Молчание ночи

Черный микроавтобус свернул на проселочную дорогу, подпрыгнув на ухабе. Солнце только начало выглядывать из-за горизонта, но жара уже упала на плечи, изнуряя всех, кто был вынужден выйти на улицу. А кому-то было даже очень хорошо. А ведь, действительно. Такая прекрасная безоблачная погода, свежий воздух, объединение с природой. Красота. Отличная погода для пикника и прогулок. И даже позагорать можно. Юрий пришел в себя внутри со связанными руками перед собой на коленях в задней части микроавтобуса, за креслами. Голова кружилась, но ноги затекли больше. - Не дергайся. - прозвучал испуганный голос Герра у правого уха. - хуже только будет. - Где мы? - уже тише спросил Мелисов, боковым зрением заметив человека с оружием слева от себя. Напротив него сидел Кривенков и тоже связанный. На его скуле наливался синяк. Теперь понятно, почему гитарист попросил поменьше двигаться Юрия. Не хотелось, чтобы и его ударили. Но длинноволосый все же рискнул поднять голову повыше и осмотреться. Однако, кроме микроавтобуса и зашторенных окон он ничего не увидел. После щелчка затвора автомата Мелисов решил снова опустить голову пониже и вообще помолчать. Их куда-то везут, где будут все ответы. И долго ждать остановки не пришлось. Буквально минут через десять микроавтобус затормозил, толкнув всех троих. Герр нервно сглотнул и прерывисто вздохнул. - Каковы шансы, что мы доживем до вечера? - тихо спросил барабанщик. Его рука нервно дрогнула. Юрий пожал плечами и покосился на заднюю дверь, возле которой как раз и сидели все трое. Открылась сначала одна ее дверца, а затем и вторая. Они были где-то в лесу на проселочной дороге. - Теперь никаких... - обреченно проговорил Процко, догадавшись обо всем. Их поднял Мечтатель, который не надел капюшона, но его лицо можно было хорошо разглядеть только стоя, и отдал в руки Армагеддона всех сидевших в салоне по очереди. Он выдал себя своим причудливым языком немых, который существовал только у «Алых Голубей». - Мы были бы рады решить все мирно, но Илья и ваш друг тоже. - Что будете убивать всех его друзей, лишь бы не допустить слива информации? - достаточно нагло поинтересовался Мелисов, разминая затекшие ноги. Их поставили в колонну. Мечтатель отдал автомат водителю, а сам взял у него пистолет и встал в конце. Армагеддон толкнул Юрия, указал рукой, куда идти, и зашагал примерно на одном уровне с ним. - Не советую даже пытаться бежать. - предупредил Мечтатель, видя, как нервно начали вертеться головы впереди. - он еще не промахивался и не испытывал жалости. - Вовремя уточнили... - мрачно вздохнул Дед и сглотнул, шагая следом за Мелисовым, которого поставили первым. Дальше они молчали. Армагеддон был нем, Мечтатель не знал, что сказать, а остальные просто боялись и рта открыть, чтобы переговорить хотя бы между собой. Где-то через полчаса правее от колонны послышались чьи-то громкие голоса. Разобрать, что стало причиной спора, отсюда было просто невозможно. Но разговор был настолько оживленным, что, казалось, они голоса себе в скором времени сорвут. И хорошо, что они были в лесу, где подслушать никто не мог. Рыжий положил руку на плечо гитариста и прошипел ему на ухо. - Скажете хоть слово, продырявим сперва тех, кто придет вам на помощь. И передай это остальным, как можно тише. Дмитрий кивнул и передал послание другу перед собой, а тот, в свою очередь, уже Юрию, который дернул головой с усмешкой. Мол, представляешь, а я и сам догадался об этом. Но темноволосому мужчине довольно высокого роста с пронзительными стеклянными глазами необычайно красивого оттенка серо-зеленого цвета понадобилось идти именно в их сторону. Его губы были скривлены от злости и отвращения к чему-то или кому-то. Разговор однозначно зашел в тупик и не принес того результата, которого хотел добиться он. Мужчина нервно сжимал и разжимал край черной, как и вся одежда на нем, кофты нараспашку. Он пытался справиться с потоком эмоций, который бился у него в глазах. - Влад!? - воскликнул Юрий, забыв обо всем. Но Армагеддон не терял голову. Он за одно мгновение вытащил кинжал из-под одежды и оттащил связанного к дереву. - Арм... поздно. - спокойно проговорил Мечтатель, не сводя глаз с Влада. - У вас все хорошо, ребят? - буря злости сменилась замешательством и страхом. Влад никак не ожидал подобного в недрах глухого леса. И как надо реагировать при виде реальной угрозы? Голубь, поняв, что профилактическую беседу следует отложить на потом, отошел от Мелисова и повернул голову в сторону вмешавшегося. Рыжий дернул головой, надеясь, что его поймут. И Процко больше ничего не пришлось объяснять. Он нервно сглотнул, покосился на агрессивного главного, подумал с секунду и, наконец, заговорил. - Мы клип снимаем. Он... думал, что здесь в округе никого нет. - Точнее я ему так сказал. - подхватил зеленоглазый. - а он людей не любит, нервничает при виде незнакомых лиц. Вот он и психанул. - А... - Влад кивнул на руки. - Это для съемок клипа. - посмотрев себе на руки, заверил Герр, пытаясь сделать так, чтобы не было слышно дрожи в голосе. Они сейчас друга спасают. Не хватало еще и его втянуть в эту историю. - О, черт! - воскликнул мужчина, дернувшись в сторону. Он как никто другой знал, что такое правильный ракурс. - я в кадр попал!? - Ничего, мы просто вырежем этот момент. - успокоил барабанщик и покосился на Армагеддона. - не так ли? Тот кивнул. Влад облегченно выдохнул. Он осмотрелся по сторонам в поисках камер. - Хорошо. Тогда не буду вам мешать. - А ты что забыл в этих дебрях? - поинтересовался Мелисов, надеясь, что их не начнут торопить. - У меня тоже съемки, но пока мы даже не можем сойтись на одном. - в голосе Влада послышалось раздражение. - Тогда удачи, а нам уже пора. - вмешался Мечтатель и рукой указал, куда им дальше двигаться. - Да, конечно. Ни пуха... - К черту. - кивнул Кривенков, шумно выдохнув. Связанные облегченно выдохнули только после того, как Влада не стало видно за деревьями. Они смогли спасти своего друга. Это достойно для гордости. Не хватало еще и ему расплачиваться за ошибки друга. Влад тут вовсе ни при чем. Но Армагеддон не забыл, как Юрий привлек к ним лишнее внимание. И предупреждающий удар не заставил себя ждать. Гитарист наверняка упал бы, если не схватился бы за дерево. Дмитрии дернулись в его сторону, но главный направил на них дуло автомата. - Не надо, сам нарвался. - проговорил Юрий, держась за скулу, где уже виднелось покраснение. - ну и силы в тебе... Голубь автоматом показал, что им надо двигаться дальше, а рыжий еще и перевел. - Шагаем дальше и больше не останавливаемся. Мечтатель еще о чем-то переговорил со своим боссом, а после взял правее колонны. - Вы же не собираетесь его убить? - с испугом уточнил Кривенков. - С каких пор ты понимаешь его язык жестов? - удивленно спросил Юрий. О том, что у него у самого появилась эта мысль, гитарист не стал говорить. - насколько я знаю, иначе он ответить не может. А его переводчик сейчас куда-то ушел... - Черт... - осознал барабанщик, что они теперь не могут поговорить с вооруженным. Но Мечтатель вернулся раньше, чем Армагеддон остановил связанных. Он успокоил главного и вновь устроился в конце колонны. С губ Ильи капала кровь. Он уперся спиной к дереву, чтобы не нагружать и без того болевшие руки. - Я бы очень хотел оставить тебя в живых... - огорченно проговорили противные губы. Мамонтов сделал глубокий вдох и поднял голову на человека перед собой, который вытащил кинжал и подошел вплотную к связанному. Холодная сталь коснулась шеи, вызывая стадо противных мурашек. Бас-гитарист испуганно дернулся, но ничего не изменилось. Надо было ему послушать друзей, которые будто бы предвидели такой исход. Любопытство его сгубило. Довело до могилы. Но клинок не успел нарисовать вторую улыбку. Из-за дерева послышался свист. Голубь дернулся и повернул голову на звук. Там стоял Армагеддон, удерживая оружием Юрия, который уже трижды успел выкрикнуть имя усатого. - Он хотя бы нашелся. - послышался вздох облегчения от Мечтателя. - не придется бегать за ним отдельно. Главный согласно мотнул головой и посторонился, чтобы все связанные оказались на одной поляне. - Вы искали его!? - удивленно воскликнул Процко. - Герр... - негромко позвал друга Илья, сглотнул и нашел в себе силы закончить фразу. - это совсем неудивительно. Я сунул нос туда, куда не следует. Вы здесь из-за меня. - Да, только ты поздно это понял. - напомнил барабанщик. - Кроме Жени, от того мои подозрения на счет него только растут. - добавил Мамонтов. - Ты опять!? - недовольно прорычал Юрий, доходя до края могилы, вырытой совсем недавно. - вот нашел время! - Я, наверное, сунул нос туда, куда не следует, но мне надоело его любопытство! - прошипели из-под капюшона, убирая нож в карман. Между «Алыми голубями» были свои разногласия. - Косой!? - рыжий узнал его только по голосу. - Рад стараться. Главный что-то показал, и его переводчик на какое-то время замер, внимательно следя за каждым его движением. - Он просит тебя уйти, Косой. Мы сами тут справимся. Не надо переживать за дальнейшие события. - Как скажешь... - помедлив, все же ответил Косой. - но я готов помочь. - Не надо. Не спорь с ним сейчас. Тем более ты. - переводчик вложил в голос всю строгость, на которую только был спокоен. Он пытался показать голосом, что за такую самодеятельность ему потом будет несладко. - Ладно, я понял, что меня ждет серьезный разговор... потом. Поэтому я лучше сейчас послушаю приказ и удалюсь, чтобы не рыть самому себе могилу. - Косому этого было достаточно. Рыжий сказал нужные слова, которые стали замечательным рычагом давления для него. Мужчина поспешил скрыться среди деревьев, чтобы ему не досталась шальная пуля в спину. - Ты думаешь, что мы вдвоем с ними всеми справимся? Армагеддон уверенно кивнул и быстрым взглядом осмотрел Илью, который притих сразу после того, как на него перестали обращать внимания. - Ты как? - осторожно спросил Процко с сочувствием смотря на басиста. Ему в ответ только коротко кивнули. - Вы думаете, что вам сойдет с рук убийство всех музыкантов одной группы? Арм неоднозначно мотнул головой и подошел к усатому, который обреченно дернулся и прикрыл глаза. Но убивать связанным, да еще и на таком расстоянии от могилы, его не собирались. - Не переживай, не свожу с каждого из них. - успокоил Мечтатель, увидев послание, адресованное ему. Голубь перерезал веревки и только после этого вытащил откуда-то ключ от наручников. Илья недоуменно посмотрел на свои ноги, а потом покосился себе за спину, откуда уже слышался щелчок замка. Но как бы Мамонтов ни готовился к этому, мужчина все равно упал на колени тяжело дыша. Он сплюнул кровь с губ. - Вставай. - послышалось из далекой стабильной реальности, где не было головокружения. Мечтатель решил поторопить его, видя, что тот не спешит вставать. Усатому не понадобилось повторять дважды. Он рывком поднял себя на ноги и качнулся, хватаясь за больной бок. Армагеддон заломил ему руку и потащил поближе к могиле. Басист несильно сопротивлялся. Но только первые несколько секунд. А стоило ему увидеть обреченность в глазах друзей у него в голове что-то переклинило. Илья пнул по колену вооруженного и смог с невероятным усилием освободить свою руку из смертельной хватки. Юрий боковым зрением увидел, как Мечтатель поднимает руку с пистолетом и направляет ее на оказавшего сопротивление. У него была всего секунда, которую гитарист не стал тратить на испуг или ступор. Он снес своим телом с ног рыжего и отправил его в нокаут. Мелисов пропустил тот момент, когда Мамонтов взял окончательно верх над вооруженным и сел на него, поставив колени чуть выше локтя. Армагеддон дернулся, но веса в басисте было немало. Особенно для того, чтобы придавить такое небольшое тело. - Ножом проще веревки развязать. - избитый протянул кинжал, который вытащил из-за пояса пораженного. - у них у всех примерно в одном месте оружие находится. - О, спасибо. Действительно, удобнее. - не стал отрицать Герр. - подержи, пожалуйста. Не думаю, что он куда-нибудь денется из-под  тебя. Ты хорошее место выбрал для удержания рук. - Я знаю. Но я бы очень хотел заглянуть под капюшон. Надоело это таинство. - Тебя жизнь ничему не учит? - удивленно спросил Юрий, потирая затекшие запястья. - Учит. - раздраженно ответил Мамонтов. - но я хочу знать, кто таится под капюшоном. - Дело твое... - примирительно поднял руки Процко. Басист приподнял за грудки притихшего Армагеддона, ожидавшего последствий  его самоуверенности, и рывком стянул капюшон с головы. - Что!? - по лицу Ильи пробежал весь спектр эмоций. Даже радость мелькнула от осознания того, что он оказался прав, и тайна раскрыта. - Что? - Юра старался не сводить глаз с Мечтателя, который мог в любой момент прийти в себя. Но после восклицания не удержался и оторвался. - Женя!? - севшим от удивления голосом произнес Кривенков. Усатый даже для убедительности стянул бандану с лица. Но нет. Это были не галлюцинации. Он оседлал Евгения Егорова. - Так ты не один из Голубей. Ты их возглавляешь! - в голосе у музыканта звучала уже ненависть. - ты и есть Армагеддон! Так вот почему от тебя отвернулась родня! Я бы на их месте тоже выгнал из дома ребенка, если бы узнал, что он не пошел учиться на мента, а решил вершить свою справедливость, убивая штабелями людей. - И что нам теперь с этой информацией делать...? - обреченно спросил Дмитрий Процко, не отводя своих печальных глаз с лежавшего навзничь музыканта. - Ты убить пытался всех нас! - добавил барабанщик с отчаянием. - И можешь уже не молчать. Поешь ты весьма хорошо. Настолько, что даже твои друзья попадают под твои чары обаяния. - с досадой заверил Илья и добавил уже с отчаянием на грани истерики. Мозг не выдерживал таких эмоциональных качелей. - да хватит молчать! Хватит игр! Кудрявый приоткрыл рот, показывая непонятное устройство, вставленное между зубов. Именно из-за него певец не мог говорить. Именно таким было его ограничение. - Это что еще за фигня? - Дай ему ее снять. - попросил русоволосый гитарист. - кажется, он уже смирился. - Как смирился, так и оскалится. - Ты хочешь сам ее снять? - с отвращением уточнил Дед. - Я даже не знаю, как она устроена... - обреченно выдохнул басист и отпустил ему одну руку. Егоров без всяких фокусов снял это устройство, положил его в карман, а после вернул руку в тоже положение, что она и лежала. Илья снова придавил ее коленом и нервно сглотнул. Все выглядело так, будто певец в самом деле смирился с положением дел. - Хорошо же ты играл приличного человека с честными глазами. Но не стоило тебе устраивать эти криминальные разборки на собственной постановке. Женя нервно посмеялся и вздохнул, сглотнув. - Это была проверка. И пока она не принесла плодов. Крысу я все равно не нашел. Нашел только проблемы с друзьями. - Какую крысу? Ты что мелешь? - Сейчас во мне больше черт характера Армагеддона. Настоящих черт. Тех самых, которые вы еще не видели до этого момента. - Ну, почему. Мы-то как раз их видели, просто не знали, что это ты! - теперь Юрий стоял на стороне Ильи. И, судя по спокойному выражению лица, певец совершенно не удивился. Усатый замахнулся кулаком, но обрушить удар не хватило духу. Голубоглазый усмехнулся, прикрыв глаза. - Бей, не стесняйся, пока есть возможность. - Я не пал так низко, как ты. - опуская руку, выдохнул державший. - теперь понятно, почему ты спокойно говорил, что от тебя отвернулись близкие. Ты сам в этом виноват! - Вообще-то я из-за них таким стал. Из-за их холода по отношению ко мне. - на удивление, мягко поправил кудрявый. - Что? - музыкант даже растерялся. Все его эмоции в мгновение ока улетели в неведомые дали. - Что слышал. - уже резче ответил Егоров. - Ты убить нас пытался! - напомнил барабанщик, хватаясь за волосы. - Не вы первые, не вы последние. Я не могу позволить вам разрушить мою империю, даже если придется пролить вашу кровь. - Звони в полицию...  - обреченно проговорил Мелисов осипшим голосом. - тут глухо как в бронепоезде. Я вообще сомневаюсь в его адекватности. - Не получится. Здесь связи нет. Мы в глуши в нескольких километрах от цивилизации... - огорчил певец, цокнув языком. - Значит, двигаемся в ее сторону. Ларс, поднимай его. Только, прошу, будь осторожнее. - попросил Кривенков и сглотнул. Он не мог поверить в то, что говорить такие вещи по отношению к нему. А, может, сказал из-за тяжелого состояния Ильи, который мог в любой момент упасть без чувств. Мамонтов кивнул, схватил за руку предателя, встал и потянул за собой его тело. На удивление, голубоглазый даже не думал о сопротивлении. Мышцы были расслаблены, если так можно было сказать. Лицо безучастное, будто ему стало абсолютно все равно на происходящее вокруг.