Ингибитор сознания

Внутри Изолятора оказалось не так ужасно, как я себе представлял. Мы занесли оборудование в небольшое переходное помещение, которое было абсолютно пустым и сухим, но откуда-то снизу тянуло ощутимым душком затхлости. Возможно, где-то на нижних уровнях прорвало трубу, и из-за влажности разросся грибок. Персонал спускался в бункер из других, более удобных точек, там были лифтовые шахты, подъемники, ведущие непосредственно в лаборатории, но при консервации объекта, по данным полученной Прайсом документации, они были полностью обесточены и отрезаны от электрики. Так что мы зашли, можно сказать, с черного входа. Здесь не было лифтов, только щитки на стенах, панель доступа у люка да железная лестница, уходившая куда-то во тьму. Раньше ею пользовался в основном техперсонал, а теперь и нам пригодилась. Мы с Райли быстро осмотрели периметр. Спустились вниз. Он впереди, я на прикрытии. На нулевом уровне было темно, как у негра в заднице. Мы посветили фонарями. Коридор был широким, длинным, вдоль стен под потолком и прямо над головами тянулись трубы, не закрытые кожухами. В отдалении виднелось разветвление. Коридор расходился в стороны. И там же было несколько больших железных дверей, запечатанных наглухо. Следуя плану помещения, мы должны были повернуть налево и протащиться около полумили по лабиринту из коридоров, прежде чем дойдем до пункта назначения. — Чисто, — выдохнул Саймон, осмотрев периметр сквозь инфракрасный прицел МК46. — Чисто, — подтвердил я, опуская винтовку от плеча и позволяя ей повиснуть на ремнях у бока. — Спускаем остальных на нулевой и двигаем к Крипте. Мы синхронно повернулись к лестнице, я занес ногу над первой ступенью и чуть не дернулся и не завалился на железо от внезапного мерзкого противного звука тревоги, взрезавшего окружающую нас вязкую глухую тишину. В стеклянных плафонах на потолке, оплетенных железной сеткой, замигали красные лампочки, погружая пространство в кровавую дымку. "Внимание! Нарушение Протокола Аутентификации. Активирован Режим Изоляции. Внешний доступ прекращен. Все герметичные шлюзы заблокированы. Извлечение данных запрещено. Доступ к Крипте-9 только после полной проверки. Всему персоналу пройти к Хранилищу данных для идентификации. Повторяю..." Я вскинул голову к динамикам, расположенным на стенах на расстоянии примерно десятка метров друг от друга, из которых механический статичный голос продолжал вещать информацию, перекрикивая вой сирены. Сверху послышался скрежет металла, как будто маховик начал вращаться сам по себе, и следом громкий хлопок. — Какого хуя?... — озадаченный голос Призрака прозвучал в наушнике и вырвал меня из ступора. Мы пересеклись взглядами и на секунду зависли. А затем я мотнул головой и заорал, бросившись вверх по лестнице и перепрыгивая по две ступени за раз: — На выход! Быстро! Что-то не так. Мы взлетели в маленький предбанник, где оставили команду, вихрем и буквально за несколько вдохов. Первое, что я увидел, — это дверь. Люк, мать его за ногу, который должен был после завершения миссии выпустить нас наружу. Он был закрыт. Захлопнут намертво, запаян, законсервирован. Не знаю, как еще сказать. Я подскочил к ребятам. Прайс осматривал и ощупывал дверное полотно. Остальные сгрудились вокруг него. Сандерсон разложил ноут прямо на бетонном полу, опустился на колени и сгорбился над экраном, остервенело барабаня по клавишам. — Роуч, твою мать! — я заглянул ему через плечо. Мигающие строчки кода не сказали мне абсолютно ни о чем, кроме того, что мы, похоже, в полной жопе. — Ты нас запер, или что?! — Нихуя! Это не я активировал! — огрызнулся Гари. — Это автономный ответный код! Он выбил меня из сети. — Так, успокоились все, — кэп наконец перестал шарить ладонями по двери и обернулся к нам. — Это "умная" дверь. Она не останется запертой навечно. — Похоже на то, что все-таки останется, кэп, — процедил сквозь зубы Газ, сканируя пространство выхода через тепловизор. — Маховик полностью заблокирован. Кажется, на нем сработал какой-то пневматический или гидравлический фиксатор. — Ну охуеть. Мы запечатаны в консервной банке, — Арчер цокнул языком и потер ладонью заднюю часть шеи. — Что делать теперь, блять? — Я сказал, успокоились, — зыркнул на него Прайс исподлобья. — Роуч, докладывай. — Капитан, это не моя ошибка. Система сама нас выбросила. Я успешно внедрил инжектор, но он активировал какой-то старый, автономный Протокол-7. Он распознал взлом как попытку утечки данных. Теперь мы не гости, мы несанкционированные объекты. Вся сеть, включая внутренние шлюзы, переведена на аварийный режим "Запечатывание". Я не могу пробиться, меня просто изолирует каждый раз. — Ладно. Отлично. Мы заперты. — я сглотнул, крепче сжимая винтовку, чтобы успокоиться. — А как насчет связи? Кэп, мы можем предупредить базу о непредвиденных обстоятельствах, чтобы они не спешили применять План Б? — Это вряд ли, Соуп. — вместо кэпа мне ответил обратно Роуч. — Здесь не просто стены. Это эффект Фарадея, усиленный старыми глушилками. Их тоже активировал этот гребанный протокол. Глушение сейчас на уровне 98%. Я не смогу пробить это, даже если использую коммуникационный комплекс как передатчик. Мы застряли без голоса. В предбаннике повисла мертвая тишина. Несколько мгновений мы просто переваривали то, что произошло. Потом Саймон сказал: — Итого, у нас есть 48 часов. После этого План Б входит в силу. Они отутюжат объект. А мы расходники. — Мы не расходники, пока я не скажу обратного. А План Б не уничтожит нас здесь. — отрезал Прайс — Для того, чтобы завалить бункер, нужны специализированные, сверхглубокие бетонобойные боеприпасы. Насколько я знаю, командование давало разрешение только на сброс сейсмических для обрушения входов и дестабилизации структуры вокруг основных туннелей. Это бы намертво запечатало объект и гарантировало, что никто не доберется до этих формул. — Ну приятного тоже мало, — я хмыкнул, выслушав кэпа. — Если они сравняют с землей все выходы, мы будем тут, как в могиле без шанса на освобождение. Пока просто не задохнемся, или не сдохнем от обезвоживания и голода. Нужно найти выход, прежде чем они решат, что проще нас похоронить. Мы можем использовать С-4, чтобы создать обходной путь? Подорвать стену? — Не в этих тоннелях, Соуп. — Прайс покачал головой. — В итоге мы получим только обвал. — Мне нужно физическое подключение к главному серверу. Там я смогу перехватить протокол перезаписи. — влез Роуч в нашу болтовню. — Крипта-9 — это сердце бункера, там должен быть Центральный Терминал или аварийный пульт для сброса протокола. Нужно двигать туда. — А как насчет охранных систем? — скривился Сэндман. — Мы сейчас идеальные мишени для любой автоматики. — Я могу пробовать взламывать локальные узлы по мере продвижения, но это займет время. — сказал Сандерсон. — И если я получу доступ, я смогу дать нам временные коды, чтобы обойти турели и распечатать промежуточные двери. Мы замолчали и вылупились на Прайса. Решение оставалось за ним. Кэп сдвинул панаму на лоб и почесал затылок. Обвел нас медленным взглядом, каждого по очереди, и вздохнул. — Ладно. Время истекает, идем к Крипте-9. Работаем парами и поддержкой. Соуп, Гоуст, вы знаете планировку бункеров. Идете по наиболее прямому маршруту к центру объекта. Ваша задача — первичное зондирование. Ищите терминал с высоким приоритетом. Газ, Роуч, двигаетесь за ними на расстоянии. Роуч, ты наш ключ. Ты должен подключаться к каждому узлу связи, прокладывая временный канал данных и ища схемы обхода. Сэндман, Арчер, прикрываете Роуча. Я ищу альтернативу. Вентиляционную шахту или служебный туннель для персонала, через которые мы могли бы выйти. Либо же силовой щит или центральный распределитель энергии, чтобы обесточить всю систему, включая дверь. Но это на крайний случай. Потому что это отключит Крипту-9 и сделает миссию бессмысленной. Пока что наш главный приоритет — это все же извлечь данные. Всем все понятно? — Так точно, капитан, — вразнобой загудели мы и стали выстраиваться. В принципе, на нас с Райли и так было достаточно оружия, но мы добавили еще по несколько гранат. Саймон взял также блоки со взрывчаткой на всякий, вдруг нужно будет подорвать какую-нибудь дверь по пути. Нацепили тепловизоры на случай, если этот долбанный протокол отключил освещение там, в тоннелях. Хоть я и сомневался, что тут есть что-то живое, что излучало бы достаточно тепла, чтобы его можно было вот так рассмотреть. Все же, в отличие от Сэндмана, я не увлекался фантастикой и не надеялся на встречу с монстрами в заброшенных шахтах бункера. Что им тут есть, в конце концов? Не плесень же со стен слизывать. Роуч с Газом увязывали провода, ну а мы двинули вперед. Как-никак мы должны были расчищать путь команде. Хорошо, хоть на внутреннюю связь глушилки не действовали и забивали только наружный сигнал. Так что, по крайней мере, мы хотя бы могли докладываться Прайсу и слушать ребят. Призрак спустился первым, по знакомому уже пути, по этой лестнице мы набегались за сегодня на год вперед наверное. Я следовал за ним. Тревога так и не вырубилась, красные лампочки под потолком слабо мигали, выхватывая серые бетонные стены, трубы, железные двери, мимо которых мы продвигались в ускоренном темпе. Ощущение было, что мы в каком-то долбанном квесте. Прям картинка из лаборатории безумного ученого. Хорошо, хоть звуковые эффекты и сирена отключились, и шли мы с Саймоном, считай в полной тишине. Я слышал только шарканье наших подошв о бетон, сопение Призрака, потрескивание раций, скрип ремней да и все в принципе. — А прикинь, если мы тут навсегда застряли, — сказал я, просто для того, чтобы сказать хоть что-то. Нервишки шалили, чего уж там скрывать, пробивало на глупое хихиканье из-за адреналина, шарахнувшего в кровь. Все-таки одно дело, это воевать где-то в поле, где ты видишь противника перед собой и варианты выхода. А другое — бегать по лабиринтам, как лабораторная крыса, зная, что выхода-то у нас может быть и нет. Честно говоря, я бы лучше сдох от пули, чем медленной мучительной смертью здесь, чувствуя каждую секунду этой агонии и осознавая, что ничего не могу поделать. — Ты когда-нибудь думал о том, что у тебя будет твой личный саркофаг? Как у фараонов в Египте. Золота только не хватает и десятка нубийских наложников, похороненных вместе с нами заживо. С упругими задницами и крепкими... — Не думал, — Райли фыркнул и покосился на меня через плечо. — Но вот теперь думаю об одной упругой накачанной заднице. — Так и знал, что ты извращенец, — я вздохнул. — Ты хоть помнишь, куда нам нужно идти? — У меня фотографическая память на карты, — самодовольно выдал Призрак и остановился у небольшого щитка, расположившегося в нише у стены. — Газ, Роуч, первый узел точно по плану. — сказал, щелкая переключателем ларингофона. — Можете двигать, путь чист. Два направо, один налево. Жду подтверждения. "Подтверждаю. — прозвучал в наушнике голос Газа, слегка искаженный помехами. — Выдвигаемся." — Принято, — Саймон кивнул, а я улыбнулся. Была у него эта привычка: жестикулировать, когда собеседник не имел возможности его видеть. Было мило, хоть и смешно немного. — Мы идем дальше. Постарайтесь проверить маршрут, чтобы нас не ждало там сюрпризов. "Так точно. Роуч подключится к системе, как только дойдем до узла." — Направо, налево? — я спросил у Райли, как только он закончил докладывать. В принципе, я тоже помнил планировку, но пусть уж командует, лейтенант. — Жду приказа, сэр. — Ну надо же, — Саймон присвистнул. — Какой послушный мальчик. Дома бы так подчинялся. — Да, да. Не многовато ли хочешь? — я закатил глаза, а Призрак усмехнулся и махнул рукой, указывая направление. — Туда пойдем. Срежем путь через лаборатории. — Прайс сказал, не рисковать без надобности. — возразил я. — Прайс сказал, идти по наиболее прямому пути. Или боишься найти там парочку подопытных? — Райли саркастично выгнул бровь. — Я тебе не Сэндман, с его влажными фантазиями о зомби и их гнилых членах. — я отпихнул его с дороги и повернул налево. Через лаборатории, так через лаборатории. — Лучше тебе бояться, что если мы все же встретим какого-то монстра, то он понравится мне больше, чем ты. — Неа, Джонни, — Призрак сзади насмешливо фыркнул. — Я твой любимый монстр. И единственный. — Абьюзер, — я хохотнул коротко. — Причем с завышенной самооценкой. Ты ограничиваешь мой личностный рост. — Это теперь так называется? Буду знать. Мы прошли еще через несколько узлов, у каждого связываясь с командой. Роуч расчищал нам путь, подсоединяясь параллельно к системе и отключая локальные охранные протоколы. И до лабораторий мы с Саймоном добрались относительно быстро. Дверь, ведущая в них, была такой же железной, как и все в этом бункере, заточенная на автоматику. Мы ввели код, который нам продиктовал Газ, Сандерсон успешно взломал внутренний протокол шифрования и вытащил его из архивных записей, и шагнули внутрь. Я ожидал увидеть что-то фантастично-футуристичное. На самом деле там было пусто, скучно и стерильно чисто. Лаборатории представляли собой сеть из относительно небольших отдельных помещений, связанных между собой переходами и похожих на соты в улье. Каждое было обособленным и ограниченным дверями с кодовыми замками. Из оборудования остались только столы и шкафы. Остальное, по видимому, при консервации объекта эвакуировали. Мы спокойно прошли через несколько комнат, оставляя входы открытыми для команды, следовавшей за нами. Райли остановился перед серебристым полотнищем раздвижной двери. Табличка на ней гласила: "Инкапсулированное хранилище. Зал образцов". Я откашлялся, пока Саймон, сверяясь с Гари по рации, вводил код. — Сай, ты уверен, что нам стоит туда входить? Там может сохраняться опасность химического поражения. — Это самый короткий путь к Крипте. У нас нет времени на то, чтобы блуждать по бункеру, как школьники на экскурсии. Роучу понадобиться каждая лишняя минута там, у серверов, чтобы попытаться нас вытащить отсюда. — отрезал Призрак. — Тем более, по данным Прайса, все образцы перед эвакуацией были утилизированы. — Ага, как же, держи карман шире, — я скривился. — Зная наших раздолбаев, кто-то точно нарушил какой-нибудь протокол. — Значит идем аккуратно и смотрим в оба глаза. — сказал Райли. Дверь с тихим шипением разъехалась в стороны. Из пространства Хранилища на нас пахнуло сухим холодным воздухом. Здесь уже не было примеси затхлости или ржавчины. Это помещение было спроектировано специально так, чтобы оставаться стерильным, герметичным и безопасным. Стены были идеально гладкими, серыми, пол из листов стали, покрытых резиновыми матами. Единственный свет давали старые, аварийные люминесцентные лампы над шлюзом, которые жужжали и мерцали, отбрасывая жуткие, меняющиеся тени на стальные стеллажи вдоль стен, привинченные к полу и специализированные сейфы для хранения образцов. Лично мне атмосфера напомнила морг, и стало жутко. — Пиздец, холодно, — выматерился Саймон. При каждом слове из-под его маски вырывалось облачко пара. Температура в Хранилище и правда ощутимо понизилась. Я почувствовал, как начинаю подмерзать даже через плотную ткань формы, и поежился. — Ага, наверное, когда мы запустили систему при входе, протоколы направили энергию на обеспечение функционирования самых важных точек. Компьютер же не знает, что тут ничего не сохранилось. Я прошел в глубь Хранилища мимо Саймона. Под подошвами потрескивал пластик, я посмотрел вниз и увидел несколько раздавленных лотков с пустыми ячейками, валяющихся на матах. Чуть дальше в углу помещения находился вертикальный лабораторный бокс, выглядящий как старый, громоздкий сейф. Вокруг него валялись разбитые лабораторные приборы. — Да уж... Говорил же, что раздолбаи, — я подошел ближе и подергал ручку. Бокс неожиданно открылся. Это была морозильная камера, в которой раньше, по видимому, хранили экспериментальные образцы. По всем записям, она должна была пустовать. Но я удивленно присвистнул, потому что увидел ровные ряды керамических пробирок, по краям которых уже начинал змеиться иней. — Ну нихуя ж себе. — Что там? — Райли подошел со спины и тут же отпихнул меня в сторону, подальше от бокса. — Называется, приплыли. — Эти гандоны не все образцы, получается, вывезли, — я занервничал. — Ничего не трогай там. Нужно доложить Прайсу. Он решит, что делать. Хотя я бы просто сжег тут все нахуй к чертям собачьим, включая Крипту. — Давай для начала выберемся, а потом будем сжигать, — Призрак потянулся к дверце, чтобы её закрыть, и внезапно зашипел сквозь зубы. — Ебанный ад, блять... — Что?! — я, как ужаленный, подскочил к нему. — Что такое?! — Да ничего, норм всё, — Райли встряхнул рукой, на которой я увидел кровь. — Контейнер задел случайно, керамика треснула, видимо от холода стала более хрупкой. Перчатку вспороло. Жжёт, блять. — Дай, посмотрю! — я схватил его ладонь и развернул к себе. Посредине ткань и правда была разрезана острым краем разбившейся об угол бокса пробирки. Из царапины на коже сочилась кровь. — Пиздец, блять! Ебанный пиздец! Нужно промыть. Я отцепил флягу с водой от пояса, трясущимися руками открутил крышку и плеснул жидкостью на руку Саймона. Грудь сперло от паники, сердце застучало так сильно, что я подумал, что просто сейчас от перегрузки сдохну. А что, если в контейнере был яд? А если какой-то токсин? И Райли сейчас за несколько секунд кони двинет у меня на руках. Его кожа вокруг пореза посинела прямо на глазах, и я запаниковал еще больше. — Блять, блять, блять, блять, — забубнил, кусая губы. И клацнул зубами, потому что Призрак вдруг схватил меня за предплечья и с силой встряхнул. Я поднял на него свой затопленный ужасом взгляд и немного успокоился, когда увидел напротив его глаза. Сосредоточенные, спокойные и уверенные. — Все, тихо! — размеренно и твердо сказал он. — Вдохни и выдохни. Я в порядке. Просто царапина. — А вдруг в контейнере было что-то опасное? Токсин, ядовитое вещество. — Сомневаюсь, если бы так, мне бы уже стало плохо и я откинулся, — Призрак ответил невозмутимо, а я подавил желание врезать ему по дурной башке. — Наверное просто образцы этого ингибитора, но им уже сто лет в обед. Не думаю, что они сохранили свои свойства в таких условиях. К тому же доза смешная. Сколько там на рану попало? Миллиграмм? Давай успокаивайся. Пластырь наклей мне. Он стянул с руки перчатку, а я достал из подсумка на поясе сульфакрилат и нанес на его порез. Края раны тут же стянуло прозрачной плотной пленкой. Я и правда немного успокоился, на первый взгляд, Саймон действительно не проявлял признаков острой интоксикации. Может, пронесло. — Пошли нахуй отсюда, — вздохнул я, решив, что буду все же повнимательнее за ним присматривать. — В коридоре Прайсу доложим. Ебал я эти хранилища. — Тебе есть кого ебать, — съязвил Райли за спиной. — Оставь научные помещения в покое. — Ты стендапом не пробовал заниматься? — я скривился. — Сделал бы отличную карьеру. Призрак весело фыркнул, а я немного выдохнул. Отголоски пережитой паники еще гуляли по организму. Сердце билось в ускоренном ритме, насыщая стрессующий мозг кислородом. Я вспотел, даже не смотря на пониженную температура воздуха, и вытер рукавом влажный лоб. Выберемся из чертового бункера, и я своего Райли по госпиталям затаскаю и заставлю пройти полное обследование, включая МРТ и спермограмму. Ну а пока нужно было продолжать идти к Крипте.