Отпуск подождет

Произнеся последнюю фразу, божество бесшумно исчезло, оставив всех в тишине. Говорить никому не хотелось, поэтому многие предпочли осмотреться. И посмотреть, оказывается, было на что. Перед ними стояли одиннадцать резных деревянных кресел с мягкой обивкой и круглый стол. Было непонятно, всегда ли здесь был такой интерьер или он появился только сейчас, но это мало кого действительно интересовало. Первым не выдержал Бад. С преувеличенной неловкостью он плюхнулся в ближайшее к нему кресло, сгребая пальцами свою голубую шевелюру, и громко вздохнул. — Фух! Ну и денёк! Одно дело, пить с друзьями, и совсем другое, просыпаться в гостях у какого-то бога! — Он сделал вид, что потягивается, но его поза была обманчиво расслабленной, а взгляд за стёклами очков выжидающе скользнул по собравшимся фигурам, останавливаясь на Альберу прибывшем. Тот, словно не замечая внимания, медленно поворачивал в руках тёмный, отполированный до глянца прямоугольник. Его пальцы, привыкшие сжимать перо или древко копья, с лёгким недоумением скользили по идеально гладкой поверхности, отыскивая что-то знакомое. Несмотря на то, что внешне блондин был поглощён изучением артефакта, его мысли постоянно возвращались к Чхве Хану из его родного мира — тому, кто доверял ему и его несносному донсену, как себе. Он наблюдал, как здешний потрепанный и разбитый Хан украдкой, с непроницаемым лицом, держался за рукоять меча и время от времени припускал клинок из ножен большим пальцем, проверяя остроту лезвия. Эта знакомая Альберу мелочь вызывала у него глубокую, тёплую грусть. — Ваше Высочество, вы не пострадали? — осторожно прорезал тишину голос мечника, что стоял чуть в стороне. Его плечи были напряжены, а глаза, темные и недоверчивые, прикованы к незнакомцу. Однако, поворачиваясь к своему принцу, он слегка склонил голову, и его тон, хоть и отрывистый, сохранял оттенок почтительности. Принц же с бледным лицом лишь молча кивнул головой, аналогично корейцу вглядываясь в своего двойника. Сосредоточившись, Чхве Хан продолжил говорить уже с королем, тщательно обдумывая каждое слово. — Прошу прощения за прямоту, но этот предмет… — Он коротким движением подбородка указал на «дощечку» в руках Альберу Старшего. — …Странный. Не могли бы вы... прояснить. Альберу оторвался от изучения артефакта. Его взгляд остановился на лице Чхве Хана — оно было таким странно чужим. Не тем, что принадлежало старому наставнику, который с лёгкостью указывал на ошибки в фехтовании и смеялся с ним за обедом. Перед ним стоял израненный, опустошённый человек, скованный бронёй отчаяния. — Хороший вопрос, мастер меча, — его голос прозвучал ровно, но в нём послышалась едва уловимая теплота, обращённая к тени того человека, которого он знал. Большим пальцем он нажал на едва заметный выступ на торце устройства. Поверхность «дощечки» мгновенно ожила, вспыхнув холодным голубоватым сиянием. На мгновение на экране мелькнули символы, отдалённо напоминающие буквы, которые Чхве Хан когда-то в другом мире называл родными. Тот резко отвёл взгляд, сжав кулаки. — Это артефакт для навигации по памяти нашего мира, — пояснил Альберу, тут же меняя интерфейс на нейтральные значки. Он видел, как дрогнул мечник, и поспешил убрать раздражитель для корейца. Эрухабен, до этого наблюдавший за происходящим с видом пресыщенного зрителя, медленно приподнял одну изящную бровь. В его золотых глазах мелькнул интерес. — То есть этот предмет хранит в себе перечень всех прошедших событий? — Голос принца Альберу прозвучал приглушённо. Король встретил его взгляд, и на мгновение в его собственном, помимо усталости, мелькнуло что-то похожее на жалость. — Совершенно верно. Это не просто сухой отчет, но и не спектакль. Это скорее отображение нашей реальности. И чтобы вам не пришлось испытать все те же сложности, что и нам, сначала его необходимо… структурировать. Розалин, до этого молча изучавшая огромный панорамный экран, медленно обернулась. — Ваше Величество, вы сказали «наших». Значит ли это, что мы… они… вы… — она запнулась, пытаясь облечь в слова сложную реальность альтернативных «я». — Да, мисс Розалин, — учтиво ответил Альберу, обращаясь к девушке, чей двойник стал для него надежным товарищем. — В этих воспоминаниях вы увидите себя. Вы не просто будете наблюдать, а услышите отголоски их мыслей и… ощутите эхо их чувств. Бог предупредил о возможном «дежавю». Будьте готовы. — Если это отображение, — сдержанно, отозвался Чхве Хан. Его рука непроизвольно сжалась в кулак. — То это значит, что мы можем почувствовать чужое отчаяние или смерть? Король обернулся на голос, и его лицо снова стало невозмутимым, но в глазах читалось понимание. — Никто из вас не умрет, Хан, — ответил он, намеренно опустив формальность, как это часто бывало между ними в его мире. — Просматривая архив, я уже успел прочувствовать эти «отголоски». Должен признать, это не самое приятное из ощущений. — Поведя плечом, стряхнул с себя мурашки Альберу. Его слова, сказанные с ледяным спокойствием, повисли в воздухе. Даже Бад перестал делать вид, что пьёт, и уставился на короля. Знание того, что никто из них не умер, хоть и успокаивало, но не давало гарантии, что у них этого не произойдет. — Бог называет это «уроком», — внезапно вступил в разговор Эрухабен, — но по сути это изощрённая форма пыток. Как думаешь, король? Может ли кто-то сойти с ума от таких уроков? Альберу, оглядев зал, на секунду остановился на Чхве Хане, Локе и Мэри, но сразу вернулся к планшету, решив не уклоняться. — Отчасти так и есть, — признал он, уводя диалог. — Поэтому, чтоб сократить эти уроки, я буду выбирать ключевые точки и моменты, где были совершены ошибки или планирования, но, — он поднял палец, — «Каталог»… реагирует и на вас. Если в чьем-то сердце зародится тревожный вопрос, устройство может откликнуться. Поэтому спрашивайте либо сразу, либо во время перерывов. С этими словами он снова склонился над более понятной теперь вещью. Его пальцы уверенно заскользили по светящейся поверхности. — Перерывы? — Наёмник выглядел удивлённым. — Я думал, здесь нам не нужен отдых? Это ведь что-то вроде сна. Мы можем смотреть и без остановки. — Мы можем, но есть фрагменты, требующие обсуждений. А что-то и вовсе необязательно смотреть, достаточно объяснить словами. И не забывайте, даже во «сне» мы остаёмся людьми и нуждаемся в моральном отдыхе, раздумьях и эмоциональной разрядке. — Понял-понял! В этом есть смысл! — рассмеялся Бад и поднял руки вверх в знак капитуляции. — Итак, для начала нам нужен пролог. Появление переменной, о которой ранее вам говорил бог. — Его взгляд на мгновение задержался на Чхве Хане, и в нём мелькнула усмешка. — Переменной без которой наш мир бы рухнул. Того, кто сумел растопить лёд в сердце одного угрюмого мечника и превратить его в натурального щенка. — Произнеся это, переключился на всех Альберу. — Вам знакомо имя «Кейл»? Альберу ожидал скепсиса или непонимания, но не той реакции, что последовала. Чхве Хан резко вскинул голову, его лицо исказила злость, а глаза потемнели. — О каком щенке речь? — его голос прозвучал хрипло и громко, нарушая спокойную атмосферу. — Если вы говорите о том ублюдке Хенитьюзе... Король на мгновение застыл, поражённый такой бурной реакцией. Ким Рок Су, которого он знал, никогда не вызывал подобной ненависти. Но затем он осознал, что в том мире, другой Кейл был человеком, о котором он ничего не знал, кроме репутации отброса и пьяницы. Он мысленно отстранился, стараясь подавить лишние эмоции. — Чхве Хан, ты с ним знаком? — живо спросила Розалин, заметившая реакцию мечника. Чхве Хан замер. Сказать правду? Нет. Солгать? Он попытался, и это вышло ужасно. — Нет. Это. Не. Важно. — выдавил он, глядя куда-то в сторону и говоря неестественно ровным, раздельным тоном. Альберу, уже взявший себя в руки, лишь слегка покачал головой, сдерживая вздох. Некоторые присутствующие удивлённо переглянулись. — Я говорю о человеке, который носит это имя в моём мире, — мягко, но твёрдо, переведя взгляд с Чхве Хана на Розалин, произнёс Альберу. — И он не имеет ничего общего с тем, о ком подумали вы. Поверьте. Принц внимательно слушал разговор, еле заметно нахмурив брови. Имя «Кейл» звучало для него чуждо и никак не ассоциировалось с ним. — Тогда покажите, — с вызовом, всё ещё не остыв, произнёс Чхве Хан. — Покажите вашего «Кейла». — Он не мог представить, что тот неотесанный дворянин может быть другим и хоть как-то повлиять на судьбу мира. — Конечно, — мягко согласился блондин, и его голос впервые зазвучал живо. — Вы увидите, с чего всё началось. Готовы? — Честно говоря, ему и самому было очень любопытно. Все одиннадцать существ уже успели удобно расположиться, кто где, перед экраном с Альберу в центре. Его палец замер над символом, напоминающим раскрытую книгу. Тишина в зале стала абсолютной, звенящей. — Тогда начинаем. После этих слов чёрное пространство во всю стену загорелось и выгравировало белоснежно сияющую надпись.

Том 1 Глава 1 — Открыв глаза