Mayday

      Сегодня он не ушел домой. Зашел в общую комнату и выключил свет. Весь день он следил за новостями, злился, кричал, иногда в себя, но чаще — на других. Они не были виноваты, виноват был горящий лес в Западной Вирджинии. Из-за этого хотелось все бросить и нестись именно туда. Это было невозможно.       Взял телефон, долго смотрел в экран и в очередной раз до тихой паники накрутил себя, что никто не ответит ему на звонок. Один гудок, два, три… Внутри росла черная дыра, и захотелось вдруг сжаться, чтобы не дать ей стать больше и не развалиться. — Здравствуй, — прервал тихий голос очередной затяжной гудок.       Он закрыл глаза, выдохнул и услышал в выдохе дрожь. Крепче сжал телефон и уселся на пол посреди пустой комнаты. Молчал долго и ждал, когда руки перестанут трястись. Тяжелый ком протолкнулся в горле, горячо упал в пустой желудок, и только тогда он смог открыть рот, чтобы произнести хоть слово. — Уже спишь? — спросил почти шепотом.       На том конце, судя по звуку, уютно потянулись, зевнули и улеглись под одеяло. Он понял это по тому, как по микрофону что-то зашуршало. — Нет, — донеслось в ответ приглушенно. — Я был почти уверен, что ты позвонишь. Можно сказать, что ждал.       Стало слегка неловко. Перед глазами все еще стояли фото и видео пожарища, сделанные репортерами, и в этот момент он понял, что глаза его собеседника видели все воочию. А теперь он не давал этим глазам закрыться. Тешил свой… эгоизм? Или то действительно была забота? — Если хочешь спать, то я от тебя отстану, — предложил, но тут же пожалел, потому как не хотел прощаться.       Снова по микрофону зашуршало одеяло. — Я хочу поговорить, — послышалось в динамике. — Что случилось на этот раз?       Он пожал плечами и огляделся в темноте. — Не поверишь, но ничего, — ответил, стараясь звучать беззаботно. — Хотел узнать, как ты. — Я в порядке.       Этот ответ был заучен с давних времен и невероятно бесил. Заставить этого упрямца говорить правду просто невозможно. — Сделаю вид, что поверил, — смиренно согласился, не желая ругаться перед сном. — Слышал, в вашей команде прибавление. И как он?       Вопрос буквально застал врасплох. Перед глазами пролетел весь сегодняшний день, на фоне которого меркли даже фото с пожара. От плеча до кончиков пальцев прошило чем-то неприятным и болезненным. — Понятия не имею, — и даже почти не соврал. — Еще толком не общался с ним. — Ты врешь, — от подобного ответа стало вдруг еще больнее. Там, на том конце, давно знали его наизусть. — Отчасти, — согласился на выдохе. — Что у тебя с настроением?       Послышался ленивый зевок, снова копошения и недовольное бурчание. Он и сам понимал, что день был эмоционально тяжелым, что лучше бы лечь в кровать, однако лег на пол, раскинул ноги и глубоко вздохнул. — Паршиво, — от такого прямого ответа непроходимого упрямца даже полегчало. — Я просто устал. — Наслышан про лесной пожар в округе Гринбрайер, — кивнул сам себе и прикрыл глаза. — Надеюсь, этот проклятый лес выгорел дотла. Мне очень жаль, что вы там тоже были.       Он почти видел этот усталый сонный взгляд и предугадал ответ. — Да. Но я в порядке.       Никаких подробностей. Просто «я в порядке». Ему всегда было интересно, как много скрывается за этой фразой. — Ты крайне упрямый, — упрекнул он тихо и с улыбкой. — И фраза эта ужасная. Еще раз произнесешь ее, и я тебя ударю.       На том конце тихо посмеялись, и он сам улыбнулся в темный потолок. — Для этого тебе придется приехать. — Я найду время, — подтвердил он быстро, даже не колеблясь. — И я вижу, как ты улыбаешься.       Какое-то время в трубке была тишина, и он понял, что слова попали в цель. Не стал прятать улыбку от темной комнаты, лишь вцепился пальцами в ворот своего гольфа, который вдруг стал невероятно удушливым. — А я чувствую, что ты тоже чертовски устал, — прилетел наконец ответ. — Ничего не поделаешь, — легко отмахнулся он и снова замолчал, слушая тихое шуршание по микрофону. — А теперь ты грустишь. Тебе грустно, что я устал?       Послышалось забавное рычание, неразборчивые слова, суетливое копошение. — Иногда ты меня сильно раздражаешь, — ответил вдруг голос из трубки, но совсем не озлобленно. — Тем, что чувствую? — предположил, но тут же был перебит. — Тем, что не чувствуешь.       От подобного внутри похолодело. Самопроизвольно поджались даже пальцы на ногах. Улыбка еще никогда так быстро с лица не сходила. — Я слишком часто звоню? — осторожно спросил он. — Скажи, и я не буду этого делать. — Придурок, — прозвучало так ярко, насмешливо и наигранно раздраженно, что он даже рассмеялся. — Мне начинает нравиться, как это звучит, — честно сознался и услышал в ответ фырканье. — Запомню и буду называть тебя так чаще.       Он кивнул и снова улыбнулся. — Идет, — довольно согласился и перешел на шепот. — Спокойной ночи? — Да. И тебе спокойного сна.       Когда сбросил звонок, то еще долго лежал на полу и смотрел в потолок. Поймал себя на том, что не прекращает улыбаться. Эти звонки давно стали терапией. Что бы ни случилось за день, как бы сильно он не уставал, всегда набирал знакомый номер и болтал ни о чем.       Только через десять минут обнаружил, что задрал на себе гольф и положил руку на обнаженную грудь. Ради приличия скользнул ладонью в область сердца и попробовал сосчитать удары. Слишком частые, чтобы уже спокойно заснуть, но слишком ровные, чтобы успокоиться и выбросить день из головы.

***

      Нил и забыл, каково это возвращаться к той давно забытой рутине: просыпаться пораньше, чтобы отправиться на тренировку. В выделенной ему комнате помимо его кровати располагалось ещё несколько, видимо, для его соседей, вот только Нил пока не успел с ними познакомиться. Ники как-то раз обмолвился по поводу еще пятерых Лисов, упомянул о том, что они находятся на «гражданской миссии» или «стажировке», но подробностей он разглашать не может, а Нил не настаивал. Бывать одному ему не привыкать, и он даже находил в этом немало плюсов.       По расписанию стояла тренировка по оказанию первой помощи с практической отработкой реальных кейсов. Нил безошибочно нашел уже знакомый ему тренировочный центр. Как только он, уже переодевшийся, переступил порог знакомого помещения, ему сразу же бросились на шею. — Божечки, ты наконец-то пришел! — Ники обхватил Нила так внезапно и резко, что ему пришлось сделать несколько шагов назад. — Они с ума меня сведут!       Ники продолжал изображать, как рыдает на плече Нила, пока последний оглядывал комнату, в которой находилось непривычно много людей. Но рассмотреть ему их не получилось — взгляд Нила словно приковало магнитом. Вечно скучающий Эндрю в этот раз уставился на него в упор, скрестив руки на груди. На мгновение показалось, что сейчас в комнате остались лишь они двое, и вот-вот что-то сильно натянутое должно было лопнуть в воздухе. Нил был готов поклясться, что видел, как напряглась крепкая фигура Эндрю. — Не хватало ещё одного пидора, — раздался грубый голос со стороны, и Нил наконец-то отвлекся.       Он смерил скептическим взглядом говорившего. Слишком агрессивный взгляд, светлые взъерошенные волосы ёжиком, как будто этот парень всем своим видом стремился сразу же показать свой настрой, заранее бросая вызов. — Встал не с той ноги и теперь лаешь? — фыркнул Нил в ответ.       Сидевший парень криво оскалился. Ники, бросив короткий взгляд на Эндрю, поспешил выпустить Нила из объятий, радостно хлопнул в ладоши и отстранился, становясь рядом. Но он всё же опустил руку на плечо Нила, слегка сжал и гордо продекламировал. — Не волнуйся, Сет, твоя задница все равно не в моём вкусе.       Еще один темнокожий высокий парень, которого Нил не видел раньше, прыснул в кулак. — Вы бы хотя бы не при всех это делали, — скривился Аарон, поднося ладонь ко лбу.       Видимо, назревал какой-то конфликт, потому что тот самый высокий парень выступил вперёд и радушно протянул Нилу руку. Жест выглядел максимально странным, учитывая то, что происходило пару секунд назад, но, видимо, для Лисов это было привычно. — Так вот как выглядит наш новый сосед. Я Мэтт, — представился парень, и Нил пожал его руку в ответ. — А мы с Сетом всё гадали, кого к нам подселят.       Глаза Нила широко распахнулись, а по спине пробежал холодок. Этого не может быть. Он быстро постарался взять себя в руки, оглядел всех собравшихся и вернулся к Мэтту, который всё ещё добродушно улыбался. — Говори за себя, я никого не ждал, — снова подал голос Сет.       Мэтт лишь пожал плечами, но ничего не сказал. — Я Даниэль, можешь звать меня Дэн, — возле Мэтта появилась темнокожая девушка, одинакового с Нилом роста. — А вот на этих не обращай внимания, — она небрежно указала рукой на Ники, Сета и Кевина, — в деле они намного лучше, чем в общении.       Ники изо всех сил изобразил на лице обиду, надувая щеки, Сет закатил глаза. Кевин же, наоборот, так сверлил Нила глазами, что Нил невольно подумал о том, что окажись они наедине, и сцена возле раздевалки повторилась бы вновь. К вечно тяжёлому взгляду Дэя на себе Нил уже успел привыкнуть и решил не обращать на него внимания. В конце концов не Кевин здесь принимает окончательные решения. — Приятно познакомиться, Нил, — заговорила девушка со светлыми волосами, стоявшая недалеко от Дэн. — Я Рене, — она мягко улыбнулась, — а это Элисон, она наш парамедик.       Нил коротко кивнул, взглянув на эффектную блондинку, пожалуй, слишком надменного вида. К общению она совсем не располагала, но всё же поздоровалась и крепко пожала руку Нила. — Надеюсь, у тебя стабильная нервная система, — холодно заметила она. — Не жалуюсь, — буркнул Нил в ответ. — Мы поможем тебе освоиться, не переживай, — заверила Рене, игнорируя слова Элисон. Дэн активно закивала.       Нил заставил себя улыбнуться в ответ в знак благодарности. Ожидать помощи от кого бы то ни было он не привык, но слова Рене его немного успокоили. Он уже мысленно называл новых знакомых «нормальными», разве что за исключением Сета. В противном случае взгляда Кевина с одной стороны, а Эндрю с другой он бы точно не выдержал — они бы попросту его испепелили.       В этот раз проходить очередную тренировку выпадало в парах. К счастью для Нила, его поставили с Рене. Суть тренировки заключалась в том, что один из пары должен «спрятаться» под искусственными завалами из бетонных блоков в разрушенном здании, имитируя пострадавшего, а другой должен был его найти и вытащить. Перед этим «пострадавшему» нужно было оказать первую помощь и оперативно передать медикам — Аарону или Элисон. Задача на первый взгляд казалась простой, и Нил даже быстро прокрутил в голове свои предыдущие задания, надеясь на успешное выполнение. К тому же он не скрывал своего облегчения от работы с Рене. Девушка хоть и не внушала доверия с первого взгляда, но по крайней мере её можно было отнести к группе «нормальных» Лисов. Думать о её человеческих качествах не имело смысла, главное успешно выполнить задачу.       Лисы разбрелись на свои позиции. Выбранные «пострадавшие» отправились в подобие разрушенного здания. Симулятор выглядел более чем правдоподобно — если бы Нил не был на тренировке, он спокойно принял бы этот муляж за настоящий объект. Из залипания Нила вывел Мэтт болезненным тычком в плечо и бодрым напоминанием «Не спи», и Нил поспешно принялся натягивать амуницию и каску со своей фамилией.       После звукового сигнала все сорвались с места, направляясь каждый в свою часть здания. О точном местоположении Рене Нил заранее знать не мог, но ему для осмотра было отдано правое крыло. Он внимательно осмотрел первый этаж, попробовал позвать, но ответа не получил. Тогда он, приблизившись к обломкам того, что ранее, по-видимому, было лестницей, принялся карабкаться выше. Найдя устойчивую поверхность и убедившись в её прочности, Нил сделал несколько шагов вперед. Внезапно он остановился и постарался прислушаться к посторонним звукам.       Нил обошёл практически весь второй этаж, не без труда подвинул несколько разломанных блоков, вновь попытался докричаться до Рене. Когда он уже собирался отправляться дальше, он ощутил запах едкого дыма. Для усложнения тренировки в симулятор пустили дым, который ничуть не отличался от настоящего. Видимость моментально ухудшилось, и передвигаться свободно Нил уже не мог. Он сделал ещё один обход, и в какой-то момент из-за густой стены дыма не заметил блок, который больно полоснул его по шлему.       Двигаясь мелкими шагами, Нил снова вернулся к лестничным обломкам, и когда преодолел половину, направляясь на третий этаж, услышал знакомый голос. Определить источник получилось не сразу, и Нил, всматриваясь в пелену, двинулся наверх, откуда и доносился голос. Дышать становилось ощутимо труднее, под тяжёлой амуницией тело взмокло, но Нил упрямо продолжал двигаться вперёд. Он был уверен, что Рене где-то рядом, осталось только добраться до неё.       В какой-то момент Нил услышал отдалённый треск. Он машинально повернул голову на источник шума, как вдруг под ногами из ниоткуда возник огромный булыжник, и Нил, отвлекшийся на посторонний звук, споткнулся об него. Но на этом беды не закончились: полетев вперёд, Нил зацепился за торчащий из стены провод, неудачно обмотавшийся вокруг его тела. Нила повело в сторону, и он больно ударился затылком, а шлем, видимо, не плотно закрепленный из-за спешки, по-глупому слетел с головы. Инстинктивно закрывая нос и рот рукой, Нил зажмурился — от дыма слезились глаза — и врезался в торчащий блок, который неудачно полоснул его по оголённой коже шеи. Режущая боль ощущалась в разы сильнее, чем если бы это была просто царапина.       Нил почувствовал, как оседает на пол. Но вдруг он резко оказался на ногах. Приоткрыв глаза, он увидел перед собой разгневанного Кевина, который сжимал его плечи, заставляя стоять смирно. Нилу сначала показалось, что он бредит, но Кевин выглядел более чем реально. — Идиот, — процедил Кевин сквозь зубы. — Ты, блять, не имеешь права на ошибку, ты понял меня? — он резко тряхнул Нила за плечи.       Нил слабо кивнул. Глаза упрямо хотели закрыться, но он изо всех сил старался стоять на ногах. Кевин устало покачал головой, выругался, глядя на кровоточащую царапину на шее Нила, и обхватил его рукой. — Если отключишься, я тебя убью, — прошипел Кевин Нилу прямо в ухо. — Я в порядке, — выдохнул Нил и шикнул от того, как сильно сжалась рука Кевина на его боку. — Ещё раз произнесешь это, и ты уже никогда не будешь в порядке.       На голову Нила вновь опустился слетевший шлем, и Нил кое-как дрожащими руками попытался зафиксировать его. Он почти повис на Кевине, цепляясь за его плечо, и постарался быстрее передвигать ноги. От дыма начинало жечь легкие, глаза застилали слёзы, а голова кружилась. Он чувствовал тяжёлую руку Кевина на поясе. Она ощущалась как спасательный круг, и Нилу хотелось цепляться за неё, как будто от этого ему могло физически стать лучше.       Когда они оказались снаружи, Нил виновато поднял голову, замечая остальных. Лисы заканчивали тренировку. Рядом с Кевином и Нилом поравнялся Эндрю, придерживающий Рене, которая держалась за его шею. В отличие от Нила, Рене была цела и невредима. Из-за ошибки Нила Эндрю пришлось вытаскивать сразу двоих. От равнодушного и в то же время презрительного взгляда Эндрю Нила замутило. Эндрю же, крепко держа Рене за пояс, уставился на Кевина, и если бы взглядом можно было убить, то эти двое сейчас бы именно так и сделали, всего одним ударом.       Нил, который должен был проходить вторую часть тренировки в качестве спасателя, сейчас лежал на больничной койке с кровоточащей шеей. Ситуация выглядела иронично до абсурда, и Нил не знал, что лучше: получить травму на тренировке, заставляя Кевина себя спасать, или умереть от удара бетонным блоком по голове, но все признаки указывали на второе. — А знаешь, близкие к реальным ситуациям происшествия помогают лучше учиться, — провозгласила Элисон, быстро освобождая Нила от амуниции, чтобы обработать рану. — Так себе поддержка, — буркнул Нил в ответ. — Ты должен запомнить одну простую вещь: твоя целость, — она подчеркнула интонацией последнее слово, — во время миссий твой высший приоритет. Если ты будешь так неосторожен, из-за тебя кто-нибудь погибнет.       Нил почувствовал запах нашатырного спирта — Элисон поднесла к его носу ватку. От резкого запаха аммиака Нил поморщился, и только собрался оттолкнуть руку Элисон, ведь он был в сознании, как девушка схватила оба его запястья и уложила его руки по швам. — Лежи смирно и не дергайся, — прикрикнула она.       Невольно поёжившись, Нил успокоился и уставился на спину Элисон, когда она повернулась к аптечке. О царапине на шее Нил не думал — получать травмы ему не привыкать. Смотреть на Элисон ему всё же быстро наскучило, хотя прошло всего лишь несколько секунд, и Нил разрешил себе повернуть голову, раз Элисон всё равно его не видит.       Словно завороженный, Нил смотрел на то, как Эндрю перевязывал руку Рене. Нил знал, что девушка не пострадала и это просто тренировка, которую организовали дополнительно специально для него. То, с какой заботой Эндрю держал руку Рене — или Нил бредил от всё ещё застывшего в носу запаха дыма, — не могло быть случайным прикосновением. К тому же Нил чётко помнил, как Эндрю отреагировал на его попытки удержать для продолжения разговора. В тот день Нил бы умер дважды, если бы судьба не благоволила ему. Сейчас ошибки быть не могло: между Эндрю и Рене что-то происходит, и почему-то от этого кольнуло между рёбер. — Держи голову прямо, — снова скомандовала Элисон, и Нил был вынужден лечь прямо.       Больше на Эндрю он смотреть не мог, да и не было никакого смысла. Он лишь чувствовал, как теплые руки Элисон аккуратно обрабатывали рану на его шее и закрепляли повязку. Нилу хотелось надеяться, что больше с ним такого не случится — по крайней мере на тренировке. Или же если и случится, то рядом не будет Кевина. Слишком смелое и нереальное желание. — Готово, — Элисон опустила руку на плечо Нила. — Теперь тебе ничего не угрожает. Ну если ты снова не вляпаешься во что-нибудь.       Нил неуверенно прикоснулся к повязке на шее и спрыгнул с койки. Он вновь заметил Эндрю, уже закончившего перевязку руки Рене. Нилу показалось, что несмотря на показное равнодушие Эндрю, внутри тот либо смеется над ним, либо страстно ненавидит. Впрочем, после сегодняшнего глупого происшествия Нил, наверное, это и заслуживал. — Аарон снова показал лучший результат, — мечтательно пропел Ники, разглядывая свою повязку на руке. — Даже не думай ко мне подкатывать из-за этого, — сразу огрызнулся Аарон, и Ники добродушно засмеялся. — Я лишь имел в виду, что ты самый надежный медик, которого я знаю, — проговорил Ники, глядя на Аарона, убирающего предметы первой помощи в аптечку. — Вот видишь, ничего страшного, и трогать меня тоже не страшно.       На эту реплику Аарон ничего не ответил, а только показал средний палец. Неподалёку раздался смех Мэтта, а Нил, кажется, видел, как Сет сплюнул себе под ноги. — Просто Аарон будущий пожарный парамедик и будет проходить курсы сложной реабилитации после базовых тренировок, — пояснил Ники свой неподдельный восторг.       Резкое прикосновение к своей же шее заставило Нила оцепенеть. Эндрю вырос возле него, как тень, и сейчас крепко, но не до боли удерживая за шею, смотрел в его голубые глаза. Как быть в такой ситуации, Нил не знал, но оторвать взгляд от зелёно-карих глаз Эндрю не мог. Сколько Эндрю так смотрел на него, Нил не знал, но в какой-то момент пальцы на шее сжались сильнее. — Безнадёжно, — выдохнул Эндрю и резко выпустил шею Нила. От неожиданности тот сделал два шага назад. — Нужно быть осторожнее, — мягко заметила Рене. Она выглядела невозмутимо, будто того, что произошло минутой ранее, не было. — Ты, возможно, последняя надежда умирающего. Чтобы спасти его, нужно прежде всего спасти себя.       И Нилу очень захотелось с ней согласиться.       Во время обеда Нил старался держаться в отдалении от всех. Он еще никогда так не мечтал о том, чтобы где-то случилась беда, и готов был мчаться на вызов. Он так же прекрасно понимал, что все эти отработки и тренировки сейчас были только для него, потому что он был новичком. Только вот новичком он на самом деле не был, и не имеет никакого значения, что он какое-то время сидел без работы. Нил прекрасно знал и помнил все основы, мог помочь людям, животным, мог пострадать сам, но спасти другого. Что с ним было сейчас, он не понимал. Наверное сильно волновался.       Нил обратил внимание на Эндрю, который сидел напротив. Тот тоже почти не притронулся к еде и всем видом пытался показать, что он не со всеми вместе, а где-то отдельно. Даже если это отдельно в каком-то своем мире. Он успел отвести взгляд за секунду до того, как их глаза могли бы встретиться.       Сейчас Нил смотрел на Кевина, сидевшего справа от Эндрю, и в первый раз задумался о том, почему у этого человека есть все, а у него, Нила, ничего. Не так давно они были в одинаковом положении, в отличном отряде с прекрасным жалованием, а теперь находятся тут, в отряде, который все за глаза называют смертниками. Однако даже в отряде смертников Кевин успел подняться, а вот Нилу снова приходилось глотать пыль.       Он опустил взгляд в тарелку и всем своим существом чувствовал, как Эндрю до сих пор смотрит на него. Даже если поначалу хотелось посмотреть на него в ответ, в последний момент Нил передумал и тихо хмыкнул себе под нос. — Как много он знает? — довольно тихо спросил он на французском, глядя в чашку, в которой пытался размешать сахар.       Казалось, что вопрос прозвучал в пустоту, но даже не глядя Нил ощутил, как Кевин напрягся, а его нанизанная на вилку еда так и не достигла рта. — Ты же понял, что он подслушал наш разговор у раздевалки, — продолжил Нил на французском уже чуть громче, но так же глядя не на Кевина, а в тарелку. — Мне нужно знать все, чтобы не сказать лишнего.       В ответ было молчание. Нил терпеливо ждал и не поднимал головы, чтобы не привлекать к себе внимание. — Не притворяйся, что не понимаешь меня, — сделал он последнюю попытку и решил, что вернется к этому разговору позже, как тут же услышал ответ, тоже на французском. — Им известно только о травме, потому что это не скроешь, — почти шептал Кевин, — остальное я не скрываю, но и не рассказываю. Даже если Эндрю что-то слышал, он не расскажет никому. — Ты в нем настолько уверен? — Как в самом себе, — последовал быстрый и четкий ответ.       Подобным разговором Нил остался удовлетворен. После обеда он решил выйти на улицу, чтобы не сидеть на виду у всех. На базе было шумно, и все старались перекричать друг друга, пытаясь рассказать новости со стажировки. Ему подобные разговоры были неинтересны, да и быть объектом разглядывания оказалось тошно. — А тебе не кажется, что для неумехи ты довольно странно себя ведешь? — послышался голос совсем рядом, но Нил к нему не повернулся.       Он уселся на траву, вытянул ноги и постарался, чтобы на лице не осталось ни одной эмоции. — А тебе не кажется, что ты уделяешь слишком много внимания тому, кто тебе не интересен? — попробовал он перевести тему, однако Эндрю просто присел рядом и ничего не ответил.       Нил не собирался заводить с ним диалога, а потому бесстрастно смотрел на тренировочную площадку и качал ногами из стороны в сторону. — Разве я сказал, что ты не интересен? — спросил вдруг Эндрю, и Нил против воли повернулся к нему. — Ты можешь быть каким угодно, но ты интересней всех собравшихся тут. Они слишком предсказуемы, а вот за тобой наблюдать мне нравится. Пока нравится, — зачем-то добавил он. — Хочешь сказать, что тебе никто тут не нравится? — с улыбкой переспросил его Нил, вспомнив девушку с тренировки. В последний момент он вспомнил, что звали ее Рене, но решил не уточнять. — Точно, — насмешливо подтвердил Эндрю. — Представляешь, я все время думал, почему ты здесь. Тебе ведь тоже тут много кто не нравится, так?       Нил сделал вид, что задумался, даже скривил губы на один бок, но потом просто пожал плечами. — И к какому выводу ты пришёл?       Отставив большой палец и мизинец, видимо, изображая телефон, Эндрю прижал их к уху. Он посмотрел на Нила и кивнул, будто ждал, что тот сам поймет, однако Нил смерил его недоуменным взглядом. — К такому, что тебе пора завязывать с этими разговорами, — почти шепотом пояснил Эндрю, устав ждать. — Скоро здесь только о тебе говорить и будут. — Не хотелось бы, — равнодушно ответил Нил и отвернулся от внимательных глаз. — Тогда прекращай эти представления, как за обедом, — в голосе Эндрю послышалось раздражение. — Сейчас никто не обратил внимания, но только лишь потому, что они редко остаются на базе. Не всем, как тебе, нравится жить в общежитии. — А тебе, получается, нравится? — решил уточнить Нил, но ответа не ждал. — Какие разговоры мне нужно прекратить? — Перестань притворяться тупым!       Нил негромко усмехнулся, довольный тем, что разговора за столом никто не понял, и взял на заметку впредь ругаться с Кевином только на французском. — А если я не притворяюсь? — дернул он плечом.       Эндрю выглядел скучающим. Он упал на спину, одну руку положил себе под голову, а другой закрыл глаза. — Ваша сцена у раздевалки меня не впечатлила, — лениво бормотал он. — Если бы Кевин хотел тебя убить, то уже сделал бы это. А так… театр, не более. — Я все ещё тебя не понимаю, — отмахнулся Нил. — И ведь тебя никто не просил подслушивать. — Привыкай. — А если я не хочу привыкать к тому, что за мной следят… что за мной следишь ты? Если у тебя есть ко мне вопросы, то почему сразу их не задашь?       Убрав руку от лица, Эндрю посмотрел на Нила таким взглядом, что тот сразу услышал в нем ответ. — Потому что ты не ответишь, — все же озвучил Эндрю, и Нил кивнул ему, соглашаясь. — Я понятия не имею, о чем ты, но обещаю больше этого не делать, — сдался он, желая закончить разговор. — Надеюсь, такой ответ тебя устроит. — Меня устроит, когда я перестану слышать вечное нытье по ночам.       Тогда Нил сделал вывод, что Эндрю тоже часто остается в общежитии, а не уходит домой. Он не был похож на того, кому некуда идти, а значит причина была другая. В любом случае Нил теперь будет осторожней, раз уж ему открыто говорят, что следят за ним. — Я учту это, — согласился он и тоже улегся на землю, закинув за голову обе руки.