Interceptor: Before. All clear on the radar

Под тёмным потолком командного центра прячется паук. Неделю, может, больше. Наблюдая за происходящим восемью глазами, он кажется неподвижным, однако, рядом можно заметить паутину, которой раньше не было — но это если всматриваться. С первого взгляда паука не разглядеть, да и кому понадобится задирать голову, когда хватает дел? А если и не хватает, то всегда можно лениво поболтать, пока не зашёл с проверкой полковник Маршалл. Или перекусить, как это постоянно делает Бивер: последнему и Маршалл не указ. «Готов поспорить, что свои десять миллионов он также прожрёт: давясь фуагра в дорогих ресторанах в окружении красивых, но многократно использованных женщин. Пустая роскошь вытянет все его средства, и уже через пять... нет, максимум через три года Бивер закончит с протянутой рукой возле входа в вокзал какого-нибудь Копенгагена». Уборщик зевает, по привычке прикрывая рот ладонью, и ставит на пол ведро со шваброй. Вновь бросает равнодушный взгляд на паука и, выжав тряпку, моет пол: тщательно, неторопливо. Куда спешить, если из персонала здесь сейчас только оставленный на ночное дежурство Бивер, который дрыхнет, закинув ноги на стол и издавая звуки, похожие не то на храп, не то на хрюкание? Такие, как он, получают десять миллионов, ничего не делая: молчать и вовремя открыть дверь — всё, что от него требуется, пока сотни талантливых студентов берут кредиты, чтобы расплатиться за образование. Уборщик давит на тряпку. В какой-то момент кажется, что Платформу качает, но уборщик не удивляется: по ту сторону бушует шторм, однако, внутри пока что спокойно: тихонько жужжат в компьютерах кулеры, мерцают синим мониторы и дышится легче, нежели в узких коридорах Платформы. «Отдельная система вентиляции», — тут же подсказывает память. Отодвинув соседний с Бивером стул, уборщик делает свою работу, бросая косой взгляд в монитор. Русской субмарины не видно: опять отогнали. Её капитану стоит быть менее назойливым: Маршалл не холерик, но если чаша терпения переполнится, он свяжется с ВМФ США и поднимет никому не нужную шумиху. Однако, на радарах спокойно: прямо как в командном центре, где по-прежнему дрыхнет Бивер. Уборщик, скользнув равнодушным взглядом по мониторам с секретной информацией, продолжает мыть: тщательно, будто от этого зависит безопасность страны. Иногда он считает, что чересчур старается: сложно оценивать себя со стороны, но вид грязи и коричневых разводов там, где за порядок отвечает он, вызывает неудовлетворение. Уборщик делает своё дело терпеливо настолько, насколько нужно: спешить некуда. В какой-то момент он позволяет себе отдохнуть. Оперевшись на швабру, уборщик с удовольствием разминает спину, плечи и шею: так же тщательно, как только что работал. Но в какой-то момент он задумчиво смотрит вверх: туда, где под самым потолком, в одном из тёмных углов, никем не замеченный паук плетёт свою сеть.