Часть 6
28 сентября 2025 г., 14:04
Понедельник начался с тревожного ожидания. Все выходные Крючкова провела в раздумьях, перебирая в голове обрывки того разговора. «Деньги... скоро... оставь меня...» Эти слова звенели навязчивым эхом, смешиваясь с образом сгорбленной спины Сони у окна.
Она не планировала ничего говорить. Решила для себя: просто сделать вид, что ничего не слышала. Но когда на большой перемене она увидела Соню, одну покупающую стаканчик самого дешёвого кофе в автомате, ноги сами понесли её вперёх.
Соня стояла к ней спиной, помешивая пластиковой палочкой мутную жидкость. Саша подошла почти вплотную, кашлянув для приличия.
— Кульгавая.
Та обернулась медленно. Её лицо было привычно-бесстрастным, но под глазами лежали тёмные, почти фиолетовые синяки. Она не сказала ни слова, просто подняла бровь, вопросительно.
— По проекту, — начала Саша, сглотнув комок нервов в горле. — Мне... э-э... нужна твоя помощь с одним моментом.
Это была ложь, и она прозвучала фальшиво даже для её собственных ушей. Проект был практически готов.
Соня внимательно посмотрела на неё. Её карие глаза, обычно пустые, сейчас казались невероятно зрячими. Они будто просвечивали Сашу насквозь.
—Помощь? — переспросила она с лёгкой усмешкой. — А не надоело тебе в пай-девочек играть? Или мамочка опять поругала за несделанную домашку?
Саша почувствовала, как её бросает в жар. Она попыталась парировать, сделать вид, что это просто обычная колкость.
—При чём тут мама? Я серьёзно. Нужно проработать аргументы по Хемингуэю.
— Аргументы, — Соня отхлебнула кофе и поморщилась. — Слушай, Крючкова. Хватит пудрить мне мозги.
Она сделала шаг вперёд. Саша инстинктивно отступила, упёршись спиной в холодный стеновой шкафчик.
— Ты в пятницу в библиотеке была, — тихо, но отчётливо произнесла Соня. Её взгляд стал тяжёлым и колким. — Я тебя видела. Ты пряталась за стеллажом, как мышь.
У Саши перехватило дыхание. Она думала, что действует незаметно.
— Я... я не... — она попыталась что-то вымолвить, но слова застряли в горле.
— Ты что-то услышала, да? — Соня стояла так близко, что Саша чувствовала запах дешёвого кофе и её шампуня. — И теперь решила проявить жалость? Пришла посмотреть на цирк поближе? Узнать, какие ещё траблы у местной психички?
В её голосе не было злости. Там была холодная, обжигающая ярость. И боль. Та самая, которую Саша подсмотрела украдкой и за которую сейчас получила сполна.
— Нет! Я просто... — Саша отчаянно искала слова, но найти могла только правду. — Мне стало... интересно.
Соня фыркнула. Звук был коротким и безрадостным.
—Интересно. Понятно. Ну так вот, запомни, Крючкова. Мои проблемы — это мои проблемы. Не лезь не в своё дело. И не пытайся строить из себя добрую фею. Тебе не идёт.
Она развернулась и пошла прочь, оставив Сашу одну в шумном коридоре. Та стояла, прислонившись к шкафчику, и чувствовала, как горит лицо. Её неумелая попытка «прощупать почву» обернулась полным провалом. Хуже того — она задела больное место Сони и только сильнее оттолкнула её.
Но странное дело. Сквозь унижение и злость на саму себя, Саша почувствовала нечто другое. Уважение. К её проницательности. К её яростной, непримиримой гордости.
Война продолжалась. Но правила игры снова изменились.
