Бедная юность

Было раннее утро, едва пробивающиеся сквозь пелену облаков лучи солнца окрашивали дворы в бледно‑золотистые тона. Воздух стоял свежий, с лёгкой прохладой, ещё хранящей ночную свежесть, и пах влажной землёй после недавнего дождя. Ваня уже вовсю ходил под подъездом Егора, нетерпеливо поглядывая на входную дверь. Он то и дело нервно поправлял капюшон толстовки, будто не знал что ему делать и куда деть руки. Помимо того, что Кислов сам встал в этот день в страшную рань — часы едва перевалили за шесть, — он ещё и разбудил друзей своими ранними звонками и сообщениями, отправленными одно за другим с настойчивостью, граничащей с одержимостью. Несмотря на гудящую головную боль (последствие вчерашнего бурного вечера в компании алкоголя и наркотиков), парень нашёл в себе силы собраться и проверить свою вчерашнюю теорию. Что‑то глубоко внутри, почти на уровне интуиции, подсказывало: это не просто лагает приложение, а прямая подсказка к месту нахождения Тины. Не прошло и нескольких минут, как из подъезда вышел Егор — взлохмаченный, с небрежно повязанным шарфом, с сонным, чуть затуманенным взглядом. Он щурился от утреннего света и то и дело потирал глаза, явно ещё не до конца осознавая, где находится. — Здорово, — Ваня энергично пожал руку другу, его голос звучал бодрее, чем можно было ожидать в такой час и в таком состоянии. — Хенкалина скоро подойдёт, пойдём пока туда, где по карте находится Тина. — Угу, — с куда меньшим энтузиазмом отозвался Егор, протяжно зевая. — Слушай, Кис, ты же понимаешь, что это всё вилами по воде писано. Ну вот правда: какая вероятность, что мы что‑то найдём просто так, шатаясь по двору? — Да понимаю, понимаю, не нагнетай, — отмахнулся Ваня, но в его глазах горел тот самый неугасимый огонь, который появлялся всякий раз, когда он чувствовал: вот‑вот что‑то раскроется. Друзья двинулись вперёд, с каждым шагом казалось, что они ходят кругами — буквально и метафорически. Кислов внимательно осматривал каждый уголок: заглядывал под скамейки, приглядывался к кустам, наклонялся, чтобы разглядеть что‑то на асфальте. Он надеялся найти хоть что‑то — может, телефон Тины, может, какую‑то вещь, случайно оброненную, какой‑то намёк, способный пролить свет на её исчезновение. Парень свято верил: здесь что‑нибудь да окажется. В его голове снова и снова прокручивались кадры из их последней встречи, детали разговоров, мельчайшие нюансы, которые теперь, могли оказаться важными. — Привет, — раздался голос только подошедшего Бори. Он выглядел чуть более собранным, чем Егор: с аккуратно уложенными волосами, более опрятной одежде, но в глазах читалась та же усталость. — Ну как поиски? — Да никак… — вздохнул Егор, разводя руками. — Нет тут ничего. Мы уже раз десять всё обошли, и ни единой зацепки. — Нет, есть! — чуть ли не заорал Кислов, резко оборачиваясь к друзьям. Его голос прозвучал настолько громко, что пара прохожих невольно оглянулись. — Ты просто вместо того, чтобы искать, хуйнёй занимаешься! Смотри внимательнее, ну! — Кис, ну если тут правда ничего нет… — попытался возразить Егор, но вдруг его взгляд упал на мужчину, неспешно проходившего мимо. — Здравствуйте! — окликнул он незнакомца. — Здравствуй, — коротко кивнул тот в ответ, даже не замедлив шага, и стремительно скрылся за углом дома. — Это ещё кто такой?! — резко обернулся в сторону уходящего мужчины Кислов, нахмурившись. — Новый сосед, живёт со мной в одном подъезде, — спокойно отозвался Меленин, пожимая плечами. — Переехал пару недель назад, я его толком и не знаю. — Откуда‑то я его знаю… — пробормотал Ваня, задумчиво проводя рукой по волосам. Лицо мужчины казалось знакомым, но не достаточно хорошо, будто парень видел его когда‑то на какой‑то фотографии. Но когда? Где? Почему он его запомнил? Хотя, если честно, запомнил ли вообще, раз сейчас не мог вспомнить, кто это?! Тишина повисла между ними, нарушаемая лишь отдалённым шумом проезжающих машин и щебетом птиц. Ваня глубоко задумался, машинально доставая вейп и делая тягу. Дым медленно расплывался в утреннем воздухе, словно пытаясь унести с собой его смятение. — Кис, мы ничего тут не найдём, — прервал звенящую тишину Боря, его голос звучал устало, но твёрдо. — Ты можешь тут сто раз всё обойти, каждый миллиметр просмотреть, но если тут ничего нет, то и не появится. — Да знаю я, знаю, — огрызнулся Ваня, уже собираясь отойти, как вдруг его осенило. Его глаза расширились, а на лице появилась та самая улыбка, которую друзья знали слишком хорошо — улыбка человека, только что сделавшего открытие. — Вспомнил! Я знаю этого чувака. Это же отец Тины. Точно, я видел их совместную фотку! — Так он же вроде в другом городе живёт, что ему здесь делать? — удивился Боря, приподнимая бровь. — Может, просто похож. Ты же сам говоришь, что не мог его сразу вспомнить. В данной ситуации Хэнкин относился скептически ко всему, что говорил Ваня. Временами казалось, что Кислов хочет найти девушку больше, чем её собственный брат, который, конечно, тоже переживал, пытался что‑то сделать, но не так яро, как друг. Теперь же Боря более чем когда‑либо был уверен: Кислов просто обознался. — Да нет же. Это точно он. Щас, подожди. Ваня быстро достал телефон, его пальцы нервно бегали по экрану, пока он рыскал в телеграмм канале Тины. Егор с Борей в этот момент лишь переглянулись — между ними возникло молчаливое согласие. Они оба поняли друг друга без слов: оба не верили в успех поисков друга, оба чувствовали, что это лишь очередная вспышка его неуёмной энергии, которая, скорее всего, ни к чему не приведёт. — Вот, смотрите, — Ваня буквально тыкнул в лицо Боре экраном телефона, его голос дрожал от возбуждения. — Я всё равно не запомнил, как он выглядит, покажи Мелу, — пожал плечами Боря, отступая на шаг. Ваня лениво перевёл руку в сторону, демонстрируя Егору фотографию. На ней стояла Тина — в ленте выпускницы, с сияющей улыбкой, на последнем звонке из девятого класса. Рядом с ней — мужчина, её отец, с тёплой, чуть сдержанной улыбкой, обнимающий дочь за плечи. — Слушай, это реально он, — изменившись в лице, закивал Меленин, его глаза широко раскрылись от удивления. — Сука, что я говорил! — вскрикнул Ваня, его голос звенел от триумфа. — Только реально, чё он тут делает? — Так может, он приехал из‑за Тины, — пожал плечами Егор, задумчиво потирая подбородок. — Не забывай, это не у тебя подруга пропала, а у него дочь. Для него это куда больнее, чем для нас. — Но Гена ничего об этом не говорил. Это странно, — нахмурился Ваня, его мысли снова закрутились в хаотичном вихре предположений. — Хватит, Кис, ты перегибаешь. Ты уже видишь знаки там, где их нет, — вздохнул Боря, проводя рукой по лицу. — Может, хватит на сегодня поисков? Сегодня день города, пойдём лучше развеемся. Тут точно ничего не найдём, а так хоть отвлечёшься. — Отлично, лучшее время для праздника, — саркастически фыркнул Ваня, но в его голосе уже не было прежней ярости. — Поверь, если ты будешь сидеть дома, то Тине это никак не поможет и хуже не сделает. А так хоть немного проветришься, — мягко добавил Боря, кладя руку на плечо друга. — Может быть. Ладно, похуй, идём, — наконец сдался Ваня, его плечи слегка опустились, но в глазах всё ещё тлел неугасимый огонёк. Боря с Ваней направились прочь в сторону центра города, где уже начинали звучать первые аккорды праздничных мелодий и виднелись разноцветные флаги. Но вдруг Хэнкин заметил, что Егор не идёт за ними, и, остановившись, обернулся. — Мел, ты идёшь? — поинтересовался Боря, приподнимая бровь. — Нет, идите без меня, — покачал головой Егор, его взгляд был устремлён куда‑то вдаль, будто он видел что‑то, недоступное остальным. — Мне надо ещё зайти домой. Я позже приду. — Как знаешь, — пожал плечами Ваня и, не оглядываясь, направился вперёд, его шаги звучали чуть тяжелее, чем раньше.