Тайна за закрытыми дверями

На следующий день Малфой поджидал Грейнджер в одном из коридоров института. Когда Гермиона, как ни в чём не бывало, шла по коридору, он дёрнул её за руку и потянул. Она вскрикнула от страха. — Малфой! Чёрт тебя дери! — крикнула она, прикладывая свою руку к быстро стучащему сердцу. Он усмехнулся, забавляясь её реакцией. Отпустив её запястье, он отступил на шаг. — Что тебе нужно? — недовольно проговорила она. Он хмыкнул. — Греейнджер, — протянул он, — похоже, ты забыла, что с тебя должок за моё молчание. Гермиона стояла перед ним, сцепив руки за спиной, словно пыталась собрать остатки самообладания. — Так что ты хочешь, Малфой? — спросила она, стараясь звучать уверенно. Его ухмылка стала шире. — Успокойся, Грейнджер. Я не собираюсь разрушать твою жизнь... пока. Но у меня есть идея. Он сделал шаг ближе. Она проследила глазами за его шагом но не сдвинулась с места. — Ты знаешь, что я ненавижу сидеть над учебниками. А вот ты — образец прилежания. С завтрашнего дня ты будешь моим личным репетитором. — Что? — её глаза расширились. — Ты слышала. Лекции, конспекты, контрольные — всё, что я пропускаю или ленюсь учить, ты объясняешь мне. Каждый вечер, после занятий. Она прикусила губу. — И если я соглашусь?.. — Тогда я сохраню твою маленькую тайну. Никто в институте не узнает, что наша мисс «скромность» подрабатывает в клубе. Гермиона сжала кулаки. Он играл с ней, но выхода у неё не было. — Хорошо, — выдохнула она. — Но только учёба. — Разумеется, — хищно улыбнулся Драко. — Хотя кто знает… вдруг тебе понравится моя компания. ~~~ Спустя день они встретились в библиотеке. Огромные окна пропускали мягкий золотистый свет, и он ложился полосами на пыльные полки, заставленные книгами. Воздух пах чернилами, старым пергаментом, будто сами стены хранили в себе тайные знания. Гермиона пришла загруженная целой стопкой книг, свитков и аккуратно перевязанных конспектов. Она опустилась за стол и тут же разложила материалы, словно собиралась на настоящую битву. Её движения были чёткими и уверенными, лицо — сосредоточенным. Драко же устроился напротив с ленивым видом, закинув ногу на ногу и откинувшись на спинку кресла. Его пальцы лениво постукивали по подлокотнику, а серые глаза внимательно следили не за книгами, а за девушкой. — Ты серьёзно получаешь удовольствие от всего этого? — с лёгкой насмешкой он ткнул пальцем в страницу, исписанную длинными формулами и схемами заклинаний. — Да, — спокойно ответила Гермиона, даже не моргнув. — Знания — это сила. Драко тихо усмехнулся и склонил голову набок. — Забавно. А я всегда считал, что сила — это умение заставить других делать то, что тебе нужно. Гермиона подняла взгляд. На мгновение её карие глаза встретились с его холодными серыми. Взгляд оказался слишком прямым, слишком близким, словно между ними пробежала искра. Она заметила, как в его усмешке появилось что-то опасное, как будто он проверял её, испытывал. Но внутри неё вместо страха вспыхнул странный вызов. И вдруг Гермиона поняла: с этого момента её жизнь в институте уже никогда не будет прежней. ~~~ Между ними повисла тишина, нарушаемая лишь шелестом страниц и скрипом пера Гермионы, которая делала пометки на полях. Драко какое-то время молчал, продолжая лениво наблюдать, а потом, чуть склонившись вперёд, сказал: — Ты и правда веришь, что сможешь объяснить мне всё это? — его пальцы скользнули по свитку, едва не задевая её руку. — Я, между прочим, не отличаюсь ангельским терпением. — Удивительно, — она подняла брови. — Я-то думала, терпение — твоя сильная сторона. Особенно когда ты ждёшь, пока кто-то другой сделает за тебя всю работу. На губах Малфоя появилась ухмылка. — Колкость засчитана. Но знаешь, Грейнджер, я предпочитаю, чтобы за меня работали лучшие. Гермиона фыркнула, но уголки её губ дрогнули, выдавая сдержанную улыбку. Она не хотела давать ему удовольствия видеть, что его слова задели или рассмешили её. — Значит, ты признаёшь, что без меня — никак? Драко чуть подался вперёд, опершись локтем о стол. Его взгляд стал внимательнее, серьёзнее, почти хищным. — Признаю только одно: ты слишком умна, чтобы тратить своё время на скучные книги. — Он нарочно задержал паузу. — Оно могло бы быть использовано... куда интереснее. Гермиона почувствовала, как у неё в груди что-то дрогнуло. Она быстро отвела глаза к конспекту, чтобы скрыть внезапное тепло в щеках. — Возможно, у некоторых людей представление об «интересном» слишком ограничено, — тихо заметила она, делая вид, что пишет. — А у некоторых, — протянул он, едва заметно наклоняясь ближе, так что его голос прозвучал почти у самого её уха, — слишком правильное. Она резко подняла голову и снова встретила его взгляд. В серых глазах сверкала насмешка, но под ней пряталось нечто опасное, почти притягательное.