Солнце, море, серфинг!.. Русалки?!

Хан Джисон ― восходящая звезда серфинга. На чемпионате его заметили, полюбили, Хан показал хороший результат, но жюри и профессионалами было принято решение, что ему еще есть, куда расти. Кристофер остался его тренером, но они присоединились к мельбурнскому спортивному клубу вместо того, чтобы вернуться к пусанскому побережью. Минхо снова был соседом Джисона. Перед тем, как как отправиться в Австралию, он пробрался в прошлую квартиру и забрал диадему своей матери, а новую, подаренную Себастьяном, умудрился продать за хорошие деньги. Они добавили к выручке часть вознаграждения Джисона и смогли купить маленький прибрежный старый домик. С документами вышла небольшая неловкость: Минхо в этом не понимал вообще ничего, и Джисон пытался ему объяснить, что такое собственность и доля. “Ну, дом твой”, ― сказал Минхо в конце импровизированной презентации Джисона, отчего тот чуть не пошел смывать стресс в море. Но сначала, все же, нужно было оставить свою подпись. Джисон подумал, “хрен с тобой, золотая рыбка, у тебя-то в любом случае дом ― весь мировой океан”, и совесть не стала его мучить. Хан много размышлял. И было много разговоров с Минхо по вечерам. В том числе о русалах, их природе ― и серьезных, и смешных. Когда Хан коснулся анатомии хвоста и интимных подробностей, Минхо смутился и закричал: “Я не медик, в конце концов! Я говорил тебе, что я принц и хорошо танцую!” В тот же вечер ему пришлось станцевать. Получилось, действительно, очень красиво. Пока Минхо жил с Ханом в Пусане, он поставил пару хореографий, будучи на человеческих ногах. В другой вечер Хан попросил станцевать с ним вальс. Была одна песня, которую он очень любил и под которую танцевали его любимые Гарри и Гермиона в седьмой части Гарри Поттера. Он хотел это повторить, и они, после нескольких неудачных попыток, повторили. На одном из созвонов по видеосвязи с Сынмином Джисон восторженно рассказал об этом. Сынмин со смехом заметил, что они похожи на замужнюю парочку двух престарелых геев. Джисону не показалось это чем-то обидным. Вскоре они с Минхо посмотрели сериал про супружескую пару старых геев. Апрель заканчивался, время близилось к маю. Они поняли, что заново проживают свои октябрь и сентябрь, словно исправляя старые ошибки. За это время Минхо ни разу не покидал Австралию. Джисон, привыкнувший к новой жизни и новому дому, догадался спросить о его семье. ― Помнишь, ты спросил про продолжительность жизни, ― с улыбкой сказал Минхо. Хан кивнул. ― Время для нас, особенно под водой, действительно идет иначе. В Корее я каждую ночь возвращался, чтобы не вызвать подозрений у отца и отчитываться Себастьяну, моему наставнику. Теперь же… Скажем, так. Я пообещал их навещать. Иногда. Наследником и правителем королевства мне все равно не стать, так что этого будет достаточно. После этих слов Минхо пришлось примерить для Джисона диадему матери. Впервые Джисон предложил вместе поплавать только в начале июня. Минхо удивленно сказал: “Я думал, ты уже никогда не предложишь. Что заставило тебя передумать?” “Я перестал опасаться твоей силы”, ― признался Джисон. Джисон, одетый в гидрокостюм, первым зашел в воду. Без доски. Отплыл на приличное расстояние и стал наблюдать за Минхо. Тот, смущаясь, разделся до гола. Ему не хотелось засорять океан потерянными трусами. Зашел в воду уверенно, несмотря на холод, и нырнул. Вынырнул он, казалось, через мгновение рядом с Джисоном. Волосы переливались серебром и цветами радуги в лунном свете. ― Ох, ― Джисон восхищенно выдохнул, рассматривая его. Опустил взгляд, разглядел белеющий в темной воде хвост. ― А тебе… Тебе каждый раз больно превращаться, как тогда? Минхо задумался, а потом ответил: ― В море вообще не больно. На суше ― да, неприятно. В тот раз, наверное, сыграло эмоциональное напряжение, потому что это был, как ты выражается, пиздец. Минхо нырнул, а Хан плавал по верху. Минхо то появлялся рядом, то исчезал. Джисон понял, что русалы очень быстры. ― Если хочешь, я могу тебе наколдовать пузырь воздуха. Он позволит подольше побыть под водой, ― вынырнув в очередной раз, предложил Минхо. ― Но это только если ты уверен, что это тебя не испугает и что ты… ― Давай! ― радостно согласился Хан. Окончание фразы ― “доверяешь мне в достаточно мере” ― осталось висеть в воздухе. Это был лучший в жизни Хана заплыв. Он держал Минхо за руку, любовался его красивым гибким хвостом, и ощущения под водой, когда можешь дышать и вода не заливается в нос, просто фантастические. Минхо направил его в другую сторону, и вскоре они оказались недалеко от берега. Когда голова Хана показалась из-под воды, пузырь испарился. Джисон подплыл к Минхо, обвил его шею руками и мягко, нежно поцеловал в губы. ― Вот и нет больше дистанции, ― отстранившись, усмехнулся Джисон. Он смотрел в блестящие глаза русала, пытаясь найти в них ответ: не сглупил ли он только что. Ответом ему был поцелуй, уже жадный и намного более долгий.