Договор о неразглашении

День начался замечательно. Он был первым общим выходным за последнее время, и, что еще лучше - первым из общей недели отпуска, когда парни могли прийти в себя и отдохнуть. Кто-то собирался съездить домой, кто-то просто чиллить в общежитии, изредка выбираясь на воздух. Еще одним ключиком к моему прекрасному настроению были солнце и жара - поэтому я натянула самый тонкий сарафан и направилась на улицу. - Хээээй детка, ты почему такая красивая, что ты хочешь, чтобы я сделал с тобой? - я еще была на лестнице, а Хёнджин, на удивление не спавший, как обычно по утрам, и слишком бодрый, уже увидел меня из кухни и решил подурачиться. - Нарисуй меня, как одну из своих французских девчонок, Джек, - крикнула я ему в ответ, направляясь к холодильнику за банкой айс кофе. Джинни рассмеялся. - Обожаю Титаник. И тебя. Ты куда? Ты на улицу? Что будешь делать? Можно с тобой? Ты будешь кофе? - он кружился по кухне, как торнадо, пританцовывая, дурачась и собирая какие-то вкусности на тарелку. - Хван, притормози, если ждешь ответа хоть на один свой вопрос! Да, я на улицу, пойдешь со мной? - Конечно детка! ДЕТКА ДЕРЖИ МОЮ РУКУ ПРЯМО СЕЙЧАС, - Хёнджин завопил строчку из песни Хана на весь этаж, и я не смогла не рассмеяться. - Держи тарелку, детка, иначе все рассыпется. - Тогда возьми мой сок, и я обещаю быть хорошим мальчиком. - Ой Джинни, хороший мальчик - это не про тебя. - Неееет, ты просто меня плохо знаешь… - мы вышли на улицу и направились к беседке. - Правда, я могу быть таким. Я люблю быть таким. Мне таааак нравится когда ты командуешь, детка, я буквально готов встать на колени. - Хван Хёнджин, сначала Донателла, теперь я… взрослые девочки?! Ты же разобьешь сердца стей! - Я не могла перестать смеяться над этим пабо. Я села ближе к открытой части беседки - под солнечные лучи - и откинулась спиной и руками на стол, вытянув ноги вперед. Джинни не переставал шутить, дурачиться и пританцовывать вокруг меня. Я давно не видела его таким расслабленным. Спустя некоторое время к нам присоединился Ликс, еще чуть позже - Сынмин, видимо, оба только что из зала и душа - уставшие, с мокрыми головами, но довольные. - Хёнджин, ты разольешь сок на кого-нибудь, поставь пожалуйста стакан, - Феликс тоже смеялся над Хваном, но переживал из-за его активности. Потенциальных жертв было две - он и я, оба в белом. Хёнджин поставил стакан, не прекращая танцевать, зато схватил коробку с остальным соком. В это время к нам подошел Минхо, встал рядом со мной. - Так точно не пролью. Знаешь, почему? Я - Сейлормун! И я несу возмездие во имя луны! - Он весело прокричал эту фразу, сделал невероятно изящный пируэт вокруг себя и… невероятно красивой дугой с яркими рубиновыми брызгами сок из коробки щедро выплеснулся прямо на лицо Минхо и на моё платье, которое тут же его впитало, а значит - пострадало кое-что еще. - Какого черта, Хван!!! - мы с Ли Но воскликнули одновременно, но если старший Ли погнался за виновником беспорядка, пока оставшиеся участники умирали от смеха, я помчалась в дом в надежде спасти пострадавших. Мне было все равно на платье - но под ним скрывался мой новый белый комплект «Агент Провокатор», который мало того, что я надела впервые, так еще и стоил как крыло от Боинга, и я вполне обоснованно переживала, что сок с тонких ремешков и сеточек не удастся отстирать. Я убью Хвана Хёнджина, и в группе останется семь участников. Ну что ж, он сам виноват. Я залетела в апартаменты, направляясь в сторону единственного возможного пункта назначения - душа. Кроме того, что моя кожа была липкой, мне нужно было смыть сразу весь сок с белья и платья, и я надеялась сделать это с помощью душевой насадки. Врываясь в ванную, я попыталась одновременно стащить сарафан через голову, но, как назло, запуталась и немного застряла в нем, поэтому не удивилась, когда врезалась в стенку. Которой там не должно было быть. И которая почему-то была мокрой. Когда я проснулась утром, Чана уже не было, наверное, занимался в зале, поэтому я абсолютно не ждала его в апартаментах сейчас. Тем не менее, когда я справилась с платьем, отшвырнула его в сторону и в недоумении уставилась на «стенку», она оказалась именно Кристофером. Всё это заняло буквально секунды - у него не было времени спрятаться и взять полотенце, или даже просто отвернуться, а у меня, сами понимаете, был пострадавший «агент», всё остальное мой мозг не воспринимал. Секунда после столкновения - и мы замерли с ощутимо затянувшейся паузой, глядя друг на друга. Посмотреть было на что - я не видела его обнаженным целиком с той самой «межконтрактной» ночи. Даже на концертах (особенно там) я всегда покидала «зону боевых действий», когда парни переодевались. Поэтому сейчас я наслаждалась великолепным видом, и это явно отразилось на моем лице. Я не могу представить, как оно выглядело - одновременно злое и восхищенное, скорее всего. Атмосфера в ванной комнате накалилась моментально и продолжала нагреваться дальше. Крис аккуратно опустил руку, прикрыв член; выражение лица его было одновременно расслабленным, заинтересованным и осторожным, брови приподняты, губы приоткрылись в ухмылке, мокрые волосы откинуты назад. Я так увлеклась этим видом, что забыла про свою миссию. - Марика? Всё в порядке? Ты же… не ради меня здесь, так? - он разговаривал медленно, низким тоном, как с бешеным животным. Я вспомнила причину своей злости и буквально зарычала. - Нет. Чертов Хван Хёнджин разлил на меня вишневый сок. А это - чертов «агент провокатор»! - Я в гневе ткнула пальцем себе в грудь. - Посмотри на это, Крис! Он убил эту красоту! Я даже полдня в нем не пробыла! Я же не смогу его восстановить… Чан старался. Очень старался смотреть мне в глаза. Сильно пытался сконцентрироваться и показать сочувствие. Но не смог справиться, рассмеялся и прикрыл веки. - Марика, я не могу одновременно думать, как тебе помочь, и смотреть на тебя в этом белье. Тебе нужно его снять. - Моя челюсть упала, а Крис понял, что он произнес, и в ироничном ужасе распахнул глаза обратно, - В смысле! Я не это имел в виду! Сними белье, чтобы привести его в порядок! Боже, не снимай белье. Оно очень красивое. Я… - он запутался и просто еще раз рассмеялся, а следом за ним и я. - О черт, прости, что я ворвалась. Я очень сильно разозлилась. И я думала, что тебя нет дома. - Я отвернулась, сняла полотенце с крючка, и протянула руку назад. - Держи. Я не буду смотреть. Мягкая ткань выскользнула из моих пальцев, но… судьба её осталась загадкой, потому что сзади теплый мокрый рельеф подтолкнул меня к тумбе с огромным зеркалом, и я оперлась на нее руками - получилось довольно вызывающе, потому что мне пришлось сместить центр тяжести, чтобы не упасть - я подалась попой назад и уперлась ей в препятствие. Крис прижался ко мне твердыми мышцами и не менее твердой длиной. Ого, он так быстро… Низ живота сладко потянуло - нутро моментально отозвалось на это нарушение границ. - У меня есть план мести, и я почти уверен, что Хёнджин будет раскаиваться. - Одной рукой лидер оперся на тумбу слева от меня, второй взял телефон, после чего внимательно посмотрел через зеркало мне в глаза. - Ты мне доверяешь? Я любила и ненавидела этот вопрос одновременно - он открывал слишком много возможностей для дальнейшего развития событий. Он заставил меня напрячься, по коже побежали мурашки, я не отпускала взгляд лидера. Но помучить Джинни? Пожалуйста, он заслужил. - Да. - Спасибо. Просто будь собой и… наслаждайся местью, - хитрый взгляд подмигнул мне в зеркале - и он аккуратно и нежно поцеловал моё плечо, разблокировал телефон, включил камеру и фронтальную съемку, так, чтобы было видно только его лицо. - Хёнджин-а, привет! Я получил твой подарок. Правда, сейчас не Рождество, но все эти ленточки сводят меня с ума. Не знаю, я должен снять их аккуратно, или могу просто сорвать, как ты думаешь? - секунда - и Чан перевернул камеру. Теперь он снимал зеркало, в котором были видны мы оба - я, с почти прогнутой поясницей, в белом вызывающем комплекте с теми самыми ленточками, и красной полосой от сока, пересекающей белье как харакири; Крис сбоку и сзади от меня - но так, что было абсолютно понятно, что у него нет ни стыда, ни одежды, ни даже полотенца; его рука, переместившаяся с тумбы на мою тазовую косточку, и поглаживающая её кончиками пальцев. - Серьезно, Джинни, не представляешь, как давно я хотел заполучить эту игрушку. Она же уникальная. Очень красивая. И теперь - только моя. Пойду поиграю. О, и этот вишневый сок… Очень вкусно! Я должен слизать его весь прямо сейчас. Спасибо, бро, что позаботился обо мне! - Крис подмигнул зеркалу и отложил телефон. - Ты абсолютное зло под маской заботливого лидера, - я снова поймала его взгляд в отражении, не стесняясь рассматривать все доступные мне области. Чан прищурился в ответ. - А ты нарываешься. - Мурашки снова пронеслись по коже. Я аккуратно потянулась, думая высвободиться из ловушки, но Крис меня опередил - оба моих запястья были перехвачены и заведены за спину, затем твердая ладонь толкнула меня в спину и прижала ниже к тумбе, усиливая прогиб. Что-то знакомое, не правда ли… По венам пробежал огонь. - Скажи «нет», и я остановлюсь в ту же секунду. - В противовес своим словам, он только надавил на спину еще жестче, прижался ко мне сильнее, трение влажной кожи ощущалось невозможно горячим. Я должна была сказать «нет». Но не могла. Не ему, и точно не когда он начал эту игру первым. Поэтому я молчала, не издавая ни звука. - Какая послушная, - лидер оставлял невесомые поцелуи на моей коже. - Крис? Мы не одни в доме… - Кто теперь разрешил тебе разговаривать? У тебя был шанс избежать этого. Теперь, как ты любишь говорить - последствия. Вот оно. Я гадала, увижу ли я когда-нибудь снова эту сторону лидера - когда его позвоночник расправляется до максимума, плечи становятся еще шире, взгляд - тяжелее, а голос - ниже. Эти изменения отзывались в моей крови самыми сильными пожарами - если вскрыть мне вены прямо сейчас, я бы сожгла обе Кореи, и даже больше. Глаза распахнулись, зрачки расширились. Сердце забилось в диком, неровном ритме, дыхание прерывалось. Я прогнулась максимально, демонстрируя повиновение. - Вот так. В будущем я ожидаю от тебя, что твой рот будет открываться только для ответов на мои вопросы и для моего члена. Ты поняла? - Да, мастер. - Ты знаешь, что врываться без стука в комнату нехорошо? - Знаю. Я плохо поступила. Я сожалею. - О, ты будешь сожалеть. В спальню, на кровать, на спину, сейчас же. Чтобы я не посмела ослушаться, Крис смачно шлепнул меня по заднице и отступил на шаг назад. Я не осмелилась спросить его о чем-либо - всё изменилось между нами мгновенно, кровь шумела в ушах, и я боялась вызвать его гнев сейчас - это могло быть небезопасно. Или… этого мне и хотелось? Я выпрямилась, и направилась к кровати - разберусь в процессе; Чан отправился к двери, закрывая её от непрошеных гостей. Я решила не игнорировать возможность подразнить его. - Хёнджин точно будет стучаться и ломиться, пока мы не откроем. Особенно когда получит видео. И нас могут услышать. Кристофер сделал вид, что не слышал мой комментарий. Закончив с дверью, все еще потрясающе обнаженный, твердый и уверенный в себе, он направился в мою сторону. - Я не знаю, с кем ты разговаривала, но я запретил тебе открывать рот. Это первое. Второе - мне сильно плевать на всех, кроме присутствующих в этой комнате. Но если ты так переживаешь за Хвана, я притащу его сюда за волосы прямо сейчас, посажу напротив кровати, привяжу к чертовому креслу, и заставлю смотреть, как ты извиваешься под моими руками, и слушать, как громко ты можешь кричать моё имя. Не его - моё. Слишком богатое воображение и субтитры на моем лице подставили меня - тем более, в этом состоянии от Криса невозможно было скрыть ничего. - О, тебе понравилась идея со зрителями? Интересно… но не сегодня. Кстати, я не отправил видео. Он получит его не раньше, чем я действительно разорву все эти ленточки. Но Минхо займет нашего нарушителя порядка, чтобы он не мешал. Мне бы задуматься в эту секунду, как именно Хо должен был занять Джинни, и все пазлы сошлись бы, но я была слегка занята. Угроза ощущалась восхитительно под кожей. Я опустилась спиной на кровать, не отводя взгляд от лидера. Медленно двинулась назад, пока не уперлась в изголовье. Как будто, если бы я захотела сбежать, то нашла бы момент… но я не была наивной. Меня в ту же секунду бы поймали эти мускулистые руки с выдающимися венами. Крис тоже опустился на кровать, медленно, как хищник на охоте, приблизился, согнул мои ноги, раздвинул их и устроился на коленях между моими бедрами. Молча и медленно наклонился, максимально близко к губам, но не касаясь - так, чтобы я чувствовала его горячее дыхание. Он аккуратно перехватил мои запястья и завел руки за голову, прощупывая пальцами пульс. - Отвечай быстро, не задумываясь, не вздумай врать мне и не смей отводить или закрывать глаза. Готова к сессии прямо сейчас? Согласна на нее? - Да. И да. - Боль или унижение? - Боль. - Унижение или подчинение? - Подчинение. - Садизм или доминирование? - Только доминирование. - Метки, укусы, засосы? - Да... - Секс? - Да, пожалуйста. - Мой голос почти пропал, я могла только шептать. - Проникновение? - Да… - Использую защиту? - Нет. На этом ответе дыхание перехватило у лидера. Какое-то время он молча и внимательно изучал моё лицо, но я не отводила взгляд, несмотря на то, как горели щеки. Следующий вопрос прозвучал уже мягче и также, как звучали мои ответы - шепотом. - Назови свои цвета. - Стоп - красный. Все в порядке - черный. - Конечно черный. Я не ожидал от тебя другого, моя темная девочка, - Чан отпустил одну руку, аккуратно погладил мои скулы, обвел пальцами край челюсти. - Мне почти жаль, потому что я так сильно хочу разрушить тебя. И, возможно, я буду жесток. Пожалуйста, не стесняйся провести черту раньше, чем почувствуешь, что сломаешься. Это ради твоей безопасности. Я не буду нежным. Однажды ты уже доверила мне своё тело. Теперь… Я хочу посмотреть, сколько души ты можешь отдать. Горло пересохло, как и губы, я не могла даже сглотнуть, не то что ответить ему, поэтому только кивнула. Этого было достаточно, и ладонь, только что гладившая моё лицо, скользнула мне на шею, сжала её, практически перекрыв дыхание, а чужие мягкие губы обрушились на мой рот. Кристофер был похож на голодавшего, внезапно нашедшего источник пищи - он вылизывал, кусал, посасывал, не давая ни секунды перерыва. За мгновение до того, как моя голова закружилась от нехватки воздуха, он убрал руку с моего горла, заменив её ртом. Ни один миллиметр не остался незамеченным - вся кожа была горячей, влажной под его губами, на ней расцветали темные цветы его меток - укусы и засосы. Крис не сдерживался, прижимаясь, утверждая свою власть. Я поддалась ощущениям, закатила глаза - и пропустила момент, когда он отпустил мои запястья; только громкий и болезненный щелчок лямки бюстгальтера заставил меня вернуть взгляд ему. - Не забывайся. Глаза - на меня. Кристофер скорее прорычал эти слова, чем произнес вслух, и это распалило меня еще больше. Было невыносимо томно и горячо, хотелось касаться его, хотелось распасться на куски. Чан расстегнул застежку на спине и буквально сорвал с меня тонкую ткань, откинув её куда-то в сторону. Я не успела даже осознать это движение, когда тело пронзила яркая вспышка боли и удовольствия одновременно - Крис укусил сосок, сразу же засосав нежную кожу вокруг него, одновременно оттянув второй, сжимая его и потирая горячими пальцами. Моя спина выгибалась ему навстречу так, что могла сломаться - движения не зависели от меня, мной руководил инстинкт подчиниться, отдать лидеру всё, что я имела, и если получится - еще немного больше. Я не успевала за ним - глаза видели больше, чем мозг мог осознать - но Кристофер ни на секунду не отрывал от меня свой пошлый рот, не стесняясь рычать, стонать, вылизывать, кусать, посасывать. Где бы ни находились его чувственные губы, я ощущала его полностью - обнаженная фарфоровая кожа терлась о мою во всех правильных местах, создавая невыносимое давление, усиливая ощущение его власти. Руки лидера бродили по бедрам и между ними, заставляя мышцы искать большего контакта. В вихре невыносимых ощущений мне удалось сфокусироваться на одной отдельной вспышке кадров: Кристофер Бан Чан опустился между моих бедер, обхватил их своими мощными руками, рывком подтянул ближе - удобнее для себя, и жестоко укусил клитор прямо через белую сетку трусиков. Это было слишком. Он был слишком: слишком пошлым, слишком горячим - и это меня добило - вспышка оргазма из ниоткуда была неожиданной, резкой, сильной; мышцы ног свело судорогой, бедра подались навстречу аду, который обещал рот моего Верхнего; его имя разрезало воздух в комнате, пока мои пальцы сжимали плед. - Спасибо, чагия. Ты такая красивая. Мне нужно больше. Не сдерживайся. У меня не было даже пары секунд, чтобы опомниться - Крис неожиданно выпрямился, подцепил пальцами обеих рук мокрые трусики, резко дернул их, разорвав, и также отшвырнул в сторону. Преград между нами не осталось - он опустился, размашисто прошелся языком от моей дырочки до клитора и обратно, а дальше - я уже не могла разобрать, где и в какой момент времени были его рот, язык или зубы, а где были пальцы. Все, что более или менее держало меня в сознании - это развратный, тяжелый взгляд, от которого невозможно было укрыться. Он держал меня крепко, также крепко, как его длинные руки держали мои бедра широко раскрытыми, не оставляя шанса спрятаться. В голове было одно - это невыносимо долго, невыносимо хорошо. Я хотела больше. Он заслужил больше. Чувствуя, что мои стенки начали пульсировать сильнее вокруг его невероятного языка, Крис ухмыльнулся, и, не церемонясь, вставил три пальца, согнул их в нужной точке, чем толкнул меня за край еще раз. - Боже, детка, ты невероятная. Такая отзывчивая, даже когда сопротивляешься и пытаешься что-то контролировать. Такая мягкая и упругая. Такая послушная. Так течешь для меня. Я очень доволен тобой. Я пыталась восстановить дыхание. Остатки сладких спазмов простреливали по мышцам по всему телу. Икры болезненно сводило судорогой, но это занимало минимум моего внимания, пока виновник происходящего гладил и целовал мои длинные ноги. Я вытерла пот с висков, и вернула взгляд на Кристофера. Возможно ли, что его глаза еще потемнели? Зрачки были чёрными, как от переизбытка адреналина. Он выглядел страшно… похабно. Развратно. Порнушно. Сексуально. - Мы не закончили, чагия. - Я… не могу. Не уверена, что смогу еще. Так много всего. - Я помогу тебе. Не сдавайся. У нас еще многое впереди. Ты справишься. Он закончил эту фразу шепотом, поднявшись обратно к моему лицу, прижавшись все еще твердым, скользким членом к моей киске, потираясь об нее. Я не могла беспокоиться о нем сейчас - все силы уходили на то, чтобы не сгореть под его обжигающим дыханием. Крис был весь мокрый, как и я, пот покрывал тело, он пах мускусом, льдом, собой, влажные волосы распространяли тонкий аромат роз, оставшийся от его шампуня, упавшие на лоб пряди касались моего лица также нежно, как и его губы. Лидер возвращал меня к жизни, целуя невесомо, легко, каждую родинку на моей шее, каждый кусочек кожи на лице, был везде, окутывая теплом. Он закинул мои руки к себе на плечи, и я не удержалась - провела кончиками ногтей по спине, которая также податливо выгнулась под моими ладонями, как ранее моя спина выгибалась для него; другая рука запуталась в шелке его волос, слегка сжимая и оттягивая. Когда все внимание сосредоточилось на нем, его пальцы вновь предательски скользнули внутрь меня, заставив громко застонать. Было тесно, плотно, горячо, я чувствовала каждый сустав на его фалангах, эта стимуляция убивала меня. Рука двигалась медленно, дразняще, большой палец снаружи вырисовывал иероглифы на клиторе, вновь разжигая пламя из уже тлевших угольков. - Крис, пожалуйста… Я не смогу больше. Я хочу тебя. Но я не… - Ты сможешь, - низкий голос делил уверенность с его дыханием, вместе с воздухом, который я пыталась втянуть в себя. - Сдайся. Постарайся расслабиться. Не думай ни о чем, кроме меня. Что бы ты ни почувствовала - прими и пропусти это, не старайся сдерживаться. Мне нужно больше. Я хочу, чтобы ты подчинилась, хочу, чтобы ты сдалась. Я хочу тебя, моя любовь. Помоги мне. Последние слова были настолько тихими, что мне показалось, что я их придумала. Я правда старалась - сосредоточиться на его руках, на его присутствии, коже, сердцебиении, дыхании. На нём. Понадобилось время, но спустя бесконечные минуты ласк, которые он отдавал мне - острое возбуждение вернулось, как и нужда в нём, накрывая меня новыми волнами. - Помни, о чем я попросил - что бы ни чувствовала - не препятствуй, не тормози. Возможно, это будет слишком, но я так сильно хочу увидеть, как ты ломаешься в моих руках, - с этими словами Крис сел сверху на одно моё бедро, сначала отведя его в сторону, закинул вторую ногу себе на плечи - и я оказалась настолько раскрыта и беззащитна перед ним, а также зафиксирована, что почувствовала легкий приступ паники. Я не понимала, к чему он стремился. Был ли у меня выбор? О, конечно, у меня было моё стоп-слово. Хотела ли я лишить нас обоих удовольствия, даже если оно обойдется мне слишком дорого? Конечно нет. Я не могла. Отказать ему - никогда. Крис уловил предательскую вспышку страха в моих глазах. Медленная, угрожающая улыбка растянула его губы. - Доверься мне. Я разрешаю закрыть глаза, если будет… слишком. - Хорошо… С этого момента вся томность и мягкость исчезли. Он больше не заботился - это была война на тотальное поражение. Левая рука снова сдавила мою шею, контролируя пульс и объем воздуха, который я могла получить. Правая… о боже, правая рука собственнически, по-хозяйски обхватила мою киску, не оставив ей шансов на выживание. Три чертовых пальца по-прежнему были глубоко во мне, а большой и мизинец создавали трение по наружным складкам. Большим пальцем Крис периодически задевал клитор, но не задавал какого-то темпа или ритма, не давал мне сосредоточиться, менял скорость. Неизменным было одно - то, как его пальцы скручивались внутри меня, задевая одну конкретную точку. Не просто задевая - казалось, целью лидера было уничтожить ее и меня. В животе было горячо, тяжело, мне казалось, что все внутренние мышцы, все мои стеночки распухли от сверхстимуляции, казалось, что я взорвусь. И было кое-что еще, о чем я вскоре начала догадываться. Кое-что слишком мокрое и стыдное, чего раньше со мной никогда не происходило. - Крис, я не… я никогда… мне… пожалуйста, не так… - Цвет? - голос был низким, уверенным, как будто его не волновало, что меня разносит ядерным взрывом прямо под ним. - Крис, пожалуйста… - Я сказал - цвет. Иначе я сделаю это в разы менее приятным, - голос был злым, угрожающим… и еще более развратным. Невыносимым. - Черный… - Умница. Если вы не были в теме, объясню коротко - в этом и есть смысл. Вся власть - всегда - у Нижнего. У сабмиссива. Доминант может (должен) заставлять, давить, пытаться сломать, но одно ваше слово - и вы в безопасности. Идеальный доминант знает, что нужно остановиться, до того, как сделает плохо своему нижнему. Так построены эти отношения. Однако, одно слово, находящееся во власти сабмиссива, заканчивает всё веселье. И это же слово оставляет у Нижнего зияющее чувство пустоты, неуверенности в себе от того, что не смог подарить своему партнеру так необходимое ему чувство власти, контроля, не смог подчиниться полностью. У стоп-слова всегда есть четкие границы и критерии, и если разбрасываться им направо и налево - можно потерять все доверие твоего Верхнего, его интерес и его самого в том числе. Все «красные» разы в моей жизни не были связаны с чем-то, что я не могла вытерпеть - только с неопытными или переходящими границы Верхними. Кристофер Бан к ним не относился, поэтому мой «черный» и его простое «умница» сломали последние баррикады между нами, прорвали плотину, и нас затопило. Во всех смыслах. Правая ладонь ускорилась, его пальцы внутри меня больше не разгибались, и всё произошло прежде, чем я поняла, к чему была эта жесткость, прежде чем смогла удержаться - ногти впились в его руки, из меня фонтаном брызг вырвался поток жидкости, залив нашу кровать, залив ладонь и бедра Чана, горячо, стыдно и невыносимо, в сочетании с одним из самых сильных оргазмов, которые когда-либо накрывали меня. Кроме сквирта, фонтаны открылись из моих глаз - всё это было слишком, я не удержала эмоции и расплакалась. - Крис, прости… мне так стыдно. - Марика, посмотри на меня, пожалуйста, прямо сейчас, - Чан мягко и аккуратно отвел от моего лица руки, за которыми я пыталась спрятаться от него. - Спасибо. Я так счастлив. Я так хотел увидеть, как ты даришь мне всю себя. Так хотел ТЕБЯ. Я очень сильно благодарен. Ты великолепна. Пожалуйста, не закрывайся от меня. Не стесняйся. Ты нужна мне. Пожалуйста. Ты прекрасна. Ты так красива, когда плачешь, когда двигаешься подо мной, когда тебе не хватает воздуха, когда я - единственный, кто существует для тебя, единственный, чем или кем ты дышишь, когда стараешься отдать мне больше, чем имеешь. Я… никто никогда не дарил мне столько себя. Я никогда не чувствовал себя таким нужным другому человеку. Не плачь, чагия. Простыни поменяются, но ты останешься со мной навсегда. Под моей кожей. Крис утешал меня. Успокаивал. Гладил воспаленную кожу невесомо, пока я пыталась выровнять дыхание и остановить слезы. Время было на нашей стороне, давая возможность расслабиться в объятиях друг друга. Чан опустил мою ногу, устроился сверху, окутав своими длинными конечностями со всех сторон. Мы переплелись, как пауки в клубке. Постепенно, я успокоилась, пришла в себя. Чанни ни на секунду не переставал говорить со мной, сцеловывая, слизывая каждую слезинку. - Как ты, детка? - Я в порядке. Черный, - голос еще дрожал, поэтому я разговаривала только шепотом. - Как твоя киска? - Чан ухмыльнулся. - Благодарна своему мастеру, хоть и будет болеть, - я не могла не улыбнуться в ответ. Я действительно чувствовала себя расслабленной… есть ли такое слово - вылюбленной? Если да, то именно его оставил Крис под моей кожей, в костях, мышцах, спинном мозге. Я знала, что сам он тоже навсегда останется там. - Тогда у меня есть еще один челлендж для тебя. - Он практически лениво потерся о моё бедро все еще стоящим, твердым, как и часы назад, членом. Кровь прилила к щекам… и не только к ним, хотя это казалось невозможным. - Я оставила своего Верхнего без внимания. Прости меня, - я протянула ладонь к длине, погладила, взяла увереннее, крепче, медленно двигая пальцами вдоль ствола. - На самом деле… - Крис покраснел, и это привлекло моё внимание, я расширила на него глаза. - Да, только не смейся. Я кончил вместе с тобой, в первый же раз. Просто глядя на тебя. Ты выглядела так эротично, так соблазнительно, отдаваясь мне… Не понадобилось никакой стимуляции, кроме твоего присутствия. - Как я могу смеяться, - я не могла оторвать от него восхищенный взгляд, - это лучший комплимент в моей жизни, я клянусь. - Взгляд лидера снова потяжелел. - Справишься со мной? Мне хватит и рук, но я так хочу оказаться внутри тебя, когда ты такая узкая, мокрая… Я так давно представлял себе это. - Я справлюсь. Я хочу тебя, Крис, внутри, пожалуйста. Прямо сейчас. Я хочу, чтобы ты кончил внутрь, мне нужно чувствовать… мне нужен ты. Пожалуйста. Других слов не понадобилось. Одно плавное движение - и он оказался внутри. Было слишком тесно, горячо, болезненно, весь он - снова одно сплошное «слишком», но моя зависимость от жара этой преисподней пустила свои корни слишком глубоко. Крис двигался медленно, удовлетворяя свои потребности, не сдерживая громких стонов, выдыхая моё имя. Он вновь нашел мои запястья, удерживая их одной рукой, второй снова контролировал дыхание и пульс на моей шее, сжимая её. Губы чертили дорожки вдоль челюсти, по ключицам. Казалось, мы были вместе бесконечно - на этой кровати, в этой комнате, время просто перестало существовать. Я дышала им, он оставлял новые следы на моей измученной коже. Лидер наслаждался происходящим. Наслаждался своими победами. То, что происходило сейчас, было только для него, ради него - однако… вся эта томность снова подводила меня к краю. Это казалось невозможным, но низ живота снова свело в знакомых ощущениях, узел затягивался всё туже. - Крис, я так близко, пожалуйста… Помоги мне… Я хочу еще раз. С тобой. - Кончай, детка, я близко, - он ускорился, толчки стали жестче, глубже, невозможно растягивая, заполняя до краев. Лидер сжал мою шею правой рукой сильнее, перекрыв дыхание почти полностью, и жадно и сильно укусил её же с другой стороны. Эта новая боль спустила курок, и мои стеночки вновь содрогнулись, сжав его, зафиксировав внутри меня. Его длина, толщина, скольжение невероятной кожи, выпирающие вены - все было идеальным, продляя наслаждение, и моих сокращающихся мышц оказалось достаточно, чтобы довести и его до оргазма. Кристофер кончил с громким стоном, с моим именем, обжигающе разливаясь внутри меня, пульсируя, двигаясь еще некоторое время по инерции. Я не уверена, что мы выжили - но эта маленькая смерть была настольной сладкой, что я не сопротивлялась, теряя сознание в сильных руках, не отпустивших меня даже когда всё закончилось.

***

Я проснулась от мягких прикосновений к лицу - кто-то заботливый аккуратно убрал волосы с моих глаз, невесомо погладил скулу, пересохшие губы. У меня не было сил даже открыть глаза. - Чагия, у тебя будет обезвоживание. Тебе нужно попить, и я приготовил теплую ванную с маслом. Я отнесу тебя, и ты сможешь еще отдохнуть, но сейчас, пожалуйста, открой глазки. Голос был таким знакомым, мягким, низким, родным. Я знала, что слушала и слушалась его много часов до этого момента. Но… что-то в нем было не так. Я сделала усилие, распахивая ресницы. - Привет, - прошептал мужчина напротив, рассматривая меня, как будто я была самым ценным украшением в ювелирной коллекции королевской семьи. Восхищение и благодарность в его глазах не вязались с чем-то еще, что я пока не могла определить разумом, но обостренные чувства ощущали несоответствие. - Привет. - В горле было сухо, поэтому голос был тихим, хриплым. - Что не так? Что-то случилось? - Со мной все в порядке. Мне не бывает лучше, чем в такие моменты с тобой. - Я знала, что в эту оценку не входят вспышки его невероятной карьеры - дебют, первый клип, первый концерт, первый стадион, но я и не собиралась соревноваться с ними. Мне было достаточно того, что ему было достаточно меня, пока мы были вдвоем. - Как ты себя чувствуешь? Я задумалась. Не считая усталости и растянутых мышц, определенно, я чувствовала себя хорошо. Разум тоже был спокоен. - Я в порядке. Правда. Как физически, так и морально. Есть кое-что, что может поболеть, но оно того стоило. - Нам нужно будет поговорить в какой-то момент обо всем этом, да? Что мы делаем? - Наверное, да. Когда ты будешь готов и если посчитаешь нужным. Крис не сводил с меня глаз, как будто пытался запомнить. Это откровенно напрягало. - Чанни, чагия, что случилось? Я что-то сделала не так? Или… не сделала чего-то? Ты смотришь на меня так, как будто разочарован… или прощаешься. - Нет, нет, - он как будто испугался, резко придвинулся ко мне, сгреб в охапку и прижал к себе, с легким поцелуем в макушку. - Ты была великолепна. Дала мне даже больше, чем я мог ожидать. Ты никогда меня не подводила, всё, что ты делаешь - идеально. Всё, чего мне не хватало, чтобы чувствовать себя целым, я нашел в тебе. Не только на этой кровати, всегда, когда ты рядом со мной. Пожалуйста, не думай, что я соберусь с тобой попрощаться. Мне кажется, я не смогу тебя отпустить. Он вздохнул, как будто набираясь сил. - Просто, я… думаю, что подвел тебя. Ты можешь ругаться на меня, возможно, решишь после этого, что нам лучше разойтись во всех смыслах. Прости меня, пожалуйста, я не мог удержаться. - Крис мелко дрожал, сжимая меня в объятиях так сильно, как будто боялся, что я действительно исчезну. Меня поражал контраст между тем, каким уверенным он был в группе или со мной во время сессии, и насколько противоположно мог чувствовать себя в обычной жизни. - Кристофер Бан Чан, я абсолютно точно не понимаю о чем ты говоришь, но я обещаю тебе - даже если ты снял хоум видео с нами и отправил его в Bubble, я не уйду. Клянусь, я не оставлю тебя. - Он только нервно усмехнулся. - Ну… я думаю, что тебе лучше увидеть самой, прежде чем давать мне обещания. - Тогда показывай. - Сначала вода, потом остальное. Пей. Чанни нерешительно выдохнул, и протянул мне бутылку. Когда я расправилась с прохладной жидкостью, он поднялся с кровати, обошел её с моей стороны и поднял меня на руки вместе с пледом, в который я была укутана - так легко, как будто я ничего не весила. В ванной он аккуратно опустил меня на пол, прямо перед тумбой с зеркалом, с которых всё началось несколько часов назад; проследил, чтобы я не запуталась в покрывале, и аккуратно снял его с меня, оставив обнаженной перед самой собой. - Я говорил об этом. Голос был насквозь пропитан виной. Я непонимающе уставилась в зеркало. Мне понадобилось не меньше минуты, чтобы понять, что вообще со мной могло быть не так. С моим не очень хорошим зрением, могло быть и дольше. А потом я рассмотрела шею, сплошь покрытую бордовыми и лиловыми метками… такие же ключицы, грудь, живот, таз, бедра - я вся как будто была покрыта акварельной татуировкой, которая могла бы быть похожа на смесь увядающих и расцветающих роз, вот только это были засосы и укусы, оставленные Крисом. Они не болели, не доставляли дискомфорта. Я знала, чем их скрыть, даже самые заметные. Поймите правильно - в моей голове никакой проблемы не существовало. Даже больше, каждая метка была доказательством того, как этот великолепный мужчина нуждался во мне. Тепло разлилось под кожей вместе с мурашками. Мне определенно нравилось то, что я увидела в зеркале. Но мне совершенно точно не нравилось, что владелец этих засосов чувствовал по поводу их существования. Это неправильно. Я недовольно сощурила глаза и перевела их на лидера - ожидаемо, вся его невербалика выражала сожаление. - Кристофер Бан Чан. Если бы мне доставляло удовольствие доминировать над сильными мужчинами, тебя бы прямо сейчас ждала невероятно жестокая порка. Какого черта?! Его чувство вины душило нас обоих, расстилаясь вокруг, как едкий дым. - Чагия, мне так жаль, если я перешел черту… - Нет, ты не понял. Какого черта ты сожалеешь об этом?! - Крис замер, смотря мне в глаза. - Мы обсуждали границы допустимого? У тебя было мое согласие на все знаки принадлежности? - Да… - лидер выглядел растерянно, не понимая мой тон. - Тогда с хрена ли ты чувствуешь вину вместо гордости? Вместо чувства власти? - я развернулась к нему лицом, села на тумбу, притянула его к себе, обхватила ногами и взяла лицо в ладони, устанавливая визуальный контакт. Меня не смущало, что нас снова разделяет всего один кусочек ткани - на этот раз, его шорты - я наслаждалась этой интимностью, и своей властью в этот момент. Может, Хо и был прав насчет свитча. - Знаешь, что я чувствовала каждый раз, когда ты кусал меня? Когда я увидела себя в зеркале сейчас? Гордость. Важность. Принадлежность. Ты сделал со мной всё, чего я хотела, не перейдя границу ни разу. И все эти следы на моей коже… я наслаждаюсь ими, Крис. Каждый из них напоминает о тебе. О нас. И меня расстраивает и выбивает из колеи, что ты не чувствуешь того же, потому что это буквально то, о чем я просила. Даже если я никому не могу сказать, что я принадлежу тебе, я знаю об этом. Ты знаешь. И это все, что мне нужно. Я могла бы носить ошейник, татуировку, пирсинг, кольцо, футболку с твоим именем и фото, наручники - все, что угодно. Но то, что на мне сейчас? Намного лучше. Не перечеркивай это, пожалуйста. Иначе… во всем, что происходит между нами, нет никакого смысла. Шокирующее осознание постепенно вытесняло сожаление из его глаз. Крис медленно выпрямился, расслабил плечи, крепко обнял меня, снова прижавшись губами к шее. - Я думал, что все испортил. Я так устал скрываться во всем, прятать каждую частичку своей жизни, что мне просто хотелось, чтобы весь мир знал, что ты моя. Со мной. - Мне не нужен целый мир, Крис. Мне достаточно тебя. - Я отстранилась, чтобы аккуратно поцеловать его мягкие губы. - Мы разобрались с нашими чувствами на сейчас? Казалось, этот вопрос застал его врасплох, хотя я была аккуратна со словами. Но он взял себя в руки и кивнул. - Тогда можно мне в ванну? Она выглядит так приятно, не хочу, чтобы вода остыла. О, и ты будешь лежать там со мной. Мне нужна поддержка. Лидер рассмеялся в полный голос и направился проверить воду. - И она говорит, что не любит доминировать… Я посмотрела ему вслед и наложила новый шов на свое сердце. Он будет в порядке. Когда мне придется уйти, он останется целым и живым.

***

- Твоя шея выглядит как отбивная. Зайди ко мне в комнату потом, я дам тебе крем. Мне хотя бы не оставили следов - снаружи, по крайней мере. Хотя… возможно, я совсем немного завидую этим оттенкам на тебе. Я как пила сладкую воду из бутылки, так и замерла с ней во рту. Потом обернулась на собеседника, говорившего тоном «не произошло ничего интересного или нового, это норма» - Хёнджин развалился на стуле, выглядя также затраханно, как, наверное, и я. Внешних следов действительно не было - но он так томно потягивался, перебирал мокрые волосы, прикрывал глаза, как будто удовольствие еще не покинуло его тело. - Что, прости?! - Джин, тебе не кажется, что сначала ты должен извиниться? Ли Но, спускаясь по лестнице вместе с Кристофером, кинул короткий взгляд на меня, и долгий - тяжелый, пристальный - на Хёнджина. Тому, видимо, оказалось достаточно воспоминаний без лишних угроз, чтобы дернуться на звук голоса, опустить глаза в пол, рвано выдохнуть, а затем резко подорваться и обнять меня. - Прости меня. Я был плохим другом. Я испортил тебе кое-что очень красивое, и я куплю взамен новый комплект, и не один, всё, что пожелаешь. Я не должен был расстраивать тебя. Хван прижал меня сильнее, и прошептал следующие слова так, чтобы услышала только я. - Но ты не выглядишь расстроенной. Видео, которое прислал Крис, было сильно сексуальным. Хён умеет отвлечь, не правда ли? На мой вкус, он слишком мягкий, в сравнении с Хо, и тем не менее… Это слишком приятно - дразнить их обоих, пока не сорвутся. Добро пожаловать в мой клуб, детка. Теперь ты точно знаешь, кто пишет все эти песни про красные огни, побег… И о чем они.