителя на пытку. В висках стучало, было душно и жарко. В штанах стало тесно — его член ныл от постоянного трения о ткань, умоляя о ласке, но Мироходец, казалось, и не думал опускаться ниже, продолжая терзать распалённые уши, соски, шею, ключицы... Чёрт, да он просто издевался над самим Диланом! Хотя тот никогда не признается, что ему до безумия нравится это поведение. Властное, местами грубое... Дилан тек и стонал в руку Ло как последняя шлюха, почти умоляя дотронуться до него. — Ло... — имя сорвалось с его губ скорее как стон, чем как осознанное слово. Опустив взгляд, Дилан встретился с двумя тёмными омутами, способными затянуть кого угодно. Одного этого взгляда было достаточно — слова оказались лишними. Дилан понял это и замолчал, пустив всё на самотёк. Ло провёл кончиком носа вниз, по дёргающемуся кадыку, к ключице, принявшись целовать её, лишь для того, чтобы вновь укусить повыше, наслаждаясь сдавленными вздохами сверху. Он мгновенно зализал свежий след, снова опускаясь к твёрдым соскам. Вдоволь наигравшись с дрожащим Диланом, он отстранился, сбросил с себя мешающую толстовку, а затем стащил и штаны с программиста, оставив того в одних боксёрах. Проведя рукой по бёдрам к тазовой косточке, он заскользил под резинку трусов. Спустившись ещё ниже, Ло приник к смущающе манящим бёдрам, покрывая их поцелуями. Двигаясь дальше, он добрался до внутренней поверхности бедра, где, очертив незамысловатый узор кончиком носа, оставил на коже укус. Резкий и яркий. Программист был готов кричать от переполнявших его чувств, но мог лишь мычать — за тонкой тканью палатки сидели ничего не подозревавшие соседи. Наверное. Сейчас ему было не до них, ведь в тесном пространстве он полностью терял себя. Ло, оставив достаточное, на его взгляд, количество следов на бёдрах, отпрянул и поднялся к лицу Дилана, который трепетал от переизбытка ощущений. Шатен прижался своими влажными и распухшими губами к его губам, принимаясь активно сминать их. Почувствовав, что Дилан приоткрыл рот, отвечая на поцелуй, он властно протолкнул в него язык, ощущая всем телом ответную дрожь. Ло сместился чуть вбок, так, что бедро Дилана оказалось между его ног, прижал другое бедро к своему и, подхватив того под ягодицы, развернул так, что теперь они терлись пах о пах. Прямо как лесбиянки в порно... Хотя Дилану сейчас было не до сравнений. Он вообще почти не соображал, захлёбываясь в собственных стонах. Его тело содрогалось от переизбытка ласк. Палатка наполнилась сдавленными звуками, дышать становилось почти невозможно. Чёрт. Он сейчас кончит. Он уткнулся лбом в чужое плечо, вцепившись в надежде удержаться, чтобы не отключиться от такой развратной стимуляции. Дилан цеплялся за Ло как за спасительную соломинку, впивался так, что следы останутся точно, кусался, царапался, а Ло терпел и молчал. Шатен тоже кусался. Больно. Для него это был главный способ проявления страсти. В ушах стоял звон, в палатке раздавались неприлично пошлые звуки, программист уже закинул голову назад, издавая протяжный стон... и... ...всё... Ло и Дилан обессиленно рухнули на матрас, тяжело дыша. Мироходец притянул синеглазого к себе, крепко обняв со спины. — Придурок, я тебе, что, по танцам занимаюсь? Ты мне бедро потянул, ещё и укусов наоставлял, идиот! — захлёбываясь, протараторил Дилан, принимаясь пинать и лупить эколога ладонью в отместку, словно не содрогался в оргазме всего пару минут назад. Снаружи, рядом с палаткой, послышались шорохи. Дилан, испугавшись, отцепил от себя Лололошку и чуть ли не вытолкнул того на улицу, сам натянув одеяло с головой и притворившись спящим. Ло, потирая поясницу, по которой ему зарядили, высунул голову из палатки. На нём, конечно, были только штаны. — Чё у вас там происходит? Вы в порядке? Это был Брэндон. Он обеспокоенно посмотрел на эколога, пытаясь заглянуть внутрь. — Эм... да-да, всё нормально.. просто... ээ... Дилан ударился коленкой об меня и завыл как волк... Короче, да, — на ходу сочинил нелепицу Мироходец. — Оу, ну ладно. Аккуратнее там, — кивнув, блондин развернулся и направился к своей палатке. Спокойно выдохнув, Лололошка застегнул замок до конца и повалился на матрас к Дилану. — М-да, лжец из тебя никакой, хах. — Хорошо устроился, засранец? — Отлично.