Король Солнце по Вестеросски

295 год от З.Э. Красный замок. Малый Совет. — У мятежников пятнадцать тысяч мечей, Ваше Величество. Наших Ордонансовых рот может не хватить для победы. Нужно немедленно созвать знамёна! — слово взял Мастер над войной, Рендил Тарли. — Думаю, тебе придётся отложить поездку на Север, брат — сказал Станнис, соглашаясь с лордом Тарли. — Их слишком мало, чтобы победить нас, но достаточно для переговоров, — заметил Мастер над монетой. То ли соглашаясь то ли возражая. — Войско растёт с каждым днём. Хостер Талли и Мейс Тирелл не противодействуют им, — едва слышно, но отчётливо произнёс лорд Болтон, не отрывая глаз от Людовика. Все члены Малого совета устремили взгляды на короля. Людовик медленно обвёл их взором и наконец заговорил: — Можете не беспокоиться о них. Среди них достаточно людей, верных Короне. Меня больше интересует Дорн и Визерис. — Дейны и Фаулеры тоже подняли знамя Лиги общественного блага. Доран Мартелл созвал верные знамёна, чтобы их подавить, — так же тихо отозвался лорд Болтон. — Лига общественного блага? Какое дурацкое название! — усмехнулся лорд Бейлиш. На обычно добродушном лице Людовика появились следы раздражения и недовольство, чего не могли не заметить члены совета. — Ваше Величество, а верный вам человек среди восставших… это случайно не лорд Пик? — с притворной тревогой и подобострастием спросил Бейлиш. Все затаили дыхание, навострив уши, что явно позабавило Людовика. — Не можете контролировать — так возглавьте! — с натянутой усмешкой бросил Людовик глядя на Мизинца. — Какая мудрость, Ваше Величество! Я уверен, даже название Лиги — ваше изобретение. Какое восхитительное коварство! И само название — услада для слуха. Чем лорды не общество? Да и сражаются они за своё же благо! — Мизинец запустил свою сладкозвучную речь, давно заметив, как король любит лесть. Он также не мог не отметить презрительную усмешку лорда Сванна и раздражённый взгляд лорда Тарли. — Давайте перейдём к делу! — резко прервал его Станнис — Меня интересует Визерис Таргариен! Какие новости из Эссоса? — Таргариен сейчас плывёт в Тирош в надежде получить их поддержку. Не стоит забывать и о Мире — мирийские магистры могут начать действовать активнее, — ответил Болтон. — Хочет воспользоваться моментом? — Похоже на то. Есть ещё дорнийцы: младший брат Дорана Мартелла сейчас находится вместе с ним. Полагаю, Дейны и Фаулеры служат лишь прикрытием, чтобы он смог собрать силы, — отозвался Людовик на вопрос лорда Тарли. — Вы явно что-то задумали, Ваше Величество! Можем ли мы узнать подробности? — с искренним интересом спросил великий мейстер. — Если вкратце… Я покину Королевскую Гавань, чтобы «Лига» почувствовала себя увереннее. Как, впрочем, и Визерис. Я даже могу написать ему письмо с предложением мира, — король усмехнулся, видя недоумение на лицах советников. — Визерис, естественно, не согласится и начнёт вторжение. Мы позволим ему высадиться… и разобьём в открытом поле. — Но что насчёт Дорна, самой «Лиги», Браавоса и прочих Вольных Городов? — переспросил Станнис, его голос звучал жёстко, но в глазах читалось понимание. — Дорнийцами займутся Мейс Тирелл и Титус Пик. Они займут Красные горы и ударят им в тыл. Речные лорды не опасны — их возглавляет Джонос Бракен, вассал Хостера Талли. Без Севера и Долины Талли не рискнут выступить. Что касается остальных лордов, ждущих «дракона»… ими займутся Ланнистеры. А мы, — Людовик твёрдо посмотрел на Станниса, — обрушим всю мощь короны на самого Дракона. — А Браавос? Нам не тягаться с ними на море. Нужны ещё годы, чтобы сравняться в числе кораблей, и столько же — чтобы достичь их качества! — возразил Станнис. — Можешь не волноваться на этот счёт. Нашими противниками на море выступят, в крайнем случае, три шлюхи — Мир, Тирош и Лисс. А что до Браавоса… — Людовик позволил себе довольную улыбку. — Я заручился поддержкой Волантиса. Он ничуть не уступает Браавосу и относится к нему крайне враждебно. — Почему вы так низко оцениваете Лигу, Ваше Величество? — слово взял лорд Тарли. — Лига слаба, потому что её мотивация эгоистична, а не идеалистична — Ответил Людовик и обратился к великому мейстеру: — Возьмите перо, мейстер Пицель. Будем писать письмо Визерису. — Сию минуту, Ваше Величество! — отозвался великий мейстер, торопливо пододвигая к себе бумагу и обмакивая перо. —« Мой дорогой друг…» — Думаю, на этом можно и закончить, Ваше Величество! — спосмеиваясь сказал Бейлиш. — Раз вы не признаёте его равным, то и говорить, в сущности, не о чем. — В этом-то и вся суть, лорд Бейлиш, — ответил Людовик. — Но продолжим. «Мой дорогой друг! Мы, Его Величество Король Роберт Баратеон Первый своего имени, король Андалов, Ройнаров и Первых Людей, Хранитель Государства и Повелитель Семи Королевств, под ликами богов старых и новых предлагаем вам мир и прощение. Преклоните колено, и вам будут возвращены родовые земли Драконьего Камня. Служите нам верой и правдой — и обретёте место среди верных слуг Короны». Браавос. Дейнерис. Она сидела, не отрывая глаз от трёх окаменевших драконьих яиц — дар Иллирио Мопатиса, магистра Вольного города Пентоса. Он пришёл в Браавос совсем недавно и о чём то говорил с Морской Владыка Браавоса. К ним так же присоединился их с Эйгоном воспитатель, Джон Коннингтон, и уже несколько дней пропадал до поздней ночи, и, как ей потом объяснил Эйгон, дело было в Узурпаторе и её брате Визерисе. — Лорды под предводительством лорда Пика восстали. Бисбери, Бракены, Смолвуды, Фреи, Вэнсы и десятки других. Говорят, Узурпатор с семьёй бежал из Красного Замка. А Визерис готовится к высадке вместе с Вольными городами — Миром и Тирошем. Дени эти слова одновременно напугали и обрадовали. Её верные лорды восстали, чтобы свергнуть убийцу её отца и брата Рейгара, а брат Визерис во главе могучего войска готовится вернуть корону. Она волновалась за брата — последний раз, когда видела его, Визерис лежал, истекая кровью. Неужели за это время он так изменился? Узнает ли он меня, когда мы встретимся? Обрадуется ли? — тихо прошептала Дени, снова переводя взгляд на яйца. — Когда из них вылупятся драконы, мы сядем на них и завоюем Закатное Королевство, как сделали наши предки Эйгон и его сёстры. Мысль о том, что она сможет приручить дракона и будет парить над облаками, согрела её изнутри. Она обняла тёплые яйца и тихо уснула. Дени открыла глаза и увидела красную дверь их старого дома, когда Дарри был ещё жив, а брат Визерис — рядом. Дени с настороженностью подошла и отворила её. Войдя внутрь, она увидела себя в объятиях смуглого высокого мужчины. Волосы его были длинными, украшенными колокольчиками, которые звенели при каждом движении. Он поднял её, усадил к себе на колени и поцеловал. Дени закрыла глаза, не понимая, что происходит, и когда открыла звон колокольчиков сменился криками и мольбами о пощаде. Она взглянула и увидела целую толпу мужчин и своего брата Визериса. Страх овладел ею и окинув испуганными глазами зал, она вновь увидела себя рядом с тем мужчиной. — Ты не дракон… — тихо прошептала её взрослая версия. Дени заплакала, когда увидела, как на голову её брата льют расплавленное золото под хохот толпы. Она снова закрыла глаза и зажала уши, пытаясь заглушить звуки. — Это всего лишь сон! Это всего лишь сон! — бормотала она в тщетных попытках проснуться. Её плач прекратил обжигающий жар, пронзительный крик вопящей в агонии старухи и запах горелой плоти. — Хватит! Это всего лишь сон! Я просто сплю! — выкрикнула она, глядя снова на саму себя. Глаза Дени покраснели от слёз и дыма, но она смогла отыскать красную дверь их дома и побежала к ней. Она открыла дверь, вошла в неё и увидела мёртвое тело мужчины с оленьей головой. На неё ударил запах тления, и она прикрыла нос, глядя на пирующих людей, которые не замечали мертвеца за своим же столом. Внезапно для Дени мужчина с головой оленя встал и начал идти к ней. Кровь стекала по его ногам, а рога то и дело цеплялись за знамёна, развешанные на стенах. Колени её дрожали от страха, и она попятилась к открытой двери. — На колени… перед королём… перед королём... Дени едва разобрала слова мертвеца. Он не напоминал ей короля — только смерть и ужас. Заперев дверь, она закрыла глаза, боясь увидеть вновь нечто ужасное. — Убей мальчика, и дай пробудиться мужчине, — услышала Дени хриплый голос старика. Незнакомый голос придал ей сил, и она открыла глаза. Перед ней стоял юноша, весь в чёрном, держащий в руках пылающий меч. Дени оглянулась в поисках старика но ничего кроме юноши и снега не увидела. Она потянулась к нему, к теплу, что он излучал среди мёртвых пустошей снега. Юноша обернулся к ней, и на миг его глаза блеснули фиолетовым светом. На его лице появилась добрая, тёплая улыбка, и Дени невольно сама улыбнулась в ответ. Он снял свой чёрный плащ и набросил ей на плечи. Дени открыла рот, чтобы поблагодарить его, но юноша исчез так же внезапно, как и появился. А может, она просто проснулась. Дени выпрыгнула с постели. Её одежда промокла от пота и липла к телу. Оглядывая себя и смятую постель, она тщетно пыталась вспомнить лицо юноши. Но сколько ни старалась, в памяти осталась лишь та мягкая улыбка — словно отблеск далёкого огня в зимней тьме. Дени стало холодно, она потянулась к драконим яйцам и обняла их не замечая тепло исходящее из них.