Перерождение мира. Том первый: Изгои

Желтий 27, 1114 год IV эры (II новая эра)

Город Петрополь, Великославия

Петрополь – столица государства Великое Княжество Славия, или же как его сокращенно называют – Великославия. Город, основанный в 29 году II новой эры (IV эра по старому летоисчислению) Петром «Мудрым» из династии Иоанновичей, раскинулся на холмах, окруженных густыми лесами и плодородными долинами. Его шпили и купола, сверкающие в лучах утреннего солнца, возвышались над каменными стенами, словно символ непоколебимости и величия. Улицы города были оживлены: торговцы расставляли свои лотки, ремесленники начинали работу в мастерских, а дети бегали между домами, играя в свои игры. Но за этой мирной картиной скрывалась напряженная атмосфера: в воздухе витало предчувствие грядущих перемен. Историки утверждают, что на востоке континента и стали появляться первые люди и иномирцы, но не первые централизованные государства, которые стали образовываться на западе континента. В отличии от других иномирцев, которые стали ассимилироваться с местными племенами, на территории Великославии иномирцы наоборот ассимилировали местных. Самое главное отличие – это образование языка новой страны. По всему континенту иномирцы добавляли слова из своих языков к новым терминам и предметам, которых не было у местных племен, тем самым большая часть языков состоит из слов местных племен. Разумеется в каждом государстве, количество слов из прошлого мира разнится в процентном соотношении и, например, в Священном Папстве Божьем, количество слов в языке из прошлого мира, составляет около 45%, когда как в остальных странах – около 20-30%. В Великославии решили поступить иначе и стали заменять слова местных племен на славянские. Группы иномирцев стали подчинять различные племена разными способами, от банального захвата территории, до дипломатии и науки, ведь иномирцы помнили все из своего прошлого и просто могли показать местным то, что под руководством иномирцев люди будут процветать, а угрозы из вне запросто будут отражаться благодаря технологическому прогрессу. В итоге самые сильные такие образования создали Совет Племен, который теперь называется Совет Князей. Разные выходцы славян из прошлого мира объединились благодаря династическим бракам и создали путь, по которому до сих пор страна и идет. Великославию называют по-разному в разных государствах: Великое Княжество Славян, Великославия, Великое Княжество Славия, Государство Славян, Конфедерация Славян и т.д. Главы племен решили, что у них будет выборная монархия, ограниченная Советом Князей. Монарх выбирается князьями на голосовании среди их родов, которые и заложили основу государства и объединились под одним флагом. Эту идею и предложил Петр Иоаннович, он, как и его дед, был иномирцем, но все же, самая отличительная его идея была образование языка. Споры о том, каким будет язык доминирующим в новом государстве и какой алфавит будет использоваться долго не могли решить, но это решил Петр. Чтобы ни одна славянская нация не чувствовала себя ущемленной, он сначала предложил использовать глаголицу, как алфавит, который использовался славянами до их культурного разделения на другие национальности в прошлом мире, а вместо добавления славянских слов в местные языки, он предложил заменить их полностью на слова из всех славянских языков. Самое сложное в этом замысле было лишь решить, какое слово из какого языка брать для обозначения чего-либо, однако князья понимали, что это единственный выход, чтобы в будущем в новом государстве не было междоусобицы, поэтому они кропотливо работали над новым языком и у них вышло выйти к компромиссу. В итоге польские, сербские, русские, чешские и остальные слова остальных славянских языков, вошли в новый славянский язык, что иногда путало новорожденных иномирцев в первые годы их жизни в новом мире, так как не понимали, почему они частично слышат родной язык, а часть речи вроде бы и понятна, но звучит иначе. За свой вклад в образование государства, Петр Иоаннович и получил свое прозвище – Мудрый. Хоть в Великославии и ввели выборную монархию, со временем князья замечали изъяны такого правления, а самый главный изъян – это коррупция. Князья подкупали друг друга перед голосование и заключали династические браки друг с другом ради голосов. Разумеется, были те, кому нравилась такая система, так как власть была для людей важнее чем государство. В итоге на очередном совете, князья решили подкорректировать выборную монархию. Теперь выбиралась правящая династия, а титул Великого князя передавался по наследству от отца к сыну. Если же у членов правящей династии не было достойных кандидатов, а именно если наследники были глупы, жестоки, неспособны к управлению, то выбиралась новая династия. За шесть столетий такой системы, правящая династия менялась лишь дважды, и уже более века власть снова в руках Иоанновичей. Великославия – одно из первых государств, которое ввело конституцию и мультикультурализм. Поэтому тут запрещено принудительное рабство и дискриминация других рас и национальностей. Однако это не мешало государству жестко отстаивать свои интересы. Хоть тут и внедрили свой язык насильственно, но к своему народу власть относится куда гуманнее, чем в других государствах. Это государство является третьим по площади и пятым по численности населения. Оно располагается на северо-востоке континента людей, где лишь треть земли на юге пригодна для земледелия, и именно эта треть граничит с варварским кочевым государством – Степным Каганатом. Степной Каганат – самое крупное государство континента, а его численность населения уступает лишь Империи Магрис (Магриский Рейх). Степной Каганат является самым большим государством на континенте. Его территория — это бескрайние степи, непригодные для земледелия. Кочевники, живущие здесь, не имеют постоянных домов или городов, поэтому большая часть мирного оседлого населения живет на юго-востоке страны, а точнее аж половина населения. Кочевники часто совершали набеги за рабами, предметами роскоши, скотом и другими товарами на ближайшие земли, что повлекло к аннексии восточных территорий, которые стали выплачивать дань взамен на прекращение набегов. Разумеется, восточным жителям не нравилось быть подданными варваров и отдавать им то, что им самим было необходимо. Поэтому, когда кланы кочевников погружались в междоусобицы и войны за власть, восточные земли поднимали знамена, дабы выйти из-под зависимости угнетателя, но все четыре восстания подавлялись. Кочевники с невероятной жестокостью подавляли восстания против их власти: сжигали города, обращали в рабство местных жителей, во время грабежа насиловали женщин и детей, после чего восточные земли были обязаны вновь выплачивать дань, а с каждым разом она становилась все больше, а в последнем соглашении, они и вовсе должны были предоставлять им рабов. Все дело в том, что у кочевников есть лишь один город, который является столицей Степного Каганата – Житмысу. Это один из центров торговли, где сбывается все награбленное и проходит курултай среди глав кланов. Так как кочевникам попросту нечего терять, потому что у них нет своих домов, замков, земли и т.д., их невозможно осадить, выдавить и победить. Вести гражданскую войну с таким противником попросту невозможно, он вновь и вновь будет приходить и грабить твои земли, а отомстить ты им никак не можешь, так как у них нет такой привязанности. Они просто уходят в степи, перегруппировываются, делят и продают добычу и вновь нападают. В общем, Степной каганат является той еще проблемой для граничащих с ним государств. Объявление крестового похода Папой, вторжение Империи Магрис, вечное отбивание кочевников на реке Юмалии Великославией, никак не помогли в усмирении кочевников, а лишь раззадорило их. Повезло лишь Небесному Сегунату, так как это государство является островным, соединенным с континентом тонким, в несколько километров, перешейком, который мало того, что легко оборонять, так еще и в нескольких местах соединен мостами. Раньше это был полуостров, со временем, он все дальше отходил от континента из-за землетрясений и превратился в остров. Так как Степной Каганат вновь был объединен новым каганом, то это предвещало масштабную угрозу от этого государства его соседям. На территории кочевников вновь собиралось огромное войско для налетов, масштаб таких налетов всегда был катастрофическим, а значит что-то нужно предпринять, что и произошло. К кремлю Петрополя подъехала шикарная карета в сопровождении двух других карет и двадцати конных рыцарей. Это была делегация послов из Империи Магрис. Их встречали с почестями: красная ковровая дорожка, арка из мечей, созданная солдатами, и торжественная музыка. Послы, одетые в роскошные одежды, вышли из кареты и направились к встречающим их людям у главных ворот кремля. В сопровождении этих людей, послы вышли на площадь кремля и направились к главному зданию. В монаршем зале их уже ждал великий князь Болеслав Иоаннович, сидящий на троне. По бокам зала стояли офицеры и князья, внимательно наблюдая за происходящим. После того, как все заняли свои места, один из советников вышел к великому князю и заговорил: — Ваша милость, делегация послов из Магриского Рейха прибыла, — объявил советник, отдавая честь. — Вас приветствует его величество – Великий князь Славии и его народа, Болеслав Иоаннович, именуемый первым. — Стал говорить переводчик послам делегации. — Рады видеть вас в здравии, Великий князь всех славян, — начал посол на винсуйском языке. — Мы прибыли по поручению нашего государя — императора Фридриха II Брундершарцкого. Его величество просит заключить соглашения с вашим государством. — Государь рад, что вы добрались без происшествий к нам, — начал говорить переводчик, — так же он сожалеет, что из-за ухудшившегося состояния здоровья вашего императора, Великий князь не может принять его лично, он выражает свои искренние соболезнования и будет молиться за здоровье Фридриха II. Государь готов обсудить дела в зале заседания, прошу пройти за нами. После этих слов, Болеслав и его свита направились в соседнюю дверь справа от трона, после чего за ними последовали послы. После того, как все заняли свои места за овальным столом, дверь зала заседаний плотно закрылась. Офицеры, стоявшие у входа, заняли свои посты, обеспечивая полную конфиденциальность переговоров. В воздухе витало напряжение: каждый понимал, что от исхода этой встречи зависит будущее их стран. — Великий князь, — начал посол, выкладывая на стол стопку документов, — император просит вас заключить с нашей страной новые торговые соглашения. Мы предлагаем изменить пошлины на более выгодных условиях для обеих сторон. Вот документы для ознакомления. — Он аккуратно разложил бумаги перед Болеславом. — Однако торговля — не главная причина нашего визита. Обычные соглашения могли бы заключить наши доверенные лица, но мы настаивали на личной встрече с вами. И раз вы согласились нас принять, то, вероятно, уже догадываетесь, о чем пойдет речь. Переводчик быстро перевел слова посла, и Болеслав, слегка наклонив голову, внимательно изучил документы. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах читалась напряженная работа мысли. — Верно, — наконец произнес он, откладывая бумаги в сторону. — Я предполагаю, что все эти торговые соглашения — лишь прикрытие. Думаю, вы прибыли из-за вновь нарастающей угрозы кочевников. — Он посмотрел на посла, ожидая подтверждения. — Так и есть, — ответил посол, слегка наклонив голову. — Все мы знаем как опасны и разорительны их набеги, но под новым предводителем, эта угроза стала еще более серьезной. Наша разведка сообщает, что огромные армии кочевников собираются в десятках километров от границ. Такое не происходило уже несколько столетий. Это значит, что новый каган получил поддержку всех ханов и готовится к масштабному походу на соседние страны. Наш император просит, даже нет, умоляет помочь в отражении атаки и дать право прохода на ваши юго-западные земли, не более. Мы знаем, что вдоль реки Юмалия у вас есть несколько крепостей для разведки и мгновенного отражения варваров, что река является отличным барьером для защиты границ, но мы так же знаем и то, что ваша армия меньше и что вам нужны земли для земледелия и скотоводства. Наша страна желает заручиться вашей поддержкой в грядущей битве. Как вы знаете, у нас и так огромная империя, поэтому мы не так сильно желаем земель, как вы, тем более для их обороны нужны дополнительные силы и средства, в то время как вам, дополнительные плодородные земли бы пригодились. Наше государство готово уступить вам северные плодородные земли Степного Каганата, а сам каганат мы предлагаем разделить на буферные государства. Наши границы соприкасаются с каганатом, но ваших сил недостаточно для того, чтобы вести наступающую войну, поэтому империя желает получить право прохода на ваши юго-западные земли, где бы мы разместили контингент войск в количестве, который бы не угрожал вашему суверенитету и даже позволим поручить командование войск одному из ваших генералов, который будет давать указания нашим офицерам, которых и будут слушаться наши солдаты. Мы хотим прекратить разорения наших держав навсегда, - закончил посол, после чего переводчик вновь принялся за свою работу. Болеслав задумался, его пальцы медленно постукивали по столу. Переводчик перевел слова посла, и в зале воцарилась тишина, прерываемая лишь тихим шорохом бумаг. — Звучит то оно хорошо, — наконец сказал великий князь. — Но вы не забыли, что мы уже пытались прогнать кочевников? Прошло более двухсот лет с нашего последнего похода. Мы шли в их земли, но столкнулись с тем же, с чем сталкивались их данники на востоке. Там нет городов, которые можно захватить и использовать как плацдарм, нет рек, которые можно использовать для снабжения, а само снабжение страдает от набегов. Пока мы идем и истощаемся в глубь их страны, конные лучники нападают, истощают армию, уходят обратно в свои степи, а потом вновь атакуют и так из раза в раз. Это гиблое дело. Послы переглянулись, понимая, что Болеслав прав. Но все же, посол продолжил. — Мы предлагаем новую тактику, — сказал он, его голос звучал уверенно. — Нашими совместными усилиями мы можем идти единым фронтом. У нас есть строители и ремесленники, которые будут прокладывать дороги и создавать пункты снабжения. Империя готова вложить все необходимые ресурсы, чтобы покончить с этой угрозой раз и навсегда. Болеслав снова задумался. Его взгляд скользнул по лицам присутствующих, словно он искал поддержки или совета. Наконец, он кивнул. Монарх медленно поднялся из-за стола, его тень, отбрасываемая светом от высоких окон, легла на стены зала. Он прошелся вдоль стола, его шаги были размеренными, словно он взвешивал каждое слово перед тем, как его произнести. — Ладно, — начал он, — давайте обсудим все более детально. Кто и что будет делать, какой результат на каком этапе должен быть достигнут. Как будут создаваться буферные государства, как мы получим новые территории и тому подобное. Для такого масштабного события нужно многое обговорить и обдумать. — Он остановился, повернувшись к послам. — И еще… — его голос стал чуть тише, но не менее весомым, — наше государство, хоть и находится в профиците почти все свое существование, все же этот профицит небольшой. Большая часть накопленных средств уходит на развитие государства и предотвращение катаклизмов. Например, в прошлом году была сильная засуха, урожаи собрали куда меньше, чем обычно. В итоге мы потратили огромное количество золота, чтобы народ не голодал. Финансово мы скованы и не сможем платить солдатам достойную заработную плату на протяжении длительного времени. Кроме того, мы боремся с демографическими ямами, поэтому можем отправить на войну лишь тех солдат, у кого уже есть несколько детей. Если солдат погибает, государство выплачивает его семье компенсацию, чтобы дети могли хорошо питаться и получать образование. Дети — это будущее государства, и мы не можем бездумно тратить людские ресурсы. Нам выгоднее отражать нападения вдоль реки, чем вести масштабную войну в степях, — Болеслав медленно водил пальцем по карте, его взгляд был тяжёлым, как свинец, — Вы предлагаете нам стать щитом вашей империи. Но что будет, если этот щит треснет? Переводчик перевел слова Болеслава, и послы замерли, обдумывая его ответ. Старший из них, человек с седыми волосами и проницательным взглядом, наклонился вперед, положив руки на стол. — Как я уже говорил ранее, — начал он, — Империя Магрис готова пойти на многое, чтобы искоренить угрозу со стороны кочевников. Если император согласится покрыть расходы вашей армии — выплату компенсаций семьям погибших солдат и их заработную плату, — вы согласитесь выступить единым фронтом против Степного Каганата? Большего я предложить пока не могу. Кормить свои войска вам придется за свой счет. Болеслав задумался, его взгляд скользнул по лицам присутствующих. В зале воцарилась тишина, прерываемая лишь тихим шорохом бумаг и мерцанием свечей. — Это хорошая сделка, — наконец произнес он, — Думаю, мы сможем договориться. И, разумеется, ваше предложение очень серьезное, а значит, наше государство готово пойти на дополнительные уступки. Когда будем обсуждать детали сделки, я готов выслушать, что вы хотели бы получить взамен. Разумеется, мы не можем пойти на слишком серьезные уступки, особенно если они угрожают суверенитету страны и благополучию граждан. Так что, если и просите, то лучше много, но незначительных уступок, чем одно большое требование. Послы переглянулись, их лица выражали облегчение. Старший из них кивнул. — Хорошо, я вас понял, ваше величество. Готовы приступить к обсуждению договора и временного союза? — спросил он. — Да, — ответил Болеслав, — но сначала давайте пообедаем. Нам предстоит долгая беседа, так что прошу за мной. — Он сделал шаг к двери, но затем остановился и обернулся. — Ах да, есть еще один вопрос. — Его голос стал чуть тише, но не менее весомым. — Вы обращались за помощью к священным орденам и его святейшеству? Послы замерли. Старший из них покачал головой. — Нет, ваша милость. Хоть мы и исповедуем одну веру, а Папа Святейшего Царства Божьего является главой нашей конфессии, мы не можем с ним договориться. Да, у них есть сила и влияние, но церковь слишком много запросит. В этом и мы, и наш император уверены на все сто процентов. Священные государства недоговороспособны, в отличие от вас. Вы всегда готовы пойти на уступки, особенно если подобные уступки делали вам. Ваше государство всегда славилось честными и справедливыми сделками, а также своевременной выплатой долгов. Болеслав усмехнулся. — К тому же мы имеем гораздо более протяженную границу с кочевниками, — добавил он. — К сожалению, пока власть используется ради выгоды, а не ради помощи, этот мир не изменить. — Пожалуй, соглашусь, — ответил посол. — Если бы можно было объединиться всеми силами, со всеми государствами, мы бы так и сделали. Но всегда есть какое-то «но». Поэтому мы и пришли к такому безумному и отчаянному плану. — А разве мы не в безумном отчаянии? — спросил Болеслав, улыбнувшись. Его слова вызвали легкий смех в зале. — И то верно, — ответил посол, тоже улыбнувшись. — Зато это безумное отчаяние может привести к победе. Болеслав кивнул, его улыбка стала чуть шире. Он сделал шаг к двери, жестом приглашая послов следовать за ним. — Тогда давайте пообедаем, — сказал он. — Нам предстоит долгая беседа, и я уверен, что за столом мы найдем общий язык быстрее. — Он обернулся к своим советникам, которые уже начали собирать документы. — Подготовьте зал для дальнейших переговоров. Мы вернемся через час. Послы встали, слегка поклонившись, и последовали за Великим князем. Они вышли из зала заседаний, пройдя по длинному коридору, украшенному гобеленами с изображением сцен из истории Великославии. На одном из них был вышит Петр «Мудрый», стоящий на фоне строящегося Петрополя. На другом — битва с кочевниками, где славянские воины сражались под знаменами с изображением двуглавого орла. — Вы знаете, — начал Болеслав, не оборачиваясь, — я часто думаю о том, как наш мир стал таким. Мы строим города, создаем законы, развиваем науку, но все равно возвращаемся к войнам и разрушениям. Кочевники — это лишь одна из многих угроз, с которыми мы сталкиваемся. Но, возможно, именно сейчас у нас есть шанс изменить что-то. Послы молчали, обдумывая его слова. Они понимали, что Великий князь говорит не только о кочевниках, но и о более глубоких проблемах, которые разделяют их государства. — Мы тоже надеемся на это, — наконец ответил старший посол. — Император верит, что вместе мы сможем не только остановить кочевников, но и создать новый порядок на континенте. Болеслав остановился у двери, ведущей в банкетный зал. Он повернулся к послам, его глаза сверкнули. — Тогда давайте начнем с обеда. После него мы обсудим все детали. И, возможно, найдем способ не только победить кочевников, но и сделать этот мир немного лучше. Слуги распахнули двери, и послы вошли в просторный зал, где уже был накрыт стол. Ароматы жареного мяса, свежего хлеба и пряностей наполнили воздух. На столе стояли кувшины с вином и медом, а в центре возвышался огромный пирог, украшенный гербом Великославии. Болеслав сел во главе стола, жестом приглашая послов занять места. Он поднял бокал, наполненный темно-красным вином. — За будущее, — произнес он, его голос звучал уверенно. — За нашу победу и за мир, который мы сможем построить. Послы подняли свои бокалы, их лица выражали надежду и решимость. — За будущее, — повторили они.