Часть 17. Белая полоса | Ярик
11 ноября 2025 г., 19:14
Прошло около месяца, а может, и двух, с нашего с Аней похода в кино, мы стабильно виделись каждые выходные. Иногда я встречал её с работы, провожал до дома.
В один из дней мы сидели на набережной. Я слушал её болтовню, а она, с горящими глазами, делилась новостями.
— Я подумала над твоими словами, — сказала она, глядя на воду.
— Насчёт? — хоть убей, не помнил, о чём она.
— Ну, насчёт фотосессий, — Аня повернулась.
— Ааа… И что решила?
— Я нашла пару человек, которые согласились, — достала телефон, листая инсту. — Вот Саша, он в театральном, а это Лера — художница. Фактурные, да и по общению приятные.
— Неплохо. А где снимать будешь?
— Нашла пару мест, но больше понравился цирк. У меня даже концепция есть!
— Который в области? Он же заброшен, — поднял я бровь. — Там, наверное, бомжи тусуются.
— И что? — она убрала телефон. — Я же не одна. Саша сказал — он боксом занимался.
— Ну ладно, ладно, — я пожал плечами. — Только чуть что, сразу в 102 звони, а лучше вали.
— Ярик, я же не дура! — она толкнула меня в плечо, наигранно обижаясь.
— Я и не говорил, что ты дура, — закурил я, пересаживаясь, чтобы дым относило в сторону. — Заброшка — не фотостудия. Там что угодно встретить можно: от шприцов до осыпающегося потолка.
— Вот оно как…
— Короче, боец, услышите шорох — сразу валите. Я завтра перцовку занесу, кинешь в сумку на всякий случай, — я затушил сигарету, кинул в урну.
— Серьёзно? — удивилась она.
— Ну да. И кроссовки надень, чтоб бежать удобно. — улыбнулась она, кивнула. — Вот и славно.
Мы ещё погуляли. Она бормотала про реквизит, я слушал вполуха, иногда подкидывая идеи. Поймал себя на мысли: а когда я в последний раз кому-то что-то просто так «заносил»? По своей инициативе? С Элей — никогда. У нас был принцип «дай-возьми». С друзьями — только если попросят. А тут целая перцовка, ещё и с доставкой. С одной стороны мелочь, а вроде и отдаёшь ты её не как услуга за услугу. Почему? Потому что Аня мне небезразлична? От этой мысли стало как-то… непривычно. Раньше бы например меня бы тошнило от такого. Кажется, белая полоса началась быстрее, чем я думал.
К дому Ани мы шли уже в темноте, но воздух тёплый — для апреля в нашем городе редкость. У подъезда долго прощались — она всё что-то рассказывала, а я смотрел, как ветер треплет её волосы. Прямо как в сериалах, ей-богу, но прикольно. С Элей мы никогда так не прощались. Мы обычно по очереди сбегали и возвращались, когда становилось скучно. А сейчас с Аней я стоял как дурачок и поддакивал. Как фигурка на торпеде — слушал про ракурсы, свет… И не хотелось её заткнуть или свалить.
— Я заканчиваю в восемь, — она убрала прядь за ухо.
— М? — тряхнул головой. — Прости, засмотрелся, — переключился я с мечтательного режима на внимательный.
— Завтра в восемь заканчиваю.
— А, — я потёр затылок. — Хорошо. Ну, я может, пораньше заскочу, если ты не против.
— Не против. Спасибо, — она поднялась на носочки и чмокнула меня в щёку.
На следующий день я заскочил к ней на работу ближе к обеду. Принёс кофе, пончик и перцовку. Аня обрадовалась так, будто я подарил ей самолёт. Приятно было смотреть на её искреннюю реакцию на такую, казалось бы мелочь. Вечером того же дня мы встретились нашей сугубо мужской компанией в баре. Я только начал рассказывать последние события, как Паша тут же вставил свои пять копеек:
— Придержи коней, Грачевский. То есть вы сходили на столько свиданий, а нормально так и не поцеловались? Я не узнаю тебя, — он отпил пива и уставился на меня.
— Действительно, не похоже на тебя, — бросил Йося, развалившись на сидении рядом. Сомневаюсь, что он вообще слушал нас. Сидел в телефоне, решая вопросы по аукциону.
— Да чё вы доебались то? — я сделал глоток. — Сначала я дурак, раз не замечаю намеки, потом — что не тороплю события. Вы уж определитесь, по какой шкале мой долбоебизм мерите, а? — фыркнул.
— Ну слушай, зная тебя… — не сдавался Паша. — Вот с Элей: я оставил тебя на минуту — поссать отошёл, возвращаюсь, а ты уже язык ей в рот засовываешь. Нестыковка. Где наш Ярик?
— Эля — это Эля, — отмахнулся я.
— Чувак, ты вокруг да около ходишь.
— Ну блять, — я отставил стакан, скрестил руки. — Может, потому что Аня младше Эли? Я без понятия, был ли у неё кто до этого, а лезть со своим уставом… — закатил глаза.
Закончив переговоры, Йося подал голос:
— Вообще, Ярик в чём-то прав, — обратился он к Паше. Тот уставился на него.
— А ты откуда знаешь? — Паша поднял бровь и подпёр подбородок рукой.
Йося закатил глаза с таким видом, будто объяснял очевидное.
— Давайте не будем забывать — я с ней живу, а не вы, и знаю её дольше. Знаю, почему она не любит оливки, что её любимая игрушка — летучая мышь. Так что да, никого не было.
За столом повисла тишина, потом Паша присвистнул и хлопнул в ладоши.
— Вот так поворот… Получается, наш Ярик не только романтик, но и первопроходец.
— Завали ебало, Волков, ради бога, — я провёл рукой по лицу.
Час от часу не легче. Сразу какой-то груз ответственности на плечи будто повесили. Йося, видя моё напряженное лицо, хлопнул по плечу:
— Расслабься. Всё будет норм. Ты главное говори с ней.
Мы заказали ещё выпить, и разговор постепенно перешёл на другие темы. Я рассказал про нового знакомого и наши походы на заброшки, но про долг не упоминал. Лучше эта тайна сгинет со мной в могилу, чем я признаюсь, что занял бабки у бывшей, которая, кстати, подозрительно долго молчит. Дома заглянул в кошелёк. Денег, как и думал, кот наплакал. Хорошо, что Паша платил в баре — я потратил только полтос на дорогу. Перспектива подыхать в нищете грустная, да и день рождения Ани скоро… Я всё думал: к маю подкопить и подарить ей новую камеру. Не самую распиздатую, но точно лучше, чем у неё была сейчас.
В итоге с этой мыслью я просидел до трёх ночи, откликаясь на вакансии. На сайтах одно хуже другого: то лохотрон, то «работа в дружном коллективе, чай и печеньки» — что означало «пашешь за пятерых, получаешь за одного, а иногда и хуй с маслом». Но всё же спустя пару часов скролинга я закинул резюме в пару приличных мест: техподдержка банка, бариста в кафе, кальянная.
Уснул уже под утро, а проснулся через пару часов от уведомления. Думал, может, по работе? Но сразу отмёл — я же ночью откликался, они бы не успели посмотреть. Окончательно продрав глаза, разблокировал полу-дохлый телефон.
Эля: Привет, мой хороший. Чего не пишешь? Я скучаю :(
Приехали. Мысли материализуются. И на кой хуй я последние два дня про неё вспоминал? Надо было о фуре с деньгами думать — чтоб перевернулась, когда я выхожу из дома, а не об этом. Я потупил в экран, смотря на сообщение, и запустил телефон в полёт на соседнюю подушку, сам повернулся на бок, кусая щеку.
