The Mystery of Mr. Laurie

Ханагаки Такемичи, Я тебя люблю. Я любил тебя всю свою жизнь, и я хочу сделать что-нибудь замечательное, чтобы показать тебе свою любовь, потому что никакие хорошие подарки не сравнятся с теми, которые я хочу. Каждый день я выбираю любить тебя. Пожалуйста, простите меня за то, что я не показываюсь. Правда в том, что я боюсь. Я не тот, кого вы ожидали увидеть. На самом деле, я писал и переписывал это письмо, пока страница не истончилась, а вместе с ней и суть всего моего существа. Вот какой эффект вы на меня оказываете. Если вы будете настолько великодушны, что дадите мне шанс, я буду ждать вас в 01:31:14. Действительно, Твой (потому что это все, чем я являюсь сегодня, вчера, завтра и навсегда)” Такемичи уставился на письмо. Или, скорее, оно смотрело на него, заставляя отвести взгляд, проигнорировать отчаянную и страстную мольбу, начертанную в каждой аккуратной, напечатанной на машинке букве, танцующей на поверхности бумаги. - Вот это да! - присвистнул Чифую, заглядывая ему через плечо. - Похоже, ты заполучил себе весьма загадочного Ромео. - Заткнись, - сказал он, игнорируя довольные смешки своего соседа по комнате. Такемичи снова взял письмо, наверное, в десятый раз с тех пор, как оно выпало из книги, которую он читал. Бумага казалась тяжелой в его руке, чернила были насыщенными и не размазывались, когда он водил пальцами по строчкам. Роскошная бумага во всей красе. Что, к сожалению, не очень помогло ему разглядеть ее владельца, учитывая, что большинство студентов Академии были неприлично богаты. В самих формулировках тоже не было ничего выдающегося. Он не знал никого, кто бы так писал в повседневной жизни. Проза была чересчур слащавой и претенциозной, как будто ее автор только недавно взял в руки случайный роман 19-го века и связал воедино единственные слова, которые он узнал. Послание было еще более абсурдным. Хотя он и не был большим поклонником романтической литературы, он понимал, как это привлекательно - любить того, кем восхищаешься издалека, и мог представить, что из этого выйдет, прочитав бесчисленные произведения Джейн Остин, которые Чифую заставлял его читать. Но чтобы это случилось с ним? Его позиция "ешь, как богач", статус стипендиата и происхождение из среднего класса создали ему определенную репутацию среди его одноклассников из "старых денег" и трастовых фондов. Его последние – и единственные – отношения в Академии закончились тем, что отец его парня предложил заплатить ему непомерную сумму, чтобы он держался подальше от его сына. Такемичи расстался с Хиной на следующий день, не дожидаясь объяснений. Что, кстати, и было причиной того, что он проводил большую часть своего времени в библиотеке, в то время как другие люди вступали в общественные организации или играли в регби. Но эта вторая строчка не выходила у него из головы. Где он видел ее раньше? Такемичи взял книгу, "Маленьких мужчин" Луизы Мэй Олкотт в мягкой обложке, и повертел ее в руках из стороны в сторону. В тусклом свете зеленой настольной лампы он не разглядел ни единой переплетной нити, ни печатного изображения, которое было бы неуместно. Внешне ничем не примечательный предмет. Он положил книгу в карман на обложке. Библиотечный билет был испачкан кофе или чаем, имена были небрежно нацарапаны. Очевидно, последние пять лет никто не брал в руки эту книгу. Что не стало полной неожиданностью. Он с трудом мог себе представить, что ее предшественница, "Маленькие женщины", была популярна среди буйных парней, достигших половой зрелости, не говоря уже о ее более малоизвестном продолжении. По крайней мере, первое издание было в твердом кожаном переплете, и его нельзя было взять в библиотеке. Он посмотрел на жалкое состояние потрепанных страниц "Маленьких мужчин" и почувствовал что-то вроде сочувствия к этому предмету. Звон колокольчика возвестил о времени закрытия библиотеки. Он услышал, как люди вокруг него зашаркали, собирая свои вещи. Улыбнувшись библиотекарю, Чифую и Такемичи вышли из библиотеки и пересекли сводчатый коридор, направляясь в свою общую комнату в общежитии. Пока они шли, Такемичи все еще был погружен в интригу любовного письма, в его голове проносились разные варианты. После долгих раздумий он пришел к выводу, что это, должно быть, был розыгрыш, и рассказал об этом Чифую. Его друг только рассмеялся. - Ты недооцениваешь себя, - он запрокинул голову, отступая назад и оказываясь лицом к лицу с Такемичи. - Что плохого в том, чтобы немного помечтать наяву? - Я бы не исключил, что некоторые из наших товарищей сочли бы это веселой шуткой в мой адрес, - ответил он. - Почему бы тебе сначала просто не пойти и не посмотреть, кто он такой? - Сказал Чифую. - Он сказал, что ждет тебя. Это было очевидно. Что еще более странно, так это своеобразная инструкция о том, как его найти. 01:31:14. Время указано с точностью до секунды, но ни даты, ни дня, ни местоположения. - Что, если он мне не понравится? - спросил он. - А кто сказал, что ты должна встречаться с ним, как только увидишь? - Чифую пожал плечами. - И, по крайней мере, ты можешь исключить Санзу Харучиё. Этот придурок просто будет преследовать тебя, как он пытается донимать тебя сейчас. Словно по команде, он повернул голову туда, куда смотрела Чифую, и увидел, как из-за угла показался белый лабораторный халат. Он должен был согласиться со своим напарником, Санзу ясно дал понять, что у него странная одержимость Такемичи, хотя положительная или отрицательная, он не мог сказать. В любом случае, Санзу определенно был не из тех, кто чего-либо боится, не говоря уже о Такемичи. - Его сестра была такой милой, полной противоположностью той психопатке. Ты думаешь, все эти наркотики, которые он принимал, наконец-то повлияли на его гены? - Продолжил Чифую. - Наука работает не так, - он закатил глаза. Несмотря на отсутствие у него такта и обилие обид, Чифую снова оказался прав. С сестрой Санзу все ладили. Сестры. Семья. - Маленькие женщины! - закричал он, останавливаясь как вкопанный. - Эй, ты не можешь так просто кричать, чтобы это не прозвучало жутко! - Чифую поспешил утихомирить его. Отняв руку Чифую от своего рта и указав на книгу, которую держал в руках, он выдохнул: - Строчка “никакие хорошие подарки не сравнятся с тем, который я хочу”, - я прочитал ее в оригинальном романе. Неудивительно, что она показалась мне знакомой. Он чувствовал себя невероятно глупо, ведь он закончил читать книгу всего несколько дней назад. Кем бы ни был этот тайный поклонник, он знал, что он прочитал её, и в конце концов перейдет к следующей книге серии. Наблюдали ли они за ним? Наблюдая за его реакцией? Возможно, они все еще там! - Нам нужно вернуться в библиотеку! - взволнованно подтолкнул он Чифую - Мне нужно еще раз прочитать книгу. - Ты думаешь, что твой мистер Дарси спрятан в детской книжке? - Нет, но там могут быть какие-то подсказки. И перестань произносить неправильные имена, идиот. Ты вообще читал это? - Когда мне было десять? Как же тогда его звали? Лорри? - Лоуренс. Сокращенно Лори. - Ладно, твой мистер Лори может подождать до завтра. Библиотека все равно сейчас закрыта. Давай вернемся в нашу комнату до наступления комендантского часа, иначе Кисаки снова настучит на нас директору. Почему Чифую всегда оказывался прав? Но если и было что-то более раздражающее, чем это, так это то, на что Кисаки была готова пойти, чтобы сделать свою жизнь настолько невыносимой, насколько это возможно. Такемичи назвал бы его своим заклятым врагом, если бы не тот факт, что у него не было достаточно большого самомнения, чтобы считать себя главным героем какой-то истории. В отличие от Кисаки с его невероятной иллюзией величия. В ту ночь он лежал в постели, уставившись в потолок, и на этот раз совершенно не слышал храпа Чифую. Он тщетно надеялся, что снежный лунный свет, проникающий в их окно, вырвет признание в любви у его автора. Что он скажет ему, когда найдет? Конечно, эта ситуация была слишком странной, ему пришлось отказаться. Тогда почему он запомнил каждое слово на странице? Почему рвение этого предполагаемого Лори так сильно тронуло его? Он заснул, сунув письмо под подушку. На следующее утро, пропустив завтрак и избегая вопросительных взглядов Чифую, Такемичи направился прямиком в библиотеку. Он никогда еще не был так рад увидеть библиотекаршу, которая уже дремала за своим столом. Мисс Мэй была такой же древней, как и сокровища, которые она охраняла, хотя и неуклюже, как в тумане. Несмотря на то, что она выглядела на удивление полной для женщины в ее преклонные годы, он был уверен, что любой звук громче шепота сломает ее. Слегка постучав по столешнице, он окликнул ее: - Простите, мисс Мэй? - Кровяная колбаса! Боже мой! - Мисс Мэй вздрогнула и проснулась, ее очки чуть не свалились с переносицы - Чем я могу вам помочь, дорогой? - Можно мне еще раз почитать “Маленьких женщин”? Поскольку это редкий коллекционный экземпляр, вам нужно было попросить только один экземпляр, если вы хотели его прочитать. И вы не могли вынести его из библиотеки. Но, с другой стороны, вам не нужно было подписываться своим именем, если вы читали его там. - О, да, отличный выбор, дорогой. Тебе бы это понравилось. Мисс Мэй даже не помнила, что он когда-то просил ее об этом. Он начал нервничать из-за того, что ему действительно удалось найти своего Лори. - Вы помните, кто в последний раз просил эту книгу? - спросил он ее - После меня? Мисс Мэй поправила очки и, подперев рукой подбородок, закрыла глаза и что-то напевала. Такемичи испугался, что она снова задремала. - Это был молодой человек, - взволнованно захлопала в ладоши мисс Мэй после нескольких долгих минут разговора - Да, да, сомнений быть не может, это действительно был парень. Она выглядела по праву гордой собой за то, что помогла Такемичи, у которого не хватило духу напомнить ей, что это школа для мальчиков. Это не мог быть не парень. - Вы помните, как он выглядел? Возможно, его рост, телосложение, цвет волос?.. - попытался он снова. - Хммм. Он был высоким, - ответила она. Окончательно. Это было хорошей отправной точкой. Среди студентов было не так уж много людей выше мисс Мэй. - Или, может быть, он был вашего роста. Может быть, даже ниже? Боюсь, с этой парты судить довольно сложно. Мне ужасно жаль, дорогой, но в последнее время у меня что-то с памятью не ладится. Ты знал, что в те времена, когда... Такемичи не обращал внимания на болтовню мисс Мэй. Вернемся к началу. Плюхнувшись на своё обычное место с книгой "Маленькие женщины" в руке, он рассказал все, что ему было известно на данный момент. Вполне возможно, что у Лори был свой экземпляр, но Такемичи читал быстро, он просто случайно решил взять книгу и дочитать ее на этой неделе. И им не разрешалось покидать кампус и отправляться в близлежащую деревню за покупками в течение учебной недели. Кроме того, он знал, что "Маленькие мужчины" не были проверены, но их определенно сняли с полки, а затем снова поставили на полку. А мисс Мэй, библиотекарша, была очень щепетильна в отношении своих полок, если вообще могла что-то вспомнить. Так что Лори бывала здесь не так уж часто, по крайней мере, не для того, чтобы быть рецидивисткой. Заключение? Кто-то наблюдал за ним из своего угла, следуя его расписанию. Кто-то, кто совсем недавно часто посещал библиотеку. И, судя по самому письму, кто-то, кого он никак не ожидал увидеть. Это исключало большинство его друзей (не то чтобы у него было так уж много друзей с самого начала), включая Чифую, который присоединялась к нему только тогда, когда он не мог найти никого, кто мог бы его побеспокоить. Такемичи, должно быть, видел этого парня где-то здесь хотя бы раз, особенно если находился достаточно близко, чтобы наблюдать за ним. Библиотека была обширной, но небольшой и простой с чисто архитектурной точки зрения. Предположительно, можно спрятаться между рядами книжных полок, хотя это представляло бы любопытное зрелище, которое Такемичи наверняка заметил бы. Он снова огляделся, выискивая знакомые лица. Высокого мускулистого парня в круглых очках он видел в кампусе, хотя был уверен, что этот парень один из братьев. Были ли они близнецами? Он не мог сказать наверняка, но этот парень всегда нравился ему больше. Его брат почти всегда жутко улыбался. У круглых очков всегда было хмурое выражение лица, но он никогда много не говорил. Был там и светловолосый капитан фехтовального клуба, имени которого он не помнил, но узнал только по свободной белой льняной блузе с расстегнутым воротом и блестящими от пота ключицами. У парня была привычка склоняться над своим столом, то ли он был сонным, то ли настолько близоруким, что ему приходилось щуриться, чтобы читать, Такемичи не был уверен. Время от времени Кисаки заходил, вальсируя, как хозяин этого места. А может, так оно и было, его отец пожертвовал Академии огромные суммы еще до того, как он поступил. В большинстве случаев Кисаки оставлял его в покое, чтобы не нарушать тишину в библиотеке. Такемичи всегда старался забиться в угол поглубже, когда этот придурок начинал приближаться к нему с самодовольной ухмылкой. Он был уверен, что есть еще один или два человека, которых в данный момент здесь нет, но их лица стерлись из его памяти. Взъерошив волосы, досадуя на свою забывчивость, он винил себя за то, что больше не читал Шерлока Холмса или Агату Кристи. Вместо этого Такемичи уставился на два тома произведений Олкотта, лежавшие перед ним. Замысловатое золотое тиснение на "Маленьких женщинах" было гораздо привлекательнее по сравнению с грубым, потрескавшимся корешком "Маленьких мужчин". Словно для того, чтобы компенсировать это или подчеркнуть актуальность, на обложке была большая цифра 2, которая занимала четверть рисунка, даже больше, чем имя автора. Цифра 2. 02. 01:31:14 Что, если в инструкции было указано не время, а место? Точнее, где-то в первой книге, под номером 01. И если они шли в порядке убывания количества, то 31, должно быть, означало главу 31 и, следовательно, параграф 14. Такемичи поспешно пролистал книгу до указанного отрывка. “Сегодня была ярмарка, и мы отправились в Гайд-парк, расположенный неподалеку, потому что мы более аристократичны, чем кажемся. Герцог Девонширский живет неподалеку. Я часто вижу его лакеев, слоняющихся без дела у задних ворот, а дом герцога Веллингтона находится неподалеку. Какие достопримечательности я видел, моя дорогая!” Несколько названий показались ему знакомыми. Ни Веллингтон, ни Девоншир не были настоящими географическими названиями в стране. В деревне был парк, хотя, к сожалению, он не назывался Хайд. Хотела ли Лори, чтобы он где-нибудь там спрятался? Или, может быть, это была отсылка к каким-то дорогим коврикам из коровьей кожи? И тут его осенило. "Странная история доктора Джекила и мистера Хайда" Роберта Льюиса Стивенсона. В этой книге определенно было что-то, что могло привести его к Лори. Такемичи вскочил со своего места и бросился к полке с авторами на букву “С”. В спешке он врезался во что-то слишком мягкое, чтобы быть стеной. Чья-то рука схватила его за локоть, помогая устоять на ногах. - Разве ты не знаешь, что тебе не следует бегать по библиотеке? - раздался смех. Он поднял глаза и увидел Курокаву Изану, студенческого президента. Такемичи по-настоящему наблюдал за ним из толпы в аудитории только тогда, когда тот произносил речь или делал объявление, хотя, по правде говоря, совсем недавно он видел его в библиотеке. Они разговаривали впервые, и все же пристальный взгляд этих фиалковых глаз заставил его мгновенно вспыхнуть. Изана все еще не отпускала его руку. Если подумать, он был настолько неожиданным, насколько могло означать это слово. Был ли Изана тем самым Лори, которого он искал? “Люби Джо всю жизнь, если хочешь, но не позволяй этому испортить тебя, потому что нехорошо выбрасывать столько хороших подарков из-за того, что ты не можешь получить тот, который хочешь”. – Луиза Мэй Олкотт, “Маленькие женщины”.