Король Солнце по Вестеросски

Она была в наших покоях и швыряла всё, что попадалось под руку. Когда я вошёл и запер дверь, в меня тоже прилетело. — За что? Больно же! — хватаясь за мокрую от вина голову,пожаловался . Серсея замерла на месте — казалось, только сейчас заметила моё присутствие. Она молча подошла и стала вытирать с моей головы вино и осколки кувшина. Слишком горда для извинений? — подумал я, наблюдая за ней. Кажется, наконец успокоилась. Нет, не успокоилась. Проверив, что с моей головой всё в порядке, она снова принялась швырять вещи. Я молча сел, налил вина. Не успел сделать и глотка, как она выхватила кубок из моих рук и опустошила его за один приём. Затем швырнула и сам кубок в стену. Ну что за женщина... Так она и весь Запад разорит, — пронеслось мысль в голове, пока я наблюдал, как алая струя стекает по камням стены — Мой брат! Вышвырни его из Гвардии! — Это будет нетрудно сделать. Но позволь узнать — что именно он сказал, что ты хочешь изгнать его из Гвардии? — Ничего! Он просто слишком много о себе возомнил! Он всего лишь мой брат, не более. Как он смеет что-то требовать от меня! От своей королевы! — ...И наследник самого могущественного лорда королевства, — продолжил я её мысль. — Лорд Тайвин будет рад, если наследник вернётся в Утёс Кастерли. Но радость его обратится в гнев, если он узнает, что его сына вышвырнули из Гвардии, как какого-то Транта. Упоминание об отце мгновенно отрезвило её. Кажется, даже в своём гневе она не смеет перечить ему. Она замолчала, её плечи опустились, а в зелёных глазах погас огонь ярости, сменившись холодным осознанием. Молча подойдя, я начал расчёсывать её волосы. Эти золотые пряди были прекрасны, как и она сама. Вот только характер... Она не сопротивлялась, сидя с закрытыми глазами. Мы оба наслаждались тишиной. Мои руки, закончив с волосами, плавно перешли к её плечам. Она вздрогнула, но не возражала. Приняв молчание за согласие, я начал нежно массировать её плечи, касаясь губами шеи и мочек ушей. — Где ты научился этому? — внезапно спросила она. —Чему? —Этим манерам. Роберт, которого я знала, был свирепым воином, но не... —Королём? — продолжил я за неё. —Манеры у меня были всегда. Я всё же был лордом и воспитывался в Долине. Другое дело — соблюдал ли я эти самые манеры. Я безбожно врал, опуская руки всё ниже и ниже. — Тебе следовало начать соблюдать их гораздо раньше, — сказала она, даже не пытаясь остановить мои руки. — Лучше поздно, чем никогда. Раньше я считал главной задачей сохранять мир в королевстве, но теперь... Мой голос дрогнул, когда я почувствовал, как её тело наконец расслабилось. — Ночь была долгой и жаркой. Проснулись мы лишь к обеду от настойчивых стуков. Харион Карстарк и Лин Корбрей гордо стояли в белых плащах и докладывали: — Ваше величество, лорд Старк со спутниками покинул замок на рассвете. Он не пожелал тревожить ваш сон и просил передать благодарность за лимоны. В полудрёме я слушал его и изучал новых гвардейцев. Они получили лишь плащи — доспехи ещё не были готовы, отчего выглядели довольно неуклюже, но были охвачены эйфорией, чтобы замечать это. — Очень хорошо. Как вам новые плащи? — Честь для нас — охранять покои короля, ваше величество! — ответили они хором. — Это радует. И где же ваши оруженосцы и пажи? Они замялись, переглядываясь в недоумении. — О чём вы, ваше величество? В Гвардии семьдесят человек и все места заняты. Семьдесят рыцарей, — поправил я. — Свита при рыцарях не в счёт. Так где они? — настаивал я, чувствуя, как Серсея с интересом наблюдает за этой сценой. Харион Карстарк выступил вперёд: —На Севере каждый воин сам заботится о своём снаряжении, ваше величество. Но если прикажете, мы найдём себе оруженосцев. — Приказываю, — коротко бросил я. — И чтобы к вечеру каждый из вас имел при себе хотя бы одного оруженосца и пажа. Передайте и остальным вашим братьям что у каждого рыцаря гвардии должен быть кутилье - то есть оруженосец поправляя себя продолжил, два лучника, конных желательно, также пажа и слуги.Мой десница выделит средства из казны. Хотя я не мог их винить. Я намеренно не упоминал об оруженосцах, объявляя о расширении Гвардии, — опасался реакции лордов и прежних стражей. Но теперь, когда всё благополучно улажено, можно раскрыть и эту часть замысла. Я не доверял стражам Красного Замка и Королевской Гавани — «золотым плащам», как их здесь называют. Отныне замок будет охранять Гвардия. Что до городской стражи — я не сомневался, что лорд Болтон быстро приведёт их в порядок. В планах же было создание семи кавалерийских рот по образцу ордонансовых рот моих предков, а также полка, основанного на швейцарских баталиях. Пока это были лишь намётки, черновые наброски будущего. Но я уже предвкушал, как мой десница выпучит глаза, когда эти двое явятся к нему с соответствующими распоряжениями. Медленно, но верно, — подумал я, глядя на новых гвардейцев, — я начинаю окружать себя людьми, чья преданность будет принадлежать не только короне, но и тому, кто её носит. И в этом был главный расчёт. — Роберт? Они уже ушли. О чём задумался? — в голосе Серсеи звенел неподдельный интерес. — Ничего важного, душа моя. Просто представил лицо лорда Аррена и сира Барристана, — усмехнулся я. — Хмм, — она промурлыкала, подходя ближе, и внезапно прошептала: — Когда отправимся в путь? Красный Замок ждёт своего короля и королеву. Насчёт гвардии ты поступил верно — в Королевской Гавани всё ещё есть те, кто помнит драконов. Я тоже возьму себе два десятка стражей в алых плащах. — Почему вы все так одержимы этими плащами? Белые, чёрные, золотые, а теперь и алые... Она звонко рассмеялась: —Честно, я никогда не задумывалась об этом, Роберт. Но давай сначала пообедаем — я смертельно проголодалась. Её пальцы мягко легли на мою руку, — Ну давай, сначала приведём себя в порядок. Королю не пристало являться перед подданными в таком виде, — говоря это, она потянула меня вглубь покоев. Обед прошёл в почти семейном кругу, если так можно было назвать это собрание. Хостер Талли со своими вассалами уже отбыл вместе с Эддардом Старком. Тиреллы покинули нас ещё раньше — говорят, направились на Арбор навестить родственников. Справа от меня расположились Ланнистеры, слева — Джон Аррен, Станнис и семейство Тарли. Их присутствие красноречиво говорило о том, что переговоры о браке между Таллой и Станнисом близились к завершению. — Ваше величество, моя дочь сообщила, что вы скоро отбываете. Может, стоит задержаться ещё ненадолго? — начал лорд Тайвин. — Мы и так гостим у вас который месяц. Пора и честь знать. К тому же, пока десница и король пребывают здесь, в Красном Замке некому управлять государством. Вынужден отказать, к своему огорчению. Пора увидеть своё королевство собственными глазами, — подумал я, и от этой перспективы сердце забилось чаще. В этом был особый трепет — наконец-то ступить на землю, которой тебе предстоит править. — Брат, я отправляюсь раньше на корабле, — Станнис отрезал кусок запечённой утки, его голос был сух и лишён эмоций. — Дело, которое ты поручил, идёт полным ходом, но требуется личный контроль. — А что насчёт Таллы? — спросил я, отмечая, как все напряглись и вслушиваются в каждое слово. — Она возвращается с семьёй в Рогов Холм для подготовки к свадьбе. — Хм, вот как... Что ж, ступай. Мы выедем через два дня, когда всё будет готово. Тишина за столом стала звенящей. Все присутствующие — Тайвин с застывшим лицом, Джон Аррен, отложивший нож, даже Серсея, притворявшаяся равнодушной, — все они напряглись, уловив скрытый смысл в наших словах. Пусть гадают, — с холодным удовлетворением подумал я. Пусть видят в каждом нашем шаге скрытые намерения. Игру в кошки-мышки с французским двором я помнил слишком хорошо, чтобы не использовать её здесь. — Прикажи им явиться ко двору. Там всё и расскажем, — сказал я, нарочито строя глуповатое выражение лица. — Да, брат. Я передам твою волю. — Отлично. В таком случае, позвольте откланяться — у вашего короля есть дела. Душа моя, ты со мной? — Серсея, до этого напряжённая, молча смотрела на меня и, кажется, наконец поняв игру, быстро поднялась. — Да, муж мой, я составлю тебе компанию. Мы вышли из зала, где повисло красноречивое молчание. За нами последовали Станнис с Таллой. — А вы, я смотрю, прямо не разлей вода, — заметил я у входа. Талла покраснела, а Станнис отвернулся, стиснув зубы. — Не будем вам мешать, — говорил я, крепко сжимая руку Серсеи и уводя её прочь.