1. Усы
1 октября 2025 г., 16:32
Испаночка бесит. Ведёт себя так, будто США — её страна. А стоит напомнить её место, выскочка-мигрантка хмыкает:
Почесав зудящую после утреннего бритья кожу под носом, он возвращается к работе, нет-нет, да и косясь на Коллинз. Сволота и не догадывается, что Бивер служит в заднице мира из-за таких, как она, а стоит заговорить об этом... правильно, испаночка огрызается. Поэтому он забил и серьёзные темы больше не поднимает, тем более, что взять с женщины?
Снова дежурство, снова пульты, снова нудная стабильность на мониторе и не менее нудная Коллинз. Чипсы она, видите ли, не будет: не хочет жирными пальцами испачкать кнопки.
— Просто кто-то не умеет жрать, — Бивер фыркает, старательно вкладывая в этот звук всё своё презрение, — у меня вот клавиатура чистая.
— Ну да. Только если перевернуть, можно набрать годовой запас провизии... хотя, для тебя дневной. Слушай, — Коллинз изображает ложную озабоченность, — может, проверишься на гельминов?
— Иди в жопу, — разумеется, Бивер проверялся, но не докладывать же об этом каждой мигратке!
— Не могу, там тобой занято.
Бивер не отвечает: просто показывает фак, и тут же за спиной раздаётся звонкий хлопок: именно сейчас вошедший Маршалл опять отбивает лицо ладонью.
— Всё грызётесь, — он лаконично раздаёт указания, а также даёт расписаться за какое-то ознаколение, которое никому, включая самого командира, никуда не упёрлось. Поэтому — как и все ознакомления — и проводится только на бумаге.
— Босс, — черканув размашистую подпись, Бивер смотрит на Маршалла, — так что насчёт музыкальной колонки? Можно подрубить?
— Нет, — дождавшись, пока Коллинз распишется (она что там, любовную поэму Маршаллу катает?), командир валит, провожаемый недовольным взглядом Бивера.
— Ребёночку не дали принести игрушку?
Въедливая мигрантка не может промолчать. «И после этого она говорит, что не хочет моего внимания, чёртова лицемерка!»
Бивер неспешно поворачивается: к Коллинз, не к рабочим мониторам. В них ещё насмотрится.
— Ребёночку? Леди, а что если я приглашу вас прогуляться после заката на нижних этажах этой чудесной платфо… Эй, не закатывай глаза, я тебя тащу не за интимом! Ну, то есть, за ним, конечно, но не только!
— Ну точно, дитя, — выносит вердикт Коллинз и, надев наушники, возвращается к работе, не отвлекаясь даже на шуточки различной степени пристойности, чем бесит: сама завела тему, сама слилась!
«Дитя? Между прочим я один из лучших игроков в покер, классный охотник и вообще мужик хоть куда!» — Бивер косится то на окончательно ушедшую в мир радиолокации Коллинз, то на своё отражение в одном из выключенных мониторов... и внезапно его озаряет.
Недолго испаночке осталось дразниться. Бивер не скрывает ухмылки, на которую, впрочем, Коллинз даже не смотрит. Но ничего. Совсем скоро она забудет слово «дитя», ибо увидит перед собой настоящего мужика. Как положено, с усами.
