Судьба Синклер. Дневник Первый

Я вышла из кабинета биологии с мыслями, что у меня есть всего пять часов на подготовку. Но главный вопрос состоял в том, что я не представляла, к чему мне готовиться. То есть, понятно к чему, но... Чёрт, всё стало так запутанно. Я написала смс матери, что в школе меня попросили подождать до понедельника, так как директрисы не оказалось на месте. Тогда подпишут и отдадут все необходимые документы. Конечно, это было откровенной ложью, ведь все бумаги из школы я уже забрала, но мне и правда раньше понедельника делать в столице было нечего. От работы я взяла буквально пару дней назад короткий отпуск, чтобы разобраться с поступлением в новую школу. И не прогадала. После я посмотрела билеты на поезд на вечер понедельника. Сегодня была, кстати, пятница, но Кейн не мог знать, что на самом деле я собиралась уехать уже сегодня-завтра, правда, обратный билет ещё взять не успела. Но оно и к лучшему: три дня ничего не решат, которые, к тому же, выпадали на выходные. Школьная администрация в Вашингтоне тоже не будет работать. К сожалению или к счастью, цены на поезд в понедельник оказались просто конские, пришлось проверить рейсы на утро вторника. Этот вариант меня устроил больше. Забронировала место сразу же. За несколько часов я успела добраться домой, принять душ, замазать тональником наливающийся фиолетовым укус на шее, выбрать одежду и отправиться к бабушке. Мой брат теперь жил вместе с ней и дедушкой. Был под тщательной опекой, так сказать. И порой жаловался мне в сообщениях, давно отвыкнув от такой гиперопеки. Старшие родственники встретили меня тепло, накормили, мы посидели немного за чаем, я поделилась историями с работы, рассказала о планах и новой школе. Конечно, ни словом не обмолвилась про Кейна. Эта информация точно была не для их ушей. Но бабушка Линда всё равно спросила, появился ли у меня мальчик. Сказала, что я вся свечусь. Пришлось сказать полуправду. Кинула им затравку про Майкла. Сказала, что он приятный парень, что нас познакомила моя мама, что он учится в столице и мы гуляем вместе каждые выходные. Она проглотила эту наживку и потребовала держать меня в курсе. Да, ну конечно! Майк, конечно, классный парень, но сейчас он интересовал меня меньше всего. Да и не думаю, что у нас могла бы что-то получится после того дурацкого вечера и... После того, когда узнала, каково это — быть с человеком, который занимал все мои мысли последние три года. Ладно, подумаю об этом, когда вернусь в столицу. Когда время приблизилось к семи, я попрощалась с родственниками. Нужно было ещё забежать в магазин за чем-то съедобным. Что может понравиться Кейну, я не представляла, поэтому взяла ассорти закусок из сыра, фруктов и орехов. Пойдёт. Алкоголь мне всё равно не продали бы, да и я понятия не имела, что мужчина пьёт и пьёт ли вообще. Без десяти восемь я подошла к его дому. Позвонила в домофон, мне без предисловий открыли. Я поднялась на восьмой этаж на лифте и не успела постучаться в дверь, когда она открылась передо мной. — Привет, проходи, — Кей... нет, Седрик был одет в шорты и простую зелёную майку. Меня порадовал тот факт, что и я не стала как-то выделываться с одеждой: я пришла к нему шортах и спортивном топике. — Привет, это тебе, — я машинально поздоровалась и протянула пакет со съестным хозяину квартиры. Он свёл брови на переносице и нехотя забрал пакет. — Не нужно было ничего покупать, у меня всё есть. Я нахмурилась и на мгновение застыла с кроссовком в руке. Потом выпрямилась и недовольно сложила руки на груди. — Это банальная вежливость, Кейн, — его фамилия сорвалась с губ прежде, чем я успела осмыслить свой ответ. — Хотя, может, это я для себя взяла? — усмехнулась, открыто глядя ему в глаза. — Могу поделиться. — Тогда ладно. Свой маленький рюкзачок я оставила в прихожей и отправилась за мужчиной на кухню. Я мимоходом заглянула в гостиную, услышав, что там работает телевизор. Кажется, по нему сейчас показывали какой-то фильм. Кейн из тех людей, кто не любит тишину в доме? На столе у хозяина квартиры уже стояли мои закуски, он приготовил запечённое мясо, овощной салат и картофель на гарнир. Понимая, что с момента обеда у бабушки прошло прилично времени, я облизнулась, разглядывая на аппетитные блюда. Мужчина едва заметно улыбнулся, наблюдая за мной, а потом сказал: — Если хочешь есть, присоединяйся, — мне показалось, или ему тоже было неловко от всех этих расшаркиваний? Я бы предпочла пропустить эту часть,, но вежливость, воспитанная во мне родителями и старшими родственниками, обязывала, чтобы её! — Да, спасибо. Выглядит очень вкусно, — я кивнула и отлучилась в уборную, чтобы помыть руки. Когда вернулась, Седрик доставал из холодильника какую-то банку. — Тебе не предлагаю, — хмыкнул, — но есть сок или вода, если хочешь, — я подняла брови, когда он замер, ожидая моего ответа. В его руках оказалась обычная банка пива. Значит, трахаться со мной — это нормально, а пить — низзя? Ох уж эти взрослые с их двойными стандартами... Я закатила глаза и ответила: — Да уж, я всё равно не пью эту гадость, — мне действительно никогда не нравилось пиво. Ни в каком виде. — Предпочитаю более крепкие напитки. И я буду сок, — я села за стол, придвигая к себе пустую тарелку. — Крепкие — это вроде того отвратительного дешевого пойла, с которым ты обнималась в той квартире? — он намекнул на вечеринку по случаю моего прошедшего дня рождения, с момента которой прошло уже полгода. — Хмм, не совсем, — я усмехнулась, понимая, что это был камень в мой огород. — Просто это было первое, что мне тогда попалось под руку. Когда эта тема исчерпала себя, мы наконец приступили к ужину. Седрик решил завязать разговор, спрашивая, как мне живётся в Вашингтоне, и узнавая про мои дальнейшие планы после окончания школы. — Скорее всего, буду дальше работать. — А университет? — я пожала плечами. Этот вопрос мне задавал уже чуть ли не каждый встречный-поперечный. Немного поднадоело отвечать на него. — Куда я хочу поступить, вряд ли получится. Там только платное обучение, которое я не могу себе позволить. — А родители? — в очередной раз пожала плечами. — Моя мать подрабатывает на двух работах и заставляет меня платить половину нашей аренды в Вашингтоне. Не думаю, что у неё найдутся такие деньги. А у отца новая жена и давно своя жизнь, ему нет до меня дела, — кратко поведала мужчине о своей семье. Он нахмурился. Блин. Совсем не хотела его грузить этим. Прозвучало, словно я жалуюсь, но это не так. Я давно смирилась с теми родителями, которые у меня есть. Хотя лучше бы их не было вовсе — толку от них немного. — Не бери в голову, всё не так плохо, как зву~ — А куда бы ты хотела поступить? — перебил он меня. Я опустила взгляд, задумчиво разглядывая свою уже пустую тарелку. — В художественную академию на Тенерифе, но я не гений искусств и не дочь художника, так что гранта мне не видать, — горько усмехнулась. — Ого! А почему не где-то здесь, в Штатах? Насколько я знаю, у нас тоже немало художественных академий, — Кейн был удивлён моим выбором. — На Канарах красиво. Да и университеты Европы намного престижнее, как мне кажется. — Но ведь ты даже ещё не попробовала, чтобы думать, что ничего не выйдет. За отказ денег не возьмут, — он явно пытался меня поддержать. Я слабо улыбнулась, встречаясь с ясными серебристыми глазами. — На самом деле, я бы хотела сделать перерыв в пару лет от всей этой учёбы. Может быть, попутешествовать... — подперла голову кулаком, отодвигая уже пустую тарелку. Седрик тоже только что расправился со своей порцией. — Ну, это уже больше похоже на реальную причину, — улыбнулся самыми кончиками губ и стал собирать пустые блюда со стола. Я кинулась помочь, но он отмахнулся от меня и предложил отправиться в гостиную, передав мне моё ассорти с фруктами, орехами и сыром. Я поняла, что допрос про моё будущее окончен и с радостью сбежала из кухни, предоставив хозяину квартиры самому разобраться с грязной посудой. Мужчина присоединился ко мне буквально спустя пару минут. Мелодрама, шедшая по телику, подошла к концу и почти сразу же начался другой фильм. Я узнала название, которое уже видела однажды в рекламе. У этого фильма были хорошие рейтинги, но я так и не успела сходить на него в кино. После расставания с Илаем я перестала так часто выбираться в центр города, а потом и вовсе уехала из Детройта. В столице у меня не было столько времени и лишних денег на подобные развлечения. Я решила рассказать про трейлер Кейну, который присоединился ко мне на диване. Новая банка пива из его рук перекочевала на кофейный столик. Он сделал пару глотков, но допивать не спешил. Я ела солёные орешки и сыр, запивая их апельсиновым соком. Мой бывший учитель сел на небольшом расстоянии от меня, но мне так хотелось касаться его! Недолго думая, я придвинулась к мужскому плечу вплотную. Его запах… Уже успела соскучиться по нему за пару часов. Как же быстро привыкаешь к человеку! На мои поползновения мужчина скосил взгляд, но я упорно смотрела на происходящее на экране, чуть прикусив губу, боясь, что он оттолкнет меня. Но его рука обняла меня за плечи и прижала ещё чуть ближе. Пальцами он вырисовывал какие-то узоры на плече, не скрытом топом. Вдруг наткнулся на оставленный им укус. Я вздрогнула от лёгкого дискомфорта. Это место ещё заживало и немного пульсировало. В темноте комнаты Седрик не мог увидеть, что я замазала следы от зубов тональником, но думаю, он ещё на кухне это заметил. — Заметала следы? — Не хотелось доводить бабушку с дедушкой до инфаркта, если бы они вдруг поняли, что это, — не сдержала улыбку, продолжая смотреть в телевизор. — Хмм, — и он даже не раскаивался за содеянное! — В водолазке летом я бы смотрелась странно, не считаешь? — Возможно... — Так это была месть за тот раз? — всё же решила продолжить эту тему, да и мне на самом деле было любопытно, зачем он это сделал. Случайно ли, в порыве страсти или в попытке отомстить? Ведь летом, в жару, следы на таком месте будет довольно сложно прятать. Мне пришлось усердно поколдовать с тональником и пудрой перед выходом на улицу. Брюнет перевёл на меня удивлённый взгляд. Мы встретились взглядам в полутьме комнаты. Фильм сразу же перестал интересовать меня. — Так ты всё помнишь... — протянул он. — Неа. Думала, что ты расскажешь. Я неотрывно смотрела на его профиль, наслаждаясь нашей долгожданной близостью и уютом, который чувствовала только рядом с ним. И поняла, что общаться на «ты», оказалось намного проще, чем я предполагала. В подобной интимной атмосфере, создаваемой мерцанием экрана телевизора, легко было отбросить все официальные условности. И сейчас я только надеялась, что мужчина прольёт свет на произошедшее около полугода назад. — Ты... пыталась меня поцеловать, — ответил он безэмоционально, вернувшись к экрану телевизора. Но не думаю, что фильм был ему настолько интересен, насколько Кейн пытался это показать. У меня спёрло дыхание. От удивления я просто открывала и закрывала рот, не в силах выдавить ни звука. ЧЁРТ! И почему я этого не помню?!? — Я... Я... — мне и правда было нечего сказать по этому поводу. На той злополучной вечеринке я и подумать не могла, что всего через полгода буду сидеть у биолога в квартире, пока его рука приобнимает меня за плечи. Поэтому я ещё раз переспросила, не доверяя услышанному: — Пыталась? — Да, только пыталась, — он подтвердил, что ничего подобного не произошло. Усмехнулся, переводя взгляд на моё шокированное лицо. — Правда, я так и не понял, почему ты меня тогда укусила. Причём так сильно... Мне даже пришлось сходить за мазью в аптеку, — он лишь подшучивал, но я почувствовала себя виноватой. — Прости... — почувствовала потребность извиниться перед ним, но Седрик лишь отмахнулся. — Я не знала, что всё было настолько серьёзно. Я даже не помню ничего. После нашей... нашего разговора на лестнице остальное помню урывками. Может, мне просто захотелось есть? — фыркнула, расслабившись, потому что понял, что он злился на меня за ту выходку. Лишь беспокоился. Поэтому и забрал к себе в ту ночь. — Я так и думал, что ты приняла меня за кусок мяса, — заворчал брюнет, мы одновременно засмеялись, обстановка стала такой спокойной, и я решилась действовать. Села к нему на колени и посмотрела прямо в глаза цвета грозового неба, почти невинно прикусывая собственную губу. Кейну не требовались слова, чтобы понять мои намерения. Порой мне казалось, что он читал меня, как открытую книгу.

Слушай, в них такой уют,

А я думал,

Будет гроза.

Я забываю, как меня зовут,

Когда смотрю

В твои глаза.

© П. Шалчюс

— А как же фильм? — только поинтересовался. — Я уже знаю, чем он закончится, посмотрю оставшееся на Нетфликсе, — одна его рука легла мне на талию, а вторая стала поглаживать часть шеи у линии волос, и когда я договорила, Седрик молча потянул меня к себе. Я с радостью приняла это приглашение. Наши губы и языки встретились, а я почувствовала неприятное послевкусие. Как только мы оторвались друг от друга, не преминула заметить: — Фу, не люблю привкус пива. — А я запах курева. И ты так и не бросила. Твои волосы пахнут, — беззлобно заметил он, перебирая пальцами распущенные пряди. — Лучше способа избавляться от стресса пока не придумали, — пожала плечами, не собираясь отрицать. Про мою вредную привычку узнала уже даже бабушка Линда, не поддержала, конечно, но и ругать не стала. Понимала, наверное, что в моей жизни теперь не всё так радужно. Только мать до сих пор удавалось держать в неведении, что я якобы бросила — мы довольно редко с ней пересекались, притом живя в одной квартире. — Почему же? Пробежка по утрам помогает не хуже этой гадости. — Что-то я не заметила, чтобы она помогала, — закатила глаза. Уж кто, как не я, знала, что спорт вообще не справляется с этой задачей! Хотя в последнее время я и пробежки почти забросила, и курить стала значительно меньше. Возможно, всё же переезд пошёл мне на пользу. В каком-то смыле. — Есть и другой вариант, — вкрадчиво продолжил Кейн, и я тут же поняла, что имелось ввиду. Его губы слегка прикусили чувствительное место на шее. Я почувствовала твёрдость через его шорты. Не сдержала стона и поелозила на мужских коленях, задевая его пах своими бёдрами. Мужчина шумно выдохнул через нос, всасывая кожу, наверняка оставляя ещё один засос. Что ж, одним больше, одним меньше... Теперь я понимала, что дело было ни в какой не в мести. Седрик любил помечать свою собственность. Была ли я ей? Определённо, хотя мы оба знали, что лишь на отведённые три дня. Я старалась не задумываться о том, что будет после. Желание накатывалось волнами, и я уже была готова скидывать свою и его одежду, когда он шепнул на ухо: — Обхвати меня за шею. Я сделала, как он велел, и почувствовала, что меня подхватывают под бёдрами и несут куда-то из гостиной. В спальню? Его комната оказалась примерно такой, как я представляла. Те же старые обои на стенах, что и в гостиной, большая кровать из тёмного дерева с высоким и очень пружинистым матрасом, на который меня аккуратно опустили. Дальше мне уже было не до интерьера. В этот раз мужчина полностью смог снять с меня верх, и я тоже надеялась увидеть его без одежды. Потянула зелёную ткань, забираясь проворными руками под футболку, на ощупь исследуя тело, доставшееся мне. Огладила бугристые мышцы спины, пока партнёр вновь был занят моей шеей, провела по животу, достигая горошин сосков, слегка потёрла их, вызывая чужой стон в губы. Удивилась и повторила эксперимент. Кейн отстранился, шумно вздохнув. В спальне не горели лампы, но окна были не задёрнуты, и света от уличного фонаря, проникающего в комнату, оказалось достаточно для того, чтобы рассмотреть очертания, но скрыть детали. Седрик поднялся с кровати, скинул футболку и шорты, оставаясь в тёмных боксерах. Я закусила губу, разглядывая его тело, насколько это было возможно в царившей полутьме.

Беспредельно.

Почти безропотно.

Безмятежно.

Что скрывается под слоями твоей одежды?

Речь совсем не о теле и родинках.

О душе.

Ты хотел о любви или боли?

Финал.

Тушé.

© Врублёвский

Я в это время избавилась от своих узких шорт, оставляя лишь бельё, которое пока не решалась снять. Мужчина вновь накрыл меня своим телом, но на этот раз он словно не хотел спешить. Его поцелуи продвигались всё ниже, пока я не почувствовала его губы там, внизу, через хлопковую ткань. Я застыла. Ласка показалась слишком интимной. ХА! А что, всё, что мы делали до этого, не было достаточно интимным? — Всё хорошо? Хелен, если что-то не так, не молчи, — попросил Кейн. И я сбивающимся от волнения голосом ответила: — Всё... всё отлично. Сердце колотилось, как бешеное, и вскоре чуть не остановилось, когда до меня дошло, что он сейчас собирается сделать. Кейн осторожно стянул с меня трусики и коснулся губами уже обнажившейся кожи. Я однажды попробовала сбрить все волосы, а в итоге промучалась неделю с раздражение, и больше не повторяла такой опыт. В Вашингтоне я начала ходить на эпиляцию, оставляя тонкую полосочку волос по центру. Отчего-то только сейчас мне пришла мысль, что мужчине могла не понравиться излишняя волосатость. Я уже подумала попросить его не делать этого, когда чуть не вскрикнула, почувствовав его язык там! Кажется, Седрику всё же пришлась по душе моя стрижка, судя по тому, как он оглаживал пальцами тонкую полосочку волос. — Оо~ Ох, нихуя себе! — эмоции не удалось сдержать. Кейн хмыкнул, не отвлекаясь от процесса, и это вызвало у меня дополнительную волну возбуждения, когда теплый ветерок прошёлся по чувствительной коже. Когда он добавил к языку палец, я вцепилась в покрывало. Несмотря на то, что мне хотелось во все глаза смотреть за ним, веки сами собой закрывались от удовольствия. Вскоре его пальцы — я не сразу поняла, что их стало больше одного, — задели какое-то очень приятное место, и особенно громкий стон сорвался с губ. Мужчина понял, что находится на верном пути, и продолжил массировать ту же точку. В какой-то момент ощущений стало слишком много, я выгнулась, глубже насаживаясь на его пальцы и сильнее сжимая мышцы лона, чтобы продлить удовольствие. Мир потерял все звуки, или это я оглохла? Я наслаждалась такой желанной наполненностью, и это вознесло мой оргазм на новый уровень. Мозг словно думал обо всём и ни о чём одновременно, а тело жило своей жизнью. От переизбытка ощущений на глазах вскипели слёзы и мокрыми дорожками скатились по вискам. И следующее, что я почувствовала — его плоть, медленно заполняющая меня изнутри. Это было то, что нужно! Именно то, чего я сейчас жаждала больше всего! Я не успела заметить, когда Кейн полностью избавился от одежды, но осознание, что мы оба сейчас абсолютно голые, выбило из меня дух. Для меня обнажение не было символом похоти, а символом доверия. Моя кожа скрывала шрамы, которые не хотелось бы демонтрировать окружающим. И что-то подсказывало, что его тело тоже хранит непростую историю его жизни. Неожиданно брюнет остановился и покинул моё тело. Я почувствовала, что он отодвинулся куда-то к изголовью кровати.

      Засвети же свечу

на краю темноты.

Я увидеть хочу

то, что чувствуешь ты

в этом доме ночном,

где скрывает окно,

словно скатерть с пятном

темноты, полотно.

© И. Бродский

— Что..? — не успела я заволноваться, как он позвал меня: — Иди сюда, Хелен. Я практически на ощупь добралась до него и уселась на мужские бёдра. Понимая, что он хочет от меня, смутилась и ничего не стала предпринимать. — Давай, — он легко сжал мои ягодицы, подталкивая сесть на твёрдый орган самостоятельно. — Я уже поработал, кажется, пришла твоя очередь. — Это нечестно, — буркнула я, опасаясь, что таким способом будет сложно получить удовольствие. И у меня были причины так думать. — Что, прости? — он переспросил, а я тем временем плавно насадилась на его плоть. Мы оба застонали от потрясающих ощущений наполненности. — Я... не умею, — сказала на грани слышимости, но так как моё лицо находилось совсем рядом с его ухом, Седрик всё понял. Я кожей ощутила, как его губы растягиваются в лёгкой усмешке. — Значит, сейчас научишься, — он помогал мне, иногда подмахивая бёдрами, периодически прикусывал кожу между плечом и шеей. Он так легко догадался о моей эрогенной зоне, о которой я и сама раньше не подозревала. Наверняка на утро там расцветут следы от зубов и засосов. Я инстинктивно пыталась скрыть пылающее лицо в изгибе его шеи. Думала ли я однажды, что окажусь с Кейном в одной постели? В его квартире? При таких обстоятельствах?

Save me from the deepest blue I saved you from you The empty spaces your love replaces I never want to feel again Let's do things we never do I'm not afraid to fly Without you We've all been broken But all of this, most beautiful In your room, here with arms around me Holding tight looking at ya darlin' I can hear so much in the silence So alive the temperature is risin' Summer rain is soaking into my skin Wash away everything, were flyin' Say the words that you've nevеr spoken We can be anything wе wanted

Нет, так далеко мои фантазии меня не заводили. Я замедлила темп, чувствуя, что выбиваюсь из сил, и тогда он крепко ухватился за мои бёдра, зафиксировав меня в одном положении и стал двигаться сам, каждый раз попадая в точку сосредоточения нервов. Понимая, что начинаю задыхаться от накатывающих волн удовольствия, я выпрямилась, сохраняя равновесие только благодаря деревянному изголовью кровати, в которое я буквально вцепилась пальцами. «Третий раз за сегодня? Ох, эта девчонка сведёт меня с ума». Кажется, Седрик понял, что я вновь готова кончить, что было удивительно и для меня, и для него. Я не ожидала, что моё, казалось бы, спавшее несколько лет либидо, так неожиданно воспрянет ото сна. Я, конечно, догадывалась, что послужило тому причиной, но думать об этом сейчас совсем не хотелось... Он склонил голову к моей груди, поймал губами сосок и немного прикусил, отвлекая меня от невесёлых мыслей. Испарившееся было возбуждение нахлынуло с новой силой. — Ай! Словно извиняясь, он аккуратно лизнул маленький комочек. Видимо, мужчине уже надоело сидеть в неудобном положении, когда он внезапно опрокинул меня на спину и стал резко и часто вбиваться в меня. Я вцепилась короткими ногтями в его спину, невидящим взглядом уставившись в потолок. — Ну? Кончишь ещё раз? Его горячий шёпот стал для меня спусковым крючком. Я слышала хриплый мужской стон где-то на периферии. И только потом осознала, что натворила. Обхватив его руками и ногами, я не позволила партнёру выйти из меня в момент оргазма. Когда нега покинула нас, он молча скинул мои вялые конечности, отодвинулся и уселся на пятки. Я почувствовала, как из меня что-то вытекает. Мы пересеклись взглядами в полутьме. «Ну пиздец!» — синхронно пронеслось в наших головах. — Дуй в ванную, — мужчина несильно шлёпнул меня по бедру, и я осторожно поднялась на ноги, которые слегка подрагивали. — Чистые полотенца на полке, — донеслось до меня уже в коридоре.

***

Пока я плескалась в душе за шторкой, слышала, что Кейн заходил в комнату и воспользовался раковиной, почистил зубы. Когда я вышла из ванной комнаты, обернувшись в полотенце, то нашла хозяина квартиры уже на кухне. По видимому, он решил убрать остатки нашего ужина из гостинной. Седрик был в одних чёрных боксерах, не потрудившись накинуть ничего сверху, так что у меня появилась возможность разглядеть его при свете. И заметить неожиданную татуировку на левом плече! Моему удивлению не было предела, как и любопытству. Он, конечно же, заметил мой пристальный взгляд, но лишь усмехнулся. Я даже немного смутилась, когда поняла, что слишком откровенно разглядывала мужчину. — Хмм… Наверное, я поеду, — неожиданно стало грустно. Будь у меня шанс, никуда бы не уходила! Но я понимала, что Кейн вряд ли захочет, чтобы я осталась тут на ночь. А выглядеть ещё навязчивой я не хотела. Время было уже позднее и задерживаться не было смысла. Наверняка, Кейну уже хотелось спать, как и мне. Я бросила взгляд на настенные часы на кухне — они показывали начало одиннадцатого. Общественный транспорт так поздно уже не ходят, так что мне стоило вызывать такси. Учитель словно прочитал мои мысли. — Уже поздновато для автобусов, не считаешь? — на это я лишь пожала плечами и ухватилась за чуть не слетевшее полотенце. — Вызову такси, — брюнет как-то странно взглянул на меня, а потом сказал: — Я вызову тебе. — Не нужно, правда, для меня это не проблема, — я заверила его и слабо улыбнулась. — В столице настолько хорошо платят? — поинтересовался. — Достаточно, чтобы можно было кататься на такси в Детройте туда и обратно, — я хмыкнула и уже собиралась вернуться в спальню за своей одеждой, когда меня остановил его вопрос. — У тебя завтра на утро есть планы? — А? Нет, вроде нет, — обернулась и покачала головой. — Тогда ты можешь остаться у меня, чтобы не ехать никуда на ночь глядя. Если хочешь, конечно, — Седрик отрывисто пожал плечами, и я поняла, что для него это всё, возможно, тоже в новинку. И эту неловкость после нашей близости чувствовала не только я одна. — А можно? — я закусила губу в надежде, что мне не послышалось это предложение. — Ну, я же предлагаю, Синклер, — он тепло усмехнулся. — Ладно. Тогда… у тебя не найдётся лишней футболки для сна? — Конечно, идём, — мы вернулись в спальню, где Кейн включил свет и открыл большой платяной шкаф, по большей части был заполненный его рубашками и свитерами, что он носил на работе. Он достал мне мягкую шёлковую рубашку, больше похожую на пижамную, себе взял халат и тактично вышел из спальни, предоставляя мне возможность переодеться. Я услышала через стенку, как включился телевизор. Его рубашка, очевидно, оказалась мне велика — доходила почти до середины бедра, и я, надев только свои трусики под низ, отправилась за хозяином квартиры. Брюнет обнаружился, ожидаемо, на диване, слушающим какие-то новости по телевизору. Я села к нему под бок. До этого дня я и не представляла, что стану настолько тактильной. Или всё дело было в правильном человеке рядом со мной? Но насколько наша связь правильна? И насколько долговечна? Я ушла в себя и не заметила ни пристального взгляда, ни того, что вожу пальцем по узору халата на бедре мужчины. — Если ты сегодня рассчитываешь на что-то ещё, то забудь. Мне уже давно не восемнадцать, — ворчливо прозвучало откуда сверху. И когда только успела улечься ему на колени? Я немного рвано подскочила и смутилась: — Я... Извини, я не... — подобрать слова не удавалось. — Расслабься, я пошутил. Если хочешь, ложись, — он слегка подтолкнул меня рукой, которая до этого спокойно лежала на спинке дивана. Я выдохнула и послушно улеглась на место. И на секунду застыла, когда моих волос коснулись чужие пальцы, а потом и правда расслабилась. Ласка оказалась довольно приятной. Я разомлела, но то, что он сказал спустя пару минут, окатило меня словно ледяной водой. — Надеюсь, ты понимаешь, что даже твои самые лучшие подружки не должны ничего знать? Даже по очень большому секрету. Вокруг меня и так достаточно дурацких сплетен, но среди них не должно быть тех, где я укладываю в постель собственных студенток, — я почувствовала, как его бёдра слегка напряглись. Тема разговора была очень скользкой, особенно, если вскроется мой обман с возрастом. Как бы он отреагировал, интересно? Ладно, глупый вопрос, ведь ответ очевиден: был бы очень зол на меня за очередную ложь. Конечно, Кейн тоже понимал, что существует шанс, где его обвинят в нарушении субординации и даже могут уволить, но всё равно поддался на мои... моё... «моё» что? Слово «соблазнение» звучало слишком нелепо и точно не подходило по описанию на то, что произошло в его кабинете. Я бы назвала это «внезапным порывом» или же «взаимным сумасшествием». Вот только моё сумасшествие длилось уже не один год... А что чувствовал Кейн я даже понятия не имела. Мне не верилось, что он мог так внезапно воспылать ко мне любовью, но о чувствах мы, к счастью, не говорили, и я сама не собиралась поднимать эту тему. Чтобы не было так больно в конце.

Что нужно нам — того не знаем мы,

Что ж знаем мы — того для нас не надо.

© И. В. Гёте «Фауст»

— Но я ведь уже не... — я хотела возразить, что больше не учусь в той школе, а значит, по факту не являюсь его ученицей. — Ты может быть и «не», — он не сдержал нервого смешка, — но ведь никто не станет вдаваться в подробности, когда вскроется сам факт, — я грустно вздохнула, осознавая, что вновь втянула Седрика в проблемы. Я только надеялась, что для него не обернулась ничем плохим помощь мне несколько лет назад и о той лжи руководству школы никто и никогда не узнает. — Я поняла, но тебе не стоит беспокоиться. Я даже не сказала друзьям, что приеду в город, — прекратившиеся были поглаживания моих волос, вновь возобновились. Мужчина явно расслабился. — Никто даже не подозревает... — хотела добавить «о моих чувствах», но вовремя захлопнула рот. — Ну, кроме моего брата, — я фыркнула, вспомнив, как упрашивала мелкого на авантюру с подарком. Тогда мне пришлось раскошелиться и купить ему новую компьютерную игру взамен на ту услугу. Мне показалось, или после моих слов я услышала «блять» из уст Кейна. Я даже повернулась на спину, чтобы посмотреть ему в глаза. — Тебе не о чем переживать. Он уже давно в курсе, — я всё же отвела взгляд, скосив глаза на экран телевизора, где диктор, активно жестикулируя, предупреждал о затяжных дождях на следующей неделе. — Это он подложил тебе подарок тогда. Седрик хмыкнул, видимо, убеждаясь, что тогда был прав в своих догадках. — Что-то такое я подозревал... Притворяться и делать вид, что не при делах, — это у вас семейное? Мы помолчали, но тишина не казалась напряжённой. До тех пор, пока он не спросил: — Как я смогу теперь вести у него уроки, если он знает, что я сплю с его сестрой? — тяжёлый вздох. Я не смогла сдержать лукавой улыбки. — Ну, такими подробностями я точно делиться не собиралась... Но если ты хочешь~ — Синклер, ты меня в могилу сведёшь! Кто бы мог подумать, что Кейн умеет предсказывать будущее? Я весело рассмеялась, ни капли не осознавая, что меня ждёт в будущем. — Откуда ты вообще взяла этот календарь? — Нашла на Тенерифе, — я улыбнулась, вспоминая счастливые моменты своего первого путешествия за пределы Штатов. — И сразу решила, что он мне нужен? — Но ведь пригодился? — хмыкнула, а потом задумалась: — Пригодился же..? — Ну конечно же... — он выдержал драматичную паузу. — Нет. Такой бесполезной мелочи мой стол ещё не видел! — серьёзно сказал брюнет, и мои глаза распахнулись от шока. Я медленно повернула голову в его сторону. И заметила, что этот гад ухмыляется! Резко подскачила на диван, принимая вертикальное положение. — Ты... ты... У меня слов даже нет! — я несильно стукнула мужчину по плечу и, надувшись, повернулась к нему спиной, разглядывая беззвёздное ночное небо за окном. — Пфф~ Ну, не дуйся, Синклер. На самом деле, ты подкинула мне проблем с этим подарком, — я повернулась вполоборота и с интересом посмотрела на него. Какие вообще могут быть проблемы от настольного календаря?! — Все мои коллеги стали считать своим долгом выяснить, кто отважился преподнести мне его. Причем они осаждали меня почти каждый день на протяжение того года, пока я не сдался, — я в ужасе уставилась на него. Кейн рассказал всему педсоставу, что это я — тот самый даритель? Лицо залилось краской, к счастью, в синеватом свете от экрана тв этого было не разобрать. — Пришлось соврать, что это был некогда мой предыдущий класс, который давно выпустился. Вот же сволочь! Специально заставил меня помучаться. Я сузила глаза в гневе, готовясь нанести ещё один удар по многострадальному плечу биолога. Тот низко засмеялся, а у меня внутри распирало чувство нежности, которую становилось сдерживать всё труднее. Негодование истаяло, словно его и не было. — Ты такая забавная, когда злишься, — он отсмеялся. — Ладно. Пойдёшь спать? — Ничего смешного тут не вижу, — я поднялась на ноги и демонстративно отправилась в спальню первая, делая вид, что обиделась на него. Я сразу же нырнула под одеяло на ту сторону постели, которая находилась ближе к двери. И когда Седрик зашёл в комнату, то обнаружил, что его половина занята. Ему это не понравилось. — Давай двигайся к окну, Синклер, на этой стороне сплю я, — он повернулся ко мне спиной, чтобы снять и повесить халат на крючок за дверью. Его тату на плече вновь приковала моё внимание. Я попыталась разглядеть, что же там написано. Брюнет вздохнул, поймав мой взгляд и правильно истолковал моё любопытство: — Расскажу, если подвинешься. Я растянула губы в торжествующей улыбке и послушно откатилась на другую часть постели. Наши отношения изменились лишь сегодня днём, но такого уровня взаимопонимания и заботы я не достигла даже с подругами, с которыми была знакома долгие годы. Казалось, мы с Кейном знаем друг друга не меньше нескольких месяцев, если не лет. Я имею ввиду в более близком, интимном плане. Мужчина щёлкнул ночником, лёг под одеяло на спину и закинул руки за голову. Воцарилась тишина. Я поняла, что меня в очередной раз нае~ Кхм! — И..? — А, да-да... Извини, задумался, — он прочистил горло. — Даже не знаю, что могу рассказать тебе. Это не те тату, которые сейчас делает молодежь в знак протеста или чего там ещё... Я служил в армии, в специальном подразделении, и это было обязательно, — он замолчал на минуту. Я коснулась его обнаженной груди кончиками пальцев. — Если это какая-то государственная тайна, можешь ничего не говорить. — Пф-ф, — фыркнул. — Ну, то, что я там видел и делал, я и так не в праве ни с кем обсуждать, но татуировка означает номер подразделения и лабораторию, в которой я работал. Всё равно тебе это ни о чём не скажет — этого места уже давно не существует. — Это точно, — я согласилась на его последние слова и наконец опустилась на подушку, а потом, подумав, придвинулась к партнёру и закинула на него левую ногу. — Спасибо, что рассказал. Спокойной ночи. — Спокойной, — этого я уже не услышала, почти мгновенно провалившись в сон.