За Империю!

      Когда дым сражения рассеялся, на руинах Торгаста воцарилась давящая тишина. Казалось, если прислушаться, можно было услышать свистящее дыхание Малкорока и тихие стоны Зелы вперемешку со всхлипываниями. Сильвана Ветрокрылая ощущала в душе звенящую пустоту. Это было ещё хуже, чем после гибели Артаса не от её рук. Только что на её глазах Гаррош Адский Крик принёс свою жизнь в жертву свободе и сокрушил тирана, превратившего посмертие в место кошмарных мучений. Теперь Утроба перестала быть вселенским адом. Магия Доминирования рухнула, и даже воздух в этом месте сразу посвежел. Да, слуги Зоваала ещё оставались живы, но, лишившись своего властелина, они тут же разбежались, и их окончательное уничтожение, причём в первую очередь руками разъярённых душ, испытывавших многолетние терзания, было вопросом времени. Сильвана могла доживать остаток своего подобия жизни, зная, что больше никто и никогда не подвергнет её мукам.       Гаррош Адский Крик был орком. Он умел разрушать. Хорошо умел. Лучше, чем кто-либо в Азероте. Он разрушил ад. Разрушил концепцию посмертного суда. Но и рая в новом мире тоже не будет. Печати сломаны, а с ними навсегда закрыт и доступ в Зерет Мортис. Всё, что ждёт теперь всех смертных после смерти — вот эта унылая хмарь. Лимб. Место без радости и мучений. Гаррош убил угнетателей, но он же и украл надежду.       Сильвана медленно подошла к телу орка. Её шаги раздавались в Утробе гулким эхом. Она опустилась на колени и наклонилась над лицом орка, застывшим в смеси ярости и радости. Призрачный Громмаш Адский Крик молча смотрел на неё; вместе с ним, кажется, на неё смотрела вся армия.       Он был таким тёплым. Близость с ним была ураганом, дававшим ей ощущение подобия жизни. Наверное, это было что-то близкое к раю. Королева банши не умела любить. И не умела жалеть. Но, глядя в застывшие глаза Гарроша и понимая, что больше не позволит ему обнять её, больше не испытает этого тепла и страсти... она ощутила ужасную горечь. Потерю. Что-то сродни её чувствам после ссоры с Верисой и гибели Натаноса... Но, на удивление, это чувство было намного мягче. Наверное, живая высшая эльфийка Сильвана Ветрокрылая горько бы заплакала. Но королева банши просто тихо протянула руку и закрыла Гаррошу глаза.       Она перевела взгляд на обломки того, что было титаном Зоваалом. Теперь она точно знала — этот монстр хотел обмануть её. Гаррош, примитивный вульгарный орк, был абсолютно прав и мудр в своей оценке богов. И ей безумно повезло встретить его на своём жизненном пути. Благодаря Гаррошу она вовремя свернула со страшной дорожки. А если бы нет? Если бы ей удалось задуманное? Тюремщик хотел сделать всех рабами. «Свобода в служении». Артас вселенского масштаба. Неужели для того, чтобы спастись от ошибок, ей каждый раз нужно, чтобы чья-то грубая рука остановила её? Неужели побои Малкорока и цепи в застенках Кор'крона — лучший способ обеспечить её же благо? Что же у неё за судьба — раз за разом вляпываться в рабство? Сильвана чувствовала даже не гнев на обманувшего её бога, а бесконечную усталость. И... что-то ещё. Как будто вместе с гибелью Зоваала она потеряла что-то безумно важное. Что-то, что ей принадлежало по праву, но теперь было навсегда уничтожено. И это было... странным ощущением. Эта была особая, сосущая пустота, разъедавшая её изнутри.       За её спиной раздался шум. Малкорок встал на одно колено, салютуя своему вождю и лучшему другу. За ним с шумом начали становиться на колено и остальные воины, и даже призраки умерших. Раненая Зела... Кромуш... Назгрим... Кирдж Жёсткий Рог... Даже её Отрекшиеся салютовали великому орку. Призраки Ренда и Мейма Черноруков... И даже сам Громмаш Адский Крик почтительно встал на колено перед телом своего сына.       Никто не решался нарушать тишину. В глазах орков и их союзников было одновременно горе, радость и восхищение.       Сзади раздались шаги. Крупный орк тяжело встал на колено рядом с Сильваной.       — Тралл? — удивлённо спросила она, увидев, кто составил ей компанию.       Бывший вождь Орды положил на землю Молот Рока.       — Он мне был как сын. Когда-то, — тихо сказал Тралл. — Я думал, что он стал моей величайшей ошибкой. Но... он стал моим величайшим успехом. А я в своей слепоте не оценил этого.       — Очень вовремя, Го'Эль, — проворчал Громмаш.       Вместо ответа Тралл протянул Сильване два предмета.       — Что это?       Она посмотрела на круг с переплетёнными бирюзовыми ветвями и ярко-зелёный ромб с черепами и костями, светившийся мощью.       — Печати Арденвельда и Малдраксуса, — сказал Тралл. — Я знаю, Ветрокрылая, ты мечтала о новом посмертии. Это всё, что осталось для доступа в Зерет Мортис.       — Ренатал сказал, нужны пять Печатей, — покачала головой Сильвана. — И как ты заполучил эти?       — В Малдраксусе за меня замолвил словечко Оргрим Молот Рока, — сказал Тралл. — Не кривись, Сильвана. Я понимаю, что тебе ненавистно это имя. Но сейчас это неважно. А в Арденвельде... Кенарий уговорил Королеву Зимы.       — Кенарий сражался с нами и чуть не убил Гарроша, — покачала головой Сильвана.       — Кенарий защищал порядок, — вздохнул Тралл. — Как и Королева Зимы. Но теперь порядок разрушен. Тебе нравится то, что у вас получилось?       — Не вижу в этом ничего плохого! — отрезал Громмаш. — Мы сейчас соберём лучших парней и очистим Утробу от всей этой швали Тюремщика. Мы сделаем Утробу хорошим домом для умерших так же, как ты делал домом для орков Дуротар.       — Я с тобой, — гулко сказал Ренд Чернорук.       — И я, — прорычал Малкорок. — Мы исполним завет Гарроша. А ещё нас ждёт Ревендрет...       — Вы хотите его уничтожить? — сощурился Тралл.       — Никто не будет измываться над душами, — сказал Громмаш. — Вентирам придётся умереть. Мы позволим существовать Малдраксусу и Арденвельду, но больше никаких «искуплений». Хватит, Тралл. Хватит оркам извиняться за то, что они орки. То, что сегодня было сделано, навсегда закрыло любые вопросы к нашему народу. Мы покончили с самым страшным тираном и угрозой в истории мироздания.       — Угроза только началась, — мрачно сказал Тралл. — Через образовавшиеся проломы в реальности хлынул Пылающий Легион. Сейчас, Сильвана, твои сёстры возглавляют отпор. Я думаю, они будут рады забыть разногласия и сражаться с тобой бок о бок.       — Ну так чего же ты здесь делаешь? Иди и встреть демонов, Го'Эль! — прогремел Громмаш. — Иди! Вспомни, что ты воин! Твой плач и сомнения не помогут Азероту!       — Я именно это и сделаю, Гром, — сказал Тралл. — Но сначала... Сильвана, я отдаю тебе эти две Печати. Отдай их эльфам крови. Талену Созвучие Песни, Роммату... Они справятся. Они смогут восстановить остальные или хотя бы подобрать ключ, взломать код. Прорвись в Зерет Мортис. Я же знаю, Сильвана. Ты затеяла всё это, потому что хотела построить рай. Место, в котором каждый сможет выбирать себе судьбу. В глубине души у тебя всегда было и остаётся верное и доброе сердце. Ещё Хамуул Рунический Тотем разглядел в тебе добро и рекомендовал мне тебя в качестве члена Орды. Я последую совету старого друга. Я доверяю судьбу мироздания тебе. И не только я. Королева Зимы благословила тебя на это.       В этот момент рядом с телом Гарроша появилась ещё одна душа.       — А вот и я, — хмыкнул призрачный Адский Крик. — Я смотрю, пяти минут не прошло, как без меня уже все в сопли ударились! Малкорок! У тебя такой вид, как будто ты то ли разревёшься, то ли наблюёшь прямо здесь.       — Гаррош, — улыбнулась Сильвана.       — Я дал тебе слово, что у тебя будет шанс сделать своё светлое будущее в Зерет Мортисе, и я сдержал его, — сказал Гаррош. — Тален уже в курсе, он сделает всё, что может. А пока что мы с отцом возглавим борьбу за лучшую долю здесь. Мы зачистим Утробу и Ревендрет. И обеспечим всем душам доступ к порталам. Если кому больше будет по душе жить в Малдраксусе и вечно драться — пусть. Ты же ратовала за свободу выбора, Сильвана?       — И Арденвельд, — сказал Тралл. — Королева Зимы требует, чтобы все желающие могли бы попадать туда. Те, кто при жизни любил природу... друиды...       — Древолюбцев — к деревяшкам, — фыркнул Гаррош. — Что ж, да будет так. Отец, пойдём. Нам тут ещё зачищать всю эту мразь. Малкорок, ты точно с нами?       — Вам будет нужна помощь живых, — сказал Малкорок. — Мои добровольцы помогут вам справиться с тварями Утробы и сделать это место пригодным для жизни.       — Ну ладно, — махнул рукой Гаррош. — Не прогоню же я тебя, дружище... А вы все топайте крушить Легион! Я думаю, после того, как вы победили саму Смерть, какие-то там зелёные уродцы с их Скверной вам точно будут нипочём!       Сильвана взяла призрачного Гарроша за руку.       — Гаррош, можно наедине... на пару слов?       Они отошли в сторону. Орки уважительно сохранили дистанцию, и сам Громмаш встал молчаливым стражем поодаль.       — Мне было с тобой очень хорошо. Мне жаль, что ты погиб.       — А мне не жаль, — хохотнул Гаррош. — Я мог только мечтать о такой почётной смерти. А ты мне подарила её. Я превзошёл отца, Сильвана. Он убил демона, а я убил тюремщика смерти. Спасибо, Сильвана.       — Я не любила тебя, Гаррош, — тихо сказала Сильвана. — Я знаю, ты в меня влюбился по уши... Но я неспособна испытывать такие чувства. И всё же... Я к тебе привязалась так сильно, как могла. Мне нравилось твоё тепло. Оно делало меня живой. Ты делился со мной своей жизненной силой... Никто мне не давал настолько щедрого дара.       — Я догадывался, — кивнул Гаррош. — Ну, рад, что тебе со мной было хорошо. Значит, я не сплоховал как мужчина?       — О, вовсе нет, — засмеялась Сильвана. — Ты очень старался. Ты сумел согреть саму Смерть, Гаррош.       — А знаешь, Сильвана, — задумчиво сказал Гаррош. — Я запомню твои слова. Я так тебе скажу... Обладать тобой было приятнее, чем драться. То, что я смог тебе доставить удовольствие... Наверное, это победа позначительнее, чем труп лысого божка.       Сильвана смущённо потупила взгляд.       — Ты сможешь получить тепло от кого-то ещё, — сказал Гаррош. — Я не уникален.       Сильвана вспыхнула и отвесила призрачному орку пощёчину.       — Ты за кого меня принимаешь, вульгарное ты животное? — раздражённо крикнула она. — Гаррош, я не какая-то там шлюха! Я не стану заниматься этим с кем попало только ради того, чтобы согреться! Но знаешь... — ей в голову пришла блестящая идея. — Если мы доберёмся до Зерет Мортиса... Это же кузница творения?       Гаррош пожал плечами.       — Ты об этом знаешь больше нас всех.       — Возможно, там будут способы и создавать новые тела и возвращать жизнь, — задумчиво сказала Сильвана.       — Оооо, — развеселился Гаррош. — Я могу себе представить, какой красивой ты будешь в теле настоящей живой эльфийки.       — Только если ты и сам вернёшься в живое тело, — улыбнулась Сильвана. — Мы с Таленом переправим твоё тело в Подгород для сохранения и попробуем разобраться в Зерет Мортисе. Я не обещаю тебе любить тебя, Гаррош, но если когда-нибудь мы найдём способ оживлять умерших... имей в виду, тебе придётся на мне жениться и воспитывать маленьких Адских Криков, причём полуэльфов.       Гаррош смущённо хохотнул.       — Я постараюсь дождаться и сохранить остатки своей душонки, — сказал он. — А сейчас иди. Тебя ждут Легион и Зерет Мортис. Сёстры там, это всё... Империя, в конце концов.       — Не то чтобы Империя во мне нуждалась, — пожала плечами Сильвана. — Я бы предпочла помимо Зерет Мортиса найти здесь беднягу Натаноса и убедиться, что с ним всё в порядке...       — Найдём и вытащим мы с отцом твоего Натаноса, — сказал Гаррош. — А ты пойдёшь и вернёшься в Империю. Знаешь ли, только что у Империи погиб консул... и...       — Ты хочешь сделать консулом меня? — шокированно прошептала Сильвана. — После всего...       — Именно после всего, — хмыкнул Гаррош. — Так что приступай к своим обязанностям... консул Сильвана Ветрокрылая.       Сильвана шокированно оглянулась. Гаррош, ухмыляясь, подал знак, и Назгрим с Кромушем опустились перед ней на колено, салютуя ей.       — Иди, — сказал Гаррош. — Они ждут твоих приказов.       Сильвана обвела взглядом орков, смотревших на неё с выражением преданности в глазах. Консул Сильвана Ветрокрылая... Соправительница Вариана... А в будущем — покорительница Зерет Мортиса и, возможно, даже та, кто сможет вдохнуть жизнь в мёртвые тела. Но если и нет... кажется, умершие и в нынешнем своём положении, наконец, не выглядят несчастными. И обретают своих родных — а раньше ведь такого в посмертии не было.       Сильвана скомандовала Назгриму собирать войска и двигаться к порталу в Азерот.       Впервые за много, много лет у неё появилась настоящая надежда на хорошее будущее. И эта надежда... делала её по-настоящему живой.