Её

Хэвен возвещает, что мы не закончили покупки после одного секонд-хенда. В итоге мы все набиваемся в мою машину (потому что я припарковалась ближе всего) и едем в другой магазин, который находится дальше, но «того стоит». – Мэлоди, если я разрешила тебе подключиться через аукс, ты должна включить что-нибудь действительно хорошее, – Хэвен закатывает глаза, глядя на меня. Мы в машине всего десять минут, и Хэвен уже жалуется на мою музыку, пока Эйвери и Лейлани шепчутся на заднем сиденье. Скорее всего, Эйвери подталкивает Лейлани к признанию в чувствах к Хэвен. Она часто это делает. – Ладно, я знаю, что ты не просто проявила неуважение к The Marías, – я обвиняюще поднимаю палец. – И разрешила? Это моя машина! – Я не проявляю неуважение к The Marías, – Хэвен заключает слово «неуважение» в кавычки, словно считает это слово слишком драматичным. – Но эта песня слишком депрессивная. На дворе солнечный августовский день, и ты весело проводишь время с друзьями. Для этого нужен позитивный плейлист. Я закатываю глаза, но всё равно даю ей телефон. – Ладно, можешь выбрать другой плейлист из моего списка, – она бормочет что-то о том, что не доверяет моему каталогу плейлистов, и начинает искать. Шёпот на заднем сидении стих, и когда я осмеливаюсь взглянуть на них в зеркало заднего вида, Лейлани выглядит смущённой, а Эйвери - торжествующей. Я резко останавливаюсь на красный свет, когда из динамиков внезапно начинает играть "Nightcall" Кавински. Я уже собираюсь прокомментировать удачный выбор песни, как вдруг понимаю, что звонит Билли. Я поставила эту песню ей на рингтон, потому что она познакомила меня с ней в тот первый вечер в закусочной. – Боже мой! Можно я отвечу? – Хэвен тут же поднимает мой телефон, чтобы показать имя Билли и её фотографию с празднования дня Независимости, где она держит бенгальский огонь и высовывает язык. – Нет, – говорю я, как само собой разумеющееся, и пытаюсь вырвать у неё телефон. Она отодвигает его дальше. – Я позвоню ей позже, когда не буду в машине с тремя другими людьми. – Скучно, – Хэвен растягивает слово, словно надоедливый младший брат, и уходит, чтобы всё равно ответить. – Эй! – говорю я с укором Хэвен, но Билли воспринимает это как приветствие, и машина соединяет нас по телефону. – Привет, детка. Почему такое громкое «привет»? – раздаётся смех Билли из динамиков. Я краснею от того, как она назвала меня «деткой». У неё такой кокетливый голос. – Билли, я в машине с Эйвери, Хэвен и Лейлани. Я собиралась перезвонить тебе позже, но Хэвен ответила, потому что, видимо, хочет получить пощёчину, – я воспользовалась моментом, как только загорелся зелёный, чтобы дать Хэвен пощёчину. Её громкое «ой!» рассмешило всю машину и Билли. – Они, очевидно, знают о тебе. Я им рассказала всего час назад. – О. Ну, привет всем, – говорит Билли своим милым «счастливым голосом», как я люблю его называть. – Так приятно познакомиться! – Хэвен оживляется на своём месте и практически кричит. – Девочка, успокойся. Она тебя услышит, если ты будешь говорить нормально, – вздыхаю я. Билли снова хихикает, прежде чем ответить тем же. – Итак, я перезвоню тебе позже. Извини за них, – я подношу руку к экрану центральной консоли, зависая пальцем над кнопкой завершения вызова. – Подожди, Мэлоди. Боже, ты что, пытаешься от меня избавиться? – Или что-то в этом роде, – ворчу я. – Я позвонила тебе не просто так, красотка, – я снова покраснела. Она знала, что делает. – Я хотела узнать, не хотите ли вы с Эйвери прийти сегодня вечером. Похоже, репетиции сегодня закончатся в разумное время, поэтому я подумала, что нам стоит собрать всех девочек у меня. Клаудия, Ава и Зои уже придут. Лулу и Квен - возможно. А теперь, конечно же, Хэвен и Лейлани - более чем желанные гости. Буду рада с вами познакомиться. – Мы будем там! – Хэвен едва даёт Билли договорить. – Хэвен, успокойся. Господи, – я широко распахнула глаза, глядя на неё. Билли рассмеялась. – Ребята, хотите сегодня потусоваться у Билли? – я адресовала это девушкам на заднем сидении. Эйвери улыбается и кивает, а Лейлани не слишком тонко смотрит на Хэвен, которая отчаянно кивает головой, прежде чем согласиться. – Ладно, пожалуй, мы придём. – Отлично, – улыбка в голосе Билли заставляет меня улыбнуться. – Увидимся вечером, дорогая, – мой румянец лишь усиливается, и я в раздражении запрокидываю голову. Она точно знает, что делает. – Ты меня погубишь, женщина, – отвечаю я. – Я тоже тебя люблю, – смеётся Билли, прежде чем повесить трубку. Хэвен тут же взрывается возбуждённым бормотанием о том, как весело нам будет и как она обожает девичники. Я смотрю в зеркало заднего вида и вижу, как Эйвери ухмыляется, глядя на моё смущение из-за нашей очевидной любви друг к другу. Мы проводим ещё несколько часов за покупками, а затем я высаживаю Хэвен и Лейлани у их машин. Я говорю им, что отправлю им маршрут и позволю зайти к Билли около семи. Мы с Эйвери едем домой в относительном молчании. Думаю, она видит, как мои мысли бурлят. Не только о первых впечатлениях от сегодняшнего вечера, но и о важных вопросах, которые мы обсудили утром в машине. Пока мы расслабляемся и переодеваемся поудобнее, Хэвен засыпает мой телефон вопросами. Сегодняшний вечер должен быть интересным. *** Мы с Эйвери приходим к Билли незадолго до семи. Я хочу устроится поудобнее и быть готовой представить Хэвен и Лейлани, когда они приедут. Билли встречает нас, выбегая из дома подхватывая меня на руки. Я смеюсь и делаю вид, что отталкиваю её. Я искренне не понимаю, как она меня так легко поднимает. Мы примерно одного роста, и я едва могу поднять 5 кг. – Ладно, ладно, – наконец освобождаюсь от её хватки после довольно драматичного поцелуя. – Хватит, – я поворачиваюсь к машине, чтобы взять свою сумку, и даже не могу взглянуть Эйвери в лицо. Видно, что она сдерживает смех. – Никогда! – кричит Билли с театральной манерой. Я закатываю глаза, когда мы заходим внутрь. Акула встречает нас с большим волнением, чем Билли, - две минуты назад я и представить не могла, что такое возможно. – Билли, – произношу я её имя слегка укоризненно. – Что? – Ты не приготовила ни закусок, ни запасных одеял. А кувшин вообще полный? – я в панике бросаю сумку на один из стульев в столовой и бегу на кухню. – Это всего лишь несколько друзей. Я же не устраиваю вечеринку или что-то в этом роде, – защищается Билли. – Попробуй-ка отучить её от роли хозяйки, я тебе скажу, – говорит Эйвери, плюхнувшись на один из больших стульев в бильярдной. – Всё дело в её маме. Мария вбила ей в голову, что на троих гостей нужно минимум одно мясное блюдо. Я игнорирую их, пока они продолжают комментировать меня, словно меня здесь нет, и вместо этого сосредотачиваюсь на «приёме». Я расставляю миски с чипсами и крендельками. Я хватаю одеяла из шкафа в прихожей и гостевой спальне, чтобы накрыть диваны. Я раздражённо фыркаю, когда Билли спрашивает, зачем я включаю все лампы и выключаю главный светильник. Она явно не понимает, что такое атмосфера. Акула ходит за мной по пятам, наблюдая, как любопытный ребёнок. Когда я заканчиваю, зажигая одну свечу на кухне и одну в бильярдной, Билли подходит ко мне сзади и обнимает меня за талию. – Я тебе уже говорила, какая ты красивая сегодня? Я поворачиваюсь у неё в руках и смотрю на неё с недоверием. – На мне толстовка с капюшоном и спортивные штаны. – Один из моих любимых образов на тебе, – возражает она. Я закатываю глаза, но не могу сдержать улыбку, которая появляется на моих губах. Я открываю рот, чтобы ответить, но меня прерывает дверной звонок. – Кто-то здесь! – пою я, вырываясь из объятий Билли и открывая дверь. – Можно подумать, она уже здесь живёт, – слышу я, как Билли бормочет Эйвери. Клаудия стоит у двери с алюминиевыми подносами в руках, и я вижу, как Ава и Зои въезжают на подъездную дорожку следом за ней. Я помогаю Клаудии отнести подносы на кухню, пока она объясняет, что принесла веганские лакомства, оставив дверь открытой для Зои и Авы. Мы все ещё какое-то время перекусываем на кухне, пока я снова не слышу дверной звонок. Открыв, я встречаю радостную Хэвен и лениво-довольную Лейлани. Улыбка Хэвен исчезает, когда она видит меня. – Ладно, больно, – вот мои первые слова. – Я просто думала, что Билли сама откроет свою дверь. – О, всё в порядке, – театрально вздыхаю я, открывая им дверь. – Пожалуй, мне пора привыкнуть. Всю жизнь люди больше будут рады Билли, чем мне. Хэвен говорит: "Это не так, Мэл. Я просто рада с ней познакомится", в то время как Лейлани небрежно замечает: "Чёрт, вся твоя жизнь? Всё настолько серьёзно?". Я веду их на кухню, попутно показывая комнаты. Лейлани, похоже, искренне интересуется домом, в то время как Хэвен почти никуда не смотрит, явно сияя от волнения. – Все, – объявляю я, когда мы заворачиваем за угол. – Это мои лучшие друзья по колледжу, Хэвен и Лейлани, – я жестом представляю друзей, когда они входят вслед за мной. Их встречают хором приветствий, и я представляю всех. Я молча молюсь, чтобы Хэвен не опозорила меня своим благоговением перед звёздами. – Как приятно познакомиться со всеми вами, – махнула им Хэвен самым весёлым голосом, когда я закончила. Лейлани лишь кивнула всем. Билли проходит через кухню и обнимает меня за талию. Я борюсь с чувством возмущения от такого публичного проявления чувств. Дело не в Билли, я всегда была такой. Но я стараюсь не быть такой с ней рядом. Я знаю, что для неё важны физические прикосновения. – Привет, ребята, – она широко улыбается им. – Так приятно наконец-то с вами познакомится. Мэлоди всё время о вас говорит. – Я ни на секунду в это не верю, – говорит Лейлани. Мы смеёмся, но тут же нас обрывает радостный ответ Хэвен. – Билли! Я так рада познакомиться! Знаешь, ты очень осчастливила нашу подругу, – Хэвен откладывает сумочку, берёт Билли под руку и ведёт её обратно к группе девушек в центре кухни. Мне кажется, она моя мать или что-то в этом роде. Мы с Лейлани переглядываемся, и она лишь пожимает плечами. – Итак, я слышала всю краткую версию этой истории от Мэл, но хочу услышать твою версию. Какое у тебя было первое впечатление о ней? Она тебе сразу понравилась? Ты думала, она фанатка-сталкер в твоём трейлере? Я хочу услышать всё. Все молча смотрят на Хэвен, пока она несёт этот бред. Билли, похоже, очень забавляется. – Подождите-ка, – я поднимаю палец вверх, словно инспектор Гаджет, и присоединяюсь к группе. – Она права. Кажется, я тоже никогда не слышала твоей версии, – я ухмыляюсь, опираясь на стойку рядом с Клаудией, хватаю миску с чипсами, которая стояла позади меня, и держу её словно попкорн. – Должно быть вкусно, – я кладу чипсину в рот для пущего эффекта и слышу несколько смешков, но я просто наблюдаю за тем, как на лице Билли проступает осознание того, что ей придётся рассказать всю эту историю всем.