Самоцветы

Очередная репетиция последнего звонка. — Кхм, а сейчас слово предоставляется нашей директрисе Ирине Филиповне, — Артём протянул директрисе выключенный микрофон. — Тут я говорю свою речь, — сказала женщина, перекладывая микрофон из одной руки в другую. — Потом пару слов скажет завуч… Артём старался её слушать, но мешали музыка и танцующие в стороне ребята. — Что дальше по сценарию? — уточнила Ирина Филиповна. — А? Секунду… — парень забегал глазами по странице. — Ну что такое? — нетерпеливо цокнула языком женщина. — Почему ты вместо Демченко? — Захару нужно готовиться к экзамену, — пробубнил Артём, ища нужную строку. — Потом первоклассники читают стихи, а четвероклассники поют песню. — Да, они скоро придут, и мы отрепетируем, — кивнула директриса и забрала у него сценарий. В скучном ожидании Артём походил по актовому залу, потом залез на сцену, завернулся в красный бархатный занавес. Нахлынули воспоминания выпускного из младшей школы. — Ага, наш батя тогда опоздал… — проворчала Алина. Артём неловко сжал губы, вспомнив, как тогда разозлился. Хотя должен был обрадоваться, что папа вообще смог прийти. — А помнишь, — хихикнула Аквамарин, обратившись к демонице, — ты хотела, чтобы Виктор не пришёл. Говорила, что могла бы манипулировать подопечным… — Ну… плохой из меня манипулятор, — покраснела Алина и прикрыла лицо рукой. — Ай, ну зачем ты мне это напомнила?! — Ха-ха, а ещё ты... — Заткнись, ангел! Иначе я напомню, как ты запала на Виктора в первый же день! — Эм… А мне можно! Я его жена! — отмахнулась Аквамарин. Артём выпутался из красного кокона и зашёл за кулисы. Там стояла куча картонных декораций, успевших накопиться за несколько лет, вешалка с костюмами и старенький деревянный шкаф, собирающий пыль. В детстве он казался просто огромным, а сейчас Артём был даже выше. — Хорошее было время, — нежно улыбнулась Аквамарин. — Поверить не могу, что продержалась так долго. — О чём ты? — вскинула бровь Алина. — Помнишь, ты говорила, что от подопечного за три года два ангела отказалось? Я не отказалась. Демоница неловко сжала губы. — Что? — похлопала глазами Аквамарин. — Я в шоке, что ты до сих пор в это веришь. Ангел округлила глаза. — Серьёзно? — усмехнулась Алина, покачав головой. — Я сказала это, чтобы припугнуть. А ты даже не подумала спросить у Цитрин? — Так это не правда?! Но ты… Тогда сколько было ангелов? — Я застала только одного, — пожала плечами демоница. — И то он со мной не общался, должно быть, из древних консервативных... Эм, ангелок, что с лицом? Аквамарин буравила напарницу странным взглядом, будто от осознания у неё рухнула картина мира. — И ты молчала… — прошептала она. — Говорю же, я думала, что ты знаешь! — ... В актовом зале эхом раздались детские голоса. Парень вышел из-за кулис и спрыгнул со сцены. — Артём!!! — ему в ноги вцепилась радостная Лера. — Привет, мелкая, — он потрепал её по волосам. — Как дела? — Ты тоже стих будешь читать? — запрыгала на месте Лера. — Или ты петь будешь? — Не совсем, — парень гордо потряс сценарием над её головой. — Я ведущий. Девочка блестящими глазами уставилась на него, прошептав: — Прямо как демон? — Чего? — Желтоглазый! Он постоянно всякие праздники ведёт. — Это Захар, а никакой не демон, — нахмурился Артём. Лера обиженно махнула рукой. — Да что ты понимаешь? — Я хорошо его знаю. Он мой друг, так что могу поклясться, что он самый обычный парень. — Он тебе такой же друг, как и Миша? — Эм, ну… — Ты его тоже целовал? — Нет! То есть, что? Откуда ты… — он посмотрел по сторонам и, пригнувшись, прошептал: — Ты что, нас видела? Лера положила пальчик на губу и начала что-то вспоминать. — Ещё давно, наверное, миллион лет назад уже… В общем, я услышала в коридоре, как дяди разговаривали про тебя. — Угу… и что они говорили? — Бутенко — пидор, сосался с ин... инвид... ини... — С инвалидом? — Да! — вскрикнула Лера, не обращая внимания на то, что Артём говорил шёпотом. — Мне подруга по секрету сказала, что «сосаться» — это целоваться, но как-то по-противному, со слюнями. Вот. А позавчера я у Миши в гостях была, и он сказал, что не может ходить, потому что он инвидид. И я об этом вспомнила и поняла, что ты с Мишей целовался. Но только ты, Артём, а не Питер... Питар... Они не знают, как тебя зовут? У Артёма опустел взгляд. — Я надеюсь, ты Мише о своей догадке не сказала? — прохрипел он. Лера промычала и покачала головой. — А тёте? Тёте Наде не говорила? — Не. А зачем ты его целовал? Ты его любишь? Но он же не девочка, почему ты его любишь? — Эм, ну… — Артём забегал глазами и заметил, что с конца зала ему машет Зина. — Нас зовут. Давай потом поговорим. Он потянул Леру за руку. Девочка вприпрыжку последовала за ним, послушно помалкивая. Директриса и учительница первоклассников расставляли детей в линию. Зина облокотилась Артёму на плечо и, выхватив сценарий, стала обмахиваться им, как веером. — Фух, как же тут душно. Грёбаный подвал. — Не выражайся при детях. — Та девочка — это же Надежды Ивановны племяшка, да? О чём говорили? — Как объяснить ребёнку нетрадиционные отношения? — Охохо. Так вот что у тебя с лицом было, — ухмыльнулась Зина. — Она что, вас застукала? — Услышала разговоры в коридоре. Что мне делать? Я же теперь вроде как ответственный, должен ей объяснить. Зина пожала плечами и вернула сценарий. — Ты мог сказать, что Сплетники просто пошутили, и ничего бы объяснять не пришлось. — Точно, — Артём хлопнул себя по лбу. — Я дурак, растерялся. Пока он болтал с Зиной, хранители уже бурно обсуждали план действий. — Просто незаметно свалим, когда всё закончится, — предложила Алина. — Ну нет. Тогда она спросит у кого-нибудь другого. И, скорее всего, это будет Миша. — Тогда что ты предлагаешь? — Не знаю! Что ты меня спрашиваешь?! — возмутилась ангел. — Ты же мать! Ты умеешь разговаривать с детьми! — Этап материнства я ещё не вспомнила. У тебя в этом опыта побольше. — Ну… можно сказать: «Подрастёшь — узнаешь». С Мишей работало. Лера всю репетицию отвлекалась и поглядывала на Артёма. Она ждала ответов, но после репетиции всех первоклассников увели обратно на уроки, и возможности поговорить у них не было. *** Занятия закончились, и нужно было идти домой, но Артём не торопился. Перед тем как положить учебник в рюкзак, он внимательно его рассматривал, каждую ручку и карандаш крутил в руках и уже потом складывал в пенал. — Ну быстрее! Все уже ушли! — взвыла Зина. — Что, если я внизу наткнусь на Леру? — пробормотал Артём. — Просто уйдёшь. — Уйти от ответственности? — Ты не ответственен за этого ребёнка! — Я иногда её нянька. — Вы о чём вообще? — спросил ничего не понимающий Захар. Пока Зина ему объясняла, Артём успел сложить все вещи. — Ладно, пойдём, — сказал он неуверенно. — Буду надеяться, что её не встречу. Разумеется, его надежды не оправдались. Как только он спустился на первый этаж, девочка подбежала и обняла, чуть не сбив его с ног. Артём выругался про себя и махнул друзьям, чтобы те шли без него. Он сел на скамейку возле кабинета первоклассников. Лера села рядом, ноги её не дотягивались до пола, и она болтала ими в воздухе. — Эм, слушай. Скоро перемена закончится, ты можешь опоздать на урок, — промямлил парень. Лера замотала головой. — Уроки давно закончились. Я тётю жду. У меня ещё сто миллионов часов. — Ах, ну да… — вздохнул Артём, смотря в пол. — Так почему ты Мишу целовал? Ты его прямо в губы, что ли? У Артёма загорелись уши. Совсем не хотелось обсуждать это с семилеткой, но без ответов она его не отпустит. — Кхм, понимаешь… — начал он неуверенно. — Когда люди друг друга любят, они целуются. — Это очевидные вещи! — нахмурилась Лера. — Я и так это знаю! — Ну тогда почему пристала?! — не выдержал парень. — Но Миша же мальчик! Почему ты… — Потому что я его люблю! — развёл руками Артём. — Что непонятного? Лера вдруг заулыбалась и заглянула ему за спину. — Тётя Надя! Привет! — она помахала женщине рукой. Парень застыл, не в силах обернуться. Надежда Ивановна была возраста его отца, может, и старше. А значит, относилась к поколению, презирающему нетрадиционные отношения. Артём неловко сжал губы, понимая, что только что женщина разочаровалась в нём и Мише. Холодная рука учительницы вдруг легла ему на плечо. — Не забывай дышать! — вскрикнула взволнованная Аквамарин. Надежда Ивановна строго обратилась к племяннице: — Что ты Артёму надоедаешь? Ну любят мальчики друг друга. Что в этом такого? Оказалось, что рука её была вовсе не холодной, а в голосе не было ни капли строгости. Артём медленно обернулся. Женщина с улыбкой ему подмигнула и погладила по голове. — Такое бывает, просто ты об этом ещё не слышала. — А девочки тоже так могут? — с блестящими глазами поинтересовалась Лера. — А девочки не люди, что ли? — хихикнула тётя. Артём заворожённо смотрел снизу на учительницу, что всё ещё гладила его по голове. Жёлтый свет коридорных ламп озарял её фигуру, словно святую с картин роскошного храма. И хоть Артём был атеистом, он не мог не поверить в святость этой женщины. От чего-то на глаза навернулись слёзы. Неужели и так бывает? Неужели взрослый может его принять, не считая это чем-то странным? Артём сам не понял, как остался в коридоре один. К нему на лавку с обеих сторон подсели Зина и Захар. — Ну что ты, нянька? Мы решили тебя подождать, — объяснила девушка, обняв его за плечо. — Но Лера ушла, а ты нет. Что-то случилось? — Знаете… — прошептал Артём, глядя в потолок, — взрослые… такие разные.