«Универ: версия выживания»

Университет в их представлении должен был быть чем-то солидным: высокие потолки, профессора в строгих костюмах, идеальные студенты с аккуратными конспектами. На деле же кампус SKZ-компании друзей был похож на какую-то смесь дурдома и съемочной площадки дешёвого ситкома. С утра в аудитории можно было услышать не лекцию, а крики: — БЛЯТЬ, КТО ЗАЖАРИЛ ЛАПШУ В ПРОЖЕКТОРЕ?! — орал Чан, старший на факультете, который по собственной воле назначил себя «ответственным за дисциплину». — Это был эксперимент! — защищался Джисон, пряча пластиковый контейнер за спиной. — Я хотел проверить, можно ли готовить без микроволновки. — Иди, блядь, проверь, можно ли жить без мозгов, — бурчал Минхо, кидая в Хана бумажкой. Компания их была разношёрстная: *Чан — вечный «папа» группы, который следил, чтобы никто не сдох от тупости. *Минхо — тот самый кот, что всех подъёбывает, но при этом спасает, если ситуация реально критическая. *Джисон — человек-хаос, гений и дебил в одном лице. *Чанбин — качок с сердцем мармеладки, который орёт так, будто его душат, даже когда просто здоровается. *Сынмин — саркастичный задрот, который всё комментирует как будто голосом Википедии. *Чонин — младший, но самый дерзкий, постоянно пробивает всех на фразочки уровня «ну ты и долбоёб». *Феликс — солнечный, добрый, но иногда его ангельское лицо только подчёркивало, что рот у него не менее грязный, чем у остальных. *Хёнджин — красавчик-артист, вечно ноющий, что «жизнь — страдание», и одновременно устраивающий драму из всего подряд. Короче, идеальный набор для того, чтобы сжечь универ к хуям за один семестр. --- Они сидели в большой аудитории. Лектор пытался вещать что-то про основы теории коммуникаций, но внимание ребят держалось примерно 10 секунд. Феликс сидел рядом с Хёнджином и рисовал какие-то тупые сердечки на полях конспекта. Хёнджин заметил и приподнял бровь: — Ликс, это чё за хуйня? — он ткнул пальцем в блокнот. — Это не сердечки, это… эм… пельмени. — с самым серьёзным видом ответил Феликс. — Ага. То есть ты признаёшься в любви к пельменям? — Блядь, да. И что? У нас в общаге жрать нечего. Сзади хихикал Минхо: — Конечно, нечего, если всё готовит Джисон, а он жарит лапшу в проекторе. — Это был ОПЫТ! — снова заорал Хан, привлекая внимание всей аудитории. Препод прервался и смерил их взглядом: — Молодые люди, вы вообще в курсе, что сейчас лекция? Чан, как старший, вздохнул, встал и, извиняясь, поклонился: — Простите, у нас… группа поддержки. У них просто коллективная хуйня в голове. Аудитория заржала. Препод махнул рукой: — Сидите уже. Только тихо. Как только прозвенел звонок, компания рванула в буфет. По дороге Чан пытался читать нотации: — Ребята, вы же понимаете, что если вы завалите экзамены, меня, блядь, тоже вызовут к декану? — Да не ссы, папа, — сказал Чонин, похлопав его по плечу. — Ты же у нас отличник. Покроешь нас своими мозгами. — Блядь, это не так работает! Тем временем Феликс пытался утащить Хёнджина за руку в сторону: — Слушай, может, вечером пойдём кофе попьём? — Только если не ты готовишь, — ухмыльнулся тот. — Я помню твои кексы с солью. — Это был АКЦЕНТ вкуса! — возмутился Ликс. — Это было преступление против человечества, — вставил Минхо, проходя мимо. Феликс надул щёки, но всё равно улыбался. Внутри у него было какое-то странное тепло — Хёнджин всегда подкалывал его, но при этом не отпускал далеко. --- Буфет университета выглядел как место, где готовят еду по рецептам из ада. Столы были заляпаны кетчупом, приборы липли к пальцам, а кофе… лучше не знать, из чего он сделан. — Я не понял, это у них котлета или подошва? — Чанбин пытался отковырять вилкой кусок из своей тарелки. — Судя по запаху, это умерло второй раз, — заметил Сынмин, спокойно мешая чай. — Сначала животное сдохло, потом его пытались приготовить. — И вот его вторая смерть прямо у тебя в тарелке, — добавил Минхо. Чанбин драматично отодвинул еду: — Да пошло оно нахуй. Я лучше в качалку схожу и там батончик съем. — Бля, вот почему у тебя пресс, а у нас пузо, — простонал Джисон. — У тебя пузо не от котлет, а от того, что ты в три часа ночи жрёшь чипсы с энергетиком, — сказал Чонин и сунул ему в рот кусок хлеба. Компания заржала. Феликс в это время сидел рядом с Хёнджином и ковырял вилкой в своей макароне. — Чувак, это даже не макароны… это какие-то дохлые черви. — Тогда не ешь, — пожал плечами Хёнджин. — Я тебя потом в «Старбакс» свожу. — Ого, щедро, — протянул Ликс, хитро улыбаясь. — Только учти, я заказываю латте литрами. — Ты, блядь, ещё ведро попроси, — скривился тот. — А я и попрошу, — упрямо сказал Феликс. — С таким запросом иди нахуй, но с тобой схожу, — Хёнджин всё же усмехнулся. Минхо, сидящий напротив, услышал и прищурился: — Так, так, так… кто у нас тут свиданки устраивает? Феликс моментально покраснел: — Эй! Это просто кофе! — Просто кофе, ага, — хмыкнул Джисон. — А потом "просто" пара детей и ипотека. — Блядь, я вас сейчас всех прибью, — пробормотал Хёнджин и швырнул в Хана салфеткой. --- После буфета у них была встреча студсовета. Точнее, это должно было быть серьёзное собрание, но когда в одной комнате сидят все SKZ — серьёзности там не ждите. Чан, как всегда, пытался начать: — Итак, ребята, у нас через неделю фестиваль. Нужно распределить обязанности. — Я предлагаю Джисону больше ничего не доверять, — сразу сказал Минхо. — Э, какого хуя?! — возмутился Хан. — Я креативный мозг! — Ты долбоёб, а не мозг, — парировал Чонин. — Бля, вот именно! — поддержал Сынмин. — Если доверить ему сцену, то она загорится. — Один раз я поджёг, и вы теперь всю жизнь будете вспоминать! — выкрикнул Джисон. — Потому что это был пожар на факультете журналистики, долбоёб! — Чан уже за голову схватился. — Там люди эвакуировались через окна! Компания опять заржала, а Феликс наклонился ближе к Хёнджину и шепнул: — Представляешь, если бы нас выгнали из универа из-за пожара? — Ага. Я бы потом устроил пожар у Хана дома, — тихо ответил Хёнджин, и они оба сдерживали смех. Чан, тем временем, продолжал пытаться навести порядок: — Короче. Минхо отвечает за танцевальный номер, Чанбин — за спортплощадку, Феликс и Хёнджин — за оформление стенда факультета искусств. — О, блядь, мы вместе? — поднял брови Хёнджин. — Да, блядь, вместе, — отрезал Чан. — Только попробуйте что-то разъебать. Феликс широко улыбнулся, а у Хёнджина где-то в груди мелькнуло странное чувство: вроде раздражение, но тёплое. --- Общага SKZ — это было отдельное государство со своими законами. Закон первый: если хочешь поспать — хуй тебе. Закон второй: если хочешь тишины — хуй тебе дважды. В коридоре кто-то орал песню, в кухне трещала сковородка, в комнате Джисона из колонок гремел бит, а Чан пытался перекричать всех: — ТИХО, БЛЯДЬ! Я ПИСЬМО ДЕКАНУ ПИШУ! — Напиши, что у тебя студенты долбоёбы, — предложил Минхо. — Я так и написал, — мрачно ответил Чан. В комнате Феликс сидел на кровати и что-то писал в блокноте. Хёнджин зашёл, бросил рюкзак и упал рядом. — Ты чё строчишь? — лениво спросил он. — Да так, идеи для оформления. Чтоб наш стенд был пиздатым, — ответил Ликс. — Ага, а я думал, ты сердечки рисуешь, — ухмыльнулся Хёнджин. — Иди нахуй, — Феликс кинул в него подушкой, но сам же засмеялся. И в этот момент у них в комнату ввалился Джисон: — РЕБЯТА! У меня идея для стенда! Мы устроим мини-концерт! — И устроим мини-пожар, — буркнул Минхо, появляясь следом. — Я тебя сейчас уебу, — Джисон швырнул тапок, но промахнулся. Феликс и Хёнджин переглянулись и одновременно выдохнули: — Пиздец. Следующие дни прошли в подготовке. По крайней мере, так это называлось на бумаге. В реальности же — это был цирк с конями. Феликс и Хёнджин должны были заниматься стендом факультета искусств. Они сидели в аудитории, вокруг них — краски, кисти, куча бумаги. Казалось бы, всё серьёзно. — Окей, — сказал Феликс, — я рисую фон, а ты сделаешь надпись. — Ага, конечно, — Хёнджин обмакнул кисть и с видом художника начал выводить буквы. Через минуту на ватмане красовалась надпись: «Минхо — долбоёб». Феликс прыснул от смеха: — Ты серьёзно? Это мы на фестиваль повесим? — Да почему нет? Это же правда, — пожал плечами Хёнджин. Минхо, который проходил мимо, остановился, посмотрел на плакат и сказал: — Спасибо, это лучшее произведение искусства, что я видел за последние годы. Повесьте его сразу на вход. — Бля, вот поэтому я вас всех ненавижу, — простонал Чан, который тащил коробку с бумагой. — Мы не фестиваль устроим, а позор факультета. — Расслабься, отец, — Феликс похлопал его по плечу. — Мы всё сделаем. — Да, да, — буркнул Чан. — Знаю я ваше «сделаем». У вас через пять минут баттл подушками начнётся. И, как назло, через пять минут Джисон действительно уже махал кисточкой, разбрасывая краску по всей аудитории: — ВОЙНА! — ТЫ ДОЛБОЁБ! — взревел Чанбин, уворачиваясь. — У МЕНЯ НОВАЯ ФУТБОЛКА! — Это искусство! — кричал Хан, пуляя краску направо и налево. — Это пиздец! — кричал Чан, но никто его уже не слушал. Феликс в этот момент пытался закрыть банку с краской, чтобы её не опрокинули, а Хёнджин схватил его за руку и дёрнул к себе, спасая от летящей кисти. Они столкнулись нос к носу. Буквально в сантиметре. — Бля… — выдохнул Феликс, чувствуя, как уши вспыхнули красным. — Что? — прищурился Хёнджин, и в глазах мелькнула улыбка. — У тебя на носу синяя краска, долбоёб, — Феликс ткнул пальцем, чтобы скрыть смущение. — А у тебя на щеке, — парировал тот и мазнул кистью по лицу Ликса. — МАТЬ ТВОЮ! — завопил Феликс и кинул в него губкой. Через секунду аудитория превратилась в поле боя. Все орали, смеялись и швырялись чем попало. Преподаватель открыл дверь, увидел этот апокалипсис и просто закрыл обратно, не сказав ни слова. Вечером вся компания собралась в общей комнате, потому что кто-то (а точнее, Хан) решил заказать пиццу. — Я заказал три больших, — гордо сказал Джисон. — Их уже сожрал доставщик, — пробормотал Чонин, глядя на часы. — Слушай, ты вообще когда-нибудь оптимистом был? — спросил Хан. — Я стал реалистом после того, как попробовал твой «домашний суп», — ответил младший. — Да это был эксперимент! — в третий раз за день выкрикнул Хан. — Эксперимент по убийству людей, — добавил Минхо. Когда пиццу наконец принесли, началась война за куски. Чан пытался раздать всё по-честному, но Чанбин уже схватил половину коробки. — Чанбин, верни! — закричал Чан. — ОТЪЕБИТЕСЬ, Я РАСТУЩИЙ ОРГАНИЗМ! — завопил тот, набивая рот. Феликс в этот момент сидел рядом с Хёнджином на диване. Они делили кусок маргариты, и в какой-то момент Хёнджин спокойно взял и откусил прямо с той стороны, где держал Ликс. Феликс застыл: — Ты только что… — Что? — невозмутимо спросил Хёнджин. — Ты сожрал мой кусок! — Да пошёл ты, это теперь НАШ кусок, — ухмыльнулся тот. Минхо, разглядывавший их из угла, громко сказал: — Бля, я щас реально блевану. Купите уже кольца и съебитесь в закат. — Заткнись, — одновременно крикнули Феликс и Хёнджин. Компания заржала, а Чан просто устало прикрыл глаза. — Господи, дай мне сил дожить до конца семестра… --- Фестиваль был уже через пару дней, и вся компания должна была репетировать. По плану у них был танцевальный номер, выставка рисунков и какой-то стенд с едой (спасибо, блядь, Хану за «гениальные идеи»). — Итак, — начал Чан, хлопнув в ладоши, — давайте соберёмся. Нам нужно отработать танец. — А можно мне не танцевать? — спросил Сынмин, не отрываясь от телефона. — Нет, — отрезал Чан. — А можно мне танцевать с кастрюлей? — поинтересовался Джисон. — ТЫ ЕБАНУТЫЙ? — хором закричала вся компания. — Это был вопрос! — оправдывался он. Минхо закатил глаза: — Господи, заберите уже этого долбоёба на цирковое искусство, ему тут не место. Чанбин включил музыку. Комната загудела басами. Все начали вставать на позиции. — Так, Ликс, ты становишься рядом со мной, — сказал Хёнджин, пододвигая его ближе. Феликс кивнул, но внутри у него что-то ёкнуло: слишком близко. Слишком громкая музыка. Слишком быстро сердце. Они начали движение. Два такта — всё окей. На третьем Феликс запутался в шагах и врезался прямо в Хёнджина. — БЛЯ! — Хёнджин едва удержался на ногах. — Ты меня сейчас ёбнешь! — Я случайно! — выпалил Ликс, краснея. — Ну конечно, — фыркнул тот. — Ещё скажи, что ты просто хотел меня приобнять. — Иди нахуй! — огрызнулся Феликс, но смех всё равно прорвался наружу. Вся группа заржала. — Ооо, романтика! — выкрикнул Чонин. — Свадьба на фестивале! — добавил Джисон. — Если вы продолжите орать, я вас реально женю, — мрачно сказал Чан. — И заставлю писать совместный диплом. — Ха, — Хёнджин усмехнулся, глядя на Ликса. — Мы бы справились. — Да пошёл ты, — Феликс отвёл взгляд, но улыбка всё равно выдала его с головой. Параллельно нужно было подготовить стенд с едой. И, к сожалению, этим занимался Джисон. — Я приготовил лапшу! — радостно заявил он, открывая кастрюлю. Вся комната наполнилась запахом… ну, запахом ада. — ЧТО ЭТО, БЛЯДЬ? — заорал Чан, закрывая нос. — Лапша по моему фирменному рецепту! — гордо сказал Хан. — Это лапша по рецепту САТАНЫ, — буркнул Минхо. Чанбин осторожно попробовал ложку и тут же выплюнул в раковину: — ЭТО ЖЕ СОЛЁНЫЙ БЕТОН! — Я добавил чуть-чуть соли… — смущённо пробормотал Джисон. — СКОЛЬКО «ЧУТЬ-ЧУТЬ»?! — взвыл Сынмин. — ВЕСЬ ЕБАНЫЙ ПАКЕТ?! В этот момент в комнату зашёл Феликс с Хёнджином. Феликс заглянул в кастрюлю и моментально отшатнулся: — Брат, это не еда. Это оружие массового поражения. — Согласен, — сказал Хёнджин. — Выливаем и делаем бутерброды. — Но это же мой кулинарный шедевр! — возмутился Джисон. — Твой шедевр должен быть в музее ужасов, — парировал Минхо. Компания снова заржала, а Чан просто сел на стул и прошептал: — Я ненавижу свою жизнь. Ночью, когда все уже разбрелись по комнатам, Феликс сидел в общей и домазывал плакат. Музыка играла тихо, на столе лежали краски. Хёнджин вышел с кухни с кружкой чая и сел рядом. — Ты ещё не спишь? — спросил он. — Хочу доделать. А то завтра опять Хан что-нибудь ебанёт, и всё пойдёт по пизде. — Справедливо, — усмехнулся Хёнджин. Они молчали пару минут. Потом Хёнджин вдруг сказал: — Знаешь, у тебя получается красиво. Феликс поднял глаза и поймал его взгляд. Тёплый, спокойный, чуть ироничный. — Спасибо, — тихо ответил Ликс. — Не за что, — Хёнджин улыбнулся и добавил: — Только краска у тебя на щеке опять. Он протянул руку и стёр пятно пальцем. Феликс вздрогнул, сердце ухнуло куда-то в пятки. В этот момент в комнату ворвался Минхо: — БЛЯ, У КОГО МОЙ ЗАРЯДНИК?! Феликс чуть не уронил кисть, Хёнджин отодвинулся, а Минхо оглядел их и усмехнулся: — Ага… понятно. Любовь и голуби. — Пошёл нахуй, — хором ответили оба. --- Кампус гудел, как улей. Вокруг бегали студенты, тащили реквизит, кто-то проверял звук, кто-то уже бухал «для вдохновения». Компания SKZ занималась своим стендом. — Так, — сказал Чан, проверяя список. — Стенд — готов. Танец — готов. Еда… Он замолчал и уставился на кастрюлю с подозрительным видом. — Джисон. Скажи, что ты не готовил ещё одну лапшу. — Эм… — Хан виновато улыбнулся. — БЛЯТЬ! — заорал Чан и чуть не швырнул список в лицо другу. — Я ж просил просто купить печенье в магазине! — Но это же скучно! — оправдывался Джисон. — А моя лапша — это шедевр! Минхо заглянул в кастрюлю, понюхал и сказал: — Если мы это выставим, нас посадят за биотерроризм. Феликс тем временем тихо ржал, наблюдая, как Хёнджин таскает коробки. — Чувак, у тебя вид такой, будто ты на каторге, — сказал Ликс. — Да пошёл ты. Просто я не понимаю, почему именно я должен таскать всё тяжёлое. — Потому что ты длинный, как башенный кран, — фыркнул Феликс. — А ты мелкий и лёгкий, как школьный рюкзак, — парировал Хёнджин. Они переглянулись и рассмеялись. — Я всё слышу, — вставил Минхо. — Кран и рюкзак, ага. Я это запишу для тостов на вашей свадьбе. — Да иди ты нахуй, — в один голос ответили оба. Перед закрытием универа у них была финальная репетиция танца. — Ребята, только без пиздеца, — взмолился Чан. — Завтра фестиваль, и если мы облажаемся… — То ничего страшного, мы же традиционно позорим факультет, — вставил Сынмин. — Сынмин, пожалуйста, не начинай! Музыка включилась. На этот раз у всех всё получалось сносно. Феликс и Хёнджин двигались синхронно, и это выглядело так, будто они реально репетировали вместе неделю, хотя большую часть времени пиздили друг друга краской и подушками. На последнем движении Феликс чуть споткнулся, но Хёнджин поймал его за талию и удержал. Секунда — и они снова оказались слишком близко. — Ты мог бы меня отпустить, — пробормотал Ликс, чувствуя, как щеки горят. — А мог бы и не спотыкаться, — ухмыльнулся Хёнджин. — Пошёл нахуй, — выдохнул Феликс. — С удовольствием, но только с тобой, — подколол его тот. Сзади раздался ор Чанбина: — Я, КОНЕЧНО, ВСЁ УВАЖАЮ, НО МОЖЕТЕ ЕБАТЬСЯ ПОЗЖЕ? МЫ РЕПЕТИРУЕМ! Компания взорвалась смехом. Поздно вечером они снова собрались в общей. На этот раз никто не шумел — все реально устали. Джисон спал, уткнувшись лицом в стол. Чонин тихо играл на телефоне. Чан уже засыпал прямо сидя. Феликс сидел у окна и смотрел на огни кампуса. Рядом опустился Хёнджин с кружкой чая. — Завтра будет весело, — сказал он. — Или полный пиздец, — ответил Феликс. — С тобой всегда полный пиздец, — усмехнулся Хёнджин. Феликс хмыкнул и посмотрел на него. Свет из окна падал на лицо Хёнджина, выделяя его резкие черты. И вдруг всё показалось… слишком настоящим. — Знаешь, — сказал Феликс тихо. — Даже если завтра всё проебём, будет не так уж плохо. — Почему? — удивился Хёнджин. Феликс пожал плечами: — Потому что мы будем вместе. Хёнджин уставился на него пару секунд, потом улыбнулся. Тепло. По-настоящему. — Сука, ты это сказал, как будто в дораме, — фыркнул он. — А ты, блядь, можешь хотя бы раз не испортить момент?! — возмутился Ликс, но тут же рассмеялся. Они ещё какое-то время сидели рядом, пока остальные уже спали. И именно в этот момент Феликс поймал себя на мысли: да, наверное, этот бардак и есть самое лучшее, что случалось в его жизни. ---