The Prisoner of Time

Скрытый тенью, Виктор слушал пылкую речь Джейса о науке и магии, безуспешно доносимую со скамьи подсудимого. Открытое собрание совета больше походило на театральную постановку, чем на акт правосудия. Впрочем, как и всегда. Задёрнутые тяжёлые шторы пропускали лишь единственный луч света, направленный на обвиняемого. Невольно вставал вопрос о намерениях, стоящих за столь драматичным дизайном. Был ли он направлен на то, чтобы сделать ответчика более уязвимым? Выставить его панику напоказ перед собравшимися? Или, может, чтобы скрыть реакцию советников? Их веселит представление, им всё равно, или они в ярости? А может быть, настоящая цель — отвести внимание от истинного протагониста, тихо затаившегося среди зрителей. Виктор едва заметно поёрзал, пытаясь перевести вес с ноющего под тяжестью тела запястья, лежавшего на трости. Он успел не раз уже задуматься о лечении травмированной ноги. Это ломкое, несовершенное тело ощущалось недружелюбной тюрьмой, однако он отлично знал, что не стоит действовать сгоряча. Виктор совсем недавно прибыл в эту реальность, и сейчас более разумно было оставаться незамеченным. Время раскрыть себя, сорвать все маски — ещё не пришло. — ...но у него не было плохих намерений. Прошу, отпустите моего сына домой, — дрожащим голосом умоляла мать Джейса. Разбирательство подходило к концу. — Мэм, у случившегося есть жертва. Она тоже была чьей-то дочерью, кто-то так же ждал её возвращения домой, — холодно подметил Сало, переводя взгляд со своих тщательно наманикюренных ногтей на склонившего голову Джейса. — Мы не можем просто закрыть глаза на преступление подобного рода. Джейс ещё ниже опустил голову, крепко обхватывая себя руками. — Могу я обратиться к Совету? — отзвучал голос Виктора сквозь напряжённую атмосферу. Его трость мерно стучала по мраморному полу, пока он выходил из тени, разнося эхо по затихшему помещению. Умение драматично появляться перед Джейсом — это то, что Виктор освоил, возможно, слишком хорошо. — Виктор? — воскликнул Хеймердингер, его густые брови подлетели от неожиданности. Повернувшись к членам совета, он быстро представил его: — Это мой ассистент, блестящий молодой человек, который помог с изъятием незаконного оборудования, — с кивком он указал, что Виктор может пройти дальше. Мел, сидевшая за местом председателя, слегка наклонилась вперёд. — Итак, Виктор, принимая во внимание вывод профессора Хеймердингера о том, что исследования подсудимого представляют явное нарушение, вам есть что добавить? Виктор склонил голову со спокойным выражением лица. — Да, я согласен с суждениями совета: тот, кто подрывает общественный порядок, должен столкнуться с последствиями, — он сделал паузу, наблюдая, как Джейс незаметно вздрогнул. — Однако не стоит забывать, что он, бесспорно, выдающийся мастер. Его теоретические познания необычайны, возможно, не имеют себе равных. В правильном окружении он будет представлять немалую ценность. — Согласна, — вмешалась Кассандра, её голос звучал сдержанно, но твёрдо. — Он сбился с пути, но под надлежащим руководством он сможет внести существенный вклад в общество, — её уверенная защита на мгновение озадачила Виктора. Он был прекрасно осведомлён о финансировании, которое семейство Кираман предоставляло Джейсу, однако, открыто поддерживая его на публике, она рисковала бросить тень на репутацию всей семьи. — Но если мы оставим его без надлежащего наказания сегодня, на что он пойдёт в следующий раз? — возразила Шула. Механические шестерёнки, обнимающие её шею, стабильно жужжали, сливаясь со строгим тоном её голоса. — Талант — не оправдание избегать ответственности. Мы в Пилтовере, у нас нет недостатка в одарённых людях. — Нет, — спокойно ответил Виктор, огибая помещение взглядом. — Всё как раз наоборот, я не предлагаю помиловать его. Девочка из Подземного города мертва, и её смерть требует правосудия. Подобное нельзя простить так просто. Я знаю, о чём думают мои люди, — тон его голоса стал твёрже, и он продолжил, подчёркивая каждое слово: — Изгнание — слишком лёгкое наказание. Им нужно видеть, как он платит цену, соразмерную преступлению. — И что вы предлагаете? Отправить его в Стиллуотер? Повесить? — руки Хоскела затихли, прекращая вертеть механическую игрушку, покоившуюся на его коленях. Вопрос прозвучал словно удар грома. Рябь вздохов наводнила помещение, сплетаясь с волной шёпотков. Мать Джейса пошатнулась на грани обморока, тогда как сам Джейс повернулся к нему, смотря с отчаянным неверием. — Нет, нет, — Виктору невольно захотелось рассмеяться. Ох уж эти пилтоверские люди. Однако, сдержав неуместные сейчас эмоции, он продолжил: — У меня есть проект по улучшению безопасности жизненных условий шахтёров в Подземном городе, в котором мне бы пригодилась его помощь. Он сможет искупить свои грехи через труд и больше никогда не ступит на мост прогресса. Думаю, вы можете считать это неким… экспериментом. — Кхм, вы имеете в виду увеличить эффективность добычи и оптимизировать промышленные условия? Думаю, у наших шахтёров в данный момент нет причин волноваться за свою жизнь, — поправил его Болбок. — Всё верно, — это не имело большого значения, к тому же у Виктора не было ни малейшего желания препираться с советником из-за тонкостей формулировок. Он заметил, как советники быстро обмениваются взглядами — интересы и власть, дружба и вражда. Однако ключевую роль должен был сыграть трёхсотсемилетний йордл. Джейс тем временем выглядел так, будто совершенно забыл, где он находится, разглядывая его с видом, будто перед ним ожила неразгаданная тайна и приняла человеческий облик. Виктор со спокойным видом посмотрел назад, и тот отвернулся, отведя взгляд в сторону. — Меня всегда печалило видеть, как молодые и амбициозные души забредают не на тот путь, в особенности те, что мечтают изменить мир. Однако ошибка уже совершена. Наша задача — правильным образом обеспечить правосудие, чтобы Пилтовер мог двигаться дальше. Нужно найти компромисс в данном вопросе. Я думаю, что предложение Виктора можно принять. Что думаете? — отец Пилтовера первым поднял руку. Следующей была Кассандра. Мел бросила взгляд на лицо Виктора, будто пыталась понять, о чём он думает, но в конце концов также подняла руку. Наконец Болбок присоединился, поднимая руку вслед за Мел. Четыре против трёх — теперь Виктор мог со спокойной душой увести Джейса отсюда. Величественный купол раскрылся, позволяя свету заструиться по помещению. Это собрание несомненно станет горячей темой для обсуждений в Пилтовере в обозримом будущем — «Технологии и магия!», «Молодой, заблудший учёный!», «Новый социальный эксперимент!». Толпа рассеялась, и Джейс обнял мать на прощание. Не желая их смущать, Виктор развернулся и зашагал в сторону выхода в тишине. — Виктор, пожалуйста, зайди ко мне в офис на минутку. Виктор мог только внутренне вздохнуть и пойти за профессором Хеймердингером. Кабинет пребывал в таком беспорядке, что походил на кладовку, однако небольших размеров йордлу не составляло труда шнырять вокруг. Виктор наблюдал, как тот копошится среди всевозможных гаджетов, разработанных Джейсом. Нотка восхищения промелькнула на пушистом лице, внезапно сменяясь неодобрительной гримасой. Он бросил всё обратно в коробку, словно напоминая себе о том, что каждый из этих опасных предметов будет уничтожен завтра. Сколько времени прошло с тех пор? Могло ли в человеческом времяисчислении Виктору быть уже столько же лет, сколько профессору сейчас? Хотя ему, безусловно, стать таким же… жизнерадостным. — Когда твой шахтёрский проект был утверждён? — внезапный вопрос выдернул его из размышлений. — Эм, сегодня? — Виктор. — Хеймердингер поднял бровь. — Нет, профессор, я серьёзно. У Скай есть подтверждающий документ, — он обезоруживающе поднял руки. — Это всего лишь маленький проект, который не требует вашей подписи. Но я думаю об увеличении охватов, чтобы посмотреть, насколько полезным наш золотой… насколько полезным может стать Джейс. — Хорошо-хорошо, мальчики, — тот вздохнул, — это может помочь укротить его чересчур восторженную натуру, но вам бы лучше даже не думать о продолжении исследований. К тому же я действительно верю, что вы совершаете добро для Подземного города, так что просто распорядитесь временем с умом. Можешь идти. Виктор кивнул и, вне поля зрения старика, тихо подобрал дневник Джейса, после чего покинул офис. *** Когда он направлялся домой, начался дождь, заставляя людей вокруг заторопиться по домам. Виктор же, наоборот, замедлился. В его Пилтовере тоже шёл дождь, однако его сад оставался всё таким же сухим. Он покрыл территорию, которая изначально принадлежала Пилтоверу, густым дымом и миазмами. Хоть у него не было намерений расширяться, он также не хотел, чтобы кто-то его потревожил. Так город прогресса размылся в потоке времени и исчез в пыли истории. До тех пор, пока в один из дней он не задал вопрос, ответом на который стала лишь полная тишина. Ему стало скучно. Казалось, на этом континенте были страны и расы, искусные в магии, однако он сомневался, что его примут, если он внезапно явится без приглашения. Он хранил в памяти детскую историю, которую Джейс рассказывал ему о маге, телепортировавшем его и его мать из снежной бури на окраины Пилтовера. Интересно было бы взглянуть на истинного пользователя аркейна, родившегося с правом на эту силу. — Возможно, он поможет мне найти больше возможностей. Великая эволюция не должна закончиться вот так. Я мог упустить что-то, — он вспомнил пару тёплых глаз, сиявших на его коже словно лучики солнца. Он призвал дикие руны, и сила хаоса потекла сквозь посох. Когда он, наконец, смог сосредоточиться и сфокусировать зрение, то увидел снежное поле, по которому, спотыкаясь, брели юный Джейс со своей матерью, борясь со снегом и ветром. — Помогите! Кто-нибудь, пожалуйста, спасите нас! — он стоял и слышал, как звонкий мальчишеский голос, кричащий о помощи, уносит воющим ветром, делая всё слабее и слабее. Однако никто так и не явился. — Ох, — подумал Виктор. Он вышел вперёд и качнул посохом. Яркая голубая руна засветилась, пробиваясь сквозь метель. В следующий миг они открыли глаза уже на другом конце материка. Он достал из запястья осколок кристалла с выгравированной на нём трансцендентной руной и бросил его в крохотную ручку Джейса, после чего в мгновение ока прибыл обратно в свой сад. — Что ж, на этом всё, — подумал он, однако, осмотревшись вокруг, он понял, что ничего не изменилось. Его эволюция по-прежнему была в упадке. Тогда он подготовил руны: «Ускорение», «Фокус», «Фиксирование», «Возврат», «Просвещение», «Понимание», «Завоевание», «Гибкость», «Жадность» и «Безжалостность». В следующем эксперименте Великой эволюции оказалось, что самой большой переменной по-прежнему являлся он сам. Как и ожидалось, ничего ещё не закончилось, и у всего ещё был смысл. Он только посеял семена, однако терпение никогда не было его сильной стороной. Он смотрел на все эти миры, и руна «Завоевания» завибрировала в его руке. Он увидел, как девочка с розовыми волосами неподвижно повалилась на землю, задетая взрывом, а Джейс упал на колени, хватаясь руками за голову. Его глаза полнились неподдельным отчаянием. Море его самопознания покрылось рябью, древним импульсом. Сущностью Дикой руны был хаос, но, возможно… если это только часть него, он смог бы отправиться в этот мир и принести оттуда частичку вдохновения для следующего этапа эволюции. Поэтому теперь он здесь, под мягким пилтоверским дождём, прячет дневник Джейса подальше от беспощадных капель, медленно шагая в сторону квартиры, выделенной ему Академией. Нужно будет купить дом в Подземном городе как можно скорее, предпочтительно на первом этаже. И он очень надеялся, что эти расходы можно будет покрыть с финансирования проекта. Ему также нужно было купить немного еды для ужина по пути домой. Это тело требовало базовой энергии, чтобы функционировать. После ужина он пересмотрел оригинальные теории Джейса о хекстеке — примитивные, но не лишённые простодушной красоты, подобной пожелтевшим страницам под его пальцами. Он закрыл глаза с удовлетворением, которое не чувствовал уже очень давно. В момент, когда он уже практически провалился в сон, перед его глазами встала картина с Джейсом на краю разрушенной квартиры, готового прыгнуть вниз. Это воспоминание давно покрылось пылью в его памяти, однако сейчас оно также являлось будущим, ожидавшим своего часа и возможности наступить. — Тц, — он спешно надел на себя рубашку, пытаясь натянуть штаны и не споткнуться о свою же ногу в процессе, после чего подхватил лежавшую неподалёку трость. Он не мог не чувствовать некого раздражения: эта временная линия, время и место делали его слабым, медленным и неповоротливым. Однако это всё не имело значения — Великая эволюция нагрянет вновь, и в этот раз Джейс будет первым, кто к ней присоединится. Тем не менее, в тот момент, когда он открыл дверь, некто, сидевший снаружи, потерял равновесие и ввалился внутрь комнаты. — Джейс? — удивлённо проронил Виктор. Если память его не подводит, Джейс сейчас должен был писать предсмертную записку, а не сидеть перед дверьми его квартиры. — Да, сэр. — Джейс неуклюже вскарабкался на ноги. Выглядел он при этом просто ужасно: его волосы промокли под недавним дождём, рана на лбу пока и не думала затягиваться, глаза припухли от слёз, а за спиной висел полный рюкзак. — Я не знал, где или когда смогу вас застать, так что спросил у лаборантки адрес. — Мой офис стал бы неплохим началом. — Виктор хотел закатить глаза, но воздержался. — …Сначала проходи. Я нагрею немного воды. Похоже, тебе бы не помешала горячая ванна. — Пожалуйста, не волнуйтесь, я… Виктор прервал его взглядом. — Положи рюкзак в шкаф и вытри волосы, чтобы не намочить ковёр. — Тогда хотя бы позвольте помочь, сэр. Вы уже так много для меня сделали, я так благодарен за всё. Виктор не удержался и фыркнул. — Нет, я имею в виду… простите. Я буду работать изо всех сил на вашем проекте и искуплю свои преступления… — Джейс спешно попытался оправдать себя, очевидно не желая производить плохое впечатление на своего будущего нанимателя — а может, надзирателя? — но голос подводил его. — Это не твоя вина. Если бы они не вломились в твой дом с целью ограбить, девчонка бы не пострадала, не так ли? Джейс рвано вздохнул и посмотрел Виктору в глаза. — Я бы солгал, если бы сказал, что не думал в таком ключе. Но человек уже умер, и мне искренне жаль. Я принимаю свою ответственность в этом происшествии и хочу найти способ как-то загладить свою вину перед её семьёй. И я действительно благодарен вам за возможность сделать это, сэр. Виктор промолчал. Джейс всегда был таким — боялся не оправдать возложенных на него ожиданий, разочаровать тех, кто в него верил. Пугающе искренний. — Ванная там, — Виктор указал на конец коридора. — Можешь пользоваться моим полотенцем. *** Джейс потёр переносицу. Смущение кололо под кожей, а щёки горели. За пределами кузни он всегда гордился своим опрятным и презентабельным видом. И что теперь? Он сидел на диване едва знакомого человека, в одном лишь полотенце и попивал горячее молоко. Не так он представлял себе эту встречу. Ранее он рискнул покопаться в принесённом с собой рюкзаке в поисках какой-нибудь чистой одежды. Его мать, святая женщина, до краёв наполнила его всем мыслимым и немыслимым, что могло бы ему понадобиться. Однако же у хозяина этого места были другие планы. Виктор, уловив вид полуобнажённой фигуры, едва не подавился, чуть не пролив покоившийся в его руках напиток. Неужели он действительно выглядел так ужасно? Тем не менее, в следующий миг глаза Виктора сверкнули какой-то неуловимой идеей, и он настоял, с акцентом, пропитанным странными обезоруживающими нотками, чтобы Джейс подождал в гостиной. У него был вариантик, который, как он обещал, идеально подойдёт ему. Теперь, когда оставленный в одиночестве Джейс попивал молоко, его взгляд беспрепятственно блуждал по комнате. Многочисленные полки, заставленные книгами, заполняли большую часть пространства. Названия метались среди дисциплин впечатляющего размаха. Виктор, ассистент профессора Хеймердингера, должен был обладать значительными научными достижениями, однако Джейс не представлял, на какой области тот специализировался. Мысль об исследованиях вызвала у него тихий вздох. — Вот, — объявил Виктор, после чего что-то тёплое и лёгкое тронуло голову Джейса. — Спасибо!.. Эм, это одеяло? — Джейс моргнул, неуверенно ощупывая ткань, не зная, шутит ли Виктор. — Да! Мягкое и тёплое синее одеяло, — ответил Виктор певучим тоном, игриво растягивая слова. Каждый слог извивался в мягком акценте. Под испытующим взглядом Виктора у Джейса не оставалось другого выбора, кроме как отложить чашку в сторону и поспешно обернуть вокруг себя одеяло. — Поднимайся. — Простите? — Ты меня слышал. Вставай, Джейс. Джейс тяжело сглотнул, но подчинился, неуклюже поднимаясь на ноги. Решительный взгляд Виктора заставил его неловко обернуться, показывая заднюю часть своего импровизированного наряда. — Очень хорошо, — подметил Виктор. Выражение его лица лавировало между весёлостью и созерцанием, а взгляд был не до конца сконцентрирован, смотря будто сквозь него. Джейс мялся, не зная, куда деть руки. — Теперь можешь сесть, — сказал Виктор, сбрасывая задумчивость. Джейс поспешно выполнил сказанное и глубже зарылся в одеяло, после чего подобрал чашку, крепко обняв её ладонями, будто искал убежище в тёплом молоке. На мгновение между ними воцарилась тишина, нарушаемая лишь приглушёнными отзвуками нервных глотков. — Почему… Почему вы мне помогаете? — наконец решился озвучить свой вопрос Джейс, нарушая тишину. — Твой хекстек, — начал Виктор, перекатывая слова на языке, словно старое драгоценное воспоминание. — Я верю, что у него есть потенциал изменить мир. — Правда? Просто… никто не верит в меня. Даже моя мать. — Да, — мягко подтвердил Виктор. — Я считаю твою идею полностью осуществимой. Только… не сейчас. Когда люди будут готовы, она откроет им путь в совершенно новый мир. Джейс ведь был так близко, не так ли? Если бы не тот проклятый несчастный случай, он бы рано или поздно решил проблему со стабилизацией. Но у судьбы были иные планы. Он пришёл в лавку Бензо, его заметили и признали лёгкой мишенью. Мёртвая девочка пошатнула и без того хрупкий баланс его жизни, надламывая у основания. — Спасибо, сэр, — сказал Джейс, растягивая губы в осторожной улыбке. Первой за этот день. — Виктор, — поправил он лёгким тоном. — Просто зови меня Виктор.