Последний звонок

Сердце Марка на мгновение остановилось, затем забилось с такой силой, что он почувствовал его в висках. Он стоял в самом сердце логова, пойманный с поличным той, кого должен был обокрасть. Его рука инстинктивно потянулась к карману, где лежал шокер, но он заставил себя опустить её. Против Ариадны физическое оружие было бы бесполезно. Она медленно повернулась в кресле. Её лицо не было злым или грозным. Оно было… любопытным. Глубокие морщины у глаз говорили не о возрасте, а о постоянной, напряжённой работе мысли. Её взгляд, пронзительный и всевидящий, скользнул по Марку, будто считывая с него слои за слоем. — Расслабься, Марк Олегович, — сказала она, и в её голосе не было угрозы, лишь лёгкая усталость. — Если бы я хотела тебя уничтожить, ты бы уже был мёртв, ещё подъезжая к замку. Твоё вторжение было предсказуемо с вероятностью 98,7%. Виктор, при всём его гении, патологически предсказуем в своих попытках самоутвердиться. --- Марк заставил себя сделать шаг вперёд, его мозг лихорадочно искал хоть какую-то точку опоры в этом внезапном перевороте. —Значит, всё это… аукцион, приглашение… это была игра? —Всё — игра, дорогой мальчик, — Ариадна отложила книгу. — Просто одни правила сложнее других. Я позволила тебе пройти сюда, потому что мне было интересно. Интересно посмотреть на человека, которого Виктор счёл достойным орудием. И который оказался достаточно умен, чтобы найти аварийный рычаг. Его нет на схемах. Это был тест. Ты его прошёл. Она жестом указала на кресло напротив. Марк, всё ещё ошеломлённый, медленно опустился. —Вы… знали о его семье? --- Тень чего-то, похожего на печаль, скользнула по лицу Ариадны. —Конечно. Я знаю всё о своих детях. А Виктор — один из самых одарённых. Его слабость, его желание иметь нечто нормальное, человеческое… это одновременно делает его ценным и уязвимым. Он верит, что, заполучив мой журнал, он сможет меня шантажировать. Обезвредить. Он не понимает, что настоящая сила не в том, чтобы знать секреты, а в том, чтобы не нуждаться в них. Она посмотрела прямо на Марка. —Но давай поговорим о тебе. Ты прошёл через ад, который он для тебя устроил. Ты нашёл его. Ты пришёл сюда. Ради чего? Ради сестры? Ради мести? Или ты просто хочешь, чтобы тебя оставили в покое? --- — Чтобы нас оставили в покое, — твёрдо сказал Марк. — Это всё, чего я хочу. —И ты веришь, что «аннигиляция актива», которую тебе обещал Виктор, этого добиться? — она мягко улыбнулась. — Данные можно удалить из базы. Но не из памяти. Не из нейронных сетей, которые уже проанализировали твои паттерны. Ты стал частью экосистемы, Марк. Ты уникальный штамм вируса, который мы изучили и против которого теперь будем разрабатывать вакцину. Удалить тебя — значит признать, что вирус был опасен. А мы этого не признаем. Марк почувствовал, как стены смыкаются вокруг него. Его козырь — его знание об уязвимости Орлова — оказался бесполезен. Ариадна знала всё и, казалось, была на шаг впереди. —Так что же? Вы меня просто… отпустите? --- — Не совсем, — Ариадна поднялась и подошла к столу с журналом. Она сняла стеклянный колпак и протянула фолиант Марку. — Я предлагаю тебе сделку получше. Возьми его. Отнеси Виктору. Марк смотрел на книгу, не двигаясь. —Это… ловушка для него? —Это — выбор для тебя, — поправила его Ариадна. — Ты отнесёшь ему книгу. Он попытается её использовать. И потерпит неудачу. Потому что таков его путь. А ты… ты получишь то, что хочешь. Не потому, что мы тебя удалим, а потому, что ты станешь нашим. Не подопытным. Не целью. А сторожем. Хранителем. Ты будешь обеспечивать нашу безопасность, а мы — твою и твоей сестры. Ты ищешь убежище, Марк? Я даю тебе крепость. В обмен на твою лояльность. Она смотрела на него, и в её взгляде не было вызова. Была лишь холодная, неумолимая правда. Убежать было невозможно. Можно было только выбрать, на чьей стороне сражаться. Против системы или внутри неё. Марк смотрел на кожаную обложку «Чёрного журнала», который вдруг показался ему не ключом к свободе, а кандалами. Ему предстояло сделать выбор, который определит всё.